Бренди со вкусом персика Prunus persi был одним из любимых напитков Цзи Вана, когда он приходил в бар. В первый раз, когда Сун Гэ увидел, как Цзи Ван заказывает этот напиток, он посмеялся над ним называя его сладкоежкой, но к пятому году перестал считать это зрелище чем-то необычным.
Цзи Ван только что вернулся со съёмочной площадки и пригласил Сун Гэ встретиться в их обычном любимом месте.
Пока они разговаривали и пили, в баре заиграла Until Daybreak, последняя популярная песня Ци Бояна.
Подпевая мелодии, Сун Гэ спросил Цзи Вана: — Разве ты не вращаешься в кругах шоу-бизнеса? Ты когда-нибудь встречал Ци Бояна?
Цзи Ван сделал глоток своего напитка и взглянул на Сун Гэ, который рукой облокотился на барную стойку.
— Как такой малоизвестный актёр, как я, мог познакомиться с такой знаменитостью?
Цзи Ван становился еще более обаятельным, когда напивался.
Несмотря на то, что Сун Гэ был бетой, от ослепительной красоты Цзи Вана у него кружилась голова. Оглядевшись, он заметил, что многие омеги уже смотрят в их сторону.
Сун Гэ втайне немного завидовал. Цзи Ван явно не любил наряжаться. Сегодня, например, на нём были чёрная рубашка с коротким рукавом и джинсы. Единственным аксессуаром, который он носил, было ожерелье, спрятанное под одеждой.
Сун Гэ уже видел это ожерелье. Это было дешёвое кольцо, сделанное настолько просто и грубо, что, если бы оно упало на улице, никто бы не стал специально его поднимать.
Цзи Ван носил это ожерелье несколько лет. Из-за него он даже отказался от сотрудничества со всеми ювелирными брендами. Хун Цзе (1), его агент, была в ярости. Когда она спросила его о причине, Цзи Ван бросил всего одну фразу: — Мне это не нужно.
Обычно популярность таких своенравных людей как Цзи Вана со временем угасала. Однако его характер не шел ни в какое сравнение с его лицом, которое было настолько красивым, что могло покорить небеса, и с его природной удачливостью.
Каждый раз, когда Хун Цзе думала, что его карьера подошла к концу, ему на голову сваливался удачный случай.
Например, последней актёрской работой Цзи Вана была роль в школьной драме. Это был небольшой проект с низким бюджетом, но сразу после премьеры он вызвал бурное обсуждение в интернете. Имя Цзи Вана, сыгравшего второго главного героя, на какое-то время стало горячей темой на Weibo.
Хун Цзе быстро доказала свою эффективность в качестве агента, помогая Цзи Вану контролировать темы и ход обсуждений в сети. В последнее время она была так занята, что даже не пыталась помешать Цзи Вану улизнуть, чтобы тайком выпить.
Сун Гэ потерял надежду на то, что Цзи Ван знает Ци Бояна.
— Моей девушке нравится Ци Боян, она ходит на все его концерты. Она плакала, когда узнала, что Ци Боян встречается с Фан Шэнъюнем.
Рука Цзи Вана, которая до этого небрежно крутила бокал, замерла.
— Фан Шэнъюнь?
Сун Гэ: — Да, актёр Фан Шэнъюнь. Он недавно дебютировал, омега, и у него очень заметная внешность. Я слышал, что он обладает довольно большим влиянием, ведь он дебютировал всего год назад, а уже снялся в нескольких нашумевших фильмах. Кажется, он как-то связан с семьёй Фан из города Би. Скажи мне, если Ци Боян действительно выйдет замуж за Фана Шэнъюня, будет ли это считаться браком с представителем богатой семьи?
Цзи Ван замялся, не зная, что делать со стаканом, и машинально полез в карман, но обнаружил, что тот пуст. Только тогда он вспомнил, что бросил курить.
Ему почти удалось полностью отказаться от этой привычки, но невыносимая тяга к курению ощущалась так, будто муравей полз по голени вверх до затылка, вызывая онемение кожи.
— Есть сигарета?
Сун Гэ был шокирован.
— Разве ты не бросил? — проворчал он, доставая из кармана пачку сигарет и протягивая её Цзи Вану.
Цзи Ван поспешно сунул сигарету в рот и закурил. Никотин быстро обжёг его горло, медленно распространяясь по телу и успокаивая неприятное чувство, возникшее внутри.
Цзи Ван выпустил клуб дыма, не ответив на вопрос Сун Гэ о Ци Бояне.
В этот момент мимо прошел омега. От него исходил слабый приятный запах апельсинов. Это был тонкий общеизвестный способ проявить интерес к кому-то.
Покраснев, омега поприветствовал их: — Ты Цзи Ван?
Цзи Ван равнодушно ответил: — Тебе что-то нужно?
Омега выглядел немного взволнованным.
— Мне очень понравилась твоя игра в роли Ся Чэнсуна. Я не ожидал, что в реальной жизни ты будешь ещё красивее... и что ты альфа.
Цзи Ван ещё ничего не успел сказать, как Сун Гэ взял на себя роль телохранителя. Сун Гэ встал и, вежливо улыбнувшись, подошёл к Цзи Вану.
— Извини, сегодня господин Цзи пришёл только выпить, он не будет раздавать автографы или фотографироваться.
Восторг на лице омеги внезапно исчез. Он потеряли дар речи.
— Что?..
Омега снова взглянул на Цзи Вана. Альфа сидел, опустив голову, и вертел в руках бокал, как будто самым интересным в мире сейчас был розовый алкоголь внутри бокала. Омега всё понял и тактично удалился.
Цзи Вану захотелось рассмеяться. Он наклонился вперёд, опираясь на барную стойку.
— Сун Гэ, их, скорее всего, не интересовали ни автограф, ни фотография.
Сун Гэ обернулся: — Я знаю, он хотел взять твой номер телефона. Может быть, он даже хотел переспать с тобой.
— Но, Цзи Ван, твоя дорама так популярна. Кто знает, может, позже ты станешь популярным актером. Пожалуйста, начни следить за своей личной жизнью! — у Сун Гэ неожиданно оказалось сердце агента.
Цзи Ван с ухмылкой вытащил сигарету изо рта и выпустил струю белого дыма в лицо Сун Гэ.
Сун Гэ махнул рукой, разгоняя дым, и его взгляд невольно упал на руку Цзи Вана. Неудивительно, что Хун Цзе хотела, чтобы Цзи Ван снялся в рекламе ювелирных изделий. Его руки действительно были прекрасны от природы. Единственным изъяном был небольшой незаметный шрам на безымянном пальце.
Этот шрам остался после того, как он стал актёром и удалил татуировку.
В центре сцены располагался большой экран, на котором отображались видеозапросы от клиентов.
Один из сегодняшних гостей, должно быть, был ярым поклонником Ци Бояна. Помимо его песен, также включали видео с его концертов. Их окружали голос Ци Бояна, его внешность, всё, что связано с Ци Бояном.
Цзи Ван потянул себя за воротник рубашки и заказал ещё один напиток, на этот раз не Prunus persi. Обычно он использовал его только в качестве аперитива, а затем запивал более крепким алкоголем, чтобы перебить вкус, остававшийся во рту.
Такое упрямое и бесполезное поведение лишь подтверждало его зависимость.
Ци Боян пел и танцевал на экране. У него был уникальный голос и сексуальная сценическая харизма. Он смело посмотрел на зрителей, улыбнулся и расстегнул несколько пуговиц. Толпа внизу разразилась громкими криками.
На теле Ци Бояна был необычный аксессуар — магнитная лента из внутренней части аудиокассеты.
Чёрная магнитная лента была несколько раз обмотана вокруг его запястья. Оставшийся конец ленты скользил по его животу и талии. Камера сфокусировалась на этой области — тёмной полосе, похожей на хвост русалки, скрытой под одеждой на сцене.
У Ци Бояна было много поклонников и поклонниц обоих полов, от альф до омег. Никто не мог устоять перед его безумной популярностью.
Из-за своей девушки Сун Гэ уже привык к виду Ци Бояня. Он дважды прищёлкнул языком, прежде чем отвернуться и продолжить сплетничать с Цзи Ваном.
— Моя девушка говорит, что он надевает эту ленту на каждый концерт. По слухам, её подарила ему бывшая возлюбленная.
Цзи Ван затушил сигарету и стал слушать его вполуха.
Он лучше, чем кто-либо другой в мире, знал, что было записано на той плёнке.
Это был его голос — звуки его оргазма.
Ци Боян, казалось, намеренно надевал ее каждый раз, когда выходил на сцену. От начала и до конца на его запястье была эта загадочная лента, о тайну которой знали только они двое.
Ци Боян записал это у него на глазах. В тот момент Цзи Ван сопротивлялся и кусал губы до крови, пытаясь сдержать стоны.
Однако человеком, с которым он связался, был Ци Боян. Никто не мог спровоцировать Ци Бояна, а затем отступить.
Голос Ци Бояна в его воспоминаниях не был похож на тот глубокий, хриплый голос, который он слышал сегодня. По сравнению с тем, как он звучал сегодня на сцене, этот голос был в сто раз более эротичным.
Он связал Цзи Вана, прижал его к земле и тихо сказал на ухо: — С днём рождения, это мой тебе подарок.
Со слезами на глазах Цзи Ван хрипло ответил: — Сумасшедший.
Ци Боян укусил его за шею сзади. Внутри его тела яростно и безрассудно сталкивались чужие альфа-феромоны с его альфа-феромонами, словно в рукопашной схватке, требуя, чтобы он сдался.
Услышав слова Цзи Вана, Ци Боян улыбнулся, как будто Цзи Ван сказал, что любит его.
Только Ци Боян слышал эту запись, и только Цзи Ван знал, что на ней запечатлены самые сокровенные, личные звуки, которые он издавал, принимая боль и выражая удовольствие.
Примечания
«Цзе» означает «старшая сестра», но также может использоваться для ласкового обращения к человеку, не связанному с вами родственными узами.
http://bllate.org/book/13591/1205333
