Чжань Бэйтянь был человеком, у которого слова не расходились с делом. Му Ифань также был не дурачком, чтобы испытывать терпение главного героя. Он покорно побежал в ванную и засунул свой палец в рот, чтобы вызвать рвоту. К сожалению, кроме желчи, из него больше ничего не выходило.
Чжань Бэйтянь больше ничего не сказал. Но когда пришло время готовиться ко сну, он действительно пошёл в комнату Му Ифаня, чтобы лечь с ним в одну кровать. Двое парней, спящие вместе на одной кровати… это нормально... Кроме того, горе-автор Му Ифань и его друг детства Чжань Бэйтянь из реального мира практически выросли в одной кровати, поэтому, это не казалось странным. Это просто…
Му Ифань медленно открыл глаза, быстро вступил в контакт с парой проницательных чёрных глаз, как у чёрной пантеры в ночи. При тусклом свете, эта темнота была по-странному яркой. Он презрительно посмотрел на него:
– Можешь прекратить пялиться на меня. Разве ты не знаешь, что это страшно, я же не смогу заснуть?
Чжань Бэйтянь ответил безо всякого выражения на лице:
– Ты лежишь в кровати, полностью укутанный, как мумия. Вот это выглядит ещё более ужасающим! – … Му Ифань сразу же заткнулся. Он был вынужден повернуться спиной к Чжань Бэйтяню, размышляя о том, какую же все-таки вещь, в конце концов, он проглотил. Тогда в комнате он увидел только промелькнувшую красную тень. Так что же такого красного цвета было у Чжань Бэйтяня в руках?
Му Ифань продолжил вспоминать сюжет книги. Вдруг, что-то вспомнив, его глаза вдруг широко открылись. Он действительно вспомнил!
Предки Чжань Бэйтяня оставили после себя красную бусину, которая передавалась из поколения в поколение. Название этой бусины Цин Тяньчжу. Говорили, что этот объект принадлежал бессмертным. По факту, это карманное измерение, каждый месяц Чжань Бэйтянь должен снабжать её плотью и кровью. Более того, чем ярче цвет Цин Тяньчжу, тем больше духовной энергии располагалось в его измерении. Всё измерение вращалось вокруг Цин Тяньчжу, не удивительно, что Чжань Бэйтянь так стремился вытащить эту бусину из него.
Му Ифань заколебался. Если он не вернёт бусину Чжань Бэйтяню, у того не будет достаточно духовной энергии, чтобы практиковать свои способности. Значит, он не станет очень могущественным. А позже, когда он захочет убить Чжань Бэйтяня, это будет намного проще сделать.
Однако, если он не вернёт бусину Цин Тяньчжу законному владельцу, возможно ему даже не представится случая убить его. Он уже сам будет устранён Чжань Бэйтянем.
Му Ифань долгое время находился в состоянии противоречия и, не заметно для себя, уснул. На следующее утро он рано проснулся, сознательно пошёл в туалет и присел на унитаз. Затем, он радостно вбежал в кухню, сказал Чжань Бэйтяню, который готовил завтрак:
– Я только что сходил в туалет. Иди посмотри, не вышла ли наружу твоя вещичка…
Чжань Бэйтянь был холоден как айсберг, лишь слегка сдвинулся, чтобы глянуть на Му Ифаня.
Му Ифань только и мог, что судорожно сглотнуть:
– Какие-то проблемы? Верно?
Ему уже было трудно позволить другим людям изучать его дерьмо. Но если они хотят, чтобы это он ковырялся в своем дерьме, то он точно не собирается этого делать.
Чжань Бэйтянь взял со стола палочки для еды и протянул их Му Ифаню:
– Даю тебе три минуты, если ты ничего не найдёшь, мы отправляемся в больницу.
http://bllate.org/book/13536/1201752
