— Что потом было с тем чемпионом по тайскому боксу?
Джип мчался по горной дороге, вздымая гравий и пыль. У Юй в одной руке держал сигарету, а второй вел машину. Не сразу поняв о чем речь, он лишь отозвался:
— А?
Сидевший рядом на пассажирском сидении Бу Чунхуа костяшкой пальца постучал по темному рубцу на локте:
— Это.
— О, — У Юй чуть задумался и сказал: — Вроде бы умер.
— Умер?
— Умел он драться, ох, как умел. На самом деле босс выставлял его на бой просто, чтобы покрасоваться. В результате однажды тот нарвался на совсем отбитых парней, — говорил У Юй. — Поэтому не нужно слишком выделяться, не нужно всегда стараться угождать начальству. Тот, кто любит быть на виду, плохо кончает.
Он повернул голову, искоса бросив взгляд на Бу Чунхуа. Он явно подтрунивал и, казалось, находил все это весьма занимательным.
— ... — Бу Чунхуа видел, что уголки его губ вот-вот поползут вверх, и хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Через некоторое время он тихо вздохнул и произнес: — Люди действительно легко умирают.
— Легко, все жизни куплены, и проставлена им цена в пару тысяч за каждую. Конечно, жизни таких, как он, немного дороже. После его смерти жене и ребенку полагается хорошая материальная помощь, иначе потом никто не захочет продать свою жизнь.
— Всего несколько тысяч?
У Юй не ответил.
— Эй, — Бу Чунхуа наклонился с пассажирского сидения. — А есть те, кто не хотят продавать?
Автомобиль с ревом несся по дороге, железнодорожные пути постепенно пропали из виду, сменяясь равнинами и горными вершинами, что простирались под бескрайним серо-голубым небом. У Юй вытянул руку в окно, щелчком стряхнул пепел, после чего беззаботно сказал:
— Конечно, где-нибудь такие есть. Если ты поедешь в родную деревню Лю Ли, чтобы спросить, есть ли там девушки, которые не хотят себя продавать, такие наверняка найдутся, только вот их немного... Тогда в той местности для людей несколько тысяч юаней были немаленькой суммой, в то время как герыч за пределами границы стоил чуть больше трехсот юаней.
Бу Чунхуа глубоко задумался, так ничего и не ответив.
У Юй в две-три затяжки докурил и выбросил окурок на дорогу, после чего снова вытряхнул из пачки сигарету, зажав ее во рту. Одной рукой он держал руль, другой шарил в бардачке в поисках зажигалки. Прошло довольно много времени, прежде чем ему удалось ее нащупать.
— А сколько стоит твоя жизнь? — спросил Бу Чунхуа, похлопав его по спине.
У Юй приподнял бровь:
— Моя? Бесценна.
Бу Чунхуа кивнул, вслед за чем забрал зажигалку:
— Тогда ради своих бесценных легких кури меньше или кури что получше.
Сигарета тут же выпала, стоило У Юю открыть рот:
— Эй!..
.
Джип трясся на горной дороге, подпрыгивая на ухабах старого разбитого бетона. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем они увидели разбросанные по округе постройки — то были небольшие самострои в несколько этажей. Наконец они добрались до деревни Фэнъюань на горе Гэчэн.
Небо мало-помалу темнело, вдалеке над домами поднимались струйки дыма; в деревне, рассыпанной по склону горы, постепенно загорались огни. Бу Чунхуа выпрыгнул из машины и с громким хлопком закрыл дверь:
— Больше никогда на твои уговоры не поведусь. Максимум полдня, говорил, и что это мы видим?
— ... — У Юй сердито сказал: — Откуда мне было знать, что здесь горная дорога будет такая извилистая?
Как правило, чтобы выехать в сельскую местность по служебным делам, городская полиция должна сначала пройти формальные процедуры и оформить документы, уведомить местные власти и органы общественной безопасности, а затем отправиться в путь в сопровождении сотрудников районного отделения. В противном случае они окажутся в положении, когда, во-первых, плохо знакомы с нравами местных жителей, во-вторых, не знакомы с местностью, что в итоге может вылиться во множество проблем при исполнении служебных обязанностей. Однако ситуация с деревней Фэнъюань была особой: полицейский участок, в чьей юрисдикции находилась эта территория, располагался в десятках ли отсюда. Если следовать стандартному предписанию, им пришлось бы остаться тут на ночь. Бу Чунхуа был человеком, который в своей работе экономил каждую секунду, поэтому он позвонил в полицейский участок и велел передать местному участковому, чтобы тот ждал их на околице деревни.
— Гао Вэй и его жена? — участковый выглядел лет на сорок и, по слухам, был одним из немногих в деревне, кто имел образование. Бывший прилежный студент, чья семья владела фабрикой по производству петард, он прекрасно говорил на путунхуа.*— Они семьей уже давно не живут здесь, переехали в уезд.
П.п.: Путунхуа — общепринятый разговорный китайский язык.
Под все темнеющим небом Бу Чунхуа включил фонарик:
— И не возвращались?
— Ну как же, возвращаются на время сельскохозяйственных работ, в зимние и летние каникулы, — говорил участковый. — Оба ребенка в уезде ходят в школу, старший в среднюю, младший — в начальную. Но жить при школе очень дорого, поэтому они открыли небольшой магазинчик рядом. Все-таки иметь небольшой магазин лучше, чем искать еду в земле, да и в уезде можно хорошо заработать. Первые два года они часто сюда приезжали, а в прошлом году приехали на несколько месяцев...
— А что со старшей дочерью?
— Старшая-то? Старшая вроде тоже в магазинчике помогала, — участковый наконец отыскал повод поинтересоваться этой историей, и воровато понизил голос. — Слыхал, что она в городе померла. В деревне все говорят, это правда? Как померла? Кто-то убил?
Бу Чунхуа его вопросы проигнорировал и вновь спросил:
— Вы в деревне молитесь божествам?
— Че? Ну, духу земли?
— А кроме духа земли? Богу, Иегове, Иисусу?
Участковый, посмеиваясь, потер руки и посмотрел на него с таким выражением, будто хотел сказать: "Начальник, у тебя с головой все нормально?"
— Что вы говорите, мы, члены коммунистической партии, все атеисты. Еще можем поклониться Бодхисатве и Цайшэню, но Бог, Иегова — это же иностранные боги, а мы все... Эх! Скажем так, заморский бог на английском говорит, толку ему молиться?
Бу Чунхуа ничего ему не ответил и пошел вперед по тернистой тропинке.
Многие деревенские жители работают вахтовым методом и возвращаются домой только на время сельскохозяйственных работ или новогодние праздники, однако по-прежнему тратят все заработанные деньги на строительство домов в родных местах. Эти дома являлись лицом жителей, поэтому независимо от того, жили они там или нет, дом необходим, а иначе соседи будут смотреть на вас, как на неприкаянных.
То же самое касалось и дома Гао Вэя. Тот располагался в хвосте деревни в десяти минутах ходьбы, и представлял собой трехэтажное бетонное здание на пустыре в конце отдаленной развилки. В нем были двери и окна из алюминиевого сплава, снаружи стояли решетки. С виду он казался немного более новым, чем большинство домов в деревне.
— Его дом, кажется, больше, чем другие? — спросил Бу Чунхуа, обходя небольшое здание.
Участковый энергично замотал головой:
— Доселе я как-то не замечал… поди, где-то на стороне подзаработали. Эх, мы все деревенские, неважно, больше он или нет.
Бу Чунхуа кивнул, на мгновение задумался и проговорил:
— Зайдем внутрь посмотрим.
— А? — участковый застыл, на его лице появилась неловкость. — Е-еще зайти хотите? Но у нас нет их ключей. Может, мне позвать кого сломать замок?..
Бу Чунхуа подошел к входной двери:
— Ни к чему.
В отличие от городских домов, где встречалось многообразие взломостойких дверей, это бетонное здание было заперто на замок, висевший на обмотанной в несколько слоев цепи. Бу Чунхуа подержал в руке, смерив взглядом, увесистый замок. У Юй стоял рядом и некоторое время внимательно наблюдал. Похоже, что он ощущал трудность положения:
— Сейчас такие цилиндрические замки нелегко открыть, внутри стоит защита от вскрытия... Эй!
Прежде чем рука У Юя коснулась кармана брюк Бу Чунхуа, его запястье неожиданно оказалось в крепкой хватке капитана.
— ...
В течение нескольких секунд двое смотрели друг на друга, после чего У Юй озадаченно спросил:
— Что ты делаешь?
Бу Чунхуа смерил его взглядом холодных светлых глаз и медленно отпустил руку. У Юй тут же заложил ее за спину, выпрямился и, будто бы ничего не произошло, уставился на замок, указав на него подбородком:
— Знал бы раньше, взял бы устройство для взлома двери. Ну и как поступим?
— ...
— Вперед, партийный лидер сражается в первых рядах! Вы самостоятельно выбивайте ногой, храните…
Язычок замка щелкнул, и речь У Юя резко оборвалась. Бу Чунхуа ловко вынул пару шпилек из замочной скважины и вскинул бровь. В этом жесте читалась насмешка:
— Сериалов пересмотрел? Кто сейчас выбивает ногами двери?
— ... — У Юй.
Вслед за этим дверь отворилась и в последних слабых лучах закатного солнца, пробивавшихся через окно, перед ними предстала типичная планировка старомодного самостроя в северной глубинке.
На первом этаже гостиная лишь наполовину была выложена кафелем, вторая половина оказалась заставлена деревянными ящиками, бамбуковыми корзинами и прочим барахлом. В восточной части стоял старомодный стол на восемь персон, холодильник и кирпичная кухонная плита. Также тут, прямо на полу, обнаружился элекроскутер. Лестница была вымощена глянцевой напольной плиткой, в углу громоздились ведра для мытья полов. На втором этаже располагались спальня, гостиная и туалет. Туалет представлял собой яму, края которой были выстланы грязным красным ковром.
Третьего этажа ремонт еще не коснулся, там была лишь черновая отделка. Поскольку окна давно никем не открывались, в воздухе стоял запах плесени. Вооружившись ручным фонариком, Бу Чунхуа осматривал помещение. Участковый неловко следовал за ним, потирая руки и со смехом говоря:
— Мы все такие — и ремонт делаем и живем тут сразу. Если есть деньги — ремонтируем, нет денег — отложим это дело на потом. Эх! На самом деле это просто показной лоск, чтобы прикрыть нищету — все равно что блестящие шарики ослиного навоза...
— Когда они в последний раз здесь были? — спросил Бу Чунхуа.
— Где-то на праздник весны, а как началась работа, так уехали обратно и с тех пор больше не возвращались.
— Так и не вернулись?
— Они ж хотят заниматься бизнесом. Даром что из нашей деревни, а на самом деле давно уже не имеют с ней ничего общего. Их старшую дочь я вообще видел в последний раз несколько лет назад, — участковый украдкой глянул на Бу Чунхуа и, посмеиваясь, спросил: — Ваши вышестоящие инстанции общественной безопасности, вероятно, не знают о ситуации здесь. На самом деле, напрасно вы приехали, здесь вы их уже не найдете. Если это касается дела их старшей дочери, может, я вам помогу? Позвоню за вас и поеду за ними в уезд.
Продолжая хранить молчание, Бу Чунхуа обвел взглядом грубоотделанные стены этажа и направился к лестнице.
Участковый следовал за ним по пятам, подумал и снова предложил:
— Эй, начальник, может, вам написать их адрес в уезде? Старший и младший ребенок ходят там в школу, сейчас идет учебный год, поэтому, если вы туда наведаетесь, то наверняка их встретите...
— Капитан! — раздался голос У Юя с кухни.
Бу Чунхуа вежливо махнул рукой, прерывая воодушевленный монолог участкового:
— Подождите здесь, пожалуйста.
С этими словами он быстро спустился по лестнице. У Юй стоял перед окном за кухонной плитой и, прищурившись, что-то рассматривал в свете фонарика. Этим чем-то оказался пакетик соевого соуса.
— Что? — тихо спросил Бу Чунхуа.
У Юй ничего не ответил. Он только слегка провел большим пальцем по уголку пакета. Там жирным шрифтом была напечатана дата изготовления.
Изготовлен он был два месяца назад.
"Когда они в последний раз здесь были?"
"Где-то на праздник весны, а как началась работа, так уехали обратно и с тех пор больше не возвращались..."
Небо за окном потемнело, на землю опустилась ночь.
Вдали, в деревне, виднелись лишь редкие огоньки, сопровождаемые протяжными резкими звуками ветра, дующего с гор. В такт ему в темноте качалась дикая трава, вымахавшая в половину человеческого роста, казалось, будто бесчисленные злые духи и чудовища затаились повсюду.
Бу Чунхуа и У Юй стояли в нескольких цунях друг от друга, никто из них не говорил, слушая лишь легкое приглушенное дыхание с кончика носа друг друга.
— Начальник! Эй, начальник? — со второго этажа донесся голос участкового, казалось, он высунул голову из-за углу лестницы. — Вам, поди, включить свет? Тут в потемках вообще ничего не видать.
Бу Чунхуа приложил указательный палец к губам, подавая знак У Юю молчать. Вместе с тем он достал из кармана брюк телефон, быстро открыл сообщения, отправил координаты и глубоким голосом сказал:
— Что вы говорите?
— Мы можем включить свет? Тут темнотища, ничего не видно...
— Не включайте, мы приехали без ордера на обыск. Если кого-нибудь потревожим, то по возвращении нарвемся на взыскание, — небрежно бросил Бу Чунхуа. — Просто подождите там и ничего не трогайте. Я схожу в туалет, и после сразу пойдем, здесь нечего смотреть.
Стоявший на втором этаже участковый вытянул шею с лестницы:
— О, хорошо! Вам нужен их адрес в уезде?
— Нужен. Погодите немного, пройдем в машину, и там напишите!
Участковый только теперь успокоился и втянул голову назад.
Бу Чунхуа убрал телефон в карман и уже собирался шёпотом отдать распоряжение, как вдруг неожиданно застыл. У Юй, стоявший напротив, тоже замер. Молча они обменивались взглядами.
— ...
Бу Чунхуа схватил запястье У Юя с такой силой, что у того не было ни малейшей возможности высвободиться. Вытащив его руку из своего кармана, он поднял ее перед собой.
Они смотрели друг на друга в течение пяти секунд, а затем Бу Чунхуа отнял украденную У Юем зажигалку и шепотом забранился:
— В такой момент еще думаешь о сигаретах?!
У Юй скрипнул зубами:
— Такой момент, а ты захватил мою зажигалку и все не отдаешь?!
На втором этаже послышалось какое-то движение. Бу Чунхуа тут же замолк и, не говоря ни слова, втащил У Юя в ванную, с грохотом захлопнул дверь и открыл кран. В шуме воды он заговорил, понизив голос:
— Как выйдем, ступай первым, а я найду способ задержать его. В случае чего я встану перед ним, а ты быстро беги к парковке…
У Юй прижался спиной к стене и нетерпеливо прервал его:
— Если даже местный участковый прикрывает их, сколько же тогда всего в этой деревне сектантов? Если поднимется шумиха, ты справишься?
Бу Чунхуа холодно сказал:
— Лучше молись, чтобы у тебя не было возможности увидеть, справлюсь я или нет!
— ... — У Юй моментально принял решение: — Тогда сначала верни мне зажигалку.
— У тебя еще есть время думать о зажигалке?!
— А что я буду делать, если ты со своей доблестью не успеешь мне ее отдать?!
У Юй потянул руку к карману брюк Бу Чунхуа, продолжая упорствовать, но тот снова оттолкнул ее. Прошло каких-то полсекунды, локоть У Юя откинулся назад, ударившись о стенку. Раздался глухой звук, и дверца шкафа без руки, на которую пришлось давление, отскочила и со скрипом приоткрылась, образуя небольшую щель.
— ... — У Юй.
— ... — Бу Чунхуа.
В большинстве подобных домов в ванной или на кухне есть пространство, где встроен газовый водонагреватель. Для небольшого бетонного трехэтажного здания вполне нормально использовать 24-литровый бак, однако под светом фонарика то, что смутно виднелось в дверную щель, оказалось не водонагревателем, а бетонной ступенькой, ведущей прямо под землю.
Лицо Бу Чунхуа стало слегка напряженным. Держа в одной руке фонарик, он потянулся, собираясь приоткрыть дверцу, однако У Юй удержал его. Вынув из-за пояса очень узкий кинжал, он жестом велел взять его. Лезвие кинжала мелькнуло холодным блеском в свете фонарика.
Бу Чунхуа кивнул, бесцеремонно задвинул У Юя себе за спину, а затем приоткрыл кончиком ножа дверцу и быстро посветил внутрь.
Это оказался подвал.
Раньше в северных сельских районах в каждом доме имелся погреб для хранения овощей, однако в погребе семьи Гао были вовсе не овощи, а ряды книжных стеллажей, образующих в центре свободное пространство площадью около десяти квадратных метров. Там как попало стояло два стула и в несколько рядов лежали подушки, будто бы специально предназначенные для того, чтобы сидеть на них или стоять на коленях.
Бу Чунхуа осветил фонариком ряды книжных полок, заставленных рукописями, компакт-дисками, флешками и видеокассетами. Кроме них тут имелось несколько проекторов, рядом валялись спутанные провода. Он наугад выбрал несколько видеокассет, на внешних сторонах коробок обнаружились рукописные этикетки. Большинство подписей имели сильный религиозный подтекст, вроде: "Явление слова во плоти" или "Овцы слышат голос Божий". Также на одном диске было написано маркером от руки: "Проповедь Евангелие. Обучающее видео 4.20".
— Вот же ж блядь!.. — сзади негромко выругался У Юй.
Бу Чунхуа обернулся и успел заметить, что тот взял толстый фотоальбом с одной и книжных полок. Стоило его открыть, как на пол с шелестом посыпалось огромное количество фотографий с изображенными на них переплетенными в вульгарных позах мужчинами и женщинами. На всех фотографиях фоном был этот подвал!
Двое мужчин переглянулись. Бу Чунхуа низко рявкнул:
— Задержать этого участкового!
Не тратя больше слова, У Юй взбежал по бетонным ступеням. Бу Чунхуа быстро подобрал несколько фотографий, сунул их за пазуху и ветром последовал за ним. Они почти одновременно выскочили из потайного прохода в стене, и в этот момент вдруг услышали за дверью ванной щелчок, а затем топот, будто бы кто-то снаружи в панике убегал.
Этот участковый! Он собирался сбежать!
У Юй в стремительном прыжке толкнул дверь, но та не поддалась. Ее заперли снаружи!
У Юй мысленно выругался, отошел на полшага, собираясь плечом выбить преграду, но в следующую секунду Бу Чунхуа оттащил его. Не сказав и двух слов, он поднял ногу и нанес мощный удар.
Бабах!
Железный засов снаружи вырвало с корнем, он вылетел, как пуля, а сама дверная панель с грохотом разлетелась на части.
Участковый даже не успел добежать до входной двери. Он только почувствовал затылком сильный порыв воздуха, а следом удар карманным фонариком. Из разбитой головы брызнула кровь, мужчина обмяк. Он не успел даже вскрикнуть, когда Бу Чунхуа повалил его, завернул руку за спину и в два счета прижал к земле.
— Спа... у-у-у!
Его крик резко оборвался, когда У Юй, следовавший вплотную за Бу Чунхуа, схватил мужчину за нижнюю челюсть и резко дернул. Кость вышла из сустава.
— ...
Один удерживал извивающегося участкового, второй, склонив колено, стоял рядом. Три секунды они смотрели друг на друга, а затем одновременно оглянулись на разбросанные сзади обломки двери.
— Разве не ты говорил, что двери с ноги выбивают только в сериалах? — хриплым голосом спросил У Юй.
Бу Чунхуа прервал тяжелое дыхание и сглотнул:
— Это называется "сотворение искусства, берущего начало из жизни".
http://bllate.org/book/14291/1265663
