Глава 24. Чёрные щупальца
В глубоководном царстве царил непроглядный мрак, а вода сжимала ледяным панцирем. Они ушли вниз на многие тысячи морских миль. Морская фауна давным-давно осталась позади, и в этой глуши установилось такое мёртвое безмолвие, будто замерли даже океанские течения.
Дальше начиналась сама бездна. Окинув взглядом причудливые, грозные скалы, уходящие ещё глубже, сереброволосый тритон замер. Мощный взмах серебристого хвоста — и он развернулся.
Неподалёку, держась на разумном отдалении, за ним бесшумно следовал серебристо-белый лёгкий мех. Чтобы не спугнуть тварь, прожекторы выключили, и машина почти полностью растворилась во тьме.
«Ты как?» — обеспокоенно спросил Бай Юньцзи на языке жестов.
Хотя он знал, что броня меха создана из особых сплавов, колоссальное давление бездны внушало тревогу. Случись авария, человек в этой толще воды погибнет мгновенно.
Гу Тинлань был предельно собран и ни на миг не сводил глаз с главного экрана кабины. Увидев искреннюю тревогу супруга, он смягчил суровый взгляд.
«Всё в порядке. Могу погрузиться ещё на пару тысяч миль, так что не волнуйся», — манипуляторы меха вывели жесты неуклюже и медленно, чтобы Юньцзи смог без труда всё разобрать.
Будучи тритоном, Юньцзи прекрасно видел даже в кромешной тьме океанского дна, но эта забота вызвала у него тёплую улыбку.
«Не отставай».
Закончив движение, Юньцзи с силой вильнул хвостом и стрелой рванулся вниз — туда, откуда продолжал исходить загадочный, настойчивый зов.
Серебристый мех, словно тень, устремился вслед за ним, сохраняя дистанцию.
Юньцзи плыл стремительно. Спустя пару мгновений он уже очутился подле странных скал, испещрённых уродливыми гротами. Взглянув на чернеющую внизу расселину, он резко затормозил. На его лице отразилось отвращение.
Из глубин впадины, как и накануне, доносился чёткий, настойчивый манящий сигнал. Уродливый нарост внизу явно не оставил своих намерений и всё ещё пытался заманить его в ловушку.
С этой мыслью Юньцзи мощным взмахом хвоста устремился к расселине. Впадина оказалась куда глубже, чем он предполагал: крутые стены уходили прямо в преисподнюю, выглядя зловеще и угрожающе.
Но стоило ему сделать новый рывок, как в голове мелькнула тревожная мысль: вчера монстр напал почти мгновенно! Он просто не мог находиться настолько глубоко!
В верхней части отвесной скалы раздался оглушительный треск. Среди тучи каменных обломков из своего укрытия с невероятной скоростью вырвалась гигантская чёрная туша.
Подхваченный бешеным водоворотом, Юньцзи в ужасе обернулся. Вчерашний глубоководный монстр, пылая яростью, вперил в пространство пару налитых кровью вертикальных зрачков. Взмахнув сотней извивающихся щупалец, чудовище рванулось к серебристому меху, шедшему чуть позади.
Эта тварь с самого начала затаилась в засаде!
В доли секунды, не успев даже осмыслить происходящее, Юньцзи выгнулся всем телом и вихрем метнулся на перехват.
Гу Тинлань среагировал ещё в момент обвала. Он не ожидал, что монстр выберет своей первой мишенью его, но так было даже лучше. Уверенно направив боевую машину навстречу чудовищу, он смерил тварь ледяным, убийственным взглядом.
На глазах у ошеломлённого Юньцзи серебристый мех с невероятной грацией уклонился от града сноповидных ударов чёрных щупалец. Совершив молниеносный разворот, машина с размаху обрушила тяжёлый металлический кулак прямо в налитый кровью глаз монстра.
— Р-р-а-а-ах!
Пасть под повреждённым глазом, усеянная рядами острых клыков, исторгла оглушительный, исполненный боли и ярости рёв. От этой акустической волны задрожали скалы, а вода вокруг пошла мутными волнами.
Второй уродливый нарост, похожий на ещё одну голову, отозвался глухим рыком. Извивающиеся щупальца мёртвой хваткой вцепились в левую руку меха, а разверстая пасть нацелилась прямо в область плечевого сустава машины.
В мгновение ока между ними возник серебристый силуэт. Лицо Юньцзи исказила лютая ярость. Вложив в удар всю свою силу — намереваясь буквально размозжить уродливую тушу, — он обрушил ладонь на нарост.
Одновременно с этим мех совершил мощный рывок, вырывая руку из плена щупалец, и с размаху впечатал стальную стопу в усеянную бородавками тушу твари.
От двойного удара исполинская туша отлетела назад и с грохотом врезалась в скалу. Вздыбилась туча донных отложений и каменной крошки, мгновенно замутив воду.
Юньцзи искренне удивился такой безупречной слаженности. Он повернулся, чтобы подать знак, но огромная стальная ладонь бережно подхватила его и усадила на левое плечо меха.
«Его цель — всё ещё ты. Ты только недавно оправился от ран, будь осторожен», — жесты меха становились всё более уверенными, хотя лицо Тинланя в кабине оставалось мрачным.
Пропустив прямейший удар в глаз, монстр лишь разродился диким рёвом, не получив серьёзных увечий. Его шкура и кости отличались колоссальной прочностью — лёгкой прогулки не предвиделось.
В этот миг застрявшее в скале чудовище извилось и, оттолкнувшись от камня с невероятной силой, снова рванулось в атаку. Но прежде чем тварь приблизилась, брюшная панель серебристого меха раздвинулась, и сфокусированный энерголуч ударил точно в сочленение между двумя головными наростами.
Однако атака не причинила чудовищу ни малейшего вреда. Бугристая шкура просто впитала всю энергетическую мощь луча. Безумный, налитый кровью взгляд нацелился на Юньцзи, и сотни чёрных щупалец снова устремились к тритону.
Энергетическое оружие оказалось бесполезным!
Тинлань не успел даже осознать этот факт, как Юньцзи, взмахнув серебристым хвостом, молнией метнулся навстречу. Голыми руками он с хрустом разорвал несколько тянувшихся к нему щупалец — в воду брызнула сине-чёрная дрянь.
— Р-р-а-а-ах!
Пока монстр стенал от боли, Юньцзи изогнул хвост и мгновенно вернулся на плечо меха.
Гу Тинлань в кабине мгновенно понял замысел супруга.
Левой рукой заслонив сидевшего на плече тритона от хаотичных ударов, мех плавно сместился в сторону. Правая рука машины метнулась к затылочной панели и медленно извлекла из паза вдоль «позвоночника» мерцающий холодным светом клинок.
Во мраке мутной воды вспыхнула серебряная дуга. Натиск чудовища захлебнулся: от его туловища отлетел целый сноп отрубленных щупалец. Фонтанируя сине-чёрной слизью, уродливые отростки медленно пошли ко дну впадины.
Рёв чудовища затих, сменившись жалобным хрипом. Исполинская туша по инерции подалась вперёд, запнулась в толще воды и тяжело завалилась в бездну.
Стальной гигант взмахнул мечом: сияющее лезвие с лёгкостью пронзило плоть твари и, увлекаемое силой броска, пригвоздило тушу глубоко к скальной стене.
Убедившись, что монстр больше не шевелится, Тинлань облегчённо перевёл дыхание и несколькими мощными прыжками приблизился к распятому чудовищу.
Юньцзи откровенно изумился. Он готовился к долгой и изнурительной схватке, а Тинлань расправился с тварью за пару мгновений. Материал, из которого был выкован этот клинок, явно отличался особыми свойствами.
Но размышлять об этом было некогда. Брезгливо осмотрев свои острые коготки, очистившиеся от крови твари, Юньцзи послал ментальный импульс, наполненный отвращением:
«Где моя вещь?»
В красных глазах застыл смертельный ужас. Боясь, что клинок рассечёт тушу пополам при малейшем движении, монстр сжался и лишь судорожно шевелил двухпастной пастью, не в силах выдать ни связной мысли.
Юньцзи недовольно нахмурился. Он уже собирался повторить вопрос, когда от чудовища наконец поступил путаный, едва различимый ментальный сигнал — словно тварь с трудом вспомнила давно забытый язык.
«Вни... внизу... вместе... полож...»
Юньцзи нахмурился ещё сильнее. Сознание этой твари было более развитым, чем у дельфинов, но общалась она с великим трудом. Как же ей удавалось оказывать ментальное воздействие? Эволюционировал только инстинкт манить?
Гнев мгновенно вспыхнул в груди. Мысль о том, что столь ничтожное создание умудрилось заманить его на глубину и заставило так пострадать, отозвалась в мысленном посыле тяжёлой яростью:
«Где внизу?! Вместе с чем?!»
«... Дно впадины... пещера... кос... кости... свет... вместе... спа... спаси... не хочу... уми...»
В процессе передачи один из гигантских глаз на первой голове померк, а сам нарост обмяк и свесился вниз.
«Ты выбросил мою вещь на дно разлома? Вместе с какими-то костями?!» — проигнорировав мольбы о помощи, Юньцзи хмуро сопоставлял обрывки сведений.
«... Да... спа... спаси!» — ощущая, как уходит жизнь, монстр посылал волны, пропитанные отчаянным молением. Уцелевший красный глаз расширился до предела.
В глубине лазурных глаз Юньцзи застыл ледяной покой, однако его ментальный посыл прозвучал подчеркнуто ласково:
«Сначала ответь: что за кости?»
«Огро... свет... спа... молю...» — мысленное вещание внезапно оборвалось. Голова, покрытая бородавками, судорожно дёрнулась, вытаращенный глаз окончательно остекленел, и туша бессильно обмякла.
Потеряв опору, изрубленное тело под собственной тяжестью соскользнуло с рассекавшего его клинка, распалось на две части и беззвучно ухнуло в бездну.
Юньцзи безразлично наблюдал за падением, мысленно усмехаясь. У этой твари хватило дерзости просить о пощаде! Мало того что он не умел исцелять такие раны, так чудовище ещё и пыталось его сожрать, да вдобавок украло кулон. Ему следовало бы дорубить его на куски.
Серебристый мех повернул голову к плечу и вопросительно задвигал манипуляторами:
«Удалось что-то узнать?»
Юньцзи опустил взгляд, ещё раз осмотрел острые коготки и, согнав с лица холодное выражение, с улыбкой ответил на языке жестов:
«Оно сбросило кулон на самое дно. Сказало, там лежат какие-то огромные светящиеся кости».
На дно разлома? Улыбка погасла на губах Юньцзи. Он глянул вниз, за изгиб своего серебристого хвоста. В глубине души поднялась волна тревоги: странный, необъяснимый зов из мрака бездны всё ещё продолжал звучать!
http://bllate.org/book/13697/1586012
Готово: