Банкет по случаю помолвки семей Му и Лю состоялся в один из тех дней, когда солнце заливало всё вокруг ослепительным светом.
Му Цзэцзю приехал за Му Юем на машине, и они прибыли на место вместе. На Му Юе был идеально сидящий костюм, воротничок его белоснежной рубашки был безупречен, а пиджак подчеркивал тонкую талию. Вопреки своей привычке, он аккуратно зачесал волосы, открыв лоб и черты лица, которые приковали взгляды, едва он вышел из машины.
Му Юй не слишком походил на семью Му. Все три брата Му унаследовали от отца ярко выраженную, классически правильную восточную внешность, причем старший, Му Ханьсяо, обладал особенно властной, устрашающей аурой.
А вот внешность Му Юя была утонченной. Его мать происходила из северной страны, где круглый год лежал снег, и некогда была начинающей актрисой. Его смешанное происхождение выдавали легкие изумрудные искорки в зрачках, прямой узкий нос, тонкие алые губы и длинные ресницы, будто крылья бабочки. При этом глазницы его не были глубокими, сохраняя мягкую, влажную прелесть восточных черт.
Стоя на траве в изысканном костюме, с черными волосами и бледной кожей, Му Юй походил на великолепную статую, освещенную солнечными лучами. Взяв бокал шампанского у официанта, он повернулся в сторону часовни, где на ступенях, держась за руки, стояли Му Ханьсяо и Лю Шуянь, беседуя с гостями.
Лю Шуянь полностью оправдывала репутацию признанной красавицы. Сегодня она выглядела совершенно ослепительно: платье белого цвета, сшитое на заказ, подчеркивало изящную линию талии, длинные волосы были элегантно убраны и украшены сверкающими, словно снег, бриллиантами, а тонкий профиль был просто безупречен. Рядом со статным и красивым Му Ханьсяо она излучала почти неземную, сказочную ауру.
Му Цзэцзю и Му Юй подошли, чтобы поприветствовать их. Взгляд Му Ханьсяо на мгновение задержался на Му Юе, но тот сделал вид, что не заметил этого. Вместо этого он улыбнулся и легко обнял Лю Шуянь, произнеся комплимент:
— Сестра Шуянь, ты и правда неземная красавица, как о тебе говорят — просто дух захватывает.
Лю Шуянь рассмеялась:
— Сяо Юй, как же ты вырос. Кто тебя научил так сладко говорить? Вряд ли Ханьсяо.
— Это просто элементарные манеры воспитанного господина, и я лишь констатирую факт, — ответил Му Юй.
Му Ханьсяо вмешался:
— Манеры воспитанного господина не включают в себя пустые лестные речи.
Лю Шуянь бросила на него игривый взгляд, а Му Цзэцзю поспешил сгладить ситуацию:
— Старший брат, не будь сегодня таким строгим. Сяо Юй специально приготовил подарок для сестры Шуянь, и, как я слышал, довольно необычный.
В глазах Лю Шуянь вспыхнуло удивление:
— Что за подарок?
Легким движением руки Му Юй достал из-за спины маленький синий бархатный мешочек. Мешочек выглядел несколько потертым, и взгляд Му Ханьсяо едва заметно дрогнул при его виде.
Му Юй вложил подарок в руки Лю Шуянь и улыбнулся немного смущенно:
— На самом деле, ничего особенного. Я подумал, что вряд ли какой-то дорогой подарок сможет впечатлить сестру Шуянь, так что лучше подарить что-то со смыслом.
Лю Шуянь мягко сказала:
— Что бы ты ни подарил, Сяо Юй, я в любом случае буду рада. Можно открыть сейчас?
— Конечно.
Лю Шуянь аккуратно развязала мешочек и достала маленькую квадратную коробочку. Внутри лежало бриллиантовое ожерелье.
— Оно восхитительно, — выдохнула она. — Такая уникальная красота.
Му Цзэцзю тоже узнал колье и на мгновение потерял дар речи, с недоумением взглянув на Му Юя. Тот же беззаботно улыбался:
— Сестра Шуянь обладает отменным вкусом. Это было приданое моей матери, перешедшее ей от бабушки. Потом мама отдала его мне. Говорят, это королевская реликвия, так что оно довольно старое.
Происхождение Му Юя было среди близкого круга чем-то вроде открытого секрета. Лю Шуянь на миг опешила и неуверенно взглянула на Му Ханьсяо.
Му Ханьсяо уставился на Му Юя глубоким, непостижимым взглядом, который, как всегда, не давал понять ни единой его мысли.
— Ты отдаешь это колье Шуянь? — спросил Му Ханьсяо, его голос был ровным, без тени эмоций.
Му Юй ответил:
— Я думаю, оно ей идеально подходит. Конечно, если сестру Шуянь смущает происхождение моей матери...
Лю Шуянь быстро перебила:
— Конечно, нет.
Му Цзэцзю молчал, словно ожидая реакции старшего брата.
После долгой паузы Му Ханьсяо наконец спокойно произнес:
— Это искренний жест младшего брата. Прими подарок.
Лю Шуянь не оставалось ничего иного, как принять бриллиантовое ожерелье. Чтобы показать свою признательность, она тут же надела его. Му Юй с энтузиазмом помог ей с застежкой и рассыпался в похвалах:
— Это ожерелье пропадало у меня зря, но на тебе, сестра Шуянь, оно поистине раскрывает весть свой потенциал.
Лю Шуянь беспомощно улыбнулась, сраженная его сладкими речами. Заметив гостей, ожидающих возможности подойти, Му Цзэцзю не позволил Му Юю продолжать представление, а под благовидным предлогом утащил его.
Поскольку вся семья Му присутствовала на помолвке, Му Цзэцзю, уведя Му Юя в сторону, оставил его на произвол судьбы и больше не обращал на него внимания. Му Чжие ждал второго брата поодаль, смотря в сторону Му Юя лишь полным раздражения и нетерпения взглядом.
Му Юй понимал, что он здесь лишний. Его отец Му Юньтин и Чжао Мэнлин сидели впереди на белых стульях в передней части зала, беседуя с другими гостями. Они наверняка знали, что он здесь, но ни тот, ни другая не показали ни малейшего намерения признать его существование — они даже не оглянулись.
Он был беззаботен, как муравей на земле — доставив подарок и выполнив свою задачу, он ушёл.
Он приехал на машине второго брата, но теперь уходил один, медленно спускаясь по склону вдоль внешней стены часовни. Из сада рядом с часовней, где розы свисали через ограду, доносилась мелодичная музыка. Пустынная тропинка была залита солнечным светом, а тёплый ветерок трепал волосы Му Юя.
Ему Хо позвонила Шиинь, чтобы спросить, где он.
Пятнадцать минут спустя позади него медленно остановилась машина. Стекло опустилось, и он увидел Хо Шиинь, которая, держа тонкую сигарету между пальцев, поддразнила его:
— Босс Му, при твоей-то занятости ты еще и на прогулку время нашел?
Му Юй сел в машину, и они уехали. По дороге ему позвонил отец, чтобы спросить, куда он делся.
— Папа, у меня есть дела, поэтому я ушел пораньше.
Голос Му Юньтина в трубке звучал спокойно:
— Пришел и ушел, никому не сказав ни слова... Ты уже взрослый человек, а элементарных правил приличия так и не усвоил.
Му Юй усмехнулся.
— Виноват.
— Свадьба твоего старшего брата в следующем месяце. Не относись к этому так легкомысленно.
— Понял.
Разговор закончился. Му Юй облокотился локтем об окно, наблюдая за проплывающими пейзажами. Закончив курить сигарету, Хо Шиинь спросила:
— В офис?
— Да.
— Сяо Юй, мне кажется, ты не выглядишь счастливым с тех пор, как вернулся домой.
Хо Шиинь была на год старше Му Юя и в их беседах тет-а-тет любила называть его «Сяо Юй», словно он был ее младшим братом.
Му Юй сделал вид, что удивлен.
— Ты заметила?
— Угу.
Ветер ворвался в салон, когда Му Юй, прислонившись головой к окну, прошептал почти про себя:
— Вообще-то, я немного сожалею, что вернулся.
Хо Шиинь рассмеялась.
— Ты теперь босс и отвечаешь за зарплаты целой команды. Здесь не до сожалений.
Му Юй тоже улыбнулся.
— Ты права.
Вторую половину дня Му Юй провел в офисе с Хо Шиинь, занимаясь рабочими вопросами. Вечером она пригласила его поужинать у себя дома, и Му Юй как раз с радостью хотел согласиться, когда зазвонил его телефон.
Он взглянул на экран и ответил.
— Старший брат хочет, чтобы я вернулся на ужин?
— Серьезно? Сегодня же его помолвка с невестой — я не хочу быть третьим лишним.
— Почему он сам мне не позвонил?
Что бы ни сказал человек на другом конце провода, Му Юй перестал шутить и в итоге согласился.
Увидев, что он положил трубку, Хо Шиинь спросила:
— Твой брат?
— Его шеф-повар, передает приказ хозяина.
— Он годами о тебе не заботился, — с любопытством сказала Хо Шиинь. — Почему вдруг пригласил тебя сегодня на ужин?
Му Юй пожал плечами и не стал задерживаться в офисе дольше, схватил пиджак и ушел.
В шесть часов вечера машина Му Юя остановилась на берегу озера Юньхай. Он сидел внутри и курил, тонкие струйки дыма растворялись в ночи, а ветер шумел в деревьях.
Резиденция Юньхай была записана на Му Ханьсяо, когда тот часто останавливался в городе Ю, и некогда была «домом» Му Юя. Чжао Мэнлин не выносила вида внебрачного ребенка своего мужа, поэтому Му Юньтин никогда не приводил Му Юя в Биботан, а вместо этого отправил его в Юньхай. Хотя Му Ханьсяо редко бывал дома, здесь, по крайней мере, были все условия и обслуживающий персонал.
Раз уж взял на себя труд принять ребенка в семью, нельзя было просто забросить его в угол. Из жалости к собственной плоти и крови Му Юньтин время от времени проявлял к Му Юю некоторую снисходительность.
Выкурив сигарету, Му Юй завел машину. Юньхай был построен у воды, с разбросанными деревьями и редкими крышами домов, по ночам здесь было особенно тихо. Проехав через ворота поместья Му Ханьсяо, он ввел код — регулярно обновляемый, но выданный ему самим Му Ханьсяо — и вошел внутрь.
Внутри было приглушенное освещение, словно входишь в замок, в которм мерцали заженные свечи. Дом Му Ханьсяо излучал классическую элегантность и приватность, очень похожую на самого мужчину — не раскрывающего секретов, не обсуждающего личные дела, а его холодный взгляд был подобен стенам клетки.
Когда юный Му Юй впервые прибыл сюда, он не испугался. Напротив, он почувствовал азарт исследователя. Его дом у озера Байхаэр был таким же, полным темноты и таинственности, когда ночью не горел свет. Его мать часто сидела на диване и рассказывала ему истории о привидениях, на столе всегда стояла тарелка с черствым, влажным печеньем и стакан холодного молока.
Но с тех пор, как он был здесь в последний раз, прошло слишком много времени. Замок теперь казался чужим.
За обеденным столом сидел мужчина. На столе был накрыт изысканный ужин, который, должно быть, приготовил шеф-повар. Однако, оглядевшись, Му Юй не увидел свою будущую невестку.
Он снял пиджак, оставаясь в одной рубашке, на его ключицах поблескивала изящная цепочка. Подойдя к столу, он как ни в чём не бывало спросил:
— А где невестка?
Му Ханьсяо откинулся на спинку стула, расслабленно переплетя пальцы и положив локти на подлокотники. Это была его обычная поза — он был расслаблен, но в то же время внушительная фигура и властный вид человека, давно привыкшего командовать, инстинктивно заставляли окружающих напрягаться.
Мужчина ответил:
— Дела в компании. Она уехала раньше.
Му Юй приподнял бровь, усмхнулся и отодвинул стул.
— Сегодня твой важный день, а сестра Лю так занята? Нельзя допустить, чтобы этот праздничный ужин пропал впустую — я не буду церемониться.
Было накрыто на двоих. К своему удивлению, Му Юй увидел бургиньон из говядины — свое любимое блюдо. Повар Му Ханьсяо, безусловно, знал его вкусы.
Хорошая еда подняла ему настроение. Напевая, он налил себе вина и смело завел разговор:
— Когда вы с сестрой Лю начали встречаться?
Му Ханьсяо сидел во главе стола, в двух местах от него. Мужчина, казалось, был совершенно не заинтересован в беседе и не выглядел расположенным разделить трапезу. Молча он щелкнул зажигалкой и прикурил сигарету.
— Не твое дело, — глухим голосом отрезал Му Ханьсяо.
— Даже за семейным ужином нам нельзя поговорить?
Му Ханьсяо взглянул на него. Му Юй невинно улыбнулся:
— Вы с сестрой Лю знакомы с детства, но общаетесь друг с другом меньше двух раз в год. И вдруг внезапно женитесь — трудно не заподозрить, что это брак по расчету.
Сигаретный дым скрывал половину выражения лица Му Ханьсяо. Он стряхнул пепел об край пепельницы:
— А откуда тебе известно, что мы общаемся всего дважды в год?
Му Юй уставился на Му Ханьсяо, его глаза на мгновение заволокла ледяная пелена. Через несколько секунд его выражение смягчилось, и он пробормотал:
— Ты прав. Какое я имею право что-либо о тебе знать?
Он поднял бокал и осушил его одним глотком, затем небрежно поставил на стол.
— Если мы не близки, сидеть вместе за ужином просто неловко. Я ухожу.
Бокал с грохотом покатился по столу. Му Ханьсяо холодно произнес:
— Кто тебя научил так разговаривать?
Му Юй надел пиджак:
— Прошу прощения. С детства рос без присмотра — как дикий ребенок.
С холодным выражением он направился к двери, когда вдруг Му Ханьсяо заговорил:
— На следующей неделе у тебя встреча со знакомством с младшей дочерью дяди Лана. С этого момента обуздай свой нрав.
Му Юй замер, затем разразился недоверчивым смехом, указывая на себя:
— Ты устраиваешь мне свидание вслепую с девушкой?
Мужчина не ответил, но Му Юй необъяснимо заинтересовался сказанным. Он вернулся к обеденному столу:
— Брат, ты же не забыл, что мне нравятся мужчины?
Сигарета Му Ханьсяо была почти докурена. Он затушил ее в пепельнице, его лицо открыто выражало отвращение:
— Ты женишься на женщине.
— Почему?
— Таковы правила.
Выражение лица Му Ханьсяо было исключительно холодным. Казалось, он достиг предела терпения по отношению к этому внебрачному брату — всего один шаг до того, чтобы сказать Му Юю: «Убирайся из этой семьи».
Но Му Юй нарочно делал вид, что не понимает. Притворяясь удивленным, он сказал:
— Это правила, оставшиеся со времен династии Цин, дожившие до XXI века? Или их выдумал наш уважаемый глава семьи Му?
— Это твои правила — почему я должен им следовать? — Му Юй неспешно прошелся перед Му Ханьсяо, явно получая удовольствие от провокации. — Му Цзэцзю тебя слушается, Му Чжие тебя слушается... а почему я должен? Я тебе что родной брат? Нет — у нас даже матери разные.
Му Ханьсяо сидел в кресле и наблюдал за ним, его темные глаза были непостижимы, его высокий стан напоминал выжидающего зверя, затаившегося в засаде. Му Юй с интересом наклонил голову, свет лился сверху, рассыпаясь сиянием на его волосах.
— После того как ты женишься на сестре Лю, ты будешь контролировать каждый ее шаг? Сестра Лю станет будущим генеральным директором Хунфэн — сомневаюсь, что она покорно останется дома рожать тебе детей.
Му Юй был куда более дерзким, чем большинство людей могло представить. Он протянул руку, чтобы погладить черный галстук Му Ханьсяо, легко щелкнул по зажиму для галстука, глядя на мужчину сверху вниз. Его тонкие, бледные пальцы намеренно коснулись груди мужчины.
Наклонившись, он прошептал Му Ханьсяо на ухо приглушенным голосом:
— Какая жалость. Будь я женщиной, я бы с радостью рожал тебе детей.
Его голос был сладким и интимным, словно дрейфующее облачко:
— Брат, я бы родил столько, сколько ты захотел.
С оглушительным грохотом стул опрокинулся, тяжелое розовое дерево ударилось о пол. Му Юя отшвырнуло далеко в сторону, и он тяжело приземлился на пол.
Му Ханьсяо стоял у стола, его лицо было темным, как надвигающаяся гроза. Он сорвал с себя галстук и швырнул его на обеденный стол, словно его личная вещь, к которой прикоснулся Му Юй, вызывала у него отвращение. Его холодный взгляд скользнул по Му Юю на полу, не обращая внимания на то, что ему очевидно больно, и он скомандовал:
— Убирайся.
От удара у Му Юя потемнело в глазах, кости, казалось, были готовы рассыпаться. Му Ханьсяо быстрыми шагами подошел, поднял его с пола, подтащил к двери и выбросил наружу.
Му Юй споткнулся и врезался в колонну снаружи, прежде чем входная дверь с оглушительным ударом захлопнулась за ним.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/13817/1219506
