Это утро было странным. Мальчик всегда боялся идти в школу, поэтому открывать дверь было для него сущим адом. Но на этот раз он открыл дверь легкостью. Его шаги были легче, чем когда-либо. Из-за стресса каждую ночь его мучила нервная крапивница, и все его тело чесалось, но в этот раз он спал крепко, почти не просыпаясь. Но дело было не только в этом.
— Ешь свой завтрак.
Голос матери, который обычно был острым и жалящим, как шипы, заставлял его опускать голову, игнорируя его. Но в этот день мальчик впервые ответил.
— Да, — тихо произнес он и сел за стол. Однако ему все еще было трудно смотреть в глаза уставшей матери. К утру ее руки, ноги и лицо отекли после работы в ночную смену, и к настоящему времени этот отекший вид уже казался естественным для нее. Возможно, если бы его не было рядом, она не была бы так одержима работой.
— Не пора ли платить за учебный центр? И что насчет платы за читальный зал*?
*Читальные залы, они же залы для учёбы или «study room», особенно популярные в Южной Корее, представляют собой специально организованные пространства для учёбы
— Все в порядке.
Завтрак, который он съел впервые за долгое время, казался грубым и сухим, поэтому ответ прозвучал тихо. Однако, поскольку мальчик изначально был не разговорчивым и застенчивым, его мать не обратила на это особого внимания.
— Тебе следует поспать, — когда он заговорил с матерью, сидящей напротив него с сонным видом, она на мгновение задумалась, а затем встала.
— После еды оставь посуду как есть и иди.
Когда его мать вяло вошла в комнату, мальчик наконец посмотрел на нее. Она легла на одеяло, расстеленное на полу, оставив дверь полуоткрытой. Мальчик знал, что она оставила дверь приоткрытой, чтобы даже во сне услышать, когда он будет уходить.
Несмотря на то, что его частенько критиковали за отсутствие мужественности и излишнюю робость, мальчик обладал большей эмпатией и был более эмоциональным, чем другие мальчики его возраста. Однако в школе для мальчиков это не могло быть преимуществом. Экран его телефона засветился. Даже не глядя, он мог сказать, от кого пришло сообщение.
Обычно в школе он получал взбучку, если не отвечал сразу, но сегодня всё было в порядке. Ему не нужно было об этом беспокоиться. Покончив с завтраком, приготовленным матерью, он поставил пустую посуду в раковину и перекинул сумку через плечо. Хотя на сердце у него было легко, полуоткрытая дверь комнаты матери, казалось, удерживает его, не позволяла уйти. Он обулся у входной двери и некоторое время еще смотрел на комнату матери, а затем вышел на улицу.
Погода была прекрасная. Тревоги, страхи и обиды, которые наваливались на него год за годом, день за днем, час за часом, секунда за секундой, тяготили его так сильно, что он не мог уже стоять, но сегодня они стали невесомыми. Это было невероятно. Все изменилось в тот момент, когда он решил отпустить то, что заставляло его плакать и мучиться всю ночь.
Мальчик ускорил шаг, направляясь к станции метро. Он несколько раз проверил листок бумаги в кармане. Он должен был закончить то, что решил сделать, прежде чем это состояние и чувство легкости испарятся. Такое утро было для него новыми и незнакомыми, и он знал, что оно никогда больше не повторится. Было семь утра. Нетерпение подталкивало его вперед.
http://bllate.org/book/13806/1218501
