Сюй Цзинхэ сменил тему и снова заговорил о работе:
— Тогда отлично. Кстати, за последние несколько дней появились предложения от двух развлекательных шоу и несколько сценариев для фильмов и сериалов, хочешь посмотреть?
Линь Цзянхэ нерешительно спросил:
— Они связаны с кулинарией?
— Нет.
— Тогда не стоит.
— Хорошо. — Сюй Цзинхэ уже догадывался об отношении Линь Цзянхэ, поэтому не стал настаивать. — Ты помнишь, я говорил о записи на курсы актёрского мастерства? Как раз в городе А проходят такие. Пойдёшь? Если да, я запишу тебя.
Линь Цзянхэ нерешительно взглянул на Ду Тана. Тот покачал головой и беззвучно произнёс по губам: «Я помогу тебе».
— Не нужно, брат Сюй. Меня будет учить Ду Тан.
Сюй Цзинхэ снова попытался уговорить:
— Он ведь очень занятой человек. Уверен, что у него будет время учить тебя?
— Если Ду Тан уже пообещал мне, даже если у него не будет времени, он его найдёт. Брат Сюй, не беспокойся.
Линь Цзянхэ, однако, полностью доверял Ду Тану.
— Ладно. Если передумаешь, можешь снова обратиться ко мне. — Сюй Цзинхэ всё ещё не сдавался и, сказав пару слов, повесил трубку.
Только он закончил разговор с агентом, как ему позвонил Гу Чанфэн.
— Как у тебя дела в последнее время?
— Очень хорошо. Брат Гу, а ты? Тяжело на работе?
— Раньше было немного тяжело, я всё никак не мог выкроить время. Теперь дело завершилось, у меня появилось немного свободного времени.
— О, брат Гу, ты ко мне по делу?
— Я слышал, ты с Ду Таном.
Линь Цзянхэ покраснел от стыда.
— Д-да. Брат Сюй тебе сказал?
— Да. Я не буду много говорить, только одно: если он как-то обидит тебя, обязательно скажи мне, я всегда буду за твоей спиной! — пообещал Гу Чанфэн.
Линь Цзянхэ не стал отказываться:
— Хорошо, спасибо, брат Гу.
Раз брат Гу считал его младшим братом, то и он будет считать его старшим братом.
— Они оба оберегают тебя от меня, как от вора. — Слова Ду Тана звучали кисло.
Линь Цзянхэ улыбнулся, покачал головой и поцеловал его в щёку.
— Наконец-то я освободился. В последние дни появлялось одно дело за другим, и я вертелся как белка в колесе. — В его словах была доля сомнения. — А ты? Я ещё не знаю, занят ли ты в последнее время. Может, я слишком мало о тебе знаю?
— Я не занят. В последние два месяца у меня в основном ничего нет. Разве что нужно посетить несколько церемоний награждения.
Ду Тан с улыбкой потрепал его по голове, скрывая тень в глазах: «Пришло время приступать к завершению».
— У моего друга только что открылся парк развлечений, ещё официально не открыт, но основные аттракционы уже готовы. Хочешь пойти?
— Хочу! — Линь Цзянхэ радостно подпрыгнул.
Ду Тан поспешно поддержал его за руку, боясь, что тот упадёт.
— Ду Тан, ты просто замечательный!
Линь Цзянхэ счастливо поцеловал его. Но Ду Тан не удовлетворился этим, обнял его за плечи и углубил поцелуй. Их губы и языки переплелись, а чувства становились всё глубже.
— Ду Тан? — Глаза Линь Цзянхэ были растерянными, словно у заблудившегося оленёнка. Он с недоумением смотрел на мужчину, его лицо постепенно краснело.
— Помочь тебе? — Голос Ду Тана стал хриплым, с опасным оттенком.
— Тогда... я тоже помогу тебе. — Хотя ноги Линь Цзянхэ немного подкашивались, он не хотел уступать. Его голос был тихим и мягким, очень соблазнительным.
— Хорошо. — Ду Тан тихо рассмеялся, подхватил его на руки и отнёс на кровать в спальню.
Лёжа на кровати, Линь Цзянхэ чувствовал только головокружение, бессознательно сжимая простыню и поджимая пальцы ног, но всё же с доверием смотрел на Ду Тана, словно совершенно не осознавал, что он — источник опасности.
«…»
Ду Тан, обнимая расслабленного Линь Цзянхэ, поцеловал его за ухом и тихо рассмеялся. В его смехе звучала полная удовлетворённость и радость.
— Почему ты не... — Слова Линь Цзянхэ застряли на губах, он снова застеснялся.
— Сейчас ещё не время, подождём.
Ду Тан: «Подожду, пока у меня будет достаточно сил, чтобы обеспечить тебе будущее».
— Хорошо. — Настроение Линь Цзянхэ напоминало воздушного змея в небе, то поднималось, то опускалось.
Ему казалось, что он понял смысл слов Ду Тана, но в то же время словно совершенно не понял.
— Спи, ещё много времени.
* * *
На следующий день было ясное небо без единого облачка. Стояла осень, но даже в такое время на улице не было жарко, что очень подходило для прогулок.
Они вместе пришли в парк развлечений, о котором говорил Ду Тан. В парке было мало посетителей, в основном друзья и родственники владельца.
— Пойдём на карусель! Я давно хотел покататься, но не было возможности! — Линь Цзянхэ потянул мужчину к карусели.
Ду Тан послушно последовал за ним, только выражение его лица было напряжённым.
С детства он считал это слишком детским и за всю жизнь ни разу не катался.
Как говорится, Небеса справедливы и никого не щадят!
Ду Тан и Линь Цзянхэ сели на две лошадки друг за другом. Под музыку фигуры то поднимались, то опускались, крутились то влево, то вправо.
Линь Цзянхэ время от времени взвизгивал от восторга, как счастливый ребёнок. Ду Тан тоже постепенно обнаружил в этом удовольствие.
Одного круга показалось мало. В итоге Линь Цзянхэ затащил Ду Тана на три круга подряд, лишь потом неохотно слез и помчался к бамперным машинкам.
На этот раз они снова сели на две разные машины, так как желающих кататься было немного. Линь Цзянхэ заявил, что на автодроме надо сталкиваться, чтобы было весело, и буквально заставил Ду Тана врезаться в него.
— Ду Тан, давай быстрее, врежься в меня! Давай, давай сталкиваться!
Ду Тан не знал, смеяться ему или плакать:
— Хорошо, сейчас я в тебя врежусь.
После автодрома Линь Цзянхэ, не останавливаясь, тут же потащил его к картингу. На этот раз они сели в одну машину: Линь Цзянхэ отвечал за управление, а Ду Тан — за созерцание пейзажей. К сожалению, только-только проехав поворот, они врезались в покрышки у края трассы.
Проковыляв один круг, Линь Цзянхэ уступил почётное место водителя. Следующие два круга машина больше ни с чем не сталкивалась.
— Мне стоит пойти получить водительские права, без умения водить машину тоже неудобно.
Осознав свою ошибку и решив исправиться, Линь Цзянхэ решил, что приедет смыть позор, когда научится водить.
— Хорошо. — Ду Тан снисходительно кивнул, в голове уже обдумывая, в какую автошколу записать его.
— Я хочу на американские горки!
Линь Цзянхэ встряхнулся и, бодро вышагивая, потащил его на американские горки, не выказывая ни капли страха.
Ду Тан невольно посмотрел на него с новым уважением — смельчак, однако.
Американские горки весело переворачивались и меняли скорость, свободно паря в небе.
После одного круга, с поддержкой Ду Тана, Линь Цзянхэ кое-как выбрался с сиденья. Его лицо было бледным, он изо всех сил сдерживал подступающую тошноту.
Взгляд Ду Тана сосредоточился на его лице, в глазах читалась явная тревога:
— Давай отдохнём немного.
Линь Цзянхэ слабо кивнул и последовал за ним, усевшись на ближайшую скамейку.
После получаса отдыха цвет его лица постепенно пришёл в норму. Он с опаской взглянул на американские горки и решил, что больше никогда на них не сядет.
Он не подозревал, что в это время Ду Тан пришёл к той же мысли.
— Хочу мороженое! — Линь Цзянхэ, медленно прогуливаясь по парку, увидел разноцветное мороженое и будто прирос к месту.
— Холодно, а ты ещё не совсем здоров*. Может, не стоит? — Учитывая состояние Линь Цзянхэ, Ду Тан попытался отговорить его.
П.п.: Речь о его желудке.
— Э-э... — Линь Цзянхэ наконец вспомнил, что он всё же болен, и не смог больше настаивать на мороженом.
Бросив тоскливый взгляд на лоток, он потянул Ду Тана в противоположную сторону.
Он действовал по принципу «с глаз долой — из сердца вон, раз не вижу — значит не хочется», но, кто бы мог подумать, чем дальше он уходил, тем сильнее ему хотелось.
Его шаг постепенно замедлился, а голова опустилась.
— Подожди меня тут, я ненадолго отойду, — сказав это, Ду Тан помчался прочь.
Линь Цзянхэ сидел на скамейке, скучая, и решил отвлечься, засев в телефоне.
Ду Тан быстро вернулся, протянув вперёд ванильное мороженое. Линь Цзянхэ тут же радостно обхватил его руку.
— Ду Тан, ты такой замечательный!
— Только три кусочка, — легонько ткнув молодого человека в кончик носа, Ду Тан поставил условие.
Линь Цзянхэ обиженно посмотрел на него, но в итоге не стал возражать.
Линь Цзянхэ: «Уже хорошо, что хоть что-то дают. Пока Ду Тан не передумал, надо успеть съесть».
Медленно смакуя вкус этой порции мороженого, он чувствовал, что оно вкуснее, чем любое мороженое, которое он ел раньше.
Однако, как ни медли, всему приходило конец.
Линь Цзянхэ с тоской посмотрел на оставшееся мороженое и попытался поторговаться:
— Ещё столько осталось, будет жалко выбросить. Может, я съем ещё один кусочек?
Линь Цзянхэ жалобно смотрел на Ду Тана, в его глазах будто сверкали искорки.
Ду Тан чуть не поддался его чарам, но, вспомнив, как Линь Цзянхэ мучился от боли в желудке, ожесточил своё сердце.
— Нельзя.
— Как же это расточительно. — Линь Цзянхэ вздохнул с видом полной безнадёжности.
— Ничего не пропадёт, остальное доем я.
Едва Ду Тан договорил, как он сделал укус, и сладкий вкус распространился по всему рту.
Действительно сладко, не зря он это любил.
Линь Цзянхэ смотрел, как мороженое постепенно исчезает, и ему хотелось всё сильнее.
Видя, что мужчина собирается съесть последний кусочек, он вдруг сделал вид, будто голодный тигр бросается на добычу, накинулся вперёд, точно прильнул к холодным губам Ду Тана, вырвал лакомство из пасти «тигра» и вернул себе последний кусочек мороженого.
Съев, он хотел было убежать, но Ду Тан не собирался его отпускать. Их губы и языки переплелись, позволив ещё полнее ощутить прелесть мороженого.
Это была двойная сладость.
После поцелуя Линь Цзянхэ почувствовал, что всё его тело разгорячилось, и никакой боли в желудке не было.
Он потянул за край одежды, вспомнив свою предыдущую развязность, покраснел, опустил голову и не смел больше смотреть на Ду Тана.
Ду Тан рассмеялся, почувствовав, что Линь Цзянхэ — настоящее сокровище.
Линь Цзянхэ, разозлённый и пристыженный, надул губы и спросил:
— Над чем ты смеёшься?
— Цзянхэ.
Голос Ду Тана был низким и хриплым, и Линь Цзянхэ почувствовал, как у него внутри всё ёкает и замирает.
Линь Цзянхэ: «Думаешь, таким образом заставишь меня сдаться?»
— Что? — Он изо всех сил старался сохранять спокойствие, но лёгкий румянец у внешних уголков глаз выдавал внутреннюю радость.
Линь Цзянхэ: «Ладно уж, сдамся!»
— Ты моё сокровище. — Глядя на очаровательное лицо молодого человека, Ду Тан испустил удовлетворённый вздох. В этот миг ему казалось, будто он обладает всем миром.
Линь Цзянхэ: «Кто? О ком это он? Чьё я сокровище? Какой бессовестный!»
Линь Цзянхэ решил «разбудить» его поцелуем и быстро прикусил губу Ду Тана.
http://bllate.org/book/13574/1204648
Готово:
