Десять лет назад Ли Мо ещё учился в старшей школе. В тот день он занял первое место на экзамене и, взяв сумку, поспешил домой. Он думал, что отец похвалит его. Но вместо этого он застал такую картину: Ли Чжэминь тихо утешал младшего сына, а его мать, Ся Юэ, сердито ругала Ли Фэя:
– Ты подрался и ударил кого-то в глаз! Нам придётся не только оплачивать медицинские расходы, но и лично извиняться. Ты нас опозорил!
Ли Фэй, тогда ещё ученик средней школы, воскликнул:
– Он первым оскорбил меня, поэтому я бросил в него камень. Откуда я мог знать, что он попадёт ему в глаз?!
Ли Чжэминь рассмеялся и махнул рукой:
– Ладно, ладно, это нормально, что дети ссорятся. Это всего лишь медицинские расходы, мы же можем себе это позволить. Этот Ню Дапэн всегда смотрел на меня свысока, потому что я конкурировал с ним за должность менеджера. Вот он и устроил такой скандал. Я дам ему немного денег, чтобы он отвёл сына к окулисту. Не ругай сяо Фэя, он сделал это не специально.
Ли Фэй поднял глаза, полные слёз и увидел, как старший брат холодно смотрит на него.
– С‑старший брат вернулся… – отшатнувшись, сказал он.
Только тогда пара заметила Ли Мо.
– Ты вернулся? Разве ты не должен оставаться в общежитии? – тихо спросил Ли Чжэминь.
– Ежемесячные экзамены закончились, и сегодня выходной. Я отправил тебе сообщение, – тихо ответил Ли Мо.
Ли Чжэминь потрогал нос и улыбнулся:
– О, я был слишком занят и забыл. Давай поужинаем вместе вечером. Ли Фэй, давай поиграем в мяч.
Он даже не спросил, как старший сын сдал экзамен.
Увидев, как отец уходит с Ли Фэем, Ли Мо, который поначалу радовался своему первому месту, вдруг расплакался. С угрюмым лицом он спросил:
– Мама, что мы будем есть на ужин?
– Сяо Фэй обожает хот-пот, поэтому сегодня вечером поедим хот-пот, – голос Ся Юэ был холодным.
Ли Мо хотел сказать, что не любит острую еду, но, увидев, как женщина повернулась и пошла на кухню, сдержался. Он молча поднялся наверх, открыл свой дневник и написал: «Я тоже их сын, но мне всегда казалось, что для них я лишний. С детства мой отец заботился только о Ли Фэе. Моя мать никогда меня не обнимала. Почему?»
В тот вечер все четверо ужинали дома. Ли Фэй с аппетитом ел и оживлённо рассказывал Ли Чжэминю интересные истории о своих занятиях. Всё это время Ли Мо молчал. Он смывал перец чили водой. Родители не обращали внимания на его действия, зато постоянно подкладывали еду на тарелку Ли Фэя.
Глаза заброшенного подростка были полны разочарования и одиночества.
***
Ли Мо получил отличные результаты на вступительных экзаменах в университет и поступил в крупный вуз на факультет менеджмента.
В день отъезда Ли Чжэминь даже не проводил его. Вместо этого он просто дал ему банковскую карту и отправил сообщение: [На этой карте 200 000. Этого должно хватить на четыре года обучения в университете. Если не хватит, напиши мне].
Ли Мо крепко сжал карту и в одиночестве отправился регистрироваться в университете.
За четыре года учёбы Ли Мо ни разу не был дома. Во время каникул он подрабатывал. Из 200 000 юаней, которые дал ему отец, он не потратил ни юаня. В столь юном возрасте он уже умел зарабатывать деньги самостоятельно. Но больше всего его огорчало, что родители никогда не спрашивали, почему он не возвращается домой, или доволен ли он своей студенческой жизнью. Казалось, им было всё равно, вернется Ли Мо домой или нет.
В социальных сетях родители Ли Мо регулярно выкладывали фотографии, на которых они и его младший брат где-нибудь отдыхали на каникулах. Семейные снимки выглядели восхитительно – счастливые улыбки, живописные пейзажи, уютные посиделки.
Постепенно Ли Мо привык к этому и перестал общаться с родителями. Четыре года пролетели быстро.
На четвёртом курсе Ли Мо отправился на стажировку, организованную университетом. Там он познакомился с Шу Сяомен, которая тоже проходила стажировку в этой компании.
По сравнению с замкнутым Ли Мо, она была живой и очаровательной девушкой. Она была живой и очаровательной девушкой и даже в моменты сильной занятости казалась энергичной и счастливой.
Однажды компания устроила вечеринку, и Ли Мо сидел один в углу и ел. Шу Сяомен подбежала к нему и сказала:
– Тебя зовут Ли Мо? Я слышала, ты лучший студент факультета менеджмента в Хуачжунском университете науки и технологий – это потрясающе!
Ли Мо слегка удивился и уже собирался вежливо отстраниться, но девушка протянула ему стакан сока и с улыбкой сказала:
– Я только что выжала этот сок, он очень свежий – попробуй!
Шу Сяомен разносила напитки всем гостям: прежде чем Ли Мо успел отреагировать, в его руке оказался стакан, полный сока. Он посмотрел вслед удаляющейся девушке с лёгким недоумением на лице.
Ли Мо поднес стакан к губам и сделал глоток… Сок оказался сладким, как персик.
С того дня он начал обращать больше внимания на Шу Сяомен. Девушка была солнечной и жизнерадостной, и, казалось, с самого детства ее баловала семья, однако она неизменно была доброй к окружающим. Шу Сяомен умела печь и часто приносила в офис вкусные десерты. Ли Мо всегда получал от нее несколько кусочков. Он каждый раз хотел отказаться, но его смущала теплая улыбка девушки, и он мог только принять их с напряженным выражением лица.
В то время Шу Сяомен кормила его сладостями, и его всегда худое тело даже немного поправилось. Постепенно в сердце Ли Мо зародились чувства к Шу Сяомен.
В день окончания стажировки руководители отделов решили устроить вечеринку, чтобы попрощаться со всеми. Ли Мо не любил острую пищу, но в такой большой компании он не мог отказаться и не есть. Ему пришлось съесть очень много. Вечером, вернувшись домой, он понял, что у него заболел живот – это был острый аппендицит.
Острая, мучительная боль пронзила живот, Ли Мо сильно потел и едва держался на ногах. Он позвонила отцу, Ли Чжэминю, но тот не ответил. Ему ничего не оставалось, кроме как вызвать скорую помощь.
К тому времени, как приехала скорая, он был бледен от боли и шока. Его быстро доставили в больницу. В приёмном отделении он вдруг увидел знакомую фигуру и услышал встревоженный голос Шу Сяомен:
– Ли Мо? Что с ним случилось…
– У него острый аппендицит, – коротко пояснил врач. – Вы член его семьи? Его состояние опасно, разрыв аппендикса может вызвать инфекцию брюшной полости. Нам необходимо провести экстренную операцию. Могу я попросить вас подписать форму информированного согласия?
Шу Сяомен поспешно покачала головой:
– Нет, я не его родственник. Я просто коллега.
Лоб Ли Мо покрылся холодным потом, когда он тихим голосом сказал:
– Я могу сам подписать согласие на операцию. У меня нет семьи. Жив я или мертв, только я сам несу за себя ответственность.
Преодолевая мучительную боль, он выхватил у врача форму информированного согласия, стиснул зубы и быстро поставил подпись.
Его бледный вид встревожил Шу Сяомен, и она поспешила следом за ним.
– Сяомен, ты ошиблась! Сяоюй в кардиологическом отделении, зачем ты бежишь в отделение неотложной помощи? – в этот момент окликнула её Лю Сяоянь.
– Янь-цзе, иди первой к Сяоюй, я скоро тоже приду! Моему другу делают операцию, я пойду проведать его.
Она бросилась к операционной и с тревогой опустилась на скамью в коридоре, надеясь, что с Ли Мо всё будет в порядке. Примерно через час Ли Мо вывезли из операционной. Он был бледен, но выглядел намного лучше.
– Ли Мо, как ты? Тебе всё ещё плохо? – тут же бросилась вперёд Шу Сяомен.
Ли Мо был ошеломлен и смотрел на нее с изумлением. В ясных глазах девушки читалась неподдельная тревога. В тот же миг его охватила глубокая печаль. Он лежал на каталке, вспоминая равнодушие родителей, а рядом была эта девушка, с которой он познакомился совсем недавно, но которая всё это время ждала у входа в операционную.
– Я в порядке, – Ли Мо отвернулся.
– Как его состояние? – спросила у врача Шу Сяомен.
– К счастью, помощь была оказана вовремя, – ответил тот. – Ему на два дня нужно остаться в больнице под наблюдением, и временно ему придется питаться жидкой пищей.
Шу Сяомен кивнула и последовала за каталкой в палату неотложной помощи.
– Почему ты была в больнице? – после ухода врача прошептал Ли Мо.
– У моей хорошей подруги врождённое заболевание сердца, и в последнее время она плохо себя чувствует, – отозвалась девушка. – Она легла на обследование, вот я и пришла её навестить. Кстати, не хочешь сообщить своей семье…
– Не нужно, – перебил её Ли Мо.
– О… – лишь произнесла Шу Сяомен и больше ничего не сказала
– Иди к своей подруге, я в порядке, – добавил Ли Мо.
Шу Сяомен немного поколебалась, затем встала и сказала:
– Тогда хорошо отдохни. Я приду к тебе завтра.
Ли Мо подумал, что она просто проявляет вежливость, но, к его удивлению, Шу Сяомен действительно пришла рано утром следующего дня. Она принесла кашу, которую приготовила сама, улыбнувшись, она произнесла:
– Врач сказал, что тебе нужно есть жидкую пищу, поэтому я приготовила тебе лёгкую кашу.
Ли Мо принял тарелку со сложным выражением лица и начал есть. Сладкая и мягкая рисовая каша согрела его желудок и сердце. Впервые он понял, как это здорово, когда о тебе заботятся.
В день выписки Шу Сяомен снова пришла.
Ли Мо встал с кровати, посмотрел ей в глаза и тихо произнёс:
– Ты каждый день приносишь мне кашу… Люди могут подумать, что ты моя девушка.
Лицо Шу Сяомен покраснело, и она поспешно объяснила:
– Я пришла навестить Сяоюй и просто… просто принесла тебе еды. Не пойми меня неправильно…
Ли Мо слегка улыбнулся, глядя на её смущённое лицо, и сказал:
– Я хочу понять неправильно.
– Что? – растерялась Шу Сяомен.
– Будь моей девушкой, – твёрдо произнёс Ли Мо.
Встретившись с его глубоким, искренним взглядом, Шу Сяомен поспешно опустила голову. На самом деле она давно испытывала к нему симпатию, но Ли Мо казался таким холодным, что она не решалась признаться в своих чувствах, лишь молча заботилась о нём. Неожиданно он заговорил первым. Шу Сяомен покраснела и не смогла вымолвить ни слова. В следующий момент Ли Мо нежно взял её за руку. Она слегка сопротивлялась, но не пыталась всерьёз вырваться. Смущение и радость переполняли её, когда он вывел её из палаты.
Ли Мо был человеком, холодным снаружи, но тёплым внутри. Он проявлял необычайную внимательность к Шу Сяомен. Спустя три месяца их отношения укрепились, и по инициативе Ли Мо они решили съехаться. Он поступил как настоящий джентльмен: снял двухкомнатную квартиру и уважительно относился к личным границам Шу Сяомен, не торопя событий. Именно в свой день рождения Шу Сяомен не смогла больше сдерживать чувства, и между ними произошла близость.
После этого их отношения стали ещё более тёплыми и доверительными. Ли Мо оставался сдержанным и отчуждённым с посторонними, его выражение лица словно говорило: «Кто приблизится ко мне, тот умрёт». Но, возвращаясь домой, он становился другим: обнимал Шу Сяомен, баловал её и оберегал, потому что эта девушка стала для него настоящим лучиком света, его маленьким ангелом.
После года совместной жизни Шу Сяомен узнала, что беременна. Ли Мо твёрдо решил жениться на ней и отправился на встречу со своей будущей тёщей.
Шу Пин побледнела, едва услышав его имя:
– Твой отец – Ли Чжэминь?
– Да, – кивнул Ли Мо.
Женщина указала на него дрожащей рукой, словно увидела призрака:
– Ты… ты новый генеральный директор компании, Ли?! Зачем ты солгал моей дочери?!
Она была крайне взволнована, её руки дрожали. Шу Сяомен, ошеломлённая происходящим, быстро встала, потянула мать за рукав и поспешно сказала:
– Мама, он мне не лгал. Мы полюбили друг друга без всяких условий…
– Замолчи! – гневно оборвала её Шу Пин. – Ты даже не представляешь, какой мерзавец его отец! Насколько хорош может быть сын, воспитанный Ли Чжэминем? Он обманывает тебя. Не ведись на его внешность!
– Я не знаю, какую обиду вы питаете к моему отцу, но мои чувства к Сяомен искренни. Я приехал к вам в надежде завоевать ваше доверие… – нахмурился и встал Ли Мо.
Шу Пин была настолько взволнована, что потеряла самообладание и только могла, что повторять:
– Я не согласна! Убирайся отсюда немедленно!
Ли Мо почувствовал, что за этим стоит нечто большее, и тихо произнёс:
– Пожалуйста, успокойтесь. Я приеду в другой день.
Вернувшись в компанию, он отдал распоряжение тщательно расследовать прошлые разногласия между Шу Пин и Ли Чжэмине.
Ли Мо лично встретился с вышедшими на пенсию сотрудниками компании — госпожой Мэй, Ню Дапэном и Лю Юймином. То, что он узнал, повергло его в ужас: его отец оказался куда более подлым человеком, чем он мог себе представить. Он также выяснил, что его биологическая мать умерла вскоре после родов – якобы от передозировки снотворного.
Долгое время Ли Мо сидел один в своём кабинете, лицо его было мрачным. Затем он вызвал адвоката компании, и вскоре тот честно признался:
– Господин Ли, это не моя вина! Ваша мать хотела развода, когда узнала об измене вашего отца. Соглашение уже было составлено, но вскоре после этого она покончила с собой… Документ был лишь черновиком, она не успела его подписать. Я… я ничего не мог с этим поделать.
– Вы действительно верите, что она покончила жизнь самоубийством? Почему вы не сообщили в полицию? – холодно ответил Ли Мо. Адвокат молчал, не в силах вымолвить ни слова. Острый, пронизывающий взгляд Ли Мо впился в его лицо. – Мой отец дал вам деньги, чтобы вы молчали, верно? – тихо, но твёрдо уточнил Ли Мо.
Адвокат опустил голову и с горьким выражением лица сказал:
– Я… я знаю, что в смерти вашей матери есть подозрительные обстоятельства. Она решила развестись и не могла внезапно покончить жизнь самоубийством. Но она уже мертва, и нет способа что-либо проверить. Я действительно не мог пойти против вашего отца…
Защищать память умершей и одновременно бросать вызов Ли Чжэминю, который собирался взять под контроль всю компанию, – на такое решился бы только безумец. Для адвоката было вполне естественно проявить осторожность и прагматизм. Ли Мо не винил его.
– Ли Чжэминь просил вас составить завещание? Например, оставить все свои акции младшему сыну, Ли Фэю? – после недолгой паузы тихо спросил он.
– Вы… откуда вы знаете? – адвокат был ошеломлен.
На губах Ли Мо появилась холодная улыбка:
– Я наконец понял, почему он так меня ненавидит. Потому что моё рождение стало следствием того, что он изнасиловал мою мать. Моё существование постоянно напоминает ему о том, как он избавился от жены, чтобы захватить власть. Вероятно, мой вид вызывает у него кошмары, – он подошёл к окну. За стеклом ярко светило солнце. – Завещание уже заверено нотариусом? – спокойно спросил Ли Мо.
– Нет… ещё нет, – дрожащим голосом ответил адвокат. – Ли Фэю ещё нет восемнадцати. Ваш отец считает, что… вы более способны, поэтому сначала должны помочь в развитии компании. А после окончания университета Ли Фэй присоединится к бизнесу и будет учиться управлять компанией.
– Тогда он отдаст свои акции моему глупому брату, а я буду работать на него, верно? – слегка усмехнулся Ли Мо.
Адвокат неловко опустил голову.
– Раз завещание не заверено нотариусом, давайте сделаем вид, что его не существует, — твёрдо сказал Ли Мо. — Если что-то случится в будущем, пожалуйста, молчите, как и тогда. Взамен я дам вам ещё более щедрое вознаграждение.
Адвокат помедлил, затем осторожно возразил:
– Но… даже без завещания, согласно наследственному праву, его супруга и дети имеют права наследования. Ваша мачеха – первая в очереди на наследство и может получить половину имущества. Оставшуюся половину вы с братом разделите поровну…
– А что, если эта компания обанкротится до решения суда? Тогда им останется не так уж много имущества, верно? – спокойно ответил Ли Мо.
Адвокат замолчал, не найдя, что ответить.
***
Тем временем активы швейной компании Ли Чжэминя постепенно переходили под контроль других структур, в то время как собственная компания Ли Мо в сфере недвижимости стремительно росла. Ли Чжэминь, уже вышедший на пенсию и постоянно хваставшийся богатством сына, совершенно не подозревал об этом.
После того как Шу Пин узнала о беременности дочери, её отношение к нему начало постепенно меняться. Шу Сяомен каждый день пыталась убедить мать, что Ли Мо не подонок и хорошо к ней относится. Они были вместе больше года, и она верила, что он будет хорошим мужем и отцом. После свадьбы они прекратят всякое общение с Ли Чжэминем.
Наконец, сквозь слёзы и мольбы, Шу Пин неохотно согласилась на их отношения.
Однако Ли Чжэминь каким-то образом узнал о связи Шу Сяомен и Ли Мо. Он тайком пришёл к ним домой, высокомерно указал на девушку и разразился гневной тирадой:
– Ты соблазнила моего сына только ради денег, не так ли? Девушка из неблагополучной семьи, без образования, ты совершенно недостойна быть моей невесткой! Скажи мне, сколько денег ты хочешь, чтобы оставить Ли Мо?
Шу Сяомен, сдерживая гнев, ответила:
– Мы с Ли Мо свободны любить друг друга. Мне всё равно, богат он или беден.
Она взяла сумку и направилась к выходу. Ли Чжэминь попытался остановить её, но Шу Сяомен споткнулась и упала со ступенек. Кровь напугала Ли Чжэминя. Решив, что девушка притворяется, он бросил несколько купюр и поспешно ушел.
Шу Сяомен лежала, свернувшись калачиком, бледная и страдающая от боли. Именно такую картину увидел Ли Мо, когда пришёл. Его зрачки резко сузились. Девушка, лежащая на полу, беспомощная и измученная, была его любимой. Он не мог вынести мысли о том, что кто-то причинил ей боль. Ли Мо бросился к ней, отвез в больницу, но обнаружил, что она уже потеряла ребенка.
Шу Сяомен безудержно плакала. Ли Мо оставался у её постели – с мрачным лицом и крепко сжатыми кулаками.
Внезапно ему в голову пришла безумная идея. Вернувшись в компанию, Ли Мо нашел директора по персоналу и с пустым выражением лица сказал:
– Моему отцу скучно с тех пор, как он вышел на пенсию. Он стареет, ему следует отправиться в путешествие. Свяжись с госпожой Мэй и попроси её составить список пенсионеров, которые хотели бы отправиться в путешествие.
Он получил список, связался с туристической фирмой и организовал поездку на скоростном поезде. Затем Ли Мо разослал электронные письма всем, кто когда-либо испытывал неприязнь к Ли Чжэминю. Одновременно он поручил гиду Цинь Шиюэ опубликовать в группе WeChat список аптек, продающих инсулин, с напоминанием взять его с собой в дорогу. Тем, кто ещё не приобрёл лекарство, нужно было сделать это немедленно.
Чтобы гарантировать, что Ли Чжэминь никогда не вернется, Ли Мо тайно, используя имя отца, отправил сообщение Чжэн Вэйго: [Лао Чжэн, разве ты не должен вернуть мне долг? Прошло пять лет, плюс проценты — сумма должна составить ровно десять миллионов. Я даю тебе последний шанс. Если ты не вернёшь деньги после этой поездки, я подам на тебя в суд].
Чжэн Вэйго побледнел от страха и тут же написал Ли Чжэминю: [Лао Ли, я обязательно верну эти деньги! Возьми с собой расписку, я верну тебе всё лично, как только соберу необходимую сумму].
Ли Чжэминь заподозрил неладное, но перспектива возврата долга показалась ему достаточно привлекательной, и он взял расписку.
В день отъезда Ли Мо не пришёл провожать отца. Вместо этого он отправил ему текстовое сообщение: [Приятного путешествия].
***
Поезд 7311.
В 3:40 утра Шу Пин решилась действовать, но госпожа Мэй остановила её.
– Не думай о себе, думай о своей дочери. Сяомен всё ещё нуждается в твоей заботе… Кроме того, как только ты убьёшь Ли Чжэминя, у Сяомен и Ли Мо не останется шансов… – голос старушки звучал хрипло.
Она выхватила шприц из рук Шу Пин, распечатала его, набрала инсулин и решительно открыла дверь в купе номер два.
– Мэй-цзе… – Шу Пин бросилась за ней.
Госпожа Мэй оттолкнула её и твёрдо сказала:
– У меня диагностирован рак кости, и мне осталось недолго жить. Всё это началось из-за меня, так что позволь мне покончить с этим своими руками.
Ли Чжэминь крепко спал. Однако Чжэн Вэйго и Лю Юймин на самом деле не спали. Оба напряжённо прислушивались, ловя каждый звук с нижней полки. Из темноты донёсся едва уловимый шорох. Кто-то осторожно поднял одежду Ли Чжэминя. Дрожащая морщинистая рука медленно ввела смертельную дозу инсулина в тело спящего мужчины.
Дверь тихо закрылась, и раздался приглушённый кашель.
Чжэн Вэйго долго выжидал, затем бесшумно встал с кровати. Он собирался задушить Ли Чжэминя верёвкой, чтобы затем покончить с собой. Но, проверив дыхание и убедившись, что тот уже мёртв, он поспешно вернулся в постель, решив притвориться, что ничего не знает.
Через мгновение Лю Юймин тоже поднялся. Он подошёл к телу, коснулся его и понял – Ли Чжэминь уже остыл. На его лице появилась едва заметная улыбка. Он вернулся в кровать и снова притворился спящим.
Поскольку госпожа Мэй призналась в содеянном, и все улики указывали именно на неё, дело Ли Чжэминя было быстро закрыто.
Когда полиция сообщила Ли Мо об убийстве его отца, он сохранил полное спокойствие. Он отправился в полицейский участок, чтобы опознать тело, и забрать его домой.
Увидев это, Ли Фэй разрыдался, а лицо Ся Юэ побледнело:
– Как такое могло случиться…
– Тётя, пожалуйста, похороните его сами. И вам не нужно сообщать мне, где его могила. Все равно я не собираюсь ее посещать.
– К-как ты меня назвал? – глаза Ся Юэ расширились.
Ли Мо повернулся к ней. Его взгляд был ледяным:
– Тётя, когда моя мать была беременна, разве не из-за вашего романа, она родила меня преждевременно? Позже, когда она планировала развестись с ним, он лишил ее жизни, чтобы унаследовать имущество. Возможно, это была ваша идея?
Лицо Ся Юэ мгновенно побледнело.
Ли Мо усмехнулся:
– Неудивительно, что за все эти годы вы ни разу не обняли меня. Вся ваша забота была сосредоточена на Ли Фэе, а я оставался с няней. Я всегда подозревал, что я не ваш родной сын – и это правда.
– Брат, о чём ты говоришь? – Ли Фэй был ошеломлен.
Ли Мо бросил на него холодный взгляд и отвернулся:
– Завтра адвокат будет заниматься ликвидацией активов. В любом случае, вы оба, его законная жена и сын, обязаны присутствовать.
***
На следующий день юрист компании уже был в офисе – он занимался ликвидацией финансов, разбирая толстую стопку документов. Компания Ли Чжэминя давно превратилась в пустую оболочку. Полученных активов не хватило бы даже на покупку машины. Ся Юэ не могла в это поверить и раз за разом проверяла счета, в то время как Ли Мо оставался абсолютно невозмутимым.
– Как компания твоего отца может быть такой никчёмной?! Ты за этим стоишь?! – воскликнула Ся Юэ.
– Да, – пожал плечами Ли Мо. – К сожалению, у вас нет доказательств, – Ся Юэ замерла. А затем услышала, как он добавил. – Точно так же, как я знаю, что вы сговорились убить мою мать, но у меня нет доказательств.
Он взял ручку, быстро подписал форму согласия на наследство и произнёс:
– Я очень занят, поэтому больше не могу составлять вам компанию.
Увидев, что он собирается уйти, Ся Юэ поспешно остановила его:
– Ли Мо, я подам на тебя в суд! Ты точно куда-то перевёл активы!
– Пожалуйста, в любое время, – холодно ответил Ли Мо.
Он повернулся и решительно вышел из кабинета. Эта женщина и её сын думали, что смогут его уничтожить? Пусть мечтают дальше. Его методы были безупречны: в бухгалтерских отчётах не осталось никаких улик. Даже если начнется расследование, всё спишут на плохое управление компанией и обычные убытки. Компания Ли Чжэминя по производству одежды и правда была на грани банкротства – а вот жизнь самого Ли Мо только начиналась
В голове промелькнули воспоминания: день, когда он чуть не умер во время операции по удалению аппендицита, момент, когда его вывезли из операционной, и встревоженные глаза девушки… В этом мире у него больше не осталось семьи, некому было о нём заботиться. Кроме Шу Сяомен.
Ли Мо направился в больницу.
Бледная и измученная Шу Сяомен сидела на больничной койке и безучастно смотрела в окно. Расследование в отношении Шу Пин завершилось. Поскольку госпожа Мэй призналась в содеянном, подозрения с Шу Пин были сняты, и она вернулась в больницу, чтобы заботиться о дочери.
Ли Мо распахнул дверь, держа в руках букет роз, он опустился на одно колено перед Шу Сяомен. Он нежно взял её бледную руку, его взгляд был спокойным и искренним:
– Сяомен, выходи за меня замуж.
Шу Сяомен прикрыла рот рукой, посмотрела на мать и безудержно зарыдала.
Ли Мо повернулся к Шу Пин и тихо произнёс:
– То, что мой отец вам должен, не вернуть. Пусть прошлое останется в прошлом. Я обещаю, что буду лелеять Сяомен всю оставшуюся жизнь. Я заглажу все обиды, которые причинил вам мой отец. Я сделаю всё возможное, чтобы сделать вашу дочь счастливой. Пожалуйста, доверьте её мне.
Глаза Шу Пин наполнились слезами. Она отвернулась и, едва сдерживая рыдания, сказала:
– Сяомен… сама себе хозяйка.
Ли Мо снова посмотрел на Шу Сяомен. Его голос стал невероятно нежным:
– У нас еще будут дети. Мы сможем иметь столько, сколько ты захочешь. Ты выйдешь за меня замуж? Сяомен, с этого момента позволь мне заботиться о тебе.
– Да, – Шу Сяомен, не сдерживая слез, взяла цветы из его рук.
Они крепко обнялись.
Шу Пин, увидев эту сцену, подумала: «Если бы Жуй-Жуй была жива, она бы хотела видеть Сяомен в качестве невестки?» Они с Жуй-Жуй когда-то были как сёстры. Если бы не Ли Чжэминь, всё могло сложиться иначе.
Теперь Ли Чжэминь мёртв, и обиды двух поколений наконец утихли.
Шу Пин решила больше не вмешиваться в дела детей. Она подумала, что стоит последовать совету Мэй-цзе: попутешествовать, отдохнуть и дожить до восьмидесяти лет, прожив полноценную жизнь. Таким образом, она не растратит свободу, которую дала ей Мэй-цзе на бесконечные обиды.
За окном светило солнце. Шу Пин стояла у окна, и на её лице впервые за долгие годы появилась давно забытая улыбка.
http://bllate.org/book/14136/1639916
Yjhfq (читатель/заложение основ)
19 мая 2026 в 18:50
0
