В городе А наступил декабрь, и температура воздуха резко понизилась.
Е Тинтун одиноко стоял на обочине дороги под большим платаном. Над его головой шелестели уже увядшие, но еще не опавшие желтые листья, а резкие порывы промозглого ветра заставляли его сильнее укутываться в шарф, пытаясь прикрыть покрасневшие от холода уши. В конце концов шарф оказался обмотан так, что закрыл нижнюю половину лица Тинтуна и только пара круглых красивых глаз моргали и пристально наблюдали за проезжающими машинами.
Он ждал, когда водитель семьи Е приедет и отвезет его на вечеринку, которую организовал Шэнь Минхуай.
Машина задерживалась — был час пик, все возвращались из школы и с работы домой. Водитель застрял в пробке, поэтому он позвонил Тинтуну, чтобы попросить его дойти пешком до обочины, где было бы удобно припарковаться
Е Тинтун прождал на холодном ветру более десяти минут, и в итоге машина прибыла с опозданием.
У молодого человека была светлая кожа, а особенно бросались в глаза его покрасневшие уши. Оказавшись внутри салона автомобиля, он чихнул из-за чрезмерной разницы температур, и милый кончик его носа тоже покраснел. В сочетании с этим маленьким личиком, наполовину скрытым шарфом, он выглядел чрезвычайно жалко.
Водитель сразу повысил температуру в машине на два градуса.
Сев в машину, Е Тинтун не стал жаловаться и упрекать того за опоздание. Вместо этого он наклонился вперед к переднему сиденью схватил рукой один конец шарфа и помахал им.
— Смотри, водитель Ли, это новый дизайн «Ada» в этом сезоне. Шэнь Минхуай купил его для меня, как только он появился в продаже.
Уголки его губ слегка изогнулись и приподнялись, как у молодого влюбленного, который находится в плену чувств и делится своим нечастым счастьем с другими.
Водитель Ли, что было для него нехарактерно, ничего не ответил, вместо этого он взял свой телефон и направил камеру на Е Тинтуна, сфокусировавшись на логотипе шарфа.
Фотография была сделана, темный шарф делал лицо Е Тинтуна нежным и красивым, его щеки раскраснелись, а опущенные глаза в объективе выглядели застенчивыми и милыми.
Этот процесс был совершенно обычен для обоих — Е Тинтуну нужно было только продемонстрировать подарок, который молодой наследник могущественной семьи Шэнь надел ему на шею.
В этом и заключалась его ценность.
После процедуры фотографирования они перекинулись несколькими словами. Большую часть времени говорил Е Тинтун.
Водитель Ли время от времени серьезно поглядывал на него в зеркало заднего вида, не решаясь заговорить и прервать его.
Е Тинтун нервничал из-за этого взгляда, но мог лишь подавить свои чувства и притвориться, что ничего не замечает.
Машина медленно приблизилась к кованым воротам шикарной виллы, но тут же была остановлена охраной, сообщившей, что посторонним машинам без специального пропуска владельцев поместья въезжать запрещено.
Водитель Ли, находившийся на переднем сиденье, ясно увидел неприкрытое презрение в глазах охранника виллы.
Оно было направлено не на него, а на Е Тинтуна.
Только что перед ними во двор виллы демонстративно въехала посторонняя машина, не принадлежавшая семье Шэнь.
Водитель Ли собирался уже было поспорить с секьюрити, когда почувствовал, как Кто-то похлопал его по плечу.
— Все в порядке, я просто немного пройдусь пешком, вам тоже будет удобнее развернуться здесь, водитель Ли.
Е Тинтуну было не привыкать к такому пренебрежительному обращению.
Даже охранники виллы знали, что Е Тинтун навязчиво преследует молодого господина семьи Шэнь.
Перед тем, как выйти из машины, Е Тинтун тщательно прикрыл большую часть лица шарфом.
Как только дверь автомобиля открылась, в салон тут же ворвался порыв холодного ветра, и водитель отчетливо увидел, как юноша вздрогнул, но, несмотря на это, вежливо попрощался с ним.
Слова, которые водитель Ли хотел сказать ему всю дорогу, вырвались сами собой:
— Четвертый молодой господин, сегодня я возил вашего отца в Синь Юэ Гуань, поэтому у меня не было времени вовремя забрать вас.
Рука Е Тинтуна, поправляющая шарф, замерла.
Водитель Ли хорошо относился к Тинтуну и испугался, что юноша слишком наивен, и может не понять, что происходит, поэтому добавил:
— Он посещал Синь Юэ Гуань три раза на этой неделе, а сегодня собирается навестить Ху Чена.
Ху Чен был богатым и влиятельным мужчиной, в этом году ему исполнилось 45 лет. Семья Е уже не раз просила Е Тинтуна принарядиться и пойти на встречу с ним.
Е Тинтун был незаконнорожденным ребенком семьи Е. В их глазах он был просто разменной монетой, мелкой шахматной фигуркой, которую можно было обменять на что-нибудь полезное для семьи в любое время.
Однако Е Тинтун начал свои двусмысленные отношения с наследником семьи Шэнь — Шэнь Минхуаем. Семья Шэнь обладала огромной властью, и никто из членов семьи Е не решался помешать этой связи. Поскольку отношения Тинтуна с Шэнь Минхуаем все еще были хорошими, хотя и неоднозначными, поэтому вопрос о помолвке Е Тинтуна с другим кандидатом был на время отложен.
В конце концов, молодой господин могущественной семьи Шэнь был более ценным человеком, чем Ху Чен.
Но как эти двое сошлись?
Е Тинтун и Шэнь Минхуай имели теплые дружеские отношения, учились вместе и даже делили одну комнату в общежитии. Однажды Е Тинтун рассказал Минхуаю, что его семья хочет заставить его вступить в брак с 45—летним мужчиной, чтобы решить свои финансовые проблемы. Шэнь Минхуай согласился помочь Е Тинтуну, разыграв видимость отношений с ним, чтобы семья Е прекратила разговоры о браке.
Договорившись о подобных «отношениях напоказ», они решили не ограничивать друг друга в личной жизни. Шэнь Минхуай был ловеласом. Он был красив, богат и к тому же пользовался головокружительным успехом у женщин. Е Тинтуну же досталась роль безответно влюбленного, постоянно преследующего молодого господина Шэнь, но он и этому был рад. Он не обращал внимания на то, что думали про него окружающие.
Он не хотел, чтобы его отдали старику.
Машина уже давно отъехала от входа на виллу, а Е Тинтун все еще стоял на тротуаре.
После недолгих раздумий Е Тинтун похлопал себя по замерзшему лицу, заставляя себя взбодриться. Он должен был найти Шэнь Минхуая. Он был его единственным спасательным кругом.
***
На вилле было очень оживленно. Осмотревшись, Е Тинтун, наконец, нашел свою цель.
Шэнь Минхуай был окружен людьми, как луна — звездами. Большинство из тех, кто был ему близок, были молодыми и красивыми девушками. Шэнь Минхуай Что-то произнес — все как по команде прикрыли рты и захихикали.
Шэнь Минхуай был плейбоем, но он был настолько богат и красив, что и мужчины, и женщины желали дружить и общаться с ним.
Вскоре молодой ловелас определил свою будущую партнершу на эту ночь и отослал остальных прочь. Е Тинтун тут же воспользовался возможностью протиснуться к нему.
— Минхуай, подожди, я хочу тебя кое о чем спросить.
Пока он проталкивался сквозь толпу, его волосы растрепались, а шарф размотался и вот—вот должен был коснуться земли из-за толкотни. Е Тинтун выглядел неуместно по сравнению с хорошо и дорого одетыми людьми вокруг.
Шэнь Минхуай увидел его в таком возбужденном состоянии и остановил:
— Что за спешка? Я не собираюсь никуда убегать.
Глядя на раскрасневшееся милое лицо Тинтуна, он снял с него шарф и небрежно отбросил его в сторону.
— Зачем ты носишь его в помещении? Разве тебе не жарко?
Тинтун потерял дар речи. С болью в сердце он посмотрел на свой новый шарф, который был выброшен как мусор. Он был очень дорогим.
Шэнь Минхуай неправильно понял его и улыбнулся.
— Если захочешь, в следующий раз я пришлю тебе более светлый. Этот тебе не идет.
Е Тинтун больше предпочитал яркие и жизнерадостные оттенки.
Пока они разговаривали, спутница Шэнь Минхуая, не дождавшись его, ушла с очень недовольным видом.
Увидев, что вокруг никого нет, Е Тинтун тут же тихо спросил:
— Что-то случилось в семье Е? Тебе что-нибудь известно?
Он постоянно публиковал фото подарков от Минхуая в своих «Моментах» с соответствующей периодичностью или просил водителя Ли сделать фотографии для отправки, так почему же они снова захотели заключить сделку с этим стариком?
Улыбка на лице Шэнь Минхуая исчезла, и он небрежно ответил:
— Я не уверен.
Е Тинтун, почувствовав небрежность в его тоне, схватил Шэнь Минхуая за рукав:
— Несмотря ни на что, ведь ты позаботишься обо мне, верно?
Он поднял глаза, его губы скривились, а лицо выглядело жалким.
— У меня есть только ты.
***
Когда Тинтуну только исполнилось восемнадцать и он поступил в колледж, семья Е сразу порекомендовала ему старика Ху Чена в мужья. Теперь он был уже на середине второго курса и его достаточно долго не беспокоили разговорами о возможном браке — из-за его отношений с Шэнь Минхуаем.
Шэнь Минхуай на несколько секунд встретился с ним взглядом и вдруг рассмеялся:
— А ты как думал? Какие у нас отношения, как я могу не позаботиться о тебе?
Этот утвердительный ответ значительно успокоил Е Тинтуна. После того, как Шэнь Минхуай ушел, он попросил официанта принести чашку горячего молока, чтобы согреть руки. Как только он взял чашку, Кто-то погладил его по волосам.
— Детка, ты хорошо умеешь уговаривать людей, не так ли?
Е Тинтун обернулся на голос и увидел Юй Хуаньхуань, стоящую у него за спиной.
Семья Юй занимала низкое положение в этом кругу, а в сочетании с тем фактом, что Юй Хуаньхуань не пользовалась большой популярностью, эти двое сблизились, поскольку занимали равное положение и у них были схожие характеры.
— Но где же Шэнь Минхуай?
Юй Хуаньхуань знала о сложной ситуации Е Тинтуна и поначалу беспокоилась за него, но она никак не ожидала, что ее друг так хорошо умеет притворяться слабым.
В его взгляде, обращенном на нее, читались упрямство и обида. У любого, кто взглянул бы сейчас в это красивое лицо, дрогнуло бы сердце.
Юй Хуаньхуань подумала, что если бы она была на месте Шэнь Минхуая, она бы обязательно крепко обняла Тинтуна и уговорила его не отходить от себя ни на шаг.
Е Тинтун указал в направлении, куда ушел Шэнь Минхуай:
— Он пошел разыскивать свою сегодняшнюю спутницу. Вероятно, он собирается пофлиртовать с ней в каком-нибудь укромном уголке.
Юй Хуаньхуань посмотрела по сторонам, наклонила голову и действительно увидела парочку в интимной позе.
— Ты совсем не ревнуешь? — спросила она.
Е Тинтун сделал глоток теплого молока, и беззаботно ответил:
— О чем тут ревновать, мы не любовники.
Он спешил выслужиться перед Шэнь Минхуаем, но отношение последнего к нему было странным. Когда-то он считал их отношения чисто дружескими, но, проведя долгое время в этом большом плавильном котле, Тинтун вдруг почувствовал, что взгляд Шэнь Минхуая, обращенный на него, не был правильным.
Однако, если Шэнь Минхуай был готов защищать его под видом дружеских отношений, то он готов был просто следовать за ним.
Видя его небрежное отношение, Юй Хуаньхуань раздраженно сказала.
— Я много раз говорила тебе, что Шэнь Минхуай для тебя — отличный выбор. Тебе нужно воспользоваться тем, что он все еще заботится о тебе, и попытаться стать ближе к нему.
Е Тинтун почувствовал себя немного обиженным.
— Я действительно пытался так сделать, но Шэнь Минхуай просто не принял этого.
Юй Хуаньхуань не находила слов.
— Как так получилось? Ты надрал мне задницу своей великолепной игрой, даже я чувствую себя виноватой, наблюдая за происходящим со стороны.
Е Тинтун создал себе характерный образ, но, учитывая опыт общения Шэнь Минхуая с бесчисленным количеством женщин, как он мог не заметить притворство Е Тинтуна?
Юй Хуаньхуань замолчала. Стоило признать, что у Е Тинтуна просто не было настолько острого ума. Он попросту не знал, как использовать многочисленные хитрые уловки.
Хотя если бы он не был сейчас связан с Шэнь Минхуаем, его бы уже давно сожрали в этом кругу.
Например, пока он медленно пил свое молоко, по меньшей мере пять человек украдкой взглянули на него, но, расспросив поподробнее о нем, разочарованно отходили в сторону.
Юй Хуаньхуань ткнула приятеля пальцем в лоб.
— Не ешь то, что тебе предлагают незнакомцы, не броди вокруг. Эта вилла редко бывает открыта для публики, и я тоже с ней не знакома.
Е Тинтун послушно согласился со всем сказанным, а затем молча наблюдал, как Юй Хуаньхуань, поправившая макияж, на полной скорости влетела в толпу, словно бабочка.
Юй Хуаньхуань была умна и умела поддержать разговор. У нее было много путей и вариантов, а у него был только Шэнь Минхуай.
***
По мере того, как небо темнело, вечеринка становилась все более и более экстравагантной. Все приглашенные гости заметили интерес Шэнь Минхуая к своей новой спутнице и предложили сыграть в игру-эстафету, в которой нужно было передавать ртом бумажные полотенца.
Е Тинтуна взяли в игру чисто за компанию.
Все расселись по кругу, и он расположился рядом с Шэнь Минхуаем. Бумажное полотенце находилось в этот момент между Шэнь Минхуаем и девушкой. Узкий кусочек бумаги должен был пройти по краям их ртов, неизбежно давая возможность соприкоснуться друг с другом.
Повсюду слышался одобрительный гул и насмешки. Кто-то специально приглушил свет в комнате, что сделало окружающую атмосферу еще более таинственной и двусмысленной.
Е Тинтуна мало волновали подобные игры, он просто чувствовал, насколько здесь было шумно. Все вокруг были сильно возбуждены и пьяны, и когда игра достигла своего апогея, никто не контролировал громкость своего голоса.
Е Тинтун невольно дотронулся до своих ушей, но, вспомнив наставления Юй Хуаньхуань, спокойно опустил руки и посмотрел на Шэнь Минхуая.
Свист окружающих то усиливался, то затихал, а у двоих сидевших рядом с ним уже чуть не слиплись губы.
Е Тинтун на мгновение задумался и решил, что его нынешней реакцией должна быть печаль, поэтому он опустил голову, притворяясь очень удрученным.
Как только он опустил голову, то увидел вдалеке тарелку с фисташками, на дне которой остался лишь тонкий слой орехов.
Е Тинтун на секунду заколебался. В темноте он тихонько протянул правую руку по направлению к тарелке. Из-за большого расстояния ему потребовалось немало усилий, чтобы собрать все оставшиеся фисташки в ладонь. Как раз в тот момент, когда он уже собирался убрать руку, над его головой внезапно включился яркий свет с громким хлопком.
Его ладонь дрогнула и разжалась, и часть фисташек с грохотом посыпалась на пол.
С лестницы на втором этаже донесся холодный голос.
— Ты очень шумный.
Е Тинтун виновато наступил на фисташку, которая подпрыгнула сильнее всех.
Шэнь Минхуай, которого резко и неожиданно прервали, выглядел сильно раздраженным. Как раз в тот момент, когда он собирался еще сильнее разозлиться, до него дошло, кому принадлежал этот голос, и его высокомерие мгновенно улетучилось. Он был так напуган, что бумажное полотенце выпало у него изо рта.
— Дядя?
Дядя Шэнь Минхуая, Шэнь Цзюнь, также являлся нынешним главой семьи Шэнь.
Он был одет в строгий деловой костюм и держался очень прямо. Стоя на возвышении, его холодная аура заставляла людей внизу опустить головы и даже не осмеливаться встретиться с ним взглядом.
Все замерли в оцепенении. Шумные однокурсники Е Тинтуна, сидевшие недалеко от него, сжались в комочки и даже начали реже дышать.
Е Тинтун тихонько сунул фисташки в карман, размышляя: «Кто это может быть? Такой могущественный и властный».
Прежде чем он успел поднять глаза вверх, он почувствовал на себе пристальный взгляд.
Волосы по всему телу Е Тинтуна встали дыбом.
Гнетущее чувство почти заставило его отдать фисташки, которую он до этого крепко держал в руке, чтобы сдаться.
Е Тинтун быстро пришел к выводу, что такого человека нельзя провоцировать.
Шэнь Минхуай неоднократно пообещал, что шума больше не будет. Шэнь Цзюнь не стал здесь оставаться и снова поднялся наверх. Шэнь Минхуай, боясь потревожить Шэнь Цзюня, быстро отправил всех гостей по домам.
Этот шаг Шэнь Минхуая шокировал Е Тинтуна. Вилла находилась на берегу моря далеко от центра города. В начале вечеринки Минхуай всем заявил, что веселье будет продолжаться всю ночь, и никому не разрешалось уходить.
Е Тинтун не был настолько глуп, чтобы не понять насколько сильное влияние оказывал этот дядя на Шэнь Минхуая. Одно его слово могло заставить Шэнь Минхуая распустить тщательно организованную вечеринку.
Он кинул взгляд в сторону второго этажа. Прежде чем он успел подумать еще, Юй Хуаньхуань окликнула его.
Надевая пальто, Юй Хуаньхуань спросила его.
— Как ты собираешься вернуться домой сегодня? Ты будешь ждать своего водителя или поедешь в моей машине?
Из всех присутствующих здесь людей, вероятно, только у Е Тинтуна не было личного водителя, который мог бы забрать его, и она волновалась, что ему снова придется ждать на холодном ветру.
Е Тинтун махнул рукой и отказался.
— Не волнуйся, я уже попросил Минхуая. Он сказал, что отвезет меня домой, когда освободится.
Юй Хуаньхуань одобрительно посмотрела на него и повернулась, чтобы уйти.
Обычно Е Тинтун не беспокоил Шэнь Минхуая по таким пустякам, но то, что водитель Ли сказал сегодня, вызвало у него сильное чувство тревоги. В это время, чем ближе он был к Шэнь Минхуаю, тем в большей безопасности он был.
Е Тинтун продолжал сидеть в гостиной, наблюдая, как людей вокруг становится все меньше и меньше. Наконец, все они покинули виллу, но Шэнь Минхуай так и не появился.
— Вы спрашивали о молодом мастере Шэне? Он поднялся наверх с красивой девушкой более десяти минут назад, — ответил пожилой дворецкий.
Е Тинтун быстро набрал Минхуая, но в ответ услышал только гудки.
Очевидно, у Шэнь Минхуая не было сейчас на него времени.
Е Тинтун не знал, что ему делать.
В этом районе частных вилл не было никакой возможности поймать такси. На то, чтобы дойти пешком до остановки общественного транспорта, ушел бы час.
К тому же он уже сообщил семье Е, что Шэнь Минхуай предложил отправить его домой и что сегодня ему не понадобится водитель…
Е Тинтун посмотрел на черное как смоль небо за окном и на мгновение почувствовал себя немного потерянным.
В этот момент на лестнице позади него послышались шаги. Глаза Е Тинтуна счастливо загорелись, и он быстро обернулся.
— Я думал, ты действительно оставил меня...
Увидев, кто это, он резко замолчал. Это был не Шэнь Минхуай.
Шэнь Цзюнь ясно увидел, как потускнел огонек в глазах Е Тинтуна. Тот стоял один посреди захламленного коридора, словно брошенный щенок.
Шэнь Цзюнь на секунду задержал взгляд на его макушке, а затем быстро отвел его. Он спросил:
— Что случилось?
— Молодой господин забыл про своего одноклассника. У него нет машины, чтобы вернуться домой, послушно доложил старый дворецкий.
Е Тинтун стоял в смущении, опустив голову.
Шэнь Цзюнь уже переоделся в повседневную одежду. Взгляд Е Тинтуна случайно упал на рукав правой руки собеседника. На нем была уникальная запонка с синим сапфиром, которая только добавляла холодности и отчужденности его образу, что резко контрастировало с нынешним растрепанным состоянием Тинтуна.
Чувствуя, что неловкая пауза слишком затянулась, Е Тинтун решил подавить свой стыд и собрался с духом, чтобы поднять глаза:
— Эм, не могли бы вы подвезти меня просто до места, где я смогу поймать такси?
Шэнь Цзюнь услышал уважительное обращение Е Тинтуна, и выражение его лица слегка изменилось.
— Мне нужно будет кое-куда съездить позже.
Этот тонкий отказ заставил уши Е Тинтуна покраснеть. Он быстро схватил свой шарф с соседнего дивана, обернул его вокруг шеи слой за слоем и сказал приглушенным голосом.
— Тогда я не буду вас беспокоить.
Он давно привык к отказам, просто еще до того, как попросил об услуге, он необъяснимо чувствовал, что этот человек поможет ему.
Возможно, приятная внешность собеседника вызвала у него иллюзии.
Как только Е Тинтун повернулся, чтобы уйти, он услышал, как другой человек снова заговорил.
— Уже почти час, вы можете остаться здесь на ночь, — тон Шэнь Цзюня был по-прежнему спокойным и безразличным, — Дворецкий, приготовьте для него комнату для гостей.
Убедившись, что он не ослышался, Е Тинтун выглядел совершенно ошеломленным.
Шэнь Цзюнь разрешил ему остаться здесь?
Он прекрасно помнил, как Шэнь Минхуай как-то рассказывал про главу семьи.
— Мой дядя очень не любит, когда его беспокоят.
Это были его точные слова.
Убедившись, что собеседник не шутит, Е Тинтун вздохнул с облегчением и послушно поблагодарил его.
Он редко получал доброту от других, особенно от людей, занимающих такое высокое положение.
После того, как Шэнь Цзюнь закончил говорить, он не ушел. Его взгляд упал на шарф, который был обмотан вокруг шеи Е Тинтуна.
Е Тинтун воспользовался этой возможностью, чтобы попытаться сблизиться.
— Это подарил мне Минхуай, мы хорошие друзья.
— Мм, — тон Шэнь Цзюня оставался безразличным.
Е Тинтун не догадывался, о чем думает его собеседник, поэтому он мог лишь попытаться найти тему для разговора.
— Эм, мне очень жаль, что я беспокою вас сегодня. Я уйду завтра рано утром. Обещаю, что не буду вас беспокоить.
Шэнь Цзюнь проигнорировал его.
Видя, что собеседник не отвечает, Е Тинтун пораскинул мозгами и решил отступить, чтобы продвинуться вперед, поджав губы, он прошептал:
— Если это вас действительно беспокоит, то я могу час погулять, чтобы поймать такси.
Это было сказано лицемерно и претенциозно, но что, если Шэнь Цзюнь увлекался подобными вещами?
Несмотря на множество мыслей, проносившихся в его голове, внешне Е Тинтун по-прежнему был воплощением осторожности и послушания.
Шэнь Цзюнь остался невозмутим, лишь ответил:
— Как вам будет угодно. — затем поднял руку, чтобы посмотреть на часы.
Это был знак, что разговор подходит к концу.
Е Тинтун быстро сменил тему:
— Спасибо за вашу помощь сегодня, как насчет того, чтобы мы добавили друг друга в социальных сетях, чтобы я мог угостить вас в другой раз?
Вероятно, Шэнь Цзюнь был раздражен его настойчивостью и действительно позволил Е Тинтуну просканировать его WeChat.
Предоставив информацию о своих социальных сетях, Шэнь Цзюнь ушел. Юноша больше не стал приставать к нему и последовал за дворецким в комнату для гостей.
Первое, что сделал Е Тинтун, войдя в комнату, — достал из кармана добытые фисташки и съел их.
Он не предполагал, что Шэнь Цзюнь на самом деле предоставит ему свои личные контактные данные, но, скорей всего, это было сделано для того, чтобы избавиться от него. Он, вероятно, сразу же откажет в просьбе о добавлении в друзья.
Но это не имело значения, независимо от того, согласился бы Шэнь Цзюнь или нет, позднее Тинтун сообщил бы семье Е, что у него был контакт с Шэнь Цзюнем, и что они даже приятно побеседовали.
Покончив с перекусом, Е Тинтун хлопнул в ладоши, сфотографировал темный ночной вид за окном, напевая песенку. Затем он лег на кровать и открыл WeChat, чтобы начать редактировать фотографию.
Это было самое яркое событие дня.
После недолгих раздумий подпись к фото была придумана, и он умело нажал «Отправить».
[Очарован гостеприимством, немного навеселе, прекрасный вид на море, спокойной ночи].
Местоположение [Вилла семьи Шэнь на берегу моря].
Вскоре он получил множество лайков и завистливых комментариев.
Поскольку все остальные гости были отправлены восвояси, того факта, что он единственный остался ночевать на вилле на берегу моря, было достаточно, чтобы доказать его особый статус.
Семье Е придется еще раз тщательно все обдумать.
Но как только он внутренне успокоился, его телефон завибрировал.
[Шэнь Цзюнь принял вашу просьбу о добавлении в друзья].
Е Тинтун был ошеломлен и несколько раз нажал на фотографию профиля и биографию собеседника, чтобы убедиться, что это тот самый Шэнь Цзюнь, которого он добавил сегодня вечером.
Было ли это безумием?
Прежде чем он успел прийти в себя, WeChat отправил ему еще одно сообщение.
[Шэнь Цзюню понравился ваш «Момент»].
Е Тинтун на секунду остолбенел, его лицо вспыхнуло, и он молниеносно удалил фото.
http://bllate.org/book/14368/1272474
