После того, как дом был построен, Чэн Янь отправился в город, чтобы подготовить все необходимое. В день Фестиваля Фонарей семье Линь нужно было многое подготовить. Ранним утром Чэн Янь пришел на помощь.
Сухофрукты были упакованы тем же утром. Мама Линь и невестка Линь купили несколько цветных отрезов прозрачной ткани, разрезали и сшили их в простые маленькие матерчатые мешочки, а затем разложили в них сушеные фрукты. Отец Линь и Чэн Янь вывезли банки из кладовой, а Линь Чэн отправился в город и арендовал тележку в «Площади Зуйюнь». Увидев, что Янь Нинси случайно оказался там, Линь Чэн о чем-то с ним заговорил.
Фестиваль Фонарей начнется ночью, и они должны перевезти свои товары в город заранее. До этого Линь Чэн хотел занять место у Янь Нинси, чтобы положить свои вещи. Янь Нинси предоставил им место на заднем дворе трактира, куда они могли бы войти через заднюю дверь.
К полудню все было готово, упаковано и уложено на тележку. После этого семья Линь вздохнула с облегчением. Уставший Линь Мо лег на стол. Линь Сяоя разрешили бегать рядом с ним, но он не хотел двигаться.
Линь Сяоя потянула Линь Мо за одежду и посмотрела на него снизу вверх.
- Четвертый дядя, ты хочешь увидеть огни ночью?
- Да… - у Линь Мо не было сил.
- А Сяоя тоже может пойти? – продолжила девочка.
- Мм…
- Хорошо, - получив ответ, Линь Сяоя снова убежала.
Когда мама Линь и невестка Линь закончили готовить, Линь Чэн вернулся с пустой повозкой. После ужина они вернулись в дом, чтобы переодеться. В конце концов, это был ежегодный Фестиваль Фонарей. Нужно было нарядиться, хотя они всего лишь собирались открыть прилавок.
Мама Линь отнесла новую, сшитую ею одежду, в комнату Линь Мо:
- Мама сшила тебе новую одежду, примерь ее.
Линь Мо увидел, как мама Линь показала ему новую одежду. Ткань была очень хорошей, светло-голубого цвета, и мама Линь даже вышила немного бамбука на воротнике и рукавах. Но у Линь Мо немного разболелась голова.
- Мама, это всего лишь Фестиваль Фонарей. Неужели мы должны так хорошо одеваться? Кроме того, мне бесполезно наряжаться, оставаясь в ларьке, - Линь Мо знал, что это также Фестиваль свиданий вслепую, но они с Чэн Янем уже дошли до разговоров о браке, и ему не нужно было выбирать кого-то другого.
- Я, твой отец и твой старший брат будем наблюдать за прилавком. Вы с Чэн Янем можете взять Сяоя поиграть.
- Но…
- Послушай маму, быстро переодевайся. Я знаю, что ты не любишь головные уборы. Поэтому мама сделала для тебя ленту для волос, - мама Линь вложила одежду ему в руку и ушла.
Линь Мо держал одежду обеими руками и смотрел ей вслед. Затем он перевел взгляд на одежду, вздохнул и, наконец, переоделся. После этого он сразу почувствовал, что что-то не так. Посмотрев в медное зеркало, он обнаружил, что цвет был слишком ярким, сильно отличаясь от тусклой одежды, которую он обычно носил.
Ге-эры обычно укладывали волосы как женщины. Они также добвляли к прическе золотые и серебряные украшения и наносили румяна и тушь на лицо. Но Линь Мо, как обычно, просто собрал волосы в конский хвост и завязал их лентой того же цвета, что и одежда, которую он носил сейчас.
Выйдя из своей комнаты, он обнаружил, что мама Линь не преувеличивает. Все переоделись в новую одежду. Даже если она не была новой, они все равно использовали одежду, которую не носили много раз.
Линь Сяоя поиграла с браслетом с колокольчиком на руке и подняла глаза, услышав, как открылась дверь. Когда она увидела, что Линь Мо выходит, она уставилась на него:
- Вау, четвертый дядя!
Линь Син, который смотрел на свою новую одежду, услышал это и поднял глаза, затем в следующую секунду подбежал к Линь Мо и обошел его кругом.
- Я почти не мог узнать четвертого брата. Одежда выглядит хорошо, но четвертый брат выглядит лучше!
- Я знала, что Мо Ге-эр будет хорошо смотреться в ней, - засмеялась мама Лин.
Невестка Линь, которая помогала сыну с одеждой, подняла глаза и сказала:
- У Мо Ге-эра очень хорошая внешность. Просто он не очень любит наряжаться в обычное время, и одежда, которую он носит, немного темновата.
Линь Чэн кивнул и ничего не сказал. Его жена сказала все правильно. В его прошлой жизни, после того как их семья переехала в Имперский город из-за успеха Линь Сю, многие люди приходили к ним домой, чтобы сделать предложение руки и сердца. Хотя позже семья ясно дала понять, что Мо Ге-эр не собирался выходить замуж, число претендентов не уменьшилось.
Линь Сяоя подошла к Линь Мо, раскинула руки, повернулась и спросила:
- Четвертый дядя, хорошо ли выглядит Сяоя?
- Мм, мило, - кивнул Линь Мо.
Линь Сяоя была очень хорошенькой. На ней было розовое платье и пара браслетов-колокольчиков на запястьях. Когда она шла, время от времени раздавался легкий звон. На голове у нее было два маленьких шарика, а розовая лента для волос была завязана бантом.
После того, как мать помогла ему, Линь Сяо Нань тоже подбежал к Линь Мо и выжидающе посмотрел на него, не говоря ни слова.
- Сяо Нань тоже милый, - Линь Мо наклонился и, смеясь, коснулся его головы.
- Хм, - услышав похвалу четвертого дяди, глаза Линь Сяо Наня заблестели, и он солидно кивнул.
- Четвертый брат! Четвертый брат, как насчет меня? Что ты обо мне думаешь? - Линь Син тоже раскрыл объятия и обернулся, глядя вперед.
- Мм, ты тоже милый, - рассмеялся Линь Мо.
- А? Почему я тоже милый? Разве милый - это не для детей?
- Это значит, что ты ведешь себя как ребенок, - Линь Чэнь увидел, что его брат снова ведет себя глупо и не мог не подразнить его.
Когда прибыл Чэн Янь, остальные были готовы, поэтому они вместе отправились в город на одолженной повозке. Линь Мо шел позади всех, и Чэн Янь составил ему компанию, время от времени поглядывая на Линь Мо, но тот смотрел вперед и не обращал на него внимания. Чэн Янь подумал, что Линь Мо выглядит намного лучше, чем обычно, и был полон решимости в будущем купить ему больше новой одежды. Но было бы лучше, если бы только он один видел, как Линь Мо наряжается.
Когда они добрались до города, уже немного стемнело, и все уже было готово для праздника. Однако сейчас на улице было не так уж много людей, так как основное веселье начнется попозже. Они вышли на задний двор «Площади Зуйюнь» через заднюю дверь и перенесли вещи, которые положили туда, в тележку. За исключением Линь Мо, Линь Сина и двух детей, которые были здесь в настоящее время, остальные собирались установить свой киоск.
Линь Чэнь не очень интересовался покупками, поэтому он пошел со всеми. Линь Чэн знал, как продавать быстрее и лучше, и Линь Мо не беспокоился об этом.
Чэн Янь посмотрел на Линь Мо и сказал:
- Подожди здесь минутку, я скоро вернусь.
- Мм, - кивнул Линь Мо.
Когда Чэн Янь вернулся, было уже совсем темно. Теперь «Площадь Зуйюнь» была полна света и теней. Свет, исходящий из здания, освещал деревья и стены поблизости. Ночью было слишком много людей, и детей можно было легко сбить на землю, поэтому Чэн Янь держал Линь Сяо Наня и Линь Сяоя на руках.
- Ах! Подними нас выше! Снаружи яркий свет! - Линь Сяоя положила руку на плечо Чэн Яня и указала на внешнюю сторону стены.
- Там много людей, - заметил Линь Сяо Нань.
- Пойдем. Куда нам нужно смотреть? - Чэн Янь посмотрел на Линь Мо.
- Они оба не слишком тяжелые? - забеспокоился Линь Мо.
- Ничего страшного, - Чэн Янь покачал головой. Он часто ходил на охоту и мог в одиночку унести всю свою крупную добычу с горы. Он держал двоих детей так, словно они ничего не весили.
Выйдя на улицу, Линь Мо почувствовал атмосферу Фестиваля Фонарей. Вся улица была освещена маленькими фонариками разных цветов. Двери трактира были открыты нараспашку, и по обе стороны висели два больших красных фонаря, которые освещали улицу. Красный свет фонарей освещал окрестности, и теплый свет делал воздух еще более неоднозначным.
Линь Мо шел рядом с Чэн Янем. Линь Син держался одной рукой за рукав своего четвертого брата, постоянно оглядываясь.
Стало совершенно темно, и количество людей на улице постепенно увеличивалось. По улице шла группа ге-эров, и молодые люди, гулявшие вокруг, не сводили с них глаз. Независимо от того, мужчина или женщина, каждый из них держал цветок, который будет использоваться для обмена, если они встретят понравившегося человека.
Однако у ге-эров и мужчин были разные виды цветов. После обмена другие смогут увидеть, что они нашли любимого человека и, естественно, больше их никто не побеспокоит.
Увидев, как Линь Мо и Чэн Янь в третий раз отказываются от цветов от мужчин и женщин, Линь Син не удержался и сказал:
- Четвертый брат, вы с братом Чэном собираетесь покупать цветы друг для друга? В противном случае, я чувствую, что найдутся люди, которые будут продолжать беспокоить вас.
Линь Мо посмотрел на Чэн Яня и кивнул, когда увидел, что тот смотрит на него.…
- Пойдем купим их.
Линь Мо не собирался покупать цветы, потому что не хотел утруждать себя тем, чтобы держать их в руках. Но теперь, когда без цветов у него было больше проблем, он вдруг почувствовал, что нет ничего плохого в том, чтобы держать цветок в руке.
Тем не менее, Линь Мо все еще думал, что это было немного странно. Было ясно, что у Чэн Яня на руках двое детей, но к нему все еще подходило много ге-эров. Он, очевидно, шел рядом с Чэн Янем, но к нему все еще приближались мужчины. У них что, вообще глаз нет?
Конечно же, когда они купили цветы и подарили их друг другу, другие ге-эры и мужчины сдались. Линь Мо не мог не посмотреть на Чэн Яня, идущего рядом с ним. С этого угла он мог видеть только часть его лица. Теплый свет фонаря отражался на его профиле, делая все черты были четкими. К тому же он был очень хорош собой.
Чэн Янь принадлежал к типу крутых парней в наше время, почти такой же, как и его старший брат в прошлом. Чэн Янь, естественно, знал, что Линь Мо смотрит на него, и в конце концов не смог удержаться, чтобы не посмотреть на него и не спросить:
- В чем дело?
- Ты нравишься многим ге-эрам, - Линь Мо слышал, что многие ге-эры в деревне Далинг заглядывались на Чэн Яня, но только сейчас он узнал, насколько тот был популярен.
- Хм? - Чэн Янь выглядел озадаченным.
Линь Мо посмотрел на него и продолжил:
- Для мужчин нормально иметь три жены и четыре наложницы.
Чэн Янь понял, что он имел в виду, и быстро сказал:
- Не для меня, у меня будешь только ты всю мою жизнь.
Узнав, что ему нравится Линь Мо, Чэн Янь никогда не думал, что женится на ком-то еще, кроме него, или возьмет наложницу. В деревне Далинг не было подобных примеров, и Чэн Янь был уверен, что ему никогда не нравился никто, кроме Линь Мо. Даже если он не мог вспомнить свои прежние воспоминания, он был уверен в этом.
Линь Мо смотрел на него несколько секунд, и, наконец, его брови слегка изогнулись.
- Раз ты так говоришь, я тебе поверю.
Более того, Линь Мо верил своему собственному суждению.
http://bllate.org/book/13588/1205107
Готово:
