Сегодняшний праздничный ужин оказался поистине захватывающим. Сначала девушка попыталась публично заколоть восьмого императорского дядю, затем ворвалась служанка с известием, что старшая молодая госпожа повесилась. Эта сенсационная новость лишила всех гостей дара речи.
Собравшиеся принялись тихо перешёптываться:
– Старшая дочь? Это та, что обручена со старшим сыном семьи Линь?
– Похоже. Это же дочь госпожи Юнь? Она редко выходит из дома, я её никогда раньше не видел!
– Я слышала, старшая дочь имеет отстраненный характер, она равнодушна к мирским делам. Почему она вдруг покончила с собой?
– Может, до нее дошли слухи, что жених бегал в Дом Благоухающего Неба, и даже пытался выкупить госпожу Е. Неужели бедная девушка не выдержала унижения и покончила с собой?
– Возможно. Все знают, что её жених часто бывал в борделях и даже хотел содержать девушку из Дома Благоухающего Неба. Как могла дочь принца стерпеть такой позор? Какая трагедия…
Сяо Лоу, услышав эти разговоры, слегка нахмурился. Днём он успел побывать на заднем дворе, и Ци Ияо в его памяти осталась девушкой, равнодушной к славе и богатству, спокойно читающей сутры и ударяющей в деревянную рыбу, нисколько не тревожащейся о том, что происходит вокруг. Неужели она повесилась из-за скандала с женихом? Невозможно. Должна быть другая причина. Затем он перевел взгляд на восьмого императорского дядю, лицо которого было черным, как дно горшка. Сначала нападение на него самого, а теперь ещё и страшная весть о самоубийстве дочери. Праздник в честь дня его рождения обернулся катастрофой.
– Что за чушь ты несёшь?! – рявкнул он и посмотрел на служанку испепеляющим взглядом.
– Эта… эта служанка видела своими глазами: молодая госпожа висела на дереве во дворе… – побледнев от страха, пролепетала служанка.
Поняв, что с дочерью действительно беда, принц тяжело вздохнул, стараясь сохранить самообладание. Он обвёл взглядом гостей и тихо произнёс:
– Уважаемые гости, мне нужно заняться семейными делами. Праздничный ужин на этом окончен. Прошу прощения за доставленное неудобство.
Гости поклонились и быстро разошлись. Всем, конечно, было интересно, почему молодая госпожа покончила с собой, но открыто обсуждать несчастье, обрушившееся на семью восьмого императорского дяди, никто не смел. Если бы принц пришёл в ярость, они и сами могли бы пострадать.
Шао Цингэ был просто гостем и, понятное дело, не имел причин задерживаться в резиденции и любоваться зрелищем. Он бросил на Юй Ханьцзяна взгляд, говорящий «Я ухожу». Проходя мимо Сяо Лоу, тот неожиданно ему прошептал:
– Навести Е Ци в тюрьме магистрата и спроси, не нашёл ли он что-нибудь в Доме Благоухающего Неба.
– Не волнуйся. Сяо Е никогда раньше не сидел в тюрьме, принесу ему передачу, – усмехнулся Шао Цингэ.
Сяо Лоу проигнорировал его шутки и продолжил наблюдать за происходящим. Гости быстро разошлись, остались только Юй Ханьцзян с двумя спутниками, а также девятая принцесса и Цюй Ваньюэ.
– Ваше Высочество, поскольку в Цзянчжоу произошло убийство, как глава я обязан тщательно расследовать это дело. Причина смерти старшей молодой госпожи может быть не столь очевидной. Могу ли я осмотреть место происшествия? – шагнув вперёд, негромко спросил Юй Ханьцзян.
Восьмой императорский дядя немного подумал и кивнул:
– Разумеется, Юй-дажэнь.
Юй Ханьцзян, Сяо Лоу и Мо Сюэминь последовали за принцем во двор. Девятая принцесса и Цюй Ваньюэ не отставали.
– А вы, почему еще не ушли? – увидев этих двоих, холодно спросил восьмой императорский дядя.
– Это я! – поспешно объяснила девятая принцесса, раскрывая свою маскировку. – С А‑Яо что-то случилось? Я тоже пойду!
Восьмой императорский дядя узнал переодетую в мужчину девятую принцессу и слегка нахмурился:
– Её Высочество вместо того, чтобы сидеть в столице, носится невесть где! Разве это подобает твоему статусу?
– Об этом поговорим позже, – с горьким лицом ответила девятая принцесса. – У меня не было выбора, мне пришлось сбежать. Как А‑Яо могла покончить с собой? Я только недавно переписывалась с ней. Я должна её увидеть!
Принцу ничего не оставалось, как позволить ей идти с ними.
Служанка, которая принесла эту скорбную весть, шла впереди, и все остальные проследовали за ней во внутренний двор.
Задний двор резиденции восьмого императорского дяди делился на четыре части, соединенные между собой коридорами, и имел форму «回». Коридоры были окружены зелёными деревьями, а посреди двора располагались искусственный пруд и прекрасные клумбы. Двор был огромен, и уже стемнело, поэтому если бы кто-то затаился в тенях деревьев, его бы точно не заметили.
Дерево, на котором повесилась девушка, находилось за искусственным холмом. Это было самое высокое и раскидистое дерево во всём дворе. Его широкие ветви отбрасывали плотную тень – идеальное место для летнего отдыха. Под ним стояли каменные столы и скамейки, где члены семьи восьмого императорского дяди могли сидеть, наслаждаться чаем и беседовать.
Теперь же на его ветвях висела женщина в белом. Ее конечности безвольно обмякли, тело мягко покачивалось на ветру.
Это зрелище повергло всех в ужас.
Госпожа Юнь бросилась к дочери, обхватила её ноги и закричала:
– А-Яо, моя А-Яо! Зачем ты это сделала?! Разве нельзя было поговорить с мамой? Зачем ты покончила с собой! Что мне теперь без тебя делать…
От ее душераздирающих криков лицо восьмого императорского дяди стало ещё мрачнее. Хотя он не питал глубокой привязанности к старшей дочери, она всё же была его родной кровью. Увидев её в белом платье висящей на дереве, он как отец почувствовал укол грусти. Он шагнул вперёд, нежно обнял госпожу Юнь за плечи и прошептал:
– Не плачь. Почему ты решила, что А‑Яо покончила с собой?
– Я сегодня сказала ей переодеться, потому что пришел молодой господин Линь. Я сказала ей выбрать что-нибудь красивое, а не идти к жениху в белом – это не к добру… Тогда она ничего мне не ответила! – вытерев слезы, произнесла госпожа Юнь.
– Ты рассказала Ияо о скандальных похождениях Линь Шаобо? – восьмой императорский дядя нахмурился.
– Я… я случайно проговорилась, – госпожа Юнь немного замялась, но все же кивнула сквозь слёзы. Её лицо мгновенно побледнело. – Неужели А‑Яо приняла это слишком близко к сердцу и… покончила с собой?!
Лицо восьмого императорского дяди стало ужасающе мрачным. Рядом плакали госпожи Цин и Хань, неизвестно искренне ли они скорбели или притворялись.
– Как могла А‑Яо быть такой глупой…
– Верно, такая молодая – и такая недальновидная!
Обе, всхлипывая, подошли и попытались утешить госпожу Юнь:
– Сестра, не убивайся так… Прими наши соболезнования. И береги себя, не навреди своему здоровью.
Три дамы плакали вместе, а девятая принцесса стояла в растерянности.
– Как А‑Яо могла покончить с собой? Она совсем недавно писала мне, что свадьба назначена на следующий месяц, – пробормотала она.
– Снимите тело старшей молодой госпожи, – тихо вздохнул восьмой императорский дядя.
Две служанки тут же подошли к дереву и сняли старшую дочь принца, а после уложили её на землю.
Сяо Лоу быстро осмотрел следы удушения на трупе и многозначительно взглянул на Юй Ханьцзяна. Как раз когда служанка собралась накрыть лицо покойной белой тканью, Юй Ханьцзян резко остановил её:
– Подожди.
– Юй-дажэнь? – обернулся к нему восьмой императорский дядя.
– Ваше Высочество, моя супруга несколько лет училась у коронера, – тихо произнёс тот. – Не могли бы вы позволить ей тщательно осмотреть тело юной госпожи? Я подозреваю, что она не покончила с собой.
Принц замер и нахмурился.
– Твоя супруга действительно разбирается во вскрытиях? – переведя взгляд на Сяо Лоу, произнес он.
– Ваше Высочество, я действительно несколько лет обучалась у коронера, – шагнул вперёд и вежливо поклонился Сяо Лоу.
Восьмой императорский дядя кивнул, давая разрешение приступить к осмотру. Сяо Лоу уже собирался наклониться к телу, когда госпожа Юнь внезапно бросилась вперёд и крепко обняла дочь, закричав:
– Не трогай её! Моя А‑Яо так трагически погибла, у неё и при жизни было мало счастливых дней, не надо унижать её еще и после смерти!
Внезапная гибель дочери глубоко потрясла госпожу Юнь, и сейчас она едва владела собой.
– Госпожа, прошу, успокойтесь, я просто осмотрю тело, – мягко сказал Сяо Лоу. – Возможно, ваша дочь не покончила с собой. Разве вы не хотите узнать истинную причину её смерти?
Госпожа Юнь замерла, затем указала на отчётливую красную полосу на шее дочери:
– Разве она не повесилась? След на шее так очевиден! Зачем нужно еще осматривать?
– Повешение действительно оставляет след на шее, – тихо ответил Сяо Лоу. – Но если девушку сначала убили, а потом подвесили на дереве, на шее тоже останется след от петли.
Госпожа Юнь вдруг словно прозрела: если А-Яо убили до того, как повесили, значит, всё не так просто. Она тут же отступила в сторону и, глядя на Сяо Лоу, торопливо произнесла:
– Госпожа Юй, прошу, осмотри мою дочь как можно скорее!
Девятая принцесса и Цюй Ваньюэ молча наблюдали за происходящим. Когда Сяо Лоу спокойно наклонился к телу, девятая принцесса негромко пробормотала себе под нос:
– Госпожа Юй и правда умеет проводить вскрытия?.. Неудивительно, что Юй-дажэнь не захотел на мне жениться: у него весьма необычные вкусы – ему нравятся женщины, разбирающиеся в покойниках.
Цюй Ваньюэ ничего не ответила, она просто сделала вид, что не расслышала этих слов.
Под пристальными взглядами собравшихся Сяо Лоу внимательно осмотрел зрачки, кожу и ногти покойной, затем повернул голову девушки, чтобы лучше разглядеть красные следы на шее. Окружающие не понимали, что именно ищет жена Юй Ханьцзяна, и терялись в догадках.
Когда восьмой императорский дядя уже был готов потерять терпение, Сяо Лоу выпрямился и, посмотрев на Юй Ханьцзяна, тихо прошептал:
– Это не самоубийство.
Юй Ханьцзян, встретив его спокойный и уверенный взгляд, сразу поверил в его заключение. Но остальные не спешили верить. В конце концов, разве часто встретишь женщину, умеющую разбираться в подобных вещах?
– Госпожа Юй, разве можно делать такие выводы без доказательств, – лицо восьмого императорского дяди потемнело.
– Следы удушения, оставленные на живом человеке, отличаются от тех, что появляются после его смерти, – твёрдо ответил Сяо Лоу. Затем он указал на шею покойной. – Если бы девушка покончила с собой, то когда петля затянулась вокруг ее шеи, она была бы еще жива, и кровь ещё циркулировала в ее сосудах. Поэтому след должен быть самым глубоким внизу и постепенно светлеть кверху, пока не исчезнет совсем – это типичный признак самоубийства от повешения,– сделав паузу, он продолжил. – Но здесь мы видим горизонтальное кольцо одинаковой глубины. Лишь в одном месте след чуть темнее – там, где веревка сильнее давила на горло. Остальная часть полосы равномерна, без плавного перехода или затухания. Это означает, что в момент удушения кровь уже не циркулировала, кожа была некротизирована. Следовательно, девушку повесили уже мертвой. Это убийство.
Все присутствующие ахнули.
– Хочешь сказать, что доказала убийство, просто взглянув на ее шею? Это звучит слишком надуманно! – невольно воскликнула девятая принцесса.
– Если принцесса мне не верит, она может проверить это на животных, – спокойно посмотрел на неё Сяо Лоу. – Следы на живом и мёртвом теле после удушения будут заметно различаться.
Девятая принцесса хотела возразить, но Юй Ханьцзян тихо добавил:
– Я доверяю заключению супруги.
Девятая принцесса замолчала, не найдя слов.
– Старшая молодая госпожа была убита, и улики на месте преступления это подтверждают. Ваше Высочество, обратите внимание на обувь покойной, – шагнул вперёд Юй Ханьцзян. Он наклонился, поднял веточку и соскрёб несколько листьев с подошвы туфель девушки. – Ваше Высочество, владела ли старшая юная госпожа техниками цингун?
– Ияо… Она не изучала боевых искусств, – восьмой императорский дядя тут же покачал головой.
– Понятно, – продолжил Юй Ханьцзян. – Дерево перед ней очень высокое. Если бы она хотела повеситься, ей пришлось бы использовать каменный стол как подставку. Но на столе нет никаких следов.
– Значит, кто-то сначала убил её, а затем поднял и подвесил на дереве. Отсюда и отсутствие следов на столе, – тут же добавил Сяо Лоу.
Юй Ханьцзян обвёл взглядом собравшихся и холодно произнёс:
– Убийца действовал хитро, но допустил две ошибки. Во-первых, не оставил следов от обуви жертвы на каменном столе. Во-вторых, не учёл разницу между следами удушения живого и мёртвого человека, и этим выдал себя.
Присутствующие в ошеломлении переглядывались: казалось, что всё выглядело как самоубийство, но супруги Юй всего за несколько минут доказали обратное. Даже Цюй Ваньюэ, стоявшая в стороне, мысленно одобрила их выводы. Возможно, это были древние времена, но это не остановило двух великих богов секретных комнат черв. Юй Ханьцзян осмотрел место происшествия, а Сяо Ло осмотрел труп. Полицейский и эксперт-криминалист работали вместе над раскрытием дела, и быстро пришли к единому выводу – это убийство.
Восьмой императорский дядя, хоть и был потрясен, но, внимательно выслушав их доводы, признал их разумность. Да, похоже, его дочь действительно была убита. Если бы это было самоубийство, дело можно было бы замять как «семейную трагедию». Но убийство в собственной резиденции – совсем другой масштаб. Кто-то убил его дочь прямо во время ужина в честь его дня рождения, и никто этого не заметил.
– Раз Юй-дажэнь пришёл к выводу, что это убийство, тебе и вести это расследование, – глухим голосом произнес восьмой императорский дядя. – Прошу, как можно скорее найди виновного и восстанови справедливость для Ияо.
– Ваше Высочество, будьте уверены, я сделаю всё возможное, – кивнул Юй Ханьцзян.
– Также пока держи это дело в секрете, – сделав паузу, добавил восьмой императорский дядя.
– Понял, – ответил Юй Ханьцзян.
Острый взгляд принца обвёл всех присутствующих:
– С сегодняшнего дня моя резиденция будет закрыта! Никому не разрешается покидать ее. И держите рты на замке. Любой, кто посмеет проболтаться хоть словом, столкнётся с моим гневом!
Служанки и слуги тут же опустились на колени:
– Да, Ваше Высочество!
– Что тут происходит? Почему вы все здесь? – в этот момент раздался чистый, молодой голос.
– Третья молодая госпожа, подождите… – шёпотом предостерегла девушку служанка.
Из-за угла во двор вышла девушка с двумя косами и в красном платье. Выразительные брови, ясные яркие глаза, героический вид, на поясе – длинный меч. Это была третья молодая госпожа – Ци Ижу.
Говорили, что эта юная госпожа практикует боевые искусства, обладает мальчишеским нравом и частенько, не разбирая дороги и калеча мирных прохожих, скачет по улицам на лошади. Высокомерная и властная, она славилась среди простого народа дурной репутацией. Взглянув на неё, можно было заметить ее непокорный характер и глаза, полные высокомерия.
Однако, завидев в толпе отца, она тут же потупилась и послушно подошла ближе:
– Отец…
Принц, у которого от событий уже раскалывалась голова, не обратил внимания на нелепый наряд дочери.
– С твоей старшей сестрой случилась беда. Иди и приведи вторую и четвёртую сестёр, – глухо произнес он.
– Что случилось со старшей сестрой? – растерянно переспросила Ци Ижу. В этот момент она увидела труп на земле. – Как это могло случиться?! – вскрикнула она.
– Иди и приведи сестер! – рявкнул принц.
Ци Ижу тут же развернулась и убежала.
Пока принц разговаривал с Юй Ханьцзяном, Сяо Лоу, основываясь на трупном окоченении и трупных пятнах, примерно определил время смерти. Его вывод потряс всех:
– Смерть молодой госпожи… должно быть наступила в середине часа петуха*, то есть совсем недавно.
* 酉时 (yǒu shí) – с 17:00 до 19:00
Середина часа петуха, это около шести вечера. В это время уже стемнело, но праздничный ужин ещё не начался.
– Похоже, молодая госпожа умерла еще до начала праздничного ужина, – тихо произнёс Юй Ханьцзян. – В это время у многих была возможность совершить преступление. Даже жены, сопровождавшие Его Высочество во время ужина, не могут полностью избежать подозрений.
После этих слов, лица всех трёх жён мгновенно помрачнели.
Госпожа Цин, была столь же вспыльчива, как и её дочь.
– Что ты имеешь в виду? – громко закричала она. – Разве я стала бы причинять вред девочке?! У меня к ней нет никакой ненависти, зачем мне её убивать?
– Ваше Высочество, в это время я варила лекарство во дворе, – кроткая и хрупкая госпожа Хань, выглядела обиженной. – Моё здоровье всегда было слабым, откуда бы у меня взялись силы поднять молодую госпожу и повесить её на дереве? Юй-дажэнь, есть ли какие-либо доказательства этих слов?
– Прошу, не волнуйтесь, – спокойно ответил Юй Ханьцзян. – То, что вы пока не сняли с себя подозрения, не значит, что вы убийцы, – затем он повернулся к восьмому императорскому дяде. – Ваше Высочество, мне нужно расспросить вас и ваших жен о некоторых деталях. Разрешите ли вы это?
Восьмой императорский дядя серьёзно кивнул:
– Это дело будет вести Юй-дажэнь. С сегодняшнего дня все обязаны сотрудничать с ним. После столь ужасающего происшествия в моей резиденции я намерен докопаться до истины!
– Можно ли мне одолжить этого человека? Мне может понадобиться его помощь, – произнес Юй Ханьцзян, глядя на охранника рядом с принцем.
– Без проблем, – охотно согласился восьмой императорский дядя. Затем он перевёл взгляд на Лун Сэня. – С сегодняшнего дня будешь сопровождать Юй-дажэня. Выполняй любой его приказ.
– Да, Ваше Высочество! – ответил Лун Сэнь.
Без поддержки принца Юй Ханьцзян, будучи просто главой Цзянчжоу, не посмел бы вторгаться на территорию его резиденции. Но, имея его разрешение, разбираться в этом деле будет гораздо легче.
http://bllate.org/book/14136/2331963
sooly (читатель/заложение основ)
13 сентября 2026 в 18:47
0
