Сяо Вэйсин молча сидел. Обычно он не начинал говорить первым, когда находился вне дома. Он просто опустил голову и тихо потягивал чай из чашки, как будто не замечал висевшую неподалеку голову.
Юн-ван Сяо Вэйцзин был тоже не промах — он уже долгое время вертелся в различных кругах и хорошо знал, как выжить под рукой Сяо Вэйшэня.
- Слышал, прошлой ночью на старшего брата было совершено покушение?
Цин-ван Сяо Вэймин не был так хорошо осведомлен, и, услышав это, его глаза расширились от удивления.
- Да, вчера сюда действительно проникла маленькая букашка, — Сяо Вэйшэнь совершенно не выглядел ипуганным, как прошлой ночью, он напустил на себя невозмутимый вид перед своими братьями, - Но моя стража быстро схватила его. Жаль только, что не удалось допросить его и узнать, кто стоял за этим.
- Как прискорбно, — вздохнул Сяо Вэйцзин. Его внешность, в отличие от Сяо Вэйсина, была более женственной. Если бы он надел женское платье, вряд ли кто-то усомнился бы в его поле. Он был повесой, мастером во всех удовольствиях жизни, как богатый блудный сын. Его хмурый и обеспокоенный вид действительно создавал впечатление, что он беспокоится за своего Брата-императора, - Этот чэньди* как раз только что заметил голову, вывешенную на обозрение в Императорском саду. Видимо, это и был тот самый безрассудный убийца?
*В данном предложении он говорит про себя, как “этот подданный брат”, где “чэнь” - это вассал\ верный слуга\ министр, а “ди” - младший брат.
- Верно, — Сяо Вэйшэнь с мрачным взглядом обернулся, бросив быстрый взгляд назад, — Я всё ещё расследую это дело. Если найду хоть малейшую зацепку...
Всем и так было понятно, что он имеет в виду, даже если не произнес эти слова вслух.
Цин-ван Сяо Вэймин был самым младшим из оставшихся сыновей покойного императора, ему было всего семнадцать лет, и он не был таким осмотрительным и осторожным, как его старшие братья. Он наивно спросил:
- Так, старший брат, ты вызвал нас, чтобы мы помогли поймать злодея?
- Сяо Вэйшэнь с насмешливой улыбкой посмотрел на Сяо Вэймина:
- Благодарю тебя за заботу, шестнадцатый брат. Мы* просто хотели спросить: как вы думаете, кто может быть организатором этого покушения?
*Император в отношении себя использует местоимение “Мы” (я и государство\народ) или по-китайски Чжэнь (朕).
Сяо Вэймин выглядел совершенно озадаченным — откуда ему было это знать?
Взгляд Сяо Вэйшэня переместился на Сяо Вэйсина, который до сих пор молчал:
- А как думаешь ты, седьмой брат?
Сяо Вэйсин, молчавший всё это время, всё-таки не избежал внимания. Он неспешно поставил чашку и поежился от прохладного осеннего ветерка. Он плотнее закутался в накидку, слабо кашлянул и, чуть приоткрыв губы, ответил:
- Этот чэнь думает, что этот человек наверняка долго готовился. Если убийца так легко смог проникнуть в Императорский дворец, то не исключено, что кто-то из окружения старшего брата уже был подкуплен.
- Я тоже так думаю, - Сяо Вэйцзин рассеянно кивнул, - Иначе как обычный убийца мог бы в одиночку пробраться под носом у императорской стражи?
Сяо Вэймин бросил осторожный взгляд на своих двух старших братьев, и не желая казаться менее умным, поспешно подхватил:
- Да, да, и я поддерживаю это мнение!
Взгляд Сяо Вэйшэня скользил по трем братьям, как будто он пытался найти в их поведении какой-нибудь изъян, чтобы разоблачить их.
- Но убийца уже мертв, и у нас нет доказательств. Наши люди не смогли найти никаких зацепок. Это действительно сложное дело. С чего, по вашему мнению, Мы должны начать расследование?
Сяо Вэйсин со вздохом покачал головой и виновато сказал:
- Ваши младшие братья далеки от государственных дел и действительно не могут дать дельный совет. Эта проблема действительно очень серьезная, если старший брат подозревает кого-то, то почему бы не допросить его?
Улыбка Сяо Вэйшэня стала ещё шире. Хотя он пытался сохранить спокойствие, внутри его разрывала злость, потому что все трое братьев выглядели совершенно невинными.
Сяо Вэйцзин выглядел так, будто его выдернули из самой гущи его разгульных похождений.
Непрерывный слабый кашель Сяо Вэйсина создавал впечатление, что он вот-вот отдаст Богу душу.
Сяо Вэймин стоял с большими, полными недоумения глазами, словно ещё не проснулся.
Как посредственный император, которому не хватало особой мудрости, Сяо Вэйшэнь не мог определить, связаны ли его дядя и братья с этим покушением. Всё усложнялось тем, что на теле убийцы не было ничего, по чему его можно было бы идентифицировать, и даже кинжал, которым его пытались убить, выглядел так, словно его случайно купили на улице за пять монет. Начинать было не с чего.
Однако, Сяо Вэйсин, по крайней мере, был прав в одном: как император, Сяо Вэйшэнь не может быть абсолютно уверен в своей безопасности. Предатели среди его окружения определённо были, хотя он и не мог точно определить, кто именно. Но именно его принцип "лучше убить невиновного, чем упустить предателя" позволил ему подняться так высоко. Поэтому прошлой ночью он казнил всех, кто не входил в его ближайший круг, даже старого евнуха, который подметал сад. В общей сложности он приказал казнить более сотни человек.
Ю Шу умел читать по губам и примерно разобрал, что они говорили. Похоже Пёс-император всё ещё не избавился от подозрений. Всё же он не был настолько глуп, чтобы поверить, что можно вычислить главного виновника по нескольким фразам. Он просто хотел увидеть их реакцию и поведение.
К сожалению, перед ним сидели два "оскароносных актёра", один настоящий простак и одна старая лиса, поэтому он ничего не добился.
Тем не менее, Сяо Вэйсин потерял важных людей, которого он так долго внедрял в покои императора. Это была серьёзная потеря. Однако, зная, что это было только начало сюжета, Ю Шу не беспокоился по этому поводу. Главный герой не был человеком, который гнался за быстрыми успехами. Этот инцидент послужит для него важным уроком: в будущем он будет действовать ещё более осторожно и не станет больше так рисковать.
Сяо Вэйшэнь не смог достичь своей цели, и, не имея возможности открыто сфабриковать обвинение против них, ему оставалось только скрывать свою злость, притворяясь заботливым братом. Он даже дружелюбно поинтересовался здоровьем Сяо Вэйсина и спросил, принял ли тот лекарство.
- Как я могу осмелиться пренебречь такой добротой старшего брата? — Сяо Вэйсин слегка нахмурил свои крутые* брови [как горы вдали] (обр. о бровях красавицы). Даже в своей болезненной слабости он не мог скрыть своей очаровательной и изысканной внешности. Его голос был слабым и прерывистым, - Просто мое здоровье слишком подорвано, сколько бы целебных снадобий я ни принимал, ничего не помогает. Недавно даже сказал... что моё тело уже не поправится.
Сяо Вэйшэнь изобразил на лице притворное сожаление и с лицемерной заботой сказал:
- Слова императорского лекаря ещё ничего не значат, мы прикажем расклеить объявления по всему городу, вдруг найдется лекарь среди простого народа, который сможет вылечить твою застарелую болезнь.
- Спасибо, Ваше Величество.- ответил Сяо Вэйсин с выражением отчаяния на лице, явно не веря, что его здоровье можно поправить, - Моя болезнь — тепловой яд, заразившийся в утробе матери. Даже гадатели говорили, что я обречён: мне суждено остаться бездетным до конца своей жизни, а моим спутником жизни будет только лекарство. Этот младший брат уже давно смирился со своей судьбой.
В его глазах стояли слезы, а его хрупкий вид был настолько жалким, что даже Сяо Вэйшэнь, несмотря на его жестокость, не мог не быть тронут и не испытывать некоторого сострадания. Из всех братьев только Сяо Вэйсин с детства не доставлял никаких проблем и не принимал никакого участия в борьбе за власть между принцами, Скорее всего, он действительно не имеет отношения к событиям прошлой ночи.
- Не нужно верить этим бродячим шарлатанам, тебе не о чем волноваться, пока мы живы, — успокоил его Сяо Вэйшэнь - Мы уже попросили Императрицу подыскать вам подходящую партию. Возможно, брак окажется благословением и поможет улучшить твоё здоровье.
Сяо Вэйсин слегка прокашлял, горько улыбаясь и покачивая головой:
- Ваше Величество, не стоит больше обременять себя моими заботами. С таким телом, как у меня, как я могу разрушить будущее хорошей девушки? Кроме того, вы ведь в прошлом году назначили мне наложницу, госпожу Чжоу. Императорский лекарь даже сказал, что у меня... слабость в теле*. Как мне может повезти на такое счастье?
*ну вы поняли… сексуальная дисфункция\импотенция
Когда он упомянул об этом деле, в глазах Сяо Вэйшэня отразилось некоторое самодовольство. Это было как бы открытое признание того, что Сяо Вэйсин не может справляться с этим вопросом. Госпожа Чжоу, которую он отправил к нему лично, прожила в дворе вана год, но так и не смогла стать его супругой. Несколько раз она пыталась войти в спальню, чтобы прислуживать ему, но Сяо Вэйсин, испытывая стыд и гнев, выгонял её.
Для любого мужчины это было бы крайне унизительным. Итак, независимо от того, насколько красивой внешностью обладает Сяо Вэйсин, какой от этого прок?
Сяо Вэйшэнь любил обнажать шрамы других людей, что удовлетворяло его темные наклонности. Чем больше страдали другие, тем больше он наслаждался этим.
После чаепития в императорском саду, казалось, что инцидент с покушением был официально завершен. Сяо Вэйсин, поддерживаемый слугами, сел в карету. Как только занавески опустились, его лицо потемнело. Ци Хань и Хуа Чунь предпочли не говорить лишнего и хранили молчание весь путь.
Ю Шу и Ин У тоже вернулись в карету, после того, как вновь поменялись местами с теми двумя стражниками. Скорее всего, те решили, что просто случайно задремали на обочине дороги и, конечно, не осмелились бы никому сказать, что они расслабились во время дежурства.
По прибытии в личные покои дворца, Сяо Вэйсин сразу же закрылся в своем кабинете. Потеря людей, которых он так долго готовил, сильно его разозлила. Сяо Вэйсин выгнал всех из покоев, и остались только его теневые стражи. Ю Шу дежурил, сидя на балке под потолком, Ин У находился на крыше, и оба работали в тесной связке — один внутри, другой снаружи.
С такой точки Ю Шу мог наблюдать за каждым его движением Сяо Вэйсина. Тот с бесстрастным выражением лица сидел в кресле, играя с нефритовой чашей. Внешне невозможно было понять, о чем он думает, но Ю Шу, по тонким нюансам его выражения, мог прочитать множество различных эмоций.
Видимо, он уже отточил свои навыки собачьих лап* до совершенства.
*навыки “обнимания бедра”
Тишина в кабинете сохранялась около десять минут, когда Сяо Вэйсин внезапно сжал нефритовую чашу в руке. Спустя всего несколько секунд чаша была раздавлена в его ладони, а кровь капала по пальцам, капая на белоснежные одежды.
Однако он словно не замечал этого, будто вообще не чувствовал боли.
Ю Шу понимал, что чувствовал главный герой в этот момент: годы терпения планирования и усилий чуть было не пошли насмарку, к тому же были потеряны его люди, что сильно ударило по его гордости и самоуважению.
Но это не имеет значения. У главного героя всегда есть свой ореол, даже если один подчиненный умрет, его можно быстро заменить кем-то другим. Ю Шу, будучи читателем, видящим события со стороны, совершенно не беспокоился за него, а даже мысленно подбадривал его.
- Подойди сюда — успокоившись, Сяо Вэйсин произнес эту фразу в пустой комнате.
Но он забыл, что сам же отослал всех, и снаружи не было никого, кто мог бы отозваться на его приказ. Ю Шу подождал немного, но, не услышав никаких шагов, мягко спрыгнул перед столом, опустился на одно колено и тихо спросил:
- Какие будут указания, господин?
Сяо Вэйсин изначально хотел позвать кого-то, чтобы ему обработали рану, но тут вспомнил, что все люди вокруг были выгнаны по его приказу. Он поднял глаза на склонившегося перед ним теневого стража и спокойно сказал:
- Подойди и перевяжи мне руку.
- Слушаюсь, - Ю Шу поднялся с пола и пошел за лекарствами .
Для таких, как он, кто годами балансирует на грани между жизнью и смертью, обработка ран была делом таким же обычным, как и прием пищи. Он нашел на книжной полке лечебный порошок и бинты, после чего уважительно вернулся к Сяо Вэйсину.
Вся ладонь Сяо Вэйсина была изрезана осколками, так что холодок от раны проникал до самой души. Ю Шу не имел при себе пинцета, поэтому, взяв серебряную иглу, аккуратно вытаскивал осколки один за другим. Видя, как ладонь его господина была вся в крови, он едва заметно вздохнул в душе.
"Почему они все так относятся к своим рукам, как будто это не их собственная плоть" — подумал Ю Шу, наблюдая за тем, как Сяо Вэйсин обращается со своей раной.
Сяо Вэйсин, обдумывая дальнейшие действия, невольно поднял глаза и взглянул на теневого стража, который перевязывал его рану.
Если говорить честно, внешность Ю Шу была довольно выдающейся, даже среди других красавцев. Хотя он не обладал столь исключительной красотой, как Сяо Вэйсин, он был чрезвычайно привлекательным мужчиной: с прямые как меч бровями, и горящими, как звёзды, глазами*, а его образ был столь же свеж и ярок, как утренний ветер. Смотреть на него и думать, что он всего лишь “тень”, было почти обидно.
*дословный перевод, образно. строгий вид и энергичный взгляд
Ранее Сяо Вэйсин никогда не обращал внимания на этот клан теней — для него они всегда были просто группой смертников, которые жили во тьме и не могли видеть света. Но сейчас он был удивлен, что среди его личных теневых стражей нашелся такой человек.
Однако это удивление длилось всего мгновение, и его холодный взгляд вскоре вернулся.
Ю Шу не знал, о чем думает Сяо Вэйсин, но изо всех сил старался сдерживать себя и демонстрировать свою лучшую сторону перед своим господином.
Ведь за четырнадцать лет муравьиной работы, это была его первая близкая встреча с главным героем!
Шанс заняться настоящим делом настал!
http://bllate.org/book/13724/1213822
