Не смей ко мне так обращаться!
Двор охраняли тщательно — как снаружи, так и внутри. После того как двое мужчин покинули помещение, Сыси сопроводил Чу Юаня обратно в комнату. Хотя разговор и выдался коротким, его вполне хватило, чтобы вывести Сыси из себя. Из-за большого живота евнух тяжело дышал, опираясь на стол.
Евнух тяжело дышал, опираясь на стол — от усталости и волнения.
Чу Юань слегка рассмеялся, увидев это:
— Береги себя, а то ещё заболеешь. Здесь ведь нет лекарственных трав, чтобы тебя лечить.
— Эти предатели действительно замышляют восстание против воли Небес, — вздохнул Сыси. — Жаль, что рядом нет генерала Шэня. В его присутствии они бы не осмелились так «разгуляться».
— Сколько бы планов мы ни строили — предательство Цзэн Сюаня стало для нас полной неожиданностью, — покачал головой Чу Юань. — Даже самый продуманный план может дать осечку. Очередной урок на будущее.
— Что же теперь делать, Ваше Величество? — озабоченно спросил старый слуга. — Если даже мелкий управляющий осмелился на такую дерзость, значит, за ним точно кто-то стоит. Кто знает, что сейчас творится в столице?..
— За столицу можешь не волноваться, — ответил император. — Я уже принял меры. К тому же там есть князь Синаня — Дуань Байюэ. Вряд ли он позволит семье Лю бесчинствовать. К полуночи кто-нибудь обязательно придёт к нам на помощь.
— Хорошо, очень хорошо… — кивнул Сыси, а затем опустился на колени, и слёзы брызнули из его глаз. — Боюсь, этот старый слуга больше не сможет служить Вашему Величеству...
— Почему? — Чу Юань приподнял уголки губ. — Неужели собрался примкнуть к семье Лю?
Сыси, хотя всё ещё всхлипывая, в ужасе тут же замахал руками:
— Ваше Величество!
— Я понимаю, — перебил его Чу Юань, помогая встать. — Но кто сказал, что я собираюсь тебя здесь оставить? В детстве ты не раз защищал меня от тех, кто желал мне зла. Раз уж спасаться — то вместе.
Сыси бросил взгляд на своё тучное тело и выпирающий живот. Как ни крути, а он — лишь обуза.
«Если бы я только знал, съедал бы на две тарелки риса меньше!»
Тем временем, в переулке за управой Е Цзинь неспешно нёс корзину с овощами. У входа стоял отряд стражи, создавая впечатление непроходимой стены.
— Проход закрыт! Убирайся! — как только он приблизился, его тут же отогнали прочь — словно назойливую муху. Е Цзинь раздражённо взъерошился, задрал голову и с негодованием развернулся. Обычно он бы непременно вступил в спор — мог бы им даже и ядом угрожать! Но сейчас в управе задержан человек, и, каков бы он ни был, но с ним нужно было встретиться. Без лишних проблем.
Он обошёл здание по кругу, но лазейки не нашлось. Сердце его сжалось, и Е Цзинь отправился в чайную на углу, чтобы успокоиться и понаблюдать за происходящим со стороны, выжидая удобного момента для незаметного проникновения внутрь.
Время шло, чайная уже закрывалась. Е Цзинь забрался на крышу, зевая, и спрятался в тени. Лишь около полуночи, когда должен был смениться караул, он увидел нечто странное: отряд людей в чёрном бесшумно спустился со стены и одним за другим уложил стражников на землю.
— Тревога! Нападение! — кто-то изнутри первым заметил неладное.
Тут же вспыхнули факелы, осветив полнеба. Звуки мечей сотрясали воздух. Разбуженные шумом жители дрожали в кроватях, не понимая, что происходит, и только ждали, когда всё, наконец, утихнет.
— Уходим! — Чу Юань помог Сыси взобраться на лошадь. Под прикрытием людей в чёрном они прорвались за пределы особняка Лю.
— Догнать их! — крикнул Лю Мань, понимая: если Чу Юань вернётся в столицу — им конец. Цзэн Сюань лично повёл погоню. Его глаза сверкали убийственным огнём, а лицо исказилось от ярости.
Спасителями в чёрном оказалась Теневая гвардия — элитный отряд, лично отобранный Шэнь Цяньфанем и обученный лёгкой технике ведения боя в поместье Жиюэ. Обычно незримые, они являлись лишь в час смертельной опасности. Независимо от числа мятежников, теневые гвардейцы уничтожали их одного за другим, надёжно защищая Чу Юаня, который находился в центре.
— Пустить стрелы! — крикнул Цзэн Сюань, взобравшись на возвышенность и увидев, что беглецы загнаны в ущелье.
Стрелы со свистом рассекли воздух. Чу Юань выхватил меч и заслонил собой Сыси.
— Защитить императора! — крикнул кто-то из гвардейцев, получив ранение.
Увидев, что враги используют стрелы, бойцы рванули вперёд, прикрывая Чу Юаня собой и жертвуя жизнями, чтобы дать ему шанс на побег.
Под занавесом из стрел с откоса покатились пылающие масляные снаряды, источая густой чёрный дым. Конь Чу Юаня, раненный стрелой в глаз, взвился и сбросил обоих всадников на землю.
Старый евнух, лежа в пыли, умолял:
— Ваше Величество, бегите прошу! Не думайте обо мне!
Чу Юань отбил снаряд, поднял Сыси и продолжил прорываться сквозь осаду. Цзэн Сюань, заметив это, со злостью плюнул и выхватил лук из рук приближённого — тетива взвыла, и стрела устремилась прямо в спину императора.
— Осторожно! — крикнул один из гвардейцев.
Услышав свист за спиной, Чу Юань толкнул Сыси в сторону, и в ту же секунду, ощутив жгучую боль, рухнул на землю.
— Ваше Величество! — Сыси в ужасе подполз к нему.
— Убить! — взревел Цзэн Сюань с мечом бросился вниз, но прямо в лицо ему ударил мешочек с порошком, вызывающим адскую боль и зуд.
— Живой?.. — Едва спустившись, Е Цзинь увидел Чу Юаня, раненного стрелой, и бросился к нему.
— Благодетель, спасите императора! — старый слуга, увидев в нём надежду, взмолился.
Е Цзинь не знал — смеяться ему или плакать.
«Какой же я благодетель с моими-то жалкими навыками... Сколько лет прошло, а ты всё так же слеп!»
От нестерпимой боли Чу Юань потерял сознание. Не обращая внимания на окружение, Е Цзинь разрезал одежду императора и осторожно вытащил стрелу. Теневая гвардия всё ещё сражалась с мятежниками, шедшими волна за волной, но силы защитников таяли.
Е Цзинь зарычал:
— Бай Лайцай!!!
Голос был настолько мощным, что Чу Юань вздрогнул во сне. Старик тут же спрыгнул с ветки, перекатился, как дух земли*, и бросился на врагов. Он был безоружен, но везде, куда он ступал, раздавались крики боли. В мгновение ока половина противников лишилась рук.
*土行孙 (Tǔ xíng sūn) — Ту Синсунь; мифологический герой, мастер подземных перемещений и акробатики.
— Благодетель, с императором всё будет хорошо? — дрожащим голосом спросил Сыси.
— Не знаю. Если умрёт — так умрёт, — сквозь зубы выдохнул юноша.
Сыси чуть не потерял сознание от этих слов.
Наскоро перевязав рану, Е Цзинь вскочил на ноги и крикнул старику:
— Хватит драться!
Бай Лайцай, с веткой диких ягод* во рту, отбился от последней волны нападавших и подкатил простенькую повозку.
*野果 (yěguǒ) — общее название для дикорастущих плодов. Конкретный вид не уточняется.
Было неизвестно сколько мятежников ещё оставалось в городе, поэтому нужно было срочно найти безопасное укрытие. Е Цзинь быстро принял решение и вместе с Чу Юанем и остатками Теневой гвардии ушёл вглубь гор. Там стояла небольшая хижина — когда-то построенная как укрытие от дождя во время сбора трав. В этот раз она оказалась очень кстати.
— Благодетель, с императором всё хорошо? — по дороге Сыси повторил этот вопрос раз восемь.
Если бы не то, что в детстве этот человек нянчил его, Е Цзинь, скорее всего, уже усыпил бы его.
К счастью, в хижине оказалось достаточно лекарственных трав. Е Цзинь вскипятил воду, чтобы промыть и перевязать раны. Бай Лайцай вернулся в город за одеялами, одеждой и провизией. Несколько часов они провели в заботах, пока все раны не были обработаны.
Лекарь оставался у постели Чу Юаня, время от времени проверяя пульс императора. Убедившись, что худшее позади, он наконец облегчённо вздохнул.
Сыси, улучив момент, было начал:
— Благодетель...
— Не умрёт, — выдохнул Е Цзинь, у которого не осталось сил даже разозлиться.
— Н-нет, вы не так поняли. Я хотел узнать, как вас зовут. — Евнух поклонился. — Поблагодарить вас обоих за спасение.
— Пустяки. Просто нечем было заняться, — буркнул тот.
— ...
— Я пойду в горы за красным плющом. Он восстанавливает кровь и укрепляет тело, — юноша поднялся со своего места. — Если устали — отдохните. С ним всё будет в порядке.
— Хорошо, благодетель, — кивнул Сыси, но затем озабоченно добавил: — Только, похоже, скоро хлынет ливень.
«В горах может быть скользко, а боевые навыки у лекаря, судя по схватке, не самые лучшие».
Но спаситель уже закинул за спину корзину и ушёл.
Бай Лайцай тоже исчез, поэтому Сыси велел двум невредимым теневым гвардейцам следовать за Е Цзином, чтобы те присмотрели за ним и в случае опасности — защитили.
И действительно, вскоре хлынул проливной дождь. Гром и молнии сотрясали небо, нагоняя страх.
Прошло больше двух часов. Сыси несколько раз выходил посмотреть, не возвращается ли кто-нибудь, и только к наступлению темноты стражи привели Е Цзиня обратно — всего промокшего до нитки.
Оказалось, он чуть не сорвался со скалы во время сбора трав.
Сыси испугался и поспешил нагреть воды, чтобы Е Цзинь мог обтереться и согреться.
Тот кипел от злости, считая себя полным неудачником.
«После того как отвёз прах учителя в храм, следовало сразу же возвращаться в долину целителей Цюнхуа — а не заезжать в Юньшуй. Теперь вот вляпался в проблемы, от которых, похоже, уже не отвязаться».
Чу Юань пролежал без сознания два дня. Ближе к вечеру, как обычно, Е Цзинь сел у его постели и начал снимать повязки, чтобы проверить раны.
— Благодетель, поаккуратнее, — нервничал Сыси. — Это же императорское тело*! Наносите лекарство бережно, не давите.
*龙体 (lóng tǐ) — «тело дракона». Каноничное обращение к императору в китайской традиции.
Е Цзинь лишь фыркнул в ответ — и со всей прямотой шлёпнул на рану тряпку, густо покрытую лекарственным порошком.
Сыси ахнул от ужаса.
Император глухо простонал во сне, затем с усилием приоткрыл веки. Всё плыло перед глазами — сначала мелькнуло лицо незнакомца, но в следующую секунду оно сменилось знакомыми чертами.
— Сыси…
— Ваше Величество, вы наконец очнулись! — старый слуга чуть не расплакался от радости. Но про себя удивился: спаситель, только что сидевший у постели, вдруг вскочил и быстро вышел за дверь.
— Где… мы? — хрипло спросил Чу Юань.
— В горах, за городом, — Сыси коротко пересказал события последних дней, затем добавил: — Эти двое благодетелей — настоящие праведники.
«Только странноватые немного: один фыркает без причины, другой вообще как призрак – никогда его не видно».
— А где они? — губы мужчины пересохли. — Я хочу поблагодарить их лично.
Сидящий за дверью Е Цзинь скривился.
«Да кому нужна твоя благодарность...»
— Благодетель, — Сыси выглянул наружу, — Его Величество просит вас войти.
— Не пойду! — отрезал Е Цзинь и, не оборачиваясь, с чувством собственного достоинства забрался в повозку, стоящую возле входа.
— …
Но как бы он ни отнекивался от встречи, а пульс всё-таки проверять было нужно, поэтому вскоре лекарь всё же выбрался из повозки.
Случайно проходивший мимо теневой гвардеец вздрогнул.
— Чего уставился?! — раздражённо бросил Е Цзинь.
— Н-ничего, — страж поспешно отвёл взгляд.
Юноша был обмотан с ног до головы — из-под слоёв ткани виднелись только глаза. В таком виде он и вошёл в дом.
— ...
— Благодетель, а это ещё зачем? — удивился евнух.
— Простудился, — глухо пробормотал Е Цзинь.
Сыси всё понял и кивнул, больше не задавая вопросов.
Чу Юань всё это время внимательно смотрел ему в глаза. Лекарь сел у кровати, взял его за руку и проверил пульс.
— Позвольте узнать, как вас зовут? — спокойно спросил император.
— Какое тебе дело, как меня зовут? — буркнул тот, отпустил его руку и поднялся, собираясь варить лекарство.
— Тянь-эр?.. — осторожно предположил Чу Юань.
— Не смей ко мне так обращаться! — молодой человек вспыхнул от ярости.
— Неужели это и правда ты?.. — с удивлением переспросил Чу Юань.
— Девятый принц? — вдруг осенило Сыси. Вот почему он казался таким знакомым!
— Кхм-кхм! — Е Цзинь распахнул глаза и резко повернулся. — Какой ещё девятый принц?!
— Это точно он! — старый слуга едва не расплакался от счастья.
Чу Юань, осторожно опираясь на подушку, слабо улыбнулся и медленно протянул к нему руку.
— Хм! — фыркнул Е Цзинь и тут же вышел из хижины.
Он уселся на краю обрыва и просидел там до темноты, пока Бай Лайцай не вернулся за ним.
☯☯☯
Чу Юань ел рисовую кашу в постели. Е Цзинь стоял у дверей, глаза его были полны негодования.
— На самом деле я вовсе не хотел тебя спасать. Так что, пожалуйста, не благодари и не приставай ко мне!
«В конце концов, мы ведь даже особо и не знакомы».
Император приподнял одеяло, пытаясь сесть на кровать.
— Эй! Ложись обратно!
— Тянь-эр...
— Какой ещё Тянь-эр?! — фыркнул Е Цзинь, всем своим видом выражая протест.
— Тогда, по крайней мере, скажи, как мне тебя называть, — с лёгкой улыбкой сказал Чу Юань, ощущая странное, тёплое чувство. Когда он был наследным принцем, вокруг было множество братьев, но все они были коварны и лукавы. Никто прежде не рисковал своей жизнью ради него.
— Зови меня Божественным лекарем Е, — после паузы ответил Е Цзинь.
— Слишком холодно, — нахмурился Чу Юань.
— Мы с тобой и не близки! — отрезал тот, подходя и садясь на край кровати. — Вчера в горы приходили люди из Управления. Сюда, конечно, не дошли, но оставаться тут надолго всё равно нельзя. Куда собираешься идти?
— Мне некуда идти.
— …
«Только не говори мне, что ты всерьёз собираешься свалиться мне на голову. Ты же император — прояви хоть каплю достоинства!»
— Даже Цзэн Сюань оказался предателем... Здесь, рядом с городом Юньшуй, я действительно не знаю никого, кому ещё можно доверять, — покачал головой Чу Юань.
— Прям совсем никого? — с тоской спросил Е Цзинь.
— Потом я собирался отправиться в Цянье, — ответил он.
— А вот я в Цянье точно ни за что не поеду! — взорвался лекарь.
Чу Юань был ошеломлён такой бурной реакцией.
«Неужели у него враги в Цянье?»
— Тебе обязательно туда нужно? — недовольно переспросил Е Цзинь.
Мужчина кивнул:
— В Цянье находится усадьба Жиюэ — дом Цяньфаня. На юге я доверяю только ему.
— Я попрошу не упоминать Жиюэ при мне! — раздражённо бросил юноша, а затем встал и задумчиво несколько раз походил по комнате, а затем снова сел. — Ладно, тогда сделаем так: сначала я отведу тебя в долину целителей Цюнхуа. Это ближе, а заодно так я смогу продолжить твоё лечение. До Цянье далеко, а что может случиться в пути — никому не известно.
— А как поживает почтенный глава долины Е? — спросил император.
— Уже три месяца, как он покинул* этот мир, — сухо и без эмоций ответил Е Цзинь. — Нечего тут грустить. Шифу было уже за сто лет, так что это была спокойная* смерть, — добавил он, кривя рот. Но глаза его слегка покраснели.
*驾鹤西去 (jià hè xī qù) — «отправился на запад на журавле» — китайский эвфемизм для "умер": Журавль — символ долголетия и посмертного путешествия даосских бессмертных. "На запад" — намёк на буддийский «Западный Рай».
*喜丧" (xǐsàng) — досл. «радостные похороны». В китайской традиции так называют смерть в преклонном возрасте, без страданий.
Чу Юань, заметив это, потянулся, чтобы как-то утешить брата, но тут же получил сильный шлёпок по тыльной стороне ладони.
«Поистине очень свирепый девятый принц».
☯☯☯
В императорском дворце, под ветвями сливы, стоял Дуань Байюэ, задумчиво глядя на проплывающие облака.
Это был Холодный дворец* — заброшенный уголок, куда теперь редко ступала нога человека.
*冷宫 (Lěng gōng) — Холодный дворец, место ссылки опальных жён императора.
Однажды, проходя мимо, евнух Сыси отметил, что почва здесь удивительно плодородна. С тех пор, когда император приходил в ярость, сливу временно пересаживали сюда — и, как ни странно, она росла здесь даже лучше.
Дуань Байюэ вернулся в лавку шёлковых тканей лишь с наступлением темноты.
В этот момент Дуань Яо сидел за столом, разбирая ядовитые травы. Увидев брата, он поморщился:
— Ты пил?
— Всего три чаши, — ответил старший.
— А меня ты каждый день посылаешь в особняк Лю шпионить! — с упрёком сказал младший.
— И что ты узнал? — спросил Дуань Байюэ.
— Ничего, — угрюмо ответил тот.
— Тогда уж лучше я пойду дальше пить.
Дуань Яо чуть не запихал в рот уважаемому старшему брату горсть ядовитых трав.
— Впрочем, я и так не надеялся, что ты что-то выяснишь, — сказал Дуань Байюэ. — Особняк Лю уже много лет пускает свои корни в столице. За несколько дней многого не узнаешь. Просто сейчас императора нет в городе, и мне было интересно — станут ли они действовать.
— И что, если начнут? — спросил подросток. — Ты собираешься вмешаться?
— А почему бы и нет? — удивился Дуань Байюэ.
— Но это же к нам не имеет никакого отношения. Зачем тогда лезть?
— Изменение власти и приход нового императора очень важны для юго-западных земель.
Мальчишка на это только зевнул, явно не проявляя особого интереса к политическим делам.
— Ванъе, — раздался голос Дуань Няня снаружи, — только что поступили новости: генерал Шэнь, похоже, вернулся.
— Как и ожидалось, — Дуань Байюэ нисколько не удивился. — Где он сейчас?
— В денежной лавке, принадлежащей их семье. В генеральскую усадьбу он не заходил, — ответил Дуань Нянь. — Ваше высочество, хотите нанести ему визит?
Дуань Байюэ уже взял меч со стола и поспешно вышел из комнаты.
В частном банке, принадлежавшем семье Шэнь, генерал Шэнь Цяньфань, покрытый холодным потом, приказывал слугам обработать рану. Меч рассёк его плоть от груди до живота, кровь лужей растеклась по полу – зрелище, от которого бросало в дрожь.
Во дворе раздался глухой стук, за ним — звон мечей.
— Кто там?
— Генерал Шэнь, — ответил князь Синаня, стоя во дворе.
«Как и ожидалось...»
Шэнь Цяньфань накинул халат, открыл дверь и пригласил его войти.
— Генерал ранен? — удивился Дуань Байюэ, сразу заметив бледное лицо мужчины напротив.
— Мы попали в засаду у городских ворот, — хрипло ответил тот. — Их было больше тридцати. Все мертвы.
— Люди из дома Лю? — снова спросил Дуань Байюэ.
— Князь Юго-Запада до сих пор не объяснил, — резко сменил тему генерал, — почему он без предупреждения оказался в столице.
— Император Чу не сообщил вам?
Шэнь Цяньфань покачал головой.
— Тогда и я ничего не скажу, — отрезал он.
— ...
— Хотя я не знаю, что генерал собирается делать дальше, — продолжил Дуань Байюэ, — но об одном должен предупредить: боюсь, что на северо-западной границе вновь начнётся хаос.
Шэнь Цяньфань нахмурился.
— В своё время, — продолжал князь, — покойный император, опасаясь растущего влияния Лю, потратил двадцать лет, чтобы вернуть контроль над северо-восточной армией. Но не учёл, что за это время Лю Гун тайно укрепил свои позиции на северо-западе.
Шэнь Цяньфань нахмурился.
— Князь Дуань имеет в виду наши гарнизоны на северо-западе империи? — спросил генерал.
— Нет. Я говорю о кочевниках, — покачал головой Дуань Байюэ. — Шада из государства Ану — лишь марионетка. Настоящий хозяин боеспособной северо-западной конницы — господин Лю Гун.
Шэнь Цяньфань побледнел.
— Раз меня попытались убить по дороге, значит, Лю Гун уже что-то заподозрил, — сказал он. — Положение критическое. Нужно срочно отправляться во дворец.
— Нужна моя помощь?
— Император велел передать: если князю нечего делать, пусть сидит дома и не мешается, — ответил Шэнь Цяньфань.
Дуань Байюэ приподнял бровь и ухмыльнулся:
— Но помогать ведь он не запретил.
Раненый, Шэнь Цяньфань вскочил на коня и поскакал к императорскому дворцу.
В гостинице Дуань Яо только задремал, как его снова разбудили — из-за чего он чуть не расплакался от обиды.
— Днём ты жаловался на нехватку «добровольцев» для тестирования ядов*, — похлопал его по щеке старший брат. — Проснись, пойдём их тебе ловить!
*养蛊 (yǎng gǔ) — букв. «разводить гу» (ядовитых насекомых).
В особняке Лю Лю Фудэ в панике метался по комнате:
— Раз Шэнь Цяньфань так внезапно вернулся, значит, он точно пришёл за нами. Отец, у вас есть план?
Лю Гун сидел в кресле, мрачный и молчаливый.
Лю Фудэ в отчаянии затопал ногами:
— Отец, это не мы выступаем против двора — это уже двор хочет нас уничтожить!
— Не паникуй, — холодно сказал Лю Гун, вставая. — Позови своего третьего дядю.
— Понял, хорошо! — воскликнул Лю Фудэ и бросился к двери, но на выходе чуть не столкнулся с управляющим.
— Молодой господин, прошу прощения, — запыхавшись, произнёс слуга, протягивая письмо. — Прислали из города Юньшуй... похоже, случилось что-то серьёзное.
Лю Гун вскрыл сургучную печать, пробежал глазами строчки — и лицо его мгновенно потемнело. Несколько тяжёлых мгновений он молчал, а затем с силой ударил кулаком по столу:
— Стража! Со мной во дворец!
http://bllate.org/book/14135/1244320
Готово:
