Одолеваемый сомнениями, Лоу Юйчжу погрузился в глубокий, безмятежный сон.
Казалось, он проспал совсем недолго, когда его разбудил Лоу Хуа, осторожно потряхивая за плечо.
- Младший брат Юй, просыпайся. Нам пора в город.
Лоу Юйчжу с мрачным видом взглянул в окно. Увидев, что там всё ещё царит непроглядная тьма, он снова рухнул на кровать.
- Брат, ещё слишком рано.
- Вовсе не рано. Папа и отец уже давно на ногах.
Деревенские жители привыкли вставать с петухами. Те же, кто планировал продать на рынке овощи, поднимались ещё раньше - ведь только на дорогу уходило больше получаса.
Лоу Юйчжу нехотя поднялся и потёр виски, борясь с головной болью. Увидев, что брат проснулся, Лоу Хуа отправился на кухню помогать Фу Линьшу разводить огонь.
Лоу Чэнли и Фу Линьшу вчера весь день трудились в поле, а вернувшись, должны были готовить ужин на всю ораву, убираться, таскать воду и прислуживать остальным членам семьи. И даже при этом бабушка за столом не упускала случая язвительно отчитать их за то, что они якобы плохо стараются. После ужина Фу Линьшу приходилось мыть посуду и греть воду для умывания всей семьи. Лю Цинмэй требовала, чтобы Фу Линьшу лично подносил ей воду, и если была в дурном настроении, придиралась то к излишнему жару, то к холоду. Напоследок она обязательно выкрикивала пару проклятий, обвиняя его в медлительности и пустой трате лампового масла. Когда Фу Линьшу заканчивал со всеми делами, в деревне уже не было слышно ни звука.
Поспав всего несколько часов, Лоу Чэнли, вооружившись факелом, отправился в огород собирать овощи, а Фу Линьшу принялся готовить завтрак и стирать одежду на всю семью. По справедливости, сегодня домашними делами должна была заниматься Сюй Чуньтин, но раз старшая ветвь была любимчиками стариков, постепенно все тяготы переложили на плечи третьей ветви, заставляя их порой выполнять работу и за вторую ветвь.
«Проклятье... Встают раньше кур, ложатся позже собак...» - Лоу Юйчжу почувствовал, как голова разболелась ещё сильнее из-за бесхребетности своей семьи, которую впору было сравнить с пустыми пресными лепешками.
Лоу Мин принёс воду для умывания.
- Младший брат Юй, что ты сейчас пробурчал?
- Да так, думаю, что вкусненького приготовил отец, - Лоу Юйчжу быстро умылся, стараясь отогнать дурные мысли.
- Даже если есть что-то вкусное, нам оно не достанется, - Лоу Мин недовольно надул губы. - Как только мы уйдём на рынок, бабушка наверняка приготовит что-нибудь особенное для остальных.
Лоу Мин не раз становился свидетелем того, как старшим ветвям доставались лакомые кусочки. Раньше он по глупости пытался плакать и жаловаться, но это не приносило пользы, а лишь навлекало гнев на всю их семью. Со временем он перестал устраивать сцены.
Вспоминая прошлое своего предшественника, Лоу Юйчжу чувствовал невыносимую горечь в сердце.
- Ничего, пятый брат. Сегодня мы продадим кузнечиков и купим мясных булочек.
При этих словах глаза маленького Лоу Мина мгновенно засияли.
- Точно! Купим целых пять штук...
- Т-с-с! - Лоу Юйчжу приложил палец к губам, призывая к тишине. - Это наш секрет.
Лоу Мин поспешно зажал рот руками и, широко распахнув глаза, закивал головой.
- Какой ты послушный, братик! - Лоу Юйчжу не удержался от улыбки. Дразнить такого забавного и простодушного ребёнка было сплошным удовольствием.
Лоу Мин, так и не поняв, что младший брат над ним подшучивает, с гордым видом выплыл из комнаты. Лоу Юйчжу прыснул со смеху, из-за чего его руки дрогнули, и полузавязанные волосы рассыпались. Пришлось начинать всё заново.
Лоу Чэнли и Фу Линьшу, хоть и были забиты притеснениями старших, старались изо всех сил дать своим детям лучшее, отдавая им последний кусок хлеба. Они не забывали и об их образовании: зная, что за тайное обучение грамоте им несдобровать, Лоу Чэнли всё равно помогал скрывать это. На первый взгляд в этом не было ничего особенного, но для человека, прожившего полжизни в покорности, такая решимость дорогого стоила.
- Младший брат Юй, быстрее! - крикнул со двора Лоу Хуа.
- Иду, иду! - отозвался Юйчжу, ускоряя движения.
«Пусть родители слишком мягкие, зато братья постепенно меняются, в них растёт дух противоречия и стремление к лучшему. Значит, у этой жизни есть перспективы. Иначе я бы сбежал при первой же возможности! Побег - крайняя мера, но это лучше, чем позволять этим черносердечным родственникам пить из нас кровь», - размышлял он.
Быстро позавтракав, Лоу Чэнли взвалил на плечи коромысло с овощами, Фу Линьшу взял тяжелую корзину, и, заперев дом, они повели троих детей в сторону города. Нанять бычью повозку было непозволительной роскошью, поэтому приходилось полагаться только на свои ноги. Для Лоу Юйчжу это было привычно, но всё же утомительно.
Заметив, как побледнел его младший гэр, Лоу Чэнли с сочувствием сказал:
- Линьшу, давай немного передохнём.
Фу Линьшу и сам переживал за сына, но, взглянув на небо, покачал головой. Если прийти поздно, хорошие места будут заняты, и овощи будет трудно продать. А если они задержатся или не распродадут товар, бабушка снова устроит скандал. Она и так была вне себя из-за трат на лекаря и только и ждала повода сорвать злость.
Лоу Хуа взял младших за руки.
- Папа, отец, идите вперёд. Я немного отдохну с братьями, а потом мы вас догоним.
Лоу Хуа было уже одиннадцать, и в крестьянской семье он считался помощником. Присмотреть за младшими по дороге на рынок для него не составляло труда.
- Хорошо, только не торопитесь. Вы знаете, где мы обычно торгуем.
- Поняли! - как только родители скрылись из виду, дети тут же вытащили свои матерчатые мешочки.
Перед уходом Лоу Хуа под предлогом похода в уборную тайно забрал спрятанных кузнечиков из пальмовых листьев. Всю дорогу он боялся их раздавить, но, заглянув внутрь, облегченно выдохнул - игрушки были в полном порядке.
- Брат, пока ещё рано, давай пойдём к городской академии. Там учатся дети из богатых семей, они не пожалеют нескольких монет.
Глаза Лоу Хуа загорелись, но, взглянув на бледное лицо Юйчжу, он снова заволновался. Хуа хотел было пойти продавать кузнечиков один, оставив Юйчжу под присмотром Лоу Мина, но Лоу Мину было всего девять, а Юйчжу - семь. Оставить их одних было страшно, к тому же это была их первая сделка, и Лоу Хуа в глубине души очень робел. Впрочем, Лоу Юйчжу и сам не отпустил бы брата одного.
- Брат, я в порядке. Отдохну уже на месте.
- Хорошо. Иди сюда, - Лоу Хуа отдал мешочек с игрушками Лоу Мину и присел перед Юйчжу, повернувшись спиной. - Я немного понесу тебя, а у города спущу.
Глядя на худую спину брата, Лоу Юйчжу почувствовал, как к горлу подступил комок. Лоу Хуа было одиннадцать, но из-за недоедания он выглядел едва на десять. Он сам устал, но всё равно был готов нести его. Лоу Хуа всегда старался защитить их всеми силами, предпочитая брать все трудности на себя. Лоу Цзицзу и Лю Цинмэй были словно слепые, раз не видели, какое сокровище растёт в их семье!
Смахнув непрошеные слёзы, Лоу Юйчжу забрался на спину брата.
- Брат, как только устанешь - сразу спускай, не нужно нести до самого города.
- Ладно-ладно, - отозвался Хуа, готовый нести его хоть на край света.
Вскоре они добрались до города. Троица ускорила шаг и направилась к местной академии.
Городок назывался Хуячжэнь и относился к округу Наньян. Своё название - «Поселение Тигриного Клыка» - он получил из-за того, что раньше в окрестных лесах водилось множество тигров. Позже власти несколько раз устраивали облавы и истребили хищников, но название осталось. Город не стоял на важных торговых путях и не славился особыми товарами, зато здесь всегда была хорошая погода и не случалось стихийных бедствий. Поэтому большинство жителей Хуячжэня жили здесь поколениями. Со временем образовалось несколько крупных кланов, которые, конечно, не могли сравниться с великими столичными родами, но всё же содержали две собственные школы.
Лоу Хуа сразу повёл братьев к Академии Ишань. Во-первых, в Академию Луюань принимали только тех, кто уже имел звания туншэн или сюцай, а такие ученики были старше и вряд ли заинтересовались бы их безделушками. Во-вторых, там преподавал Лоу Чэнцзу и учился Лоу Вэнь - встретиться с ними было бы верной гибелью. Академия Ишань же была открыта для всех учеников младше пятнадцати лет, и семи-восьмилетних детей там было предостаточно. Маленькие и богатые - идеальные покупатели для плетёных кузнечиков.
Они не стали стоять прямо у ворот, а выбрали место на углу главной дороги.
Было ещё рано, гонг к началу занятий не прозвучал, и ученики прогуливались группами по двое-трое. Они переговаривались и смеялись, выглядя беспечно и благородно в своих ученических одеждах.
Лоу Хуа и Лоу Мин смотрели на них с нескрываемой завистью, но быстро взяли себя в руки, сосредоточившись на поиске клиентов. Лоу Юйчжу, заметив их взгляды, лишь плотнее сжал губы, окончательно утвердившись в своём решении.
Вскоре показался пухлый мальчик в школьной форме. Он шёл, уплетая ароматную мясную булочку, а за его спиной слуга нёс сумку с книгами.
Глаза Лоу Юйчжу блеснули. Он шагнул навстречу и, вежливо улыбнувшись, продемонстрировал плетёного кузнечика.
- Молодой господин, не желаете купить кузнечика?
- Кузнечика? - толстячок проглотил кусок булочки и с любопытством уставился на искусно сплетённую игрушку. Кузнечик выглядел настолько настоящим, что мальчик даже забыл про еду.
Поняв, что клиент заглотил наживку, Лоу Юйчжу тут же затараторил:
- Он сплетён из свежих пальмовых листьев. Если обращаться с ним бережно, он несколько дней не потеряет цвет. С ним можно играть или пугать друзей - одно удовольствие!
Мальчик уже взял одного кузнечика в руки, рассматривая его со всех сторон. Идея с пуганием друзей явно пришлась ему по душе.
- Сколько стоит?
- Одна монета за штуку, - Лоу Юйчжу, не моргнув глазом, вдвое завысил цену, которую они обсуждали раньше. Не обращая внимания на участившееся сердцебиение братьев, он добавил: - Настоящие кузнечики ещё не проснулись, так что в академии вы точно всех удивите.
Для избалованного ребёнка одна монета не была деньгами.
- Посмотрите, вы - наш первый покупатель сегодня. Ни у кого больше таких нет. Могу поклясться, что только мы умеем их плести, в других местах таких не купишь.
- В других местах не купишь?
- Совершенно верно! Вы же раньше их не видели? У нас сегодня всего восемь штук осталось. Может, заберёте все? Тогда во всём городе только у вас будут такие игрушки. Другие лопнут от зависти и будут умолять вас дать поиграть.
Глядя на телосложение мальчика, Юйчжу сразу понял, что перед ним настоящий маленький сорванец. Возможность напугать кого-то и стать объектом зависти сверстников - перед таким искушением он не мог устоять.
- Ладно, я забираю всё.
Лоу Юйчжу быстро вытащил остальных семь кузнечиков, показал их покупателю и сложил обратно в мешочек. Мальчик схватил покупку и зашагал прочь.
Слуга, нёсший сумку, подошёл, чтобы расплатиться.
Лоу Юйчжу принял восемь медных монет, но тут же вернул одну слуге.
- Мы будем здесь и на следующем рынке. Надеюсь на ваше доброе слово перед молодым господином.
Эта старая как мир уловка с «откатом» посреднику сработала безупречно. Слуга, который тоже немного смыслил в грамоте и был неглуп, мгновенно спрятал монету в карман. Он воровато огляделся по сторонам и, убедившись, что никто не заметил, кивнул и поспешил за своим хозяином.
- Вот, семь монет. Брат, забирай, - Лоу Юйчжу протянул деньги Лоу Хуа.
Только когда деньги коснулись ладони, Лоу Хуа и Лоу Мин осознали, что произошло. В следующее мгновение волна бешеной радости захлестнула их с ног до головы! Братья стояли, не зная, то ли смеяться, то ли плакать от волнения.
Заметив их состояние, Лоу Юйчжу испугался, как бы они не лишились чувств, и негромко кашлянул.
- Брат, пойдём скорее за мясными булочками. Пятый брат о них всё утро грезил.
- Точно, точно! За мясными булочками! - Лоу Мин закивал как заведённый, сияя от счастья.
Изначально они планировали продавать по две штуки за монету, а выручили в два раза больше. Пусть для богатого мальчика восемь монет были пустяком, в это время за целый день тяжёлого труда взрослый мужчина получал всего тридцать монет, а фунт мяса стоил двенадцать. Семь монет были целым состоянием для детей - на них можно было купить достаточно мяса, чтобы досыта накормить всю их семью.
Лоу Хуа на мгновение задумался, не припрятать ли деньги, но, взглянув на братьев, решительно кивнул.
- Покупаем!
Деньги всегда можно заработать снова, а баловать братьев нужно сейчас.
Мясные булочки в этой лавке были огромными - размером с кулак взрослого мужчины, с сочной начинкой, и стоили по одной монете за штуку.
- Хозяин, три мясные булочки! - Лоу Хуа произнёс это громко и уверенно. Вспоминая, как раньше он мог лишь издалека сглатывать слюну, глядя на прилавок, он чувствовал себя настоящим богачом.
Лоу Юйчжу, стоя за спиной брата, тихонько посмеивался в кулак.
http://bllate.org/book/14348/1416408
