— Йо-о, — Коу Чэнь повернулся и посмотрел на него, — какие громкие слова!
Этот праздничный обед, начавшийся с объятий отца и сына, прошёл очень весело и приятно. Коу-Лао-эр сегодня говорил больше обычного, и Хо Жаню казалось, что в рот он брал только алкоголь, да еды немного, а остальное время сидел без умолку. Он не просто болтал, а в основном расхваливал Коу Чэня.
Хо Жаня в этот момент посетила мысль, что родителей всё же легко удовлетворить. Небольшой отклик от детей наполнял их счастьем до такой степени, что они не могли сдержать эмоции, и на лицах отражалась радость. Однако и на лице Коу Чэня было написано счастье, Лао-Ян первым заметил в нём эту перемену:
— Сегодня у Коу Чэня хорошее настроение.
— Да, неплохое, — кивнул Коу Чэнь, не пытаясь ничего скрыть.
— Скоро у тебя день рождения, так что давай устроим для тебя грандиозный праздник, — сказал Коу-Лао-эр. — Когда твоей сестре исполнилось восемнадцать… Нет, хотя каждый её день рождения мы праздновали с размахом, да?
— Да, — кивнул Коу Чэнь. — На шестнадцать лет ей закатили грандиозную вечеринку в честь выхода из садовых ворот детства, на семнадцать — потому что это последний день рождения в качестве несовершеннолетней, на восемнадцать — совершеннолетие, на девятнадцать — потому что вот-вот бахнет двадцать, на двадцать — потому что юбилей, на двадцать один — потому что это её счастливое число, на двадцать два — потому что это двойное число…
Коу Сяо ухахатывалась так, что без сил опрокинулась на Лао-Яна:
— Я не могу, мой братишка основательно затаил обиду. Он вспоминает об этом каждый год.
— Говорю тебе, я с твоего шестнадцатилетия и до нынешних пор очень хорошо помню причины, которые ты указывала каждый год, — цокнул Коу Чэнь.
— Так и ты празднуй! Каждый год, когда я тебя спрашиваю, ты всегда отвечаешь, что тебе без разницы как праздновать, и вообще мину недовольную строишь.
— В этом году ты уже совершеннолетним станешь. — Коу-Лао-эр похлопал Коу Чэня по плечу. — Устроим тебе большой праздник, позови Хо Жаня и своих одноклассников. Где поесть и как отпраздновать — выберешь сам.
Коу Чэнь тут же повернулся к Хо Жаню:
— Пойдём в поход?
— Чтобы я? Вёл вас? Шестерых неумех? В одиночку? — Хо Жань совсем не оставил Коу Чэню лица. — Нет.
Коу Сяо снова расхохоталась:
— А в прошлый раз с нами тремя лучше, что ли, было?
— Не лучше. Вы с Ян-гэ тоже относитесь к неумехам.
Мама Коу не удержалась от смеха:
— Ох, Сяо-Жань-Жань такой милый, совсем лица другим не даёт.
— Подумай о чём-нибудь другом, — сказал Хо Жань Коу Чэню.
— Тогда выберем парк какой-нибудь, принесём туда учебники и тетради, сформируем учебную группу и будем заниматься весь день… — предложил Коу Чэнь.
Хо Жань начал подниматься со стула:
— Я хочу домой.
Коу Чэнь потянул его обратно:
— Ладно-ладно, подумаю.
После обеда Коу Чэнь не сразу отпустил Хо Жаня домой, а отвёл его обратно в свою комнату, чтобы вместе поделать уроки. Хо Жань не мог найти подходящих слов и сел рядом с ним за стол.
— Тебя так прёт от этого? — Хо Жань смотрел на него. — Ты реально хочешь, чтобы я тупо сидел и смотрел, как ты занимаешься?
— М? — Коу Чэнь повернул к нему голову и на мгновение завис: — А, ты же не принёс домашку с собой, да?
— …Я её сделал уже!
— Тогда повторяй. — Коу Чэнь бросил ему учебник.
Хо Жань не ответил. Он взял учебник и осмотрел его — новёхонький, что аж можно на витрину книжного магазина поместить.
— Я хочу использовать этот прилив мотивации и втапливать как можно больше дней, — сказал Коу Чэнь. — Правда, не знаю, как долго продержусь. Я боюсь, что сорвусь через полмесяца.
— Коу Чэнь, — Хо Жань погладил его по голове поверх повязки на ней, — я помогу тебе.
— Забей, — буркнул Коу Чэнь, даже не подняв головы. — Твои мысли заняты только тем, как бы меня трахнуть.
— …Слышь бля! — крикнул Хо Жань.
— А чё, нет, что ли? Я хотел поделать английский, а ты что сделал? Набросился на меня и давай стягивать штаны…
Хо Жань вытаращился на него, не понимая, что именно сейчас испытывал — неловкость, стыд или раскаяние из-за своей невоздержанности.
— Ты во время дрочки небось думал зайти дальше? — Коу Чэнь смотрел в тетрадь, но Хо Жань видел, что краешки его губ тронула лёгкая усмешка. — Если бы Шуайшуая здесь не было…
— Даже если и хотел, что с того? Шуайшуай не человек. Если я завёлся, он не спасёт своего хозяина, пусть хоть набросится на меня и укусит!
— Йо-о, — Коу Чэнь повернулся и посмотрел на него, — какие громкие слова!
— Можешь проверить. — Хо Жань надавил на сустав пальца и щёлкнул.
Коу Чэнь глянул на его пальцы, отложил ручку и надавил на собственный.
Ни звука.
— Э! — Коу Чэнь посмотрел на свои руки: — Ни грамма лица!
— Ладно-ладно, — Хо Жань быстро взял его за руку, — хватит, я тебя услышал.
Коу Чэнь поднёс его руку к своему рту и прикусил кончик его пальца:
— Всё, делаем домашку.
Хо Жань, этот мелкий разгильдяй, попал под влияние Коу Чэня, разгильдяя побольше, и впервые начал готовиться к семестровым экзаменам аж за месяц. Но это было своеобразное чувство, как будто они трудились над чем-то великим. Конечно, если бы Коу Чэня выпнули за границу, это бы изрядно повлияло на них обоих.
Он повернул голову и посмотрел на профиль Коу Чэня.
Ай, ну как же прекрасен.
А если бы этого красивого юношу отправили за границу, как бы Хо Жань исстрадался от невозможности видеть его, трогать, целовать и ласкать! Он долго не мог оторвать взгляд от Коу Чэня, затем наклонился и поцеловал его в щёку.
— Я тоже хочу чмокнуть! — Коу Чэнь повернулся и поцеловал его в нос. — Ты подумал о подарке мне на днюху? Я не хочу ничего купленного, хочу, чтобы ты сам изготовил, а ещё я хочу открытку и любовное письмо.
— …А мне письма ты не писал.
— А ты и не просил. Но я сейчас прошу.
— Ладно, — кивнул Хо Жань. — Учти, любовные письма требуют ответа.
Коу Чэнь рассмеялся:
— Это я устрою.
До дня рождения Коу Чэня оставалось больше половины месяца, и хотя он ещё не решил, как отпраздновать, Хо Жань уже думал о подарках. Беря во внимание тот самодельный подарок Коу Чэня и выдвинутый запрос, придётся поломать голову. Вот только ничего интересного и значимого Хо Жань придумать не мог, особенно после того, как Коу Чэнь сделал для папы подарок в виде термокружки с фотопринтом. Всё, о чём он мог думать — какая-нибудь вещь с напечатанной на ней фотографией. Эта ужасно безвкусная задумка проедала ему мозг и жутко изводила. Наконец, когда он посмотрел на сантиметровую ленту вокруг лодыжки, его осенило — почему бы не смастерить пару браслетов? Хотя он же как-то говорил Коу Чэню, что не носит браслеты. Неважно, теперь он готов даже собачий ошейник рассмотреть, если он парный с Коу Чэнем, да и тем более, браслет «Операция "Лизни морскую воду"» он носил, не снимая.
Вернувшись домой, Хо Жань сел в комнате и начал размышлять о том, какой браслет изготовить. Его взгляд скользнул по всякой мелочи и комплектующим на полках. Какой браслет можно сделать из вещей, находящихся в этой комнате? Чтобы получился красивым, особенным, крутым и несложным в изготовлении. Его взгляд задержался на старых заменённых велосипедных цепях на полке. Помимо проводов, они единственные во всей комнате по форме напоминали браслет — вполне особенные, потрясные и, кажется, очень даже хорошо смотрятся.
Он вскочил, подошёл к полке, чтобы снять цепи, и выбрал две: одну с трекового велосипеда, а другую — с десятискоростного, затем поочерёдно накинул на запястье и взглянул. Цепь трекового с овально-вытянутыми звеньями выглядела немного громоздкой, а десятискоростная, поуже, была более гибкой. Значит, десятискоростная подойдёт.
Хо Жань сел за компьютер и поискал информацию о браслетах из велосипедных цепей. Оказалось, что много кто их изготавливает, поиск даже выдавал готовые изделия на Таобао. М-да. Всё-таки сделанный своими руками будет ценнее и значимее, а готовый продукт хорош тем, что у него можно подглядеть конструкцию и купить нужные детали. Хо Жаню нужен был замок. Он сохранил несколько изображений и заказал 20 замочков двух разных стилей. Все 20 замочков, конечно, не предназначались для изготовления 20 браслетов, он увеличил количество на случай, если напортачит… Так он перестрахуется 18 шансами на неудачу с двумя браслетами, что должно быть достаточно, даже свинья не наделает столько ошибок.
Оформив заказ, Хо Жань почувствовал радость, как будто браслеты уже были готовы. Он вытащил листок бумаги и ради забавы написал на нём несколько слов: «С Днём Рождения», «Коу Чэнь», «вьюнчик»…
«я тебя трахну».
Он зачеркнул эти три слова. Слишком грубо.
«хочу тебя трахнуть».
Вот теперь не грубо.
Хо Жань немного посмеялся над написанным, а затем достал открытку, которую подарил ему Коу Чэнь. Неуклюжие иероглифы, детская обводка, самая что ни на есть простая форма поздравления. Он долго любовался ею.
Вид Коу Чэня, вернувшегося в школу, привлекал бесчисленное множество взглядов. Когда он проходил мимо медпункта, его окликнула Тао Жуй:
— Что у тебя с головой?
— Разбили.
Тао Жуй нахмурилась:
— Сколько швов?
Коу Чэнь покачал головой:
— Всё нормально, три.
— Не езжай в больницу на смену повязки, — Тао Жуй потрогала его бинт, — приходи днём сюда, я сама поменяю.
— А когда повязки меняют… это больно? — поднапрягся Коу Чэнь.
— Не больно, — со смехом ответила Тао Жуй. — Можешь попросить Хо Жаня пойти с тобой, чтобы он подбодрил тебя.
От этих слов Коу Чэню вдруг стало стыдно, как будто он провинился в чём-то, поэтому он быстро закончил разговор и побежал в общежитие.
Ребята уже вернулись, а когда услышали, что он вошёл в комнату, то всей группой собрались там.
— Коу Чэнь, — Вэй Чаожэнь достал большой пакет, — мама попросила передать тебе. Там томлёный супчик, не куриный, а какой-то лечебный, он полезен для заживления ран. Она разделила его на четыре порции и заморозила… только он оттаял уже. Мама сказала сначала положить его в морозилку в столовке, а потом разогреть, когда будешь есть.
— Нихуя! Зачем? Мне всего три шва наложили, и я ничего не чувствую… Твоя мама думает, что это ты меня избил? — Коу Чэнь заглянул в пакет и, кроме герметично закрытых контейнеров с супом, увидел кучу еды.
— Не, она знает, что я не смогу тебя побить.
— Твоя рана. — Сюй Чуань хмуро смотрел на повязку Коу Чэня, лицо его выражало сильное беспокойство. — Из-за неё…
Остальные ждали, пока он закончит.
— У Хо Жаня, наверное, сердце разрывается, — договорил он.
— Бля, — выругался Хо Жань, затем нервно обернулся и оглядел комнату.
— Го Цзыцзянь ещё не приехал, — сказал Сюй Чуань. — Обычно он приезжает после ужина.
— Моё сочувствие к Коу Чэню напрочь смело, — буркнул Цзян Лэй.
— Ревнуешь, что ли? — с улыбкой спросил Сюй Чжифань.
— Да не то слово. Теперь я — кувшин старого выдержанного уксуса.
— Го поедим рамэна вечером, — внезапно предложил Ху И.
— Ты проснулся или спишь ещё? Ты хоть понимаешь, о чём мы говорим? — возмутился Цзян Лэй.
— Понимаю, ты выдержанный уксус, захавай потом лапши, пожалуйста.
Цзян Лэй уставился на него:
— Вон с глаз моих!
Согласно еженедельному распорядку, их первый ужин после возвращения в школу всегда включал в себя шашлыки. По воскресеньям на поздний перекус приходило меньше людей, бороться за места или еду не приходилось, а потому трапеза становилась ещё приятнее.
— Коу Чэню из-за раны нельзя острое, да? — спросил Сюй Чуань.
— Ну да, шашлыки нельзя. Запросто поднять внутренний жар* и усилить воспаление, а выздороветь потом труднее, — объяснил Сюй Чжифань.
*上火 или 热气 — избыток внутреннего жара, вид вредоносной ци (есть болезни «жара» и болезни «холода»). Это термин из китайской медицины
— …А раньше никто не мог об этом сказать? Я, блять, уже сижу здесь. — Коу Чэнь одарил каждого гневным взглядом. — И вы говорите мне, что мне нельзя шашлындос? Так зачем я сюда припёрся?
— Ну вообще для того, чтобы сопровождать Хо Жаня, — сказал Цзян Лэй.
— Уксус прав, — кивнул Ху И.
— Я хочу шашлыки, — настаивал Коу Чэнь.
— Можешь выпить каши или чего-нибудь ещё. — Хо Жань задумался. — Мороженое можн…
— Я хочу шашлыки. Хочу поесть мяса!
Никто не придал значения его словам. Работница столовой подала им шашлыки, и все взяли по шпажке и начали есть. Коу Чэнь всё же слегка беспокоился о том, что может усугубить воспаление, поэтому не потянулся к шпажкам, лишь приблизился к Хо Жаню и прошептал:
— Дай мне кусочек.
Хо Жань посмотрел на него.
— Всего лишь маленький кусочек. — Коу Чэнь указал на самый маленький кусочек баранины: — Вот только его, дай попробовать.
Хо Жань поднёс шпажку к его рту. Коу Чэнь открыл рот и осторожно откусил от маленького кусочка из середины. Он с удовольствием прожевал мясо и щёлкнул Хо Жаня по лицу:
— Какой умничка.
— Будьте повнимательнее, — напомнил им Сюй Чуань. — Мы в столовке, там сзади люди.
Хо Жань занервничал и обернулся вместе с Коу Чэнем. За двумя столами позади них никто не сидел, но на третьем стояла огромная тарелка с шашлыками, сложенными горой, что лица едока было почти не видно за ней. Заметив на себе взгляды, этот человек выглянул из-за шашлыков и улыбнулся им. Это был Линь Уюй. Парни улыбнулись в ответ и отвернулись, Коу Чэнь тихо спросил:
— Бляха, он понял, как думаешь?
— Видимо, да. — Хо Жань откусил кусок баранины. — Мне кажется, он уже давным-давно понял.
Никто из них больше об этом не говорил. О чём думает Коу Чэнь, Хо Жань не имел понятия, но сам он испытывал невыразимое чувство — сродни облегчению, но не совсем. Сокровенное чувство. Линь Уюй был единственным человеком, кроме ребят, кто знал их секрет. И хорошо, что именно Линь Уюй.
— Ты чего? — придвинувшись, спросил Коу Чэнь.
— Ничего.
— Дай куснуть куриного крылышка. Половину всего.
Хо Жань нахмурился:
— Так и подорвался отделять тебе! Кушай, если так хочется.
— Я съем только половину. Ты откуси себе и отдай мне вторую половину.
— Линь Уюй сзади! — понизил голос Хо Жань. Рядом с ребятами ещё можно было так помиловаться, те ели, болтали и не обращали на них внимания. Ну, или просто привыкли. Но Линь Уюй сидел за их спинами, всего через два стола. Хо Жаню было неуютно, сколько бы он об этом ни думал.
— Ну и чё с того, что он сзади? — с пренебрежением произнёс Коу Чэнь. — Так даже лучше.
Хо Жань какое-то время молча смотрел на него, затем заговорил:
— Ты специально это делаешь, да? Я в ахуе просто.
Коу Чэнь ничего не сказал и поднял бровь.
— В тебе это говорит уксусная сущность? — спросил Хо Жань.
Коу Чэнь так ничего и не сказал, держа свою бровь поднятой.
Примечание переводчицы:
как-то неудобно это писать, но я всё это время смутно предполагала, что под шашлыками подразумеваются ТЕ САМЫЕ КУСИЩА МЯСА НА ШАМПУРАХ как у нас. но в Китае это небольшие кусочки мяса, нанизанные на деревянные палочки, да и вообще не только мясо, овощи и грибы тоже. я не знаю каким местом думала, когда представляла, что Линь Уюй жрёт снгшного вида шашлыки в таком количестве
http://bllate.org/book/14311/1267074
Готово:
