Новая неделя началась.
Студенты с рюкзаками за спинами плелись тяжёлой походкой по дороге в школу.
Лу Ао, облачённый в новую рубашечку и брючки, купленные на выходных, стоял с невозмутимым видом за кассой.
Хотя в соседнем «Гудбай Молочный Чай» продавали сэндвичи и булочки, и большинство студентов, не успевших позавтракать, шли за завтраком именно туда, Лу Ао всё равно собирался встречать гостей с самым бодрым и подтянутым видом.
— Добро пожаловать!
О нет! Лу Ао прикрыл рот рукой. Его заразил Гу Бай!
Студенты подняли головы, увидели его бодрый вид и не выдержали — сбились в кучку и разрыдались.
— Я же говорил, что надо отправлять трёхлетних малышей в старшую школу! У трёхлетнего малыша бодрости духа больше, чем у меня!
— Старшеклассникам надо ходить в детский сад: поел — поспал, поспал — поел.
— Предлагаю поменять старшеклассников и трёхлетних малышей школами!
— Поддерживаю!
— Я тоже согласен!
— Мы все согласны!
— Стоит тебе только приказать — и мы немедленно провозгласим тебя новым министром образования!
Лу Ао почесал в затылке. Ему хотелось как-то утешить покупателей, но он не знал, что сказать.
Как раз в этот момент двое студентов влетели внутрь, словно пушечные ядра.
— Малыш, извини, займём у вас местечко!
Они нашли свободный уголок, присели на корточки, вытащили из рюкзаков мятые, растрёпанные листы с заданиями по английскому и начали быстро-быстро водить ручками.Задания по английскому проще всего доделывать: там много вопросов с выбором ответа, можно наугад ставить галочки.
— А что делать с пропусками и сочинением?
— Просто впиши что-нибудь.
— А если учитель спросит?
— Скажем, что когда писали, слишком нервничали, и сами теперь не разберём.
— Этот вопрос должен быть с ответом А.
Пухлый пальчик ткнул в лист с заданием, и оба студента невольно подняли головы. Лу Ао, одетый как маленький джентльмен, стоял перед ними.
— Малыш, мы тут…
— Этот вопрос должен быть с ответом С. В этом вопросе только четыре варианта, а ты отметил F. А здесь должно быть написано «professional».
Студенты медленно переглянулись, а потом, схватив свои листы, окружили его:
— Хватит про выбор ответа! Посмотри лучше, что тут надо вписать в пропуски? Просто помоги доделать!
Лу Ао, заложив руки за спину, принялся объяснять им, как делать задание. Они писали и спрашивали:
— Откуда ты знаешь, как решать эти задания?
Лу Ао загадочно изрёк:
— Чувство языка.
— Твой папа и большой папа что, каждый день включают тебе обучающие видео на английском?
— Нет, они каждый день включают мне «Щенячий патруль», но я — маленький гений с IQ 143.
— Правда? Тогда ты просто суперумный!
Три минуты спустя студенты закончили с заданиями, схватили из супермаркета бутылку напитка, сунули деньги Лу Ао и, не оборачиваясь, бросились бежать.
— Малыш, спасибо тебе! Пока-пока!
— Ты правда ему поверил?
— По крайней мере, хоть что-то написано, и выглядит сносно. Мы бы втроём голову сломали, не зная, что вписать.
— Тоже верно.
Двое студентов поспешно удалились, как раз в тот момент, когда Цзян Чжиюй, зевая, и Лу Синъюань, неся поднос, спускались вниз:
— Лу Ао, иди завтракать.
— Иду! — Лу Ао обернулся и подошёл к ним.
— Тут кто-то был? С кем ты разговаривал?
— Папа, если в супермаркете нет людей, значит, он разорится.
— А, — промычал Цзян Чжиюй.
Лу Ао положил деньги за напитки в кассовый ящик и пошёл мыть руки.
Лу Синъюань приготовил сладкую кашу из батата и пропаренные пирожки с солёной мясной начинкой.
Вся семья втроём тесно устроилась за кассой, завтракая вместе.
Цзян Чжиюй буквально валился с ног, толком не проснувшись, за каждым кусочком еды следовал зевок. Лу Синъюань внимательно следил за ним и, как только тот широко раскрывал рот, тут же подставлял руку, чтобы прикрыть его. Без единого пропуска.
У Лу Ао были все основания подозревать, что могучая рука большого папы накачалась именно так!
После завтрака в школе начались уроки. Как только прозвенел звонок, покупатели разошлись, и появился Гу Бай:
— Аоао, ты позавтракал? Можно мне уже прийти поиграть с тобой?
Гу Бай, закрыв глаза ладошками, медленно подкрадывался со стороны чайной. Большой папа говорил, что нельзя приходить к другим в гости во время еды. Значит, если он не видел, как семья Лу Ао ест, значит, они и не ели!
Гу Бай ничего не видел перед собой, поэтому Гу Юньфань шёл следом, придерживая его за капюшон толстовки, чтобы тот не упал. Как и планировал Гу Юньфань, последние дни он не выходил из дома, сосредоточенно занимаясь Гу Баем.
Гу Бай, закрыв глаза, на ощупь вошёл в супермаркет:
— Аоао, ты дома?
Лу Ао, скрестив ручки на груди, смотрел с немым укором:
— Нет.
— Ты дома! — громко заявил Гу Бай. — Я слышал твой голос!
— Это был не я.
— Это был ты!
Лу Ао спросил:
— Какие у тебя доказательства, что это был я?
— Я… — Гу Бай запнулся. — Я…
Он растерянно помотал головой. Какие у него могли быть доказательства?
Гу Юньфань молча протянул руку и мягко приподнял ему веко.
Перед глазами стало светло. Гу Бай открыл глаза, увидел Лу Ао, сидящего за кассой, и, высоко подняв руки, указал на него пальцем.
— Аоао, я нашёл доказательство! Это был ты! Давай играть!
На лице Лу Ао читалось полное бессилие. Он вдруг не очень хотел играть с Гу Баем. Игра с таким глупым другом могла сделать глупым и его самого.
Гу Бай бросился вперёд, прильнул к кассе и, задрав голову, уставился на Лу Ао, как настырная гусеница или как маленький повторюшка:
— Аоао… Аоао… Аоао… — он глубоко вдохнул и продолжил повторять: — Давай играть… Давай играть… Давай играть…
***
Два малыша посмотрели мультики, перекусили, потом вышли немного поиграть на улице – и так незаметно пролетело утро.
Всё это время Гу Юньфань неотступно следовал за ними, присматривая за обоими детьми.
Ожидался наплыв покупателей в обед, поэтому уже в одиннадцать часов обоих малышей увели по домам, чтобы они пораньше пообедали. Позже, когда покупателей станет много и в магазинах начнётся суета, поесть удастся, возможно, только к двум часам дня.
Так и вышло. Когда настало время школьного обеда, улицу буквально захлестнула волна студентов.
Гу Бай высунул голову из чайной и, сжав кулачки, заявил:
— Аоао сейчас наверняка очень занят! Я должен пойти помочь ему!
Но большой рапа схватил его за воротник и оттащил обратно:
— Ты бы сначала своему дому помог.
Гу Бай повязал маленький фартучек и встал за стойку, громко выкрикивая номера заказов:
— Жемчужный молочный чай для 28-го номера готов! Жемчужный чай для 28-го!
— Эшиба хао чжужжу лай ча!1
Примечание 1: 鹅屎吧好珠珠来茶 / É shǐ ba hǎo zhūzhū lái chá: это намеренно искажённая детским произношением Гу Баем фраза «Жемчужный молочный чай для 28-го номера готов».
Звучало не слишком аппетитно.
На самом деле Лу Ао вообще не нуждался в помощи. Он держал в левой руке сканер штрих-кодов, а правой ловко управлялся с клавиатурой компьютера. Дзинь-дзинь-дзинь!.. Он стремительно принимал оплату и так же быстро выдавал сдачу.
Как раз в этот момент два листа с заданиями по английскому медленно всплыли перед ним. Лу Ао мельком взглянул на них, даже не поднимая головы:
— Сейчас пик в супермаркете, у меня нет времени на шутки. Если хотите сказать, что я «милый», приходите после обеда. Трогать моё лицо нельзя, трогать мои ручки тоже нельзя. Мой папа кусается, а мой большой папа делает бросок через плечо.
— Малыш, ты нас совсем погубил!
— Хм?
Лу Ао всегда действовал открыто и честно, он никогда не причинял вреда другим!
Лу Ао удивлённо поднял голову. Это были те самые двое студентов, что доделывали утром задания в его магазине. Встретившись с ним взглядом, студенты загорелись энтузиазмом:
— Малыш, у тебя потрясающее чувство языка! Ты же сделал все задания на заполнение пропусков без единой ошибки!
— Хотя учительница сразу поняла, что это сделали не мы, и заставила нас простоять весь урок у доски… Но ты сделал всё правильно!
— Ты просто гений! Мы изо всех сил старались тебя не выдать. Поможешь нам в следующий раз… то есть, научишь нас делать задания?
Лу Ао только моргнул, ещё не успев ответить, как студенты, подняв глаза, увидели висевший на стене за кассой, рядом с лицензией, отчёт об IQ-тесте:
— У тебя правда IQ 143! А мы думали, ты просто хвастаешься!
После возвращения из больницы Цзян Чжиюй, как и в прошлой жизни, красным фломастером сделал на отчёте пометку «В семье растёт маленький гений», нашёл рамку, оформил документ и повесил его на стену. Просто он не афишировал это специально, а покупатели, приходя за покупками, не обращали особого внимания, думая, что это какой-то магазинный документ, мельком взглянут — и проходят мимо.
Лишь сегодня, случайно бросив взгляд, двое студентов наконец заметили это.
Они громко ахнули: «Оу!» — и все присутствующие обернулись.
— Боже мой!
— Малыш-Эйнштейн оказался рядом со мной!
— Малыш, а ты сможешь решить эту задачу?
Лу Ао на мгновение задумался, затем, приняв серьёзный вид, громко объявил:
— Десять юаней за задачу! Отвечаю на вопросы без ограничений в день, кто первый — того и ответ!
Едва слова слетели с его губ, как папин щелбан приземлился ему прямо в лоб:
— Маленький плутишка.
Лу Ао потирал лобик:
— Мой умственный труд тоже стоит денег!
— Не смей наживаться на таком нечестном деле! — Цзян Чжиюй зашёл за кассу, взял Лу Ао на руки и спустил его на пол. — Наказание: целый день не притрагиваешься к деньгам!
— А-у! — Лу Ао от злости затопал ножками, проявив свою истинную натуру, и закружился на месте.
— Аоао может объяснять, как делать задания, но нельзя давать вам списывать, — Цзян Чжиюй сказал со всей серьёзностью. — Я ведь знаю, из вы какого класса, и знаком с вашим учителем. Если я замечу хоть раз…
Его угрожающий взгляд скользнул по всем присутствующим студентам. Те тут же замотали головами и замахали руками:
— Не посмеем! Ни за что не посмеем!
— Умоляем, хозяин, не говорите учителю! Умоляем!
Ещё одна гениальная схема Лу Ао по заработку, едва зародившись, была папой беспощадно раздавлена. Десять юаней за задачу… В одном листе заданий десятки задач — значит, сотни юаней. Он же мог делать больше десятка листов в день — это же тысячи юаней! Если бы этот бизнес пошёл, он бы заработал очень-очень много денег.
Всё из-за папы!
Лу Ао надул губки, прижался к ноге папы, всем видом показывая своё недовольство.
Лишь когда студенты, расплатившись, разошлись, Цзян Чжиюй снова взял его на руки и спросил серьёзно:
— Аоао, папа ведь уже говорил тебе, что нельзя быть «маленьким нечестным торговцем»? А?
Лу Ао поджал губки, уткнулся лицом в шею Цзян Чжиюя и тихонько пробормотал:
— Говорил.
— Ты можешь объяснять старшим братьям и сёстрам, как решать задачи, но нельзя просто давать им ответы, чтобы они списывали.
Лу Ао возразил:
— Они платят деньги, я прилагаю умственные усилия. Это самая простая, самая естественная торговая сделка. Обе стороны получают то, что им нужно, цена известна заранее. Я не «маленький нечестный торговец».
— Хм…
Звучало… логично. У этого малыша была своя, чётко выстроенная система аргументов. Цзян Чжиюй на мгновение запутался в его логике и мог только обернуться и громко позвать:
— Лу Синъюань! Иди быстрее вразуми своего сына! Он хочет зарабатывать, делая за других задания, и утверждает, что это «торговая сделка»!
Лу Синъюань подошёл и молча уставился на Лу Ао.
У Лу Ао от этого взгляда внутри всё похолодело, и он инстинктивно сильнее прижался к папе.
Помолчав три секунды, Лу Синъюань спокойно произнёс:
— Ты несовершеннолетний. Твоя так называемая «торговая сделка» не имеет лицензии и не защищена законом. За незаконную коммерческую деятельность в сфере образования, при её обнаружении, налагается штраф от пяти тысяч до ста тысяч юаней.
Тремя фразами заставил Лу Ао повесить нос.
Лу Ао обмяк в папиных объятиях, потеряв всякую волю к жизни. Все способы заработка, которые он мог придумать, были уже прописаны в Уголовном кодексе.
Зарабатывать деньги — какое это испытание!
И вдруг он услышал, как Цзян Чжиюй говорит:
— И ещё получаешь пол-жёлтой карточки.
Лу Ао недоверчиво выпрямился. Я и так несчастен, а ты ещё и карточку собираешься показать?!
— Таковы правила, — серьёзно сказал Цзян Чжиюй. — Теперь у тебя уже накопилась одна жёлтая карточка. Цени возможность и веди бизнес честно.
— Хм… — безрадостно пробурчал Лу Ао.
Лу Ао отказался от своего плана «заработай на домашках», но слава маленького гения уже разлетелась. С этого дня к нему стали подходить студенты — кто за разъяснением задач, а кто просто поглазеть, правда ли он вундеркинд.
Лу Ао зорко следил: если рядом был папа или большой папа, он хранил молчание. Но стоило им отлучиться, как он…
— Купите бутылочку напитка — и я вам скажу ответ!
Он всего лишь продавал напитки. А в процессе продажи просто перекидывался парой слов с покупателем — никакого незаконного предпринимательства!
Лу Ао, да ты же редкостный талант, прирождённый коммерсант!
Он и сам собой восхищался.
***
Дни текли, как вода, спокойно и без особых событий.
Так незаметно наступили следующие выходные.
Гу Юньфань вскоре должен был уехать в командировку в Наньчэн. Он посоветовался с Чжоу Шо, и они решили свозить Гу Бая в парк развлечений.
Считая себя лучшим другом Лу Ао, Гу Бай, едва узнав эту новость, тут же примчался к нему:
— Аоао, мои папа и большой папа в выходные везут меня в парк развлечений! Хочешь пойти с нами?
Его намерения были самыми добрыми. Но для ушей Лу Ао эти слова прозвучали двусмысленно.
В ту же секунду, услышав это, Лу Ао упёр руки в бока и громко заявил:
— Конечно, я тоже пойду! Но не с тобой, а с моим папой и большим папой! — он резко развернулся и крикнул во весь голос: — Папа! Большой папа!
Цзян Чжиюй и Лу Синъюань высунули головы из-за стеллажей с товарами:
— Чего?
— Что случилось?
Лу Ао, одна рука на боку, другая высоко поднята, словно давал клятву:
— Везите меня в парк развлечений! Мы проведём там целый день! Я хочу прокатиться на каждом аттракционе!
Приказ малыша не мог быть оспорен.
И вот в эту субботу семья втроём встала ни свет ни заря, собрала вещи, надела рюкзаки и отправилась в парк развлечений.
Они рассчитывали, что ранний приезд позволит им войти пораньше и избежать очередей. Но не учли, что все родители думали точно так же.
А если точнее, то все дети накануне похода в парк развлечений были так взволнованы, что не могли уснуть, вскакивали пораньше на родительскую кровать и прыгали на ней, как на дискотеке, пока те не просыпались.
Семья втроём, одетая в одинаковые футболки с цепочкой маленьких жёлтых уточек, стояла в длинной очереди. Цзян Чжиюй потирал глаза, зевал, и слёзы наворачивались на глаза.
Лу Синъюань достал из сумки бумажные платочки и вытер ему лицо.
Лу Ао с прозрачным рюкзачком, полным желе, за спиной, двумя ручками уцепился за подолы рубашек папы и большого папы, следуя за ними.
Цзян Чжиюй, всё ещё сонный, пробормотал:
— Прямо-таки благодарен сяо Баю.
— Не за что! — маленькая головка высунулась из-за спины Лу Ао. Гу Бай сиял улыбкой, которая под ярко-красной бейсболкой казалась ещё лучезарнее: — Как здорово, Аоао, ты тоже здесь! Можно нам поиграть вместе?
Лу Ао подумал мгновение:
— Хм… ладно, давай вместе.
Взрослые, глядя на двух малышей, обменялись умиротворёнными улыбками.
— Видишь, они всё же друзья.
— Тогда пойдём вместе.
Тут же они услышали, как Лу Ао заявил:
— Раз так, у нас теперь четверо взрослых! Четверо взрослых могут встать в очереди к разным аттракционам. Тогда мы сможем за самое короткое время прокатиться на самом большом количестве аттракционов!
— Вау! — Гу Бай снова засиял, как звёздочка, и, подперев щёки ладошками, уставился на Лу Ао. — Аоао, ты просто гений!
— Ну конечно, я же…
— Ты просто хитрюга, — голос Цзян Чжиюя вернул его с небес на землю. — Хочешь на что-то прокатиться — стой в очереди сам. Кто стоит в очереди, тот и катается. Занимать очередь за других нельзя, таковы правила. Папа и большой папа тоже хотят покататься.
Лу Ао сделал «кошачью мордочку»2.
Примечание 2: 小猫垮脸 / xiǎo māo kuǎ liǎn): «垮脸» (kuǎ liǎn) дословно означает «унылое/расстроенное лицо», а «小猫» (xiǎo māo — котёнок) добавляет милоты. Это интернет-мем, описывающий жалобное, обиженное или разочарованное выражение лица, похожее на мордочку недовольного котёнка.
К счастью, очередь у входа в парк продвигалась быстро. Они прождали недолго, купили билеты и вошли.
Семейный билет «Весь день напролёт» означал, что, заплатив один раз на входе, они могли целый день кататься на любых аттракционах. Сам парк был огромным. Хотя народу казалось много, рассредоточенная по разным зонам, толпа становилась не такой уж плотной. Даже в очередях приходилось стоять не больше десяти минут.
Гу Бай, ухватив Лу Ао за руку, рванул вперёд.
На Гу Бае красовалась ярко-красная бейсболка, а на головке Лу Ао сидела лимонно-жёлтая панамка. При входе родители специально купили им яркие воздушные шарики и привязали к запястьям. Так, куда бы они ни умчались, взрослые могли мгновенно определить их местонахождение.
— Давай сначала пройдём лабиринт, потом покатаемся на карусели, а уж потом — на «Больших чашках». Так голова не закружится.
Лу Ао поднял маленькую ручку, словно призывая войска:
— Я хочу на американские горки, на корабль викингов и в дом с привидениями!
— Правда?
— Правда!
Вот это достойные аттракционы для такого крутого босса, как он!
Гу Бай, набравшись храбрости, пошёл с Лу Ао занимать очередь. Но когда они наконец подошли к началу, сотрудник аттракциона сообщил, что трёхлетним детям нельзя кататься на корабле викингов.
— Ха-ха! — Цзян Чжиюй, схватив Лу Синъюаня за руку, уселся на скамейку корабля. — Аоао, папа с большим папой прокатятся! Ты и сяо Бай ждите тут!
Двум малышам пришлось остаться у будки сотрудника под присмотром Чжоу Шо. Оказалось, Чжоу Шо, обычно невозмутимый, был ужасным трусишкой. Гу Юньфань тянул его на корабль, но тот отчаянно упирался.
Лу Ао молча смотрел на веселящихся папу и большого папу невероятно сложным взглядом.
Ему было совсем не весело!
Трёхлетнему малышу разрешалось играть только в надувном замке или на карусели — такие детские развлечения. От этого ему было очень грустно.
Картина сменилась: Лу Ао медленно и без всяких эмоций погружался в огромное море разноцветных шариков. Гу Бай крепко обхватил его и изо всех сил дрыгал ножками, пытаясь вытащить из шарикового бассейна:
— Аоао, не бойся, я тебя спасу!
— Это же шариковый бассейн, а не бассейн с водой.
— Я всё равно тебя спасу!
Малыши выбрались на «берег» и тут же полезли на надувную лестницу. Забравшись наверх, они скатились с горки и снова шлёпнулись в море шариков. Гу Бай снова обнял Лу Ао и поплыл к краю. Лу Ао сдался и позволил тащить себя.
Внутри играли дети, а родители наблюдали за ними через ограждение.
Цзян Чжиюй с фотоаппаратом в руках старательно их фотографировал. Лу Синъюань с маленьким полотенцем ждал, когда Лу Ао вспотеет, чтобы подозвать его и вытереть, не давая простудиться.
Малыши так увлеклись игрой в шариковом бассейне, что забыли о времени. Лишь когда животы заурчали, они почувствовали голод.
Еда в парке развлечений была дорогущей. Обычная бутылка воды стоила десять юаней. Простая порция детского рамена — сто юаней. Поэтому взрослые предусмотрительно взяли еду из дома.
Они расселись кружком на газоне для отдыха посетителей.
Гу Бай открыл рюкзак и стал выкладывать содержимое:
— Молочный чай, сэндвичи... Вот с куриной котлетой, вот с говядиной, а это — с тунцом.
Лу Ао распахнул рюкзак, собранный большим папой:
— Обед приготовил дедушка Чжан. Он запретил нам есть жареную курицу, поэтому специально сделал куриные ножки терияки, а ещё яичницу, овощи и рис.
Солнце пекло, а две семьи сидели в тени деревьев, делясь друг с другом принесённой из дома едой.
Лу Ао двумя руками взял у Гу Бая сэндвич с говядиной и откусил. Но соуса в сэндвиче оказалось слишком много. От одного укуса он вылез наружу и заляпал Лу Ао всё лицо.
Именно в этот момент Цзян Чжиюй поднял фотоаппарат:
— Сыыыр!
Лу Ао в ужасе поднял голову, отчаянно махая одной рукой:
— Не надо!..
Щёлк! Лу Ао с лицом, измазанным белым соусом, был навеки запечатлён объективом.
***
На следующий день после возвращения из парка развлечений Цзян Чжиюй больше не видел Гу Юньфаня.
Похоже, он уехал в командировку. Гу Бай снова остался на попечении одного большого папы.
А в последующие несколько дней погода вдруг резко переменилась. Ясное небо сменилось пасмурным, тяжёлые тучи нависли над головой. По утрам и вечерам поднимался ветер, заставлявший оконные стёкла громыхать.
Несмотря на все признаки надвигающегося дождя, он пока не начинался.
К этому вечеру ветер усилился, став ледяным и пронизывающим. В такую погоду прохожие спешили по домам, и покупателей почти не было. Цзян Чжиюй и Лу Синъюань рано закрыли супермаркет и поднялись с Лу Ао наверх.
Вся семья втроём приняла душ, смыв дневную усталость, и облачилась в мягкие тёплые пижамы. Лу Ао пристроился к Цзян Чжиюю, Цзян Чжиюй облокотился на Лу Синъюаня. Втроём, укутанные в один большой плед, они уютно устроились на диване, слушая завывание ветра за окном, и смотрели душещипательную семейную мелодраму.
Когда на экране показали сцену поцелуя двух главных героев-мужчин, Цзян Чжиюй протянул руку и прикрыл Лу Ао глаза.
Лу Ао вздохнул про себя — он же всё понимает…
Ладно, на самом деле не понимает. В прошлой жизни у него не было отношений, он был холостяком высшей пробы.
Заслон для глаз держали целую минуту. Лу Ао, потеряв терпение, спросил:
— Цзян Чжиюй, они всё ещё целуются?
— Ещё… а? — Цзян Чжиюй поразился. — Ты знаешь, что они делают?
— Конечно, — Лу Ао ответил с полной серьёзностью. — Я же маленький гений.
— Ладно, — Цзян Чжиюй убрал руку, перестав скрывать сцену.
Лу Синъюань серьёзно пояснил:
— Это то, что делают двое людей, испытывающих взаимную симпатию. Как папа и я. Ты поймёшь, когда подрастёшь.
— Не пойму, — Лу Ао заявил с невозмутимым видом. — Я считаю, что чужая слюна — это негигиенично.
Телесериал продолжался, как вдруг внизу экрана побежала строка экстренного оповещения: «КРАСНЫЙ УРОВЕНЬ ОПАСНОСТИ: СИЛЬНЫЙ ЛИВЕНЬ: Наньчэн, Сяочэн...»
Цзян Чжиюй краем глаза уловил эти слова и тут же толкнул Лу Синъюаня, чтобы обратить его внимание. Но он не успел разглядеть подробности, как снизу донёсся громкий стук в дверь:
— Цзян Чжиюй! Лу Синъюань! Помогите!
Железный роллет грохотал под ударами, сливаясь с завыванием ветра. Это был встревоженный голос Чжоу Шо.
http://bllate.org/book/13911/1225895
