— …Что ты…!
Нам Сон, конечно же, пришел в ужас и затрепыхался, но как бы он ни брыкался и ни лягал ногами Кан Чжихана в грудь и живот, тот даже не шелохнулся. С трудом повернув голову назад, Нам Сону побледнел, увидев открывшуюся картину.
— Ты, ты сейчас…
Кан Чжихан, уткнувшийся лицом в его ягодицы, нагло встретился с ним взглядом. Сону уставился на эти темные глаза, словно не в силах поверить им, а затем медленно опустил взгляд. Из-за уткнувшегося между его ягодиц носа то, что ниже, видно не было. Но то, что там происходило, можно было понять не зрительно, а тактильно.
— …!
Губы, исследовашие все его тело, впились в впадину между ягодицами. Кан Чжихан, будто целуясь, поворачивал голову, то всасывая, то отпуская плоть.
До этого момента еще можно было терпеть. Если бы он остановился на этом и убрал лицо, он бы просто счел его извращенцем и махнул бы рукой. Но Кан Чжихан был не просто извращенцем. В тот момент, когда что-то влажное, уже не губы, коснулось его кожи, Нам Сону ахнул, втянув воздух.
С ума сойти, неужели.
— Эй…
Нет? — спросил взглядом Нам Сону. И Кан Чжихан ответил ему языком. Словно успокаивая окаменевшие от ужаса ягодицы, язык мягко лизнул отверстие. Кончик языка настойчиво и медленно двигался вдоль складок ануса, словно пытаясь заставить сомкнутый вход открыться.
— Пр-прекрати.
В тот момент, когда кончик языка точно постучал по отверстию, Нам Сону интуитивно понял, что Кан Чжихан задумал дальше. Это было своего рода стуком в дверь. Сигнал о намерении войти.
В ужасе Нам Сону пополз на локтях, словно пытаясь сбежать. Он думал только о том, чтобы бежать. Но в тот момент его поймали за ноги и стащили обратно. Его ноги были зажаты, так что бедра беспомощно раздвинулись, как только Кан Чжихан развел руки. Удобно устроившись, он втолкнул язык в образовавшуюся на мгновение щель.
— Ым…!
От незнакомого ощущения Нам Сону весь задрожал. Свернутый трубочкой язык был толще и влажнее пальца. Сам факт, что он может войти внутрь, поверг Сону в шок, и он задрожал, оглядываясь.
Кан Чжихан по-прежнему, не моргнув и глазом, пристально смотрел на Нам Сону. Его взгляд был непоколебим, в отличие от постоянно движущегося языка.
Только тогда Нам Сону впервые понял, что когда шок слишком велик, взгляд замирает, прикованный к чему-то. Каждый раз, когда язык входил внутрь и выходил наружу, волосы на всем теле вставали дыбом. Казалось, еще чуть-чуть — и он сойдет с ума. Его губы, до этого лишь подрагивавшие, наконец разомкнулись:
— Прекрати, прекрати, говорю, ебаный псих…
Кан Чжихан, наоборот, повернул голову и засунул язык еще глубже. Казалось, он готов был втиснуть туда все свое лицо. Каждый раз, когда его нос упирался в ягодицы Сону, тот желал просто отключиться. Его голос дрожал:
— Хым… пре-крати, я же сказал прекрати…!
Он не мог поверить, что Кан Чжихан, уткнувшийся носом в его задницу, лижет его, и что оттуда доносятся все более влажные звуки. От стыда казалось, что лицо вот-вот взорвется. Когда он яростно уставился на Кан Чжихана, тот, еще более вызывающее, издал неприличный звук.
Я убью тебя, правда… Как только на глаза Сону навернулись слезы, Кан Чжихан немного отстранился и спросил:
— У тебя это впервые?
— Не… не говори пока ты там…!
— Ответь.
— Конечно, впервые! Кто в здравом уме будет делать такое… ртом?!
Сону почувствовал, как губы Кан Чжихана расплылись в улыбке у него на ягодицах. Даже это ощущение было таким леденящим, что он снова рванулся вперед, но Кан Чжихан лишь легко провел губами по ускользающим ягодицам. От звонкого звука «чмок» лицо Сону залилось краской.
Ему удалось доползти до изголовья кровати, но он все еще был на кровати. Кан Чжихан наклонился над ним, словно оседлав его дрожащее тело. Его темные глаза на мгновение скользнули по обнаженному телу, пойманному в ловушку его рук.
Его белая кожа, контрастирующая с темнотой, казалась еще более сияющей в слабом лунном свете. Его ягодицы, лоснящиеся от слюны, выглядели мокрыми уже от одного взгляда на них. Неосознанно облизнув губы, Кан Чжихан ввел палец.
— Нгх.
Действительно, вошло намного легче, чем раньше. Поглаживая спину Нам Сону, который все еще неровно дышал, Кан Чжихан ввел второй палец. Было немного туго, но когда он большим пальцем мягко помассировал область вокруг отверстия, оба пальца вошли до середины.
— …!
Услышав приглушенный звук, Кан Чжихан внимательно посмотрел на Нам Сону. Он не видел, какое выражение было на лице Нам Сону, уткнувшегося в угол кровати, но тот больше не говорил, чтобы он побыстрее вставлял, как раньше.
Глядя на то, как он покорно затаил дыхание и принимает его пальцы, Кан Чжихан беззвучно усмехнулся. Похоже, то, что он засунул язык, повергло Сону в шок. Он решил, что впредь, если Нам Сону будет делать что-то не так, он должен будет лизать ему задницу, и кончиками пальцев прошелся даже до тех мест, куда не доставал язык.
— Ах…!
Когда он одним движением ввел их до основания, сопротивление было значительным. Но, подумав, что ощущение обхватывающих пальцев, должно быть, передается и на его собственный член, его движения сами собой стали грубее. Внутренности, смоченные слюной, вскоре начали издавать хлюпающие звуки. Словно стесняясь этого звука, внутренние стенки сжались, но когда он раздвинул два пальца в разные стороны, внутренность растянулась с липким звуком «чвак». Когда он вогнал третий палец, Сону снова забился.
Собрав обе беспокойные ноги одной рукой и зафиксировав их, Кан Чжихан уселся на его белые бедра. Глядя на то, как выпуклые ягодицы покорно лежат под ним, он стянул с себя брюки. Член был уже влажным.
Словно стирая вытекающую жидкость с головки, Кан Чжихан взял свой член и поводил им по ягодицам. Кожа, касающаяся головки, была безумно нежной. Всякий раз, когда он надавливал и отпускал свой член, было трудно оторвать взгляд от упруго подскакивающих ягодиц. Если даже кожа была такой, он боялся даже представить, каково будет внутри. Прежде чем потерять рассудок, Кан Чжихан ртом вскрыл приготовленный презерватив и натянул его на член.
— …Ты.
Услышав голос Нам Сону, Кан Чжихан поднял голову от его ягодиц. Нам Сону, лишь слегка повернув голову набок, смотрел на него через плечо. Он наивно спросил:
— Зачем ты носишь их с собой?
Кан Чжихан, выплюнув упаковку, которую держал в зубах, ответил:
— Потому что не знаю, когда встречу тебя.
— Что?
Лицо Нам Сону выглядело ошеломленным. Подумав, что его открытый рот выглядит мило, Кан Чжихан, проводя рукой по пульсирующему члену, спросил:
— А что?
— …
— Почему тебе интересно, что я ношу с собой презерватив?
Сону резко снова отвернулся. Считая досадным, что его лицо уткнулось в простыни, Кан Чжихан ввел пальцы глубже, но Сону упрямо сдерживал стоны, отказываясь показать лицо. Кан Чжихан настойчиво спросил:
— А ты?
— Нгх…! Чт, что.
— Ты носишь с собой презервативы?
— Зачем мне…
Ненадолго замолчав, Нам Сону чуть позже добавил с безразличным видом:
— …Я обычно делаю это без них.
На мгновение Кан Чжихан подумал о том, чтобы снова уткнуться лицом в ягодицы Сону. Но вместо этого, в качестве озлобленного жеста, он вытащил свои пальцы.
— Ах…!
— Тебе нужно заново пройти половое воспитание.
Раздвинув ягодицы, чтобы его открывшийся вход не сомкнулся, Кан Чжихан другой рукой взял свой член. Отверстие, принявшее в себя пальцы, в отличие от прошлого раза, было слегка приоткрыто и окрасилось в красивый цвет. Когда он приставил кончик к отверстию, которое постепенно пыталось сомкнуться, ягодицы и член одновременно дернулись.
Кан Чжихан, пристально смотревший вниз, вдруг пробормотал с недоумением:
— Войдет ли.
Услышав сомневающийся голос, в голове Нам Сону тоже возник вопросительный знак.
«Войдет ли»? Звучало так, словно раньше он никогда туда не входил.
— Ты же говорил… что делал это? — голос Нам Сону дрогнул, и он повернулся назад. Когда их взгляды встретились, Кан Чжихан улыбнулся.
— Эту часть я раньше не делал.
— Эй, ты, погоди…
Растерянный Нам Сону попытался перевернуться, суетясь. Но его тело мгновенно застыло от нахлынувшей боли.
— …!
— Ыгх…
Оба одновременно задержали дыхание.
Хотя вошел лишь самый кончик головки, для Нам Сону это было не «лишь». Казалось, что этот огромный размер, сравнимый с кулаком, уже заполнил все внутри. Поэтому он подумал, что Кан Чжихан вогнал это чудовищное орудие одним движением.
— Почему ты… такой тугой.
Но в тот момент, когда этот кулак начал с трудом продвигаться внутрь, лицо Нам Сону побелело.
— Ха… Расслабься немного.
Вот же сукин сын. Дело было не в том, чтобы расслабиться или нет. Даже если бы он расслабил все тело, это казалось невозможным.
Как, черт возьми, он входил в прошлый раз?
Он пытался вспомнить прошлое, но не помнил, чтобы ему было так плохо. Воспоминания о первом опыте десятилетней давности были смутными, к тому же он был пьян и не помнил, какой была боль.
Ощущение того, как плоть с трудом растягивается, и чувство, что внутрь проникает то, что не должно проникать, были слишком странными. Даже когда Кан Чжихан занимался этим сумасшедшим делом, лизав его сзади, он думал, что лучше уж побыстрее перейти к проникновению, а сейчас ему просто хотелось, чтобы это вытащили.
Но Кан Чжихан, похоже, и не думал вытаскивать. Медленно, но без малейшего отступления, он вгонял себя внутрь. Не зная, как долго это будет продолжаться, Нам Сону, у которого перед глазами потемнело от бесконечного проникновения, крепко прикусил губу.
Судя по действиям этого придурка, похоже, он, казалось, пытался впихнуть все сразу. Даже если потом он привыкнет, это тело явно было телом новичка. Вставить все сразу с самого начала было невозможно.
— Больно?
Судя по тому, что он спрашивал очевидные вещи, похоже, это Кан Чжихану нужно было пройти половое воспитание. Нам Сону, с трудом протянув дрожащую руку назад, сказал:
— Ты сначала… остановись, ах… остановись, перестань вставлять, тупица!
Когда он кончиками пальцев нащупал место соединения, Кан Чжихан наконец остановился. Нам Сону осторожно оценил воткнутое в его задницу чудовище. Он думал, что по крайней мере половина уже внутри, учитывая, как сильно тот толкал, но еще очень много не вошло. Осознав это у него поплыло перед глазами.
http://bllate.org/book/13641/1333137
