На высоте десяти тысяч метров над уровнем моря виднелись лучи солнца, проникающие в окно.
В конце огромного континента, простиравшегося на тысячи миль, наконец-то показалась голубая бухта. Вскоре самолет приземлится в Париже.
Лениво потянувшись после долгого сна, Цзян Си зевнул и взял сценарий из рук Жун Кэ.
– Ты еще не закончил снимать свои сцены?
Жун Кэ вышел из образа персонажа сценария, выныривая из собственных мыслей.
– Почти готово.
Те, кто был на съемочной площадке, знали, что ожидание является нормой во время съемок. Ожидание настройки освещения, ожидание размещения оборудования, ожидание расстановки декораций. Как второстепенный персонаж, Жун Кэ должен был ждать своих сцен, поэтому ему не нужно было постоянно присутствовать на съемочной площадке. Таким образом, даже несмотря на то, что его сцены еще не были завершены, у него было достаточно времени, чтобы сопровождать Цзян Си на Парижской неделе моды.
– Больше не берись за такие роли, - Цзян Си небрежно полистал сценарий, прежде чем вернуть его Жун Кэ, - Я не хочу, чтобы мой парень играл рабочего и на экране, и за его пределами.
Тонкий листок бумаги, покрытый рукописными заметками, оказался в руках Жун Кэ. Не обращая внимания на из раза в раз повторяющуюся тему, Жун Кэ пропустил слова мимо ушей и небрежно ответил:
– Хорошо.
В начале октября в Париже холодный ветер принес с собой затяжное тепло.
Улицы кишели СМИ, собравшимися на Неделю моды, камеры были повсеместно. Повсюду были знаменитости, ищущие популярность, словно главной достопримечательностью была не сама Неделя моды, а жаждущие внимания звезды.
За десять минут до начала показа весенне-летней коллекции CVV наряд Цзян Си все еще подвергался финальным изменениям.
– Не стой на пути!
– Сними мой видеоблог спереди!
– Готовы ли популярные запросы?
*изначально использовалась фраза «горячие тренды»; имеется в виду покупка первых мест в поисках для привлечения внимания.
Цзян Си и его команда дебютировали на Неделе моды благодаря приглашению CVV, но им не хватало опыта. Дизайнер бренда торопливо занялась перьями на наряде, пока парикмахер использовал любую возможность, чтобы укоротить непослушные пряди.
*дебют – первое выступление артиста на какой-либо сцене; тут скорее всего подразумевается, что он впервые участвует в качестве модели.
В тесной гримерке кипела жизнь, за исключением бездельничающего Жун Кэ, который не присоединился к общему хаосу и вместо этого отправился за кулисы.
Весенне-летняя выставка CVV состояла из четырех сегментов, в каждом из которых была представлена знаменитость — гвоздь программы. Цзян Си был одной из них.
Поначалу Цзян Си с воодушевлением рассказывал Жун Кэ о трех других выдающихся личностях, хвастаясь, что после их совместного участия в показе его статус станет выше статуса других популярных актеров на родине. Жун Кэ, которого это не очень интересовало, послушал, а потом забыл. Поэтому, когда он вышел из гримерки и увидел табличку «YZ» на соседней палатке, не смог вспомнить, кто это был.
Наблюдая за подиумом с помощью мониторов за кулисами, Жун Кэ был вынужден признать, что показы мод высшего уровня – настоящее удовольствие для глаз. Модели выходили непрерывным потоком, каждая высокая и длинноногая. Даже те фасоны, которые он не мог понять, здесь казались уместными.
Пока более десятка моделей одна за другой выходили на подиум, первый сегмент подходил к концу. Настала очередь Цзян Си выйти на сцену. Одетый в черное, с точеными чертами лица, он вышел в такт музыке и принял эффектную позу. Хотя он и не был профессиональной моделью, его рост 187 см и красивое лицо выделяло его среди других моделей. Приглашенные представители местных СМИ, сидящие в зале, одобрительно захлопали. Жун Кэ тоже запечатлел этот момент на свой телефон — кто бы не захотел записать самый яркий момент своего возлюбленного?
Шоу длилось около сорока минут, и внимание Жун Кэ ослабло после окончания сегмента Цзян Си. Он не очень интересовался модой, поэтому был мало взволнован показом. Он поймал себя на том, что смотрит в телефон, когда вокруг него раздалось коллективное: «Ого!».
Оглянувшись на сцену, он увидел, что начался четвертый сегмент показа, и финальной моделью стал азиат без рубашки в белых брюках, украшенных только уникальными серебряными цепочками, перекинутыми через торс. Его черты лица казались смесью разных типов: глубоко посаженные глаза, излучающие скандинавскую отстраненность, но при этом латинскую харизму, – все это создавало поразительный образ. К счастью, этот поразительный образ не задержался надолго. Камеры быстро переместились с его лица на четко очерченный кадык, ключицы, рельефную грудь и живот, прежде чем продемонстрировать все тело. Мускулистые руки, тонкая талия — безупречное телосложение. Даже через экран Жун Кэ почувствовал оттенок благоговейного трепета. Только тогда он вспомнил, что «YZ» в соседней гримерке — это Янь Чжи, икона стиля, которую знал даже сам Жун Кэ, не особенно увлекавшийся модой.
Сын легендарной супермодели Янь Фей, выросший за кулисами и воспитанный как крестник патриархов моды, благодаря своему знаменитому чутью стал консультантом многих люксовых брендов. Он даже возглавил недавнее возрождение фетиш-тренда. Неудивительно, что общение с ним повысило статус Цзян Си.
Пока Жун Кэ размышлял об этом, Цзян Си и Янь Чжи вернулись на подиум, сопровождая моделей во время финального дефиле.
Две другие знаменитости, приглашенные в качестве моделей, были женщинами, и их присутствие рядом с Янь Чжи не вызывало сравнений. Однако Цзян Си на его фоне бледнел. Хотя они были одного роста, из-за более широких плеч и длинных рук Янь Чжи Цзян Си казался почти жалким — даже его парень, Жун Кэ, не мог не нахмуриться и отвести взгляд.
После финального поклона дизайнеров весенне-летняя демонстрация завершилась. За кулисами было полно болтающих между собой моделей и персонала. Жун Кэ пробирался сквозь толпу к гримеркам артистов, когда перед ним внезапно возникла «стена». «Стена» была без рубашки, со светлой кожей и несколькими знакомыми цепочками на плечах.
Жун Кэ слегка наклонил голову и посмотрел на возникшую преграду, подтверждая, что это был Янь Чжи. Он взглянул на профиль мужчины, когда тот также направился в гримерку, вероятно, чтобы смыть макияж. Недолго думая, Жун Кэ уже собирался отвести взгляд, когда сережка с перьями соскользнула с мочки уха модели, пролетела мимо его плеча и упала прямо в ладонь актера.
Естественно, утерянные вещи следует возвращать.
Насколько известно Жун Кэ, Янь Чжи не был частью китайского развлекательного круга и не появлялся на публике в стране. Скорее всего, он плохо говорил по-китайски, если вообще говорил. В то же время английский Жун Кэ тоже был не на высоте, из-за чего он не мог говорить за границей. Поэтому он предпочел жестикуляцию.
Он легонько похлопал Янь Чжи по плечу и вернул серьгу обратно. Модель повернулся, взглянув сначала на Жун Кэ, затем на сережку, прежде чем его взгляд остановился на лице актера. Короткие кадры, снятые раньше через экран, не позволили Жун Кэ как следует рассмотреть Янь Чжи. Теперь, вблизи, он заметил фарфоровую кожу, светло-карие глаза и пышные ресницы, похожие на перья, подчеркивающие привлекательность модели. Невольно в воображении возник образ греческой богини Афродиты. Если бы богиня красоты имела осязаемую форму, она должна бы быть такой же красивой, верно?
Они обменялись взглядами, и «Афродита» тихо произнесла: «Мерси», - и взяла серьгу с ладони Жун Кэ.
Актер почти забыл, что они во Франции: «merci» было одним из двух французских слов, которые он понимал, и означало «спасибо». Он продолжал молчать, возвращаясь к толпе, направлявшейся к гримерке Цзян Си.
К тому времен, как Цзян Си смыл макияж и переоделся, ы зале началась вечеринка. Тускло освещенный танцпол наполняла ритмичная музыка, пока модели и звезды отрывались по полной, освободившись от профессиональных ограничений. Цзян Си, казалось, был особенно воодушевлен и выглядел удивительно органично для новичка в парижском обществе. Жун Кэ заскучал, выпивая в одиночестве, и уже собирался вернуться в отель, когда Цзян Си, который куда-то исчез, вернулся к нему и повел в курительную зону в углу.
– Джефф и его парень пригласили нас к себе, - из-за громкой музыки звездочке пришлось повысить голос, несмотря на относительную уединенность.
Джефф был ведущим дизайнером CVV, и провел некоторое время в гримерке Цзян Си перед показом.
– Когда? – спросил Жун Кэ.
– Сейчас, - ответил Цзян Си.
– Сейчас? – актер был несколько удивлен и поднял руку, взгляну на часы, которые показывали почти одиннадцать вечера.
Жун Кэ не могу придумать другой причины, кроме как «игры» вчетвером, по которой одна гей-пара пригласила бы другую гей-пару к себе поздно вечером.
*вы же понимаете, что это не просто игра в монополию?
Прежде чем он успел высказать свои сомнения, Цзян Си, похоже, почувствовал его сопротивление и сказал:
- Мы за границей, Жун Кэ. Расслабься, все в порядке.
Жун Кэ слегка выдохнул, достал сигареты и опустил взгляд.
- Ты же знаешь, что мне это не нравится.
- Откуда тебе знать, не попробовав? – терпеливо настаивал Цзян Си. – Я тоже не пробовал, но я открыт для этого.
Жун Кэ не ответил, похлопывая себя по карманам в поисках зажигалки.
- У тебя есть зажигалка?
Цзян Си нахмурился, молча призывая актера не менять тему. Жун Кэ заметил растущий разрыв в их взглядах по мере того, как росла популярность Цзян Си. Раньше, когда они обсуждали запутанные дела в индустрии развлечений, Цзян Си насмехался над ними. Однако со временем он привык к таким вещам и даже стал считать Жун Кэ наивным.
Жун Кэ, по общему признанию, не был таким непредубежденным. Он не только не мог представить себе секс вчетвером, но и секс втроем для него не приемлем — он не понимал, как Цзян Си мог так спокойно это предлагать.
- Я не пойду, - Жун Кэ вернул сигарету в пачку, отказавшись наотрез.
Как и ожидалось, выражение Цзян Си стало мрачным, а тон — резким, когда он вернулся к их повторяющемуся спору.
- Когда ты, наконец добьешься, успеха с таким отношением?
Ну вот, опять.
Жун Кэ невозмутимо отвернулся. К счастью, окружающие иностранцы не обратили на них внимания.
- Не знаю, из-за чего ты так переживаешь. Что плохого в малобюджетных веб-драмах? По крайней мере, ты играешь третью главную роль, а не рабочего. Или тебе мало ручной работы?
Технически, хотя Жун Кэ и играл рабочего, физический труд не был его основной ролью. Его роль больше заключалась в том, чтобы он руководил коллегами, требуя оплаты, прежде чем случайно убить менеджера проекта. Это была довольно значительная роль второго плана в юридическом драматическом сериале. Однако Жун Кэ знал, что недовольство Цзян Си было вызвано не только тем, что он брал на себя подобные второстепенные роли, но и тем, что актер действительно работал на стройках, чтоб получить жизненный опыт.
В перерывах между проектами Жун Кэ нравилось погружаться в различные профессии, чтобы наблюдать за людьми из всех слоев общества. Но для его парня это было бессмысленно — лучше посещать больше мероприятий для налаживания связей, чем тратить время на реальную работу на экране и за кадром.
Жун Кэ понял, почему их взгляды расходятся.
Они дебютировал вместе, но Цзян Си теперь был популярным актером, и к нему постоянно поступали предложения, даже от модных брендов, которые приглашали его пройтись по подиуму. Цзян Си жил в комфорте, не подозревая о жизненных трудностях, так как же он мог понять, почему такой бездельник, как Жун Кэ, в свободное время брался за подработку?
Жун Кэ на какое-то время погрузился в свои мысли, что, казалось, еще больше разозлило Цзян Си.
- Ты вообще слушаешь? – он нахмурился. –Ты не понимаешь, что из-за твоего отсутствия амбиций между нами растет пропасть?
Отсутствие амбиций?
Жун Кэ чуть не рассмеялся.
Нежелание веселиться оправдывало обвинения в отсутствии энтузиазма — казалось, что не быть звездой было первородным грехом. Он наконец встретился взглядом с Цзян Си, слишком уставший, чтобы спорить.
- Ты хочешь расстаться?
- Я этого не говорил, - Цзян Си слегка смягчил свой снисходительный тон, - но, если ты продолжишь в том же духе, я еще больше потеряю веру в нас.
Глядя на удаляющуюся спину Цзян Си, Жун Кэ прислонился к стене, лениво размышляя об их отношениях. Он забыл, что у него нет с собой зажигалки, и машинально потянулся за пачкой сигарет. Зажав одну сигарету в зубах и похлопав по пустым карманам, он вернулся в реальность, самоуничижительно усмехнулся и вынул сигарету. Следом из темного угла раздался резкий щелчок, и чья-то рука протянулась, любезно предлагая огонь.
Зажечь сигарету для курильщика было обычным делом. Жук Кэ поднес сигарету к губам, слегка наклонившись к маленькому огоньку и небрежно взглянув вверх. Слабое свечение озарило угол, и Жун Кэ чуть не подавился дымом.
Его услужливой зажигалкой был не кто иной, как Янь Чжи. В его глубоко посаженных глазах плясали тлеющие угольки, излучая спокойную уверенность, пока он, казалось, изучал Жун Кэ.
Выпрямившись, Жун Кэ выдохнул струю дыма и ответил с относительной сдержанностью:
- Merci.
К его удивлению, Янь Чжи ответил на безупречном китайском:
- Не за что.
-----------------------------
Судите максимально строго, это мой первый перевод, и я очень хочу сделать его как можно лучше. Распознавание ошибок приветствуется! Главы будут выпускаться в среду и по выходным, минимум дважды в неделю. По возможности буду переводить и в другие дни.
Насладительного чтения!
http://bllate.org/book/13953/1228665
