Ещё несколько месяцев назад Гу Юйфэн начал смутно чувствовать, что у Се Цы есть свои планы. Каждый раз, когда разговор заходил о будущем, Се Цы всегда незаметно переводил тему и никогда не отвечал ему прямо.
Разумом он, конечно, понимал, что на данном этапе у обоих есть дела поважнее, чем романтические отношения. Но когда Се Цы действительно принял «правильное» решение, ему всё равно было трудно это принять.
Се Цы по-прежнему был таким трезвомыслящим, лишь он один пылал жаром, один утопал в чувствах и не мог из них выбраться.
В конечном счёте, он не был той стороной, которую выбирали, которую выделяли особой любовью.
— Неужели я так незначителен? — Гу Юйфэн отстранил руку Се Цы, повернулся к нему и произнёс с показным спокойствием, за которым скрывались эмоции. — Что тебе стоит один раз сойти ради меня с ума?!
Увидев бушующий в его гладах гнев, Се Цы тоже поддался эмоциям:
— Если бы у меня ещё оставалось благоразумие, я бы не пошёл по старому пути!
Гу Юйфэн остолбенел.
— На этот раз мы не временные напарники. Я хочу пройти весь путь до конца вместе с тобой, — Се Цы провёл рукой по щеке Гу Юйфэна и тихо сказал: — Успокойся, хорошенько подумай. Нас с тобой ждёт ещё много дел.
Увидев, что Гу Юйфэн хмурится и молчит, Се Цы осторожно спросил:
— Все ещё злишься? Хочешь, отправлю тебе 5201?
Гу Юйфэн не смог сдержать улыбку от этих слов, ему было и досадно, и смешно.
После таких слов его лёгкая обида уже растаяла, он лишь чувствовал некоторую подавленность при мысли о предстоящей разлуке.
— Или отправить 1314?1 — настойчиво спросил Се Цы.
— Оставь эти деньги себе на дорожные расходы, — Гу Юйфэн схватил Се Цы за подбородок и поцеловал его. Чтобы выплеснуть досаду, он приложил немного силы.
Примечание 1: 520 / 1314: в китайском интернет-сленге, особенно в контексте романтических отношений и денежных переводов, числа часто используются для выражения чувств из-за их схожего звучания с фразами.
520 (wǔ èr líng) — созвучно с «我爱你» (wǒ ài nǐ) — «Я тебя люблю».
1314 (yī sān yī sì) — созвучно с «一生一世» (yīshēng yīshì) — «Всю жизнь» (имеется в виду «быть вместе всю жизнь»).
У Се Цы вырвался короткий тихий смешок. Он обнял бросившегося на него человека, отступил и сел на стоявший позади письменный стол, углубив поцелуй.
В столовой Фан Сыцзэ и остальные уже доедали, когда увидели, что Се Цы пришёл один, а Гу Юйфэна с ним нет. У них закралось дурное предчувствие.
— А где лао Гу? — спросил Фан Сыцзэ.
— Вернулся, — Се Цы сел на свободное место.
Чжан Жочуань тихо спросил:
— Поссорились? Не удалось его успокоить?
Се Цы вспомнил недовольное лицо Гу Юйфэна, с которым тот уходил, и в его глазах мелькнула лёгкая улыбка:
— Трудно его ублажить, нужно, чтобы он сам все обдумал.
***
После окончания конкурса в школе ещё оставались некоторые формальности, и Се Цы часто приходилось метаться между домом и учебным заведением.
В начале марта Гу Юннянь неожиданно связался с ним, сказав, что хочет поговорить.
Се Цы сел в машину, присланную Гу Юннянем, и прибыл в элитный клуб группы «Гу». Это было место, где Гу Юннянь принимал гостей, и оно не было открыто для публики.
Внутри старинного здания, отделанного в изящном стиле, Се Цы последовал за Линь Ин по деревянному коридору. Когда они вошли в комнату, Гу Юннянь уже был там, наслаждаясь чаем и читая книгу за чайным столом.
Перед началом разговора Гу Юннянь отослал всех, собственноручно заварил чай и поставил чашку перед Се Цы.
— Сяо Се, я слышал, ты встречаешься с моим сяо Фэном?
Не ожидавший, что всегда любивший подводить к делу издалека Гу Юннянь на этот раз будет столь прямолинеен, Се Цы встретил его изучающий взгляд и спокойно спросил:
— От кого вы это услышали?
— От моей жены, — вспомнив об этом, Гу Юннянь не смог сдержать досаду на лице. — Внезапно позвонила посреди ночи и отчитывала меня больше получаса, ругая, что я недосмотрел за сыном. Неужели это правда?
Се Цы мог бы все отрицать, но раз уж Катрин узнала, вероятно, она уже говорила с Гу Юйфэном. Судя по характеру Гу Юйфэна, скрывать это, скорее всего, уже бесполезно.
— Правда, — невозмутимо подтвердил Се Цы. — Я люблю Юйфэна.
После этих слов оба замолчали, атмосфера в чайной стала напряжённой.
Се Цы ждал, когда Гу Юннянь обрушится на него. Сегодня, что бы тот ни делал — ругал или кричал, — он был готов принять это.
— В ваших отношениях нет места для обсуждения, я определённо не соглашусь, уверен, ты это и сам понимаешь, — увидев кивок Се Цы, Гу Юннянь тихо вздохнул. — Мало того что сяо Фэн — мой сын, даже если бы на его месте был другой юноша, сегодня моя позиция была бы такой же. Я очень высокого мнения о тебе. Не позволяй себе оказаться скованным этими юношескими любовными переживаниями, запертым в этом маленьком мирке размером с чайную чашку. Внешний мир огромен, и именно там тебе и следует быть.
Реакция Гу Юнняня несколько удивила Се Цы. Он подумал и произнёс:
— Я уже говорил об этом с Юйфэном. В ближайшее время я уеду учиться в США, а он вернётся для продолжения образования в Германии. Наши отношения…
Договорив до конца, Се Цы горько усмехнулся.
Этих слов было вполне достаточно, чтобы ввести Гу Юнняня в заблуждение.
— Рад, что вы оба смогли правильно понять ситуацию, — Гу Юннянь отхлебнул чаю и немного расслабился. — Я позвал тебя сегодня по другому поводу.
Неужели он пришёл не для того, чтобы разлучить влюблённых? Се Цы не понимал:
— Что же ещё?
— Слышал, ты порекомендовал Лэй Циляну несколько инвестиционных проектов? — выражение лица Гу Юнняня стало серьёзнее, чем прежде.
Разве он мог не знать, что Се Цы и Лэй Цилян общаются наедине? С того момента, как семья Се намекнула ему об этом, он так или иначе наблюдал за ситуацией.
В последнее время группа «Фэйхун» Лэй Циляна действовала очень активно, её инвестиционное чутье вдруг обострилось, а нюх стал острее. Например, тот участок в старом городе или недавно выкупленная технологическая компания, разрабатывающая интеллектуальные чипы для автомобилей, — все это проекты, которые он сам ранее рассматривал.
Судя по прошлым достижениям группы «Фэйхун», он не считал, что такие перемены не связаны с Се Цы.
— У Лэй Циляна, несомненно, есть смелость и способности, но его возможности ограничены. С ним ты связан по рукам и ногам, — Гу Юннянь подбросил приманку. — Сейчас тебе больше всего не хватает капитала. А я вот здесь, прямо перед тобой. Не думал воспользоваться этим?
Се Цы поднёс чашу к губам, но, услышав эти слова, слегка замер, поднял взгляд и встретился глазами с смотрящим на него Гу Юннянем.
«Старик по-прежнему любит подводить к сути издалека».
Эта фраза и была главной темой сегодняшнего разговора.
— Почему вы так верите старшекласснику? — Се Цы поставил чашу и был действительно озадачен.
— Я верю не тебе, а собственному чутью. Когда я был в твоём возрасте, моя голова тоже работала очень быстро, — Гу Юннянь продолжил: — К тому же технология беспилотного вождения автомобилей меня и так очень интересует. Та самая технологическая компания, которую «Фэйхун» собирается приобрести, тоже была в списке потенциальных кандидатов у группы «Гу».
Се Цы помолчал некоторое время:
— Прошу прощения, но в этот проект я не планирую приглашать вас.
Не ожидая, что Се Цы так прямо откажет, Гу Юннянь удивился:
— Это потому что я не одобряю ваши с сяо Фэном отношения?
Се Цы покачал головой:
— Если точнее, то корпорация «Гу» не может участвовать. Ни в какой форме.
Видя, что Гу Юннянь ещё больше озадачен, Се Цы слегка покрутил в руке чашку и усмехнулся:
— Хороших проектов много, если вы, конечно, заинтересуетесь.
Гу Юннянь, привлечённый его уверенным видом, тоже заинтересовался и долил ему чаю:
— Расскажешь?
— Сразу предупреждаю, моё вознаграждение очень высокое, — Се Цы сказал это полушутя.
Гу Юннянь отмахнулся:
— Жадный Бог богатства — об этом уже все вокруг говорят.
Се Цы: «...»
«Все вокруг?»
***
В мгновение ока наступило двадцать второе марта — восемнадцатый день рождения Се Цы. Семья Се, неизвестно как получившая весть, хотела устроить пышное празднество и на банкете объявить о статусе Се Цы.
Се Цы отказал семье Се и вернулся в деревню, чтобы съесть приготовленную бабушкой лапшу долголетия.
Вечером он остановился в доме двоюродного дяди. Вернувшись в комнату после душа, он лишь тогда увидел пропущенный звонок от Гу Юйфэна. Он перезвонил, но на той стороне была занято.
Почти около полуночи Гу Юйфэн сам перезвонил. Они разговаривали о мелочах жизни и работы, пока не разъединились уже за час ночи.
— С днём рождения, — перед тем как положить трубку, Гу Юйфэн все же вернулся к теме дня рождения. — Если бы ты не выгнал меня, сейчас я был бы рядом и праздновал с тобой.
— Разве не ты сам сказал, что хочешь вернуться, чтобы остыть? — ответил Се Цы.
— А ты меня и не остановил, — парировал Гу Юйфэн.
— Да как я посмею? — сказал Се Цы.
— Блядь, ты посмел меня трахнуть, а уж остановить и подавно бы смог! — воскликнул Гу Юйфэн.
Се Цы: «...»
Се Цы хотел сказать: «А разве не ты сам тогда напросился?» — но подумал и проглотил эти слова.
Если бы он действительно так спросил, тот бы снова разозлился.
На следующий день он с отцом вернулся в город. Ян Лэ сказал, что кто-то принёс подарочную коробку — подарок на день рождения для него.
Се Цы открыл её. Внутри были наручные часы, а к ним — открытка с неразборчивым, но сохранившим энергию почерком Гу Юйфэна.
Кому: Восемнадцатилетнему старому бэйби.
Карта неограниченных ласк.
Карта не подлежит передаче или уничтожению.
Погасить можно только у Гу Юйфэна.
Се Цы представил, как Гу Юйфэн писал эту открытку, и рассмеялся.
— Неужели ты действительно это придумал?
После дня рождения Се Цы занялся оформлением загранпаспорта, визы и получением водительских прав. Сначала он слетал в США, чтобы открыть там свой собственный счёт, попутно встретившись со своим старым интернет-другом, Ноком, с которым давно общался.
Он зашёл в случайную кофейню на улице, сел за столик на маленькой открытой террасе, греясь на солнце и наслаждаясь незнакомым, но в то же время знакомым видом зарубежных улиц. Вскоре Нок прибыл точно в срок.
В это время Нок ещё не облысел. Белый парень почти двухметрового роста, тридцати восьми лет, с густой окладистой бородой. После ухода из крупной компании он забросил уход за внешностью и, ходя по улицам, походил на неопрятного дядюшку. Кто бы мог подумать, что этот человек — настоящая элита Уолл-стрит.
— Ты и вправду всего лишь старшеклассник?! — Увидев Се Цы, Нок принялся по очереди взывать к Небу и Богу.
— А ты куда более... возрастной, чем я представлял, — сказал Се Цы.
— Мой полуторагодовалый сын каждый день меня изводит, удивительно, что я вообще ещё жив и выгляжу так неплохо, — ответил Нок.
Тема разговора быстро перескочила на фондовый рынок, а затем и на текущее положение дел в различных отраслях и доходность инвестиций. Очнувшись, они обнаружили, что проговорили уже два часа.
Перед прощанием Нок снова спросил у Се Цы информацию о его университете.
— Ты куда более эрудирован, чем я ожидал. Моим друзьям ты точно понравишься. Давай встретимся ещё раз, когда ты начнёшь учёбу.
Се Цы кивнул в знак согласия.
Лишь сформировав хорошее первое впечатление, можно было говорить о последующем сотрудничестве.
В середине мая Се Цы сдал на права в Китае, количество участников в форумной «сыновней» группе выросло до более чем трёхсот человек, а его стартовый капитал увеличился в несколько раз.
Как-то раз Сян Хайбинь позвонил ему и спросил, не свободен ли он в следующую среду — нужно прийти в школу на фотографирование для выпускного альбома.
В среду после обеда Се Цы приехал в первую школу за рулём Maybach своего отца.
Очередь первого класса ещё не подошла, и все сидели в классе на самостоятельной подготовке.
Появление Се Цы мгновенно взорвало мёртвую, унылую атмосферу в классе. Даже такие ребята, как Ян Хэ, которым Се Цы раньше был не по нраву, присоединились к общему оживлению.
Хотя не виделись всего два-три месяца, Се Цы словно внезапно повзрослел, стал более зрелым и степенным, создавая незримую дистанцию между ними. Чувство, что на него нужно поднимать глаза, становилось все сильнее.
— Лао Се! Наконец-то ты нас навестил! — Цзян Чэньюй взволнованно бросился к нему. — Скоро уже университетские вступительные, я с ума схожу от тревоги, а спрашивать решения задач не у кого!
— А лао Гу придёт? — спросил Чжан Жочуань.
— Должен бы прийти, я ему сказал, — ответил Се Цы.
Чжан Жочуань стал немного грустным:
— В начале года на Нефритовом хребте мы договорились съездить туда снова, но в итоге ты и лао Фан закончили учёбу досрочно, лао Гу вернулся в свою страну... Мы думали, что впереди ещё полгода, а оказалось, все заканчивается так быстро...
Один из учеников подошёл с тестовой работой и, сказав, что такая возможность выпадает редко, попросил Се Цы помочь разобрать задачки.
Се Цы сидел без дела и под всеобщими взглядами, полными ожидания, взял работу и поднялся на учительскую кафедру:
— Какие задания не можете решить?
Хор голосов:
— Все сложные задачи в конце!
Се Цы: «...»
В середине процесса Сян Хайбинь с термосом в руке вошёл через заднюю дверь класса, сел на прежнее место Се Цы и, глядя на сосредоточенно объяснявшего задачи Се Цы и прилежно слушавших учеников первого класса, радостно прищурился.
Краем глаза Се Цы заметил Сян Хайбиня и кивнул ему в знак приветствия. Его взгляд невольно скользнул по соседнему пустому месту, и в помутнении ему померещился Гу Юйфэн, лениво подпирающий подбородок и подмигивающий ему с флиртом.
В этот миг он с невероятной ясностью осознал: школьная жизнь закончилась.
Тот самый тяжёлый и томительный семнадцатилетний возраст из-за вмешательства Гу Юйфэна подарил ему множество вещей, достойных воспоминаний.
Гу Юйфэн, запоздав, всё же успел на фотосессию.
Се Цы раздобыл две школьные формы и одну из них бросил Гу Юйфэну. Они надели их и встали в последний ряд.
— Все ученики, смотрим на объектив! Приготовились! Сыыыр! — фотограф спереди давал указания.
Невидимым ни для кого жестом Се Цы украдкой взял Гу Юйфэна за руку, и тот почти мгновенно ответил на рукопожатие, вплетая свои длинные пальцы между его пальцев так, что они сцепились в замок.
Одновременно они оба растянули губы в улыбке перед камерой, и в этот миг изображение застыло.
http://bllate.org/book/13912/1226032
