Чтобы успешно с кем-нибудь познакомиться, нужно знать, как правильно подступиться. Сюй Цзюань был в этом деле настоящим мастером и, разумеется, не собирался писать у себя на лице: «Ты мне приглянулся, и я пришёл тебя подцепить».
Стоило ему взглянуть на выражение лица мужчины, как он сразу понял: тот явился без приглашения и просто ворвался в комнату — значит, явно что-то случилось. А раз возникла проблема, её следовало решить. Сюй Цзюань подошёл ближе, проявляя ровно столько участия, сколько позволяли приличия:
— Здравствуйте. Кого вы ищете?
Мужчина явно был прекрасно воспитан. Хотя на его лице открыто читалось недовольство, он всё же пожал Сюй Цзюаню руку, после чего указал на ту самую девушку с невинным видом, которую Сюй Цзюань недавно обнимал:
— Её. Это моя студентка, Тан Сысы.
— ……
Сюй Цзюань удивился. Кто бы мог подумать, что этот интеллигент и впрямь окажется преподавателем? Впрочем, на вид ему было от силы лет двадцать пять-двадцать шесть. На старшекурсника он ещё походил, а вот на преподавателя — уже с трудом.
И действительно, девушка по имени Тан Сысы испуганно вскочила, поджав хвост, подошла к ним и, виновато опустив глаза, тихо произнесла:
— Пэй лаоши*.
* Пэй лаоши (裴老师 / Péi lǎoshī / Пэй лаоши) — 老师, «учитель», «преподаватель», — уважительное обращение к человеку, который обучает других; употребляется вместе с фамилией.
Её плечи мелко дрожали, голову она поднять не смела. Сюй Цзюаню хватило одного взгляда, чтобы понять, что происходит: студентка то ли из тщеславия, то ли по какой-то другой причине решила заняться чем-то непристойным и попыталась использовать собственную красоту как короткую дорогу к успеху — а преподаватель поймал её прямо на месте.
Однако этот преподаватель явно любил вмешиваться не в своё дело. В наши дни большинство людей, увидев подобное, предпочли бы отвернуться, не говоря уже о том, чтобы вот так взять и ворваться внутрь. Кто не знал, что в таких местах, где каждый клочок земли на вес золота*, собираются сплошь богатые и влиятельные люди? Он что, действительно мог позволить себе с ними ссориться?
*Каждый клочок земли на вес золота (寸土寸金 / cùn tǔ cùn jīn / цунь ту цунь цзинь) буквально «цунь земли — цунь золота» — выражение о чрезвычайно дорогой земле или престижном месте, где недвижимость стоит огромных денег.
И всё же он пришёл.
Такой принципиальный, да ещё и смелый — настоящий интеллигент с характером. Сюй Цзюаню он понравился ещё больше.
Только другие люди, чем сильнее кем-то увлекались, тем активнее наступали, а Сюй Цзюань, наоборот, становился сдержаннее. И действовал куда осторожнее.
— Пэй лаоши?
— Пэй Юй.
— А, господин Пэй Юй. «Юй» — это «нефрит»?
— Нет. «Юй» — тот, что означает кисть для письма*.
*Имя Пэй Юй (裴聿 / Péi Yù / Пэй Юй): иероглиф 聿 (yù) первоначально обозначал кисть для письма. Он произносится так же, как 玉 (yù), «нефрит», поэтому Сюй Цзюань сначала принимает имя мужчины за другое созвучное «Юй».
На самом деле Сюй Цзюань так и не сообразил, о каком именно иероглифе идёт речь. Но Пэй Юй явно не собирался тратить время на пустую болтовню: он увёл Тан Сысы за собой и уже направился к выходу. Сюй Цзюань ещё даже не успел пустить в ход своё обаяние, как Го Шао, сидевший в другом конце комнаты, возмутился и одним рывком вскочил:
— Эй, это ещё что такое? Она работает в моей компании, а ты просто возьмёшь и уведёшь её? Ты, мать твою, сюда на разборки пришёл*?!
*Прийти на разборки (砸场子 / zá chǎngzi / цза чанцзы) буквально «разгромить чужую площадку» — жаргонное выражение: явиться в чужое заведение или на чужую территорию, чтобы устроить конфликт, сорвать дело или намеренно создать неприятности.
Го Шао был стопроцентным натуралом: каким бы красивым ни оказался другой мужчина, тот не вызывал у него ни малейших чувств. Поэтому он совершенно не догадывался, что в душе Сюй Цзюаня уже вовсю летят искры.
Зато Хоу Шицзе прекрасно знал Сюй Цзюаня. Он тут же усадил Го Шао обратно и выразительно ему подмигнул. До Го Шао наконец дошло, в чём дело, и он без возражений позволил Пэй Юю вывести Тан Сысы за дверь.
Увидев, что Сюй Цзюань тоже последовал за ними, Го Шао удивлённо спросил:
— Охренеть. Если понравился, так бы сразу и сказал. Чего молодой господин Сюй сегодня такой сдержанный? Я уж решил, что он этого мужика знает!
— Знает он его, как же, — Хоу Шицзе зевнул и совершенно будничным тоном продолжил: — Но скоро познакомится. По самым скромным подсчётам, уже сегодня вечером доберётся до него. Вот увидите.
— ……
Хоу Шицзе не переоценил Сюй Цзюаня.
Зато сильно недооценил Пэй Юя.
Пэй Юй хоть и казался человеком прямолинейным, дураком совершенно не был. Стоило Сюй Цзюаню выйти следом, как тот сразу бросил на него настороженный взгляд.
— Вам что-то нужно?
Стоял жаркий августовский день. От главного входа в клуб к парковке тянулась довольно длинная дорожка под сенью деревьев, и пройти её можно было только пешком. Пэй Юй шёл впереди. Под давлением его сурового присутствия Тан Сысы всю дорогу не смела поднять головы. Вдруг он остановился, обернулся к Сюй Цзюаню и холодно посмотрел на него.
Очевидно, Сюй Цзюань, один из состоятельных покровителей подобных заведений*, с самого начала произвёл на него далеко не лучшее впечатление.
*Состоятельный покровитель (金主 / jīnzhǔ / цзиньчжу) буквально «золотой хозяин» — человек, предоставляющий деньги, ресурсы или покровительство; в индустрии развлечений слово часто обозначает богатого спонсора или влиятельного любовника, способного финансировать и продвигать другого человека.
Сюй Цзюань слегка улыбнулся. Разумеется, он не стал говорить, что вышел вслед за Пэй Юем, а вместо этого указал на Тан Сысы:
— Я хотел бы сказать ей несколько слов. Пэй лаоши не возражает?
Пэй Юй посмотрел на Тан Сысы. Та поспешно заговорила:
— С-спасибо, господин Сюй. У меня, кажется, возникло срочное дело в университете, поэтому давайте как-нибудь в другой раз…
— Ты школьница или студентка? — спросил Сюй Цзюань. — Я ничего такого не имею в виду, не нервничай.
Он говорил доброжелательно, и Тан Сысы немного расслабилась:
— Студентка. После каникул перехожу на второй курс. Простите, господин Сюй, я…
Она хотела сказать: «Это из-за меня вы оказались в неловком положении». Но Пэй Юй стоял рядом и смотрел на неё — где уж тут извиняться перед Сюй Цзюанем? Сама Тан Сысы и без того сгорала от стыда. На самом деле она решилась пустить в ход свою красоту, потому что семье не хватало денег. Однако сказать, будто нужда загнала её в безвыходное положение и вынудила вступить на этот путь, тоже было бы неправдой. Она пошла на это добровольно и не видела ничего дурного в желании срезать дорогу к успеху. Разве красота — не её собственный капитал? Тем более потенциальным покровителем оказался Сюй Цзюань: с такой внешностью и положением он вовсе не казался ей плохим вариантом.
И всё же подобные мысли трудно было назвать правильными. Когда всё раскрылось, даже Тан Сысы понимала, насколько это постыдно, и от стыда ей хотелось провалиться сквозь землю.
Она лишь никак не могла понять, как ей настолько не повезло именно сегодня — надо же было столкнуться с Пэй Юем. В их университете он славился холодностью, беспристрастностью и тем, что никогда не смешивал личное со служебным. Теперь, когда он поймал её с поличным и собирался отвести обратно, дисциплинарного взыскания, скорее всего, было не избежать. А если дело обернётся совсем плохо, её вообще могли отчислить.
Тан Сысы опустила голову, беззвучно роняя слёзы, и не удержалась от короткого взгляда в сторону Сюй Цзюаня.
Она не понимала, зачем он вышел следом. Неужели она его заинтересовала? Понравилась ему?
И действительно, Сюй Цзюань явно решил за неё вступиться:
— Я понимаю, что у тебя были свои причины. Я знаю Го Шао. Многие девушки ещё молоды, жизни толком не знают: видят, что «Синъюнь» — большая компания, и ничего не опасаясь подписывают контракт, а потом понимают, во что ввязались, и начинают жалеть. Ты только на второй курс переходишь. Откуда тебе знать обо всех этих хитросплетениях взрослого мира? Компания заставила приехать сюда и выпить с гостями — у тебя просто не было выбора.
— ……
Несколькими фразами он сумел превратить эту историю с «элитной проституцией» в простое «пришла выпить с гостями». И то и другое не особенно красило Тан Сысы, но тяжесть проступка была несопоставима. Пэй Юй не застал их в постели, поэтому после слов Сюй Цзюаня слегка заколебался: похоже, поверил лишь наполовину.
И всё-таки Пэй Юй был поразительно красив.
Сюй Цзюань стоял теперь чуть ближе. Сквозь листву пробивались пятнышки солнечного света, и в них он мог отчётливо разглядеть длинные ресницы Пэй Юя. Надо же: у красивого человека даже ресницы способны заставить сердце биться быстрее.
Да и дело было вовсе не только в ресницах. Переносица, губы, подбородок — в нём не находилось ни единого изъяна.
И такой небожитель* работает преподавателем в университете? Его студенты вообще способны сосредоточиться на занятиях? Неудивительно, что Тан Сысы сбилась с пути. Да он же сам губит молодое поколение**.
*Небожитель (天仙 / tiānxiān / тяньсянь) буквально «небесный бессмертный» — образ неземной, почти сверхъестественной красоты; в разговорной речи так могут гиперболически назвать исключительно красивого человека.
**Губить молодое поколение (误人子弟 / wù rén zǐdì / у жэнь цзыди) буквально «вводить в заблуждение чужих учеников и детей» — выражение о плохом наставнике, который вредит тем, кого должен обучать. Здесь употреблено иронически: Сюй Цзюань мысленно обвиняет Пэй Юя в том, что тот слишком красив и потому мешает студентам учиться.
Сюй Цзюань уже давно не встречал человека, который понравился бы ему настолько сильно. Но внешне он сохранял совершенно серьёзный вид: казалось, будто он лишь пытается помочь Тан Сысы, хотя на самом деле главным образом старался исправить впечатление, которое произвёл на Пэй Юя.
Он негромко кашлянул и продолжил осторожно, шаг за шагом:
— Новичкам, которые хотят пробиться в шоу-бизнес, приходится нелегко. Да что там им — мне самому тоже непросто. Среда такая, у каждого свои трудности, без подобных встреч и приёмов всё равно не обойтись. Разве не так, Пэй лаоши?
Пэй Юй не стал спорить, и Сюй Цзюань продолжил:
— Поэтому, может, на этом и закончим? Когда вернётесь в университет, Пэй лаоши, не…
— Спасибо, что так заботитесь о моей студентке, — перебил его Пэй Юй и равнодушно добавил: — Всё остальное вас не касается. Господину Сюю незачем утруждать себя.
Сюй Цзюань: — ……
Такой молодой, а разговаривает точь-в-точь как его дед. Откуда в нём столько серьёзности?
Вот только Сюй Цзюань как раз и любил серьёзных людей. А стоило представить, какими такие серьёзные люди становятся в постели, как мысли тут же начинали метаться*.
*Мысли начали метаться (心猿意马 / xīn yuán yì mǎ / синь юань и ма) буквально «сердце как обезьяна, мысли как скачущий конь» — буддийского происхождения идиома о беспокойных, неуправляемых мыслях и желаниях; в данном контексте подразумевается, что воображение Сюй Цзюаня принимает откровенно эротическое направление.
— Ладно.
Сюй Цзюань не стал напирать. Поспешишь — горячего доуфу не поешь*: иногда куда разумнее забросить длинную леску, чтобы поймать крупную рыбу**.
*Поспешишь — горячего доуфу не поешь (心急吃不了热豆腐 / xīn jí chī bù liǎo rè dòufu / синь цзи чи бу ляо жэ доуфу) — китайская поговорка: чрезмерная спешка мешает добиться желаемого; некоторые вещи требуют времени и терпения.
**Забросить длинную леску, чтобы поймать крупную рыбу (放长线钓大鱼 / fàng chángxiàn diào dàyú / фан чансянь дяо даюй) — идиома о дальновидной стратегии: не торопиться с немедленной выгодой, чтобы позднее получить гораздо больший результат.
Сюй Цзюань достал телефон, открыл QR-код своего WeChat и обратился к Тан Сысы:
— Добавь меня в контакты. Если потом что-нибудь случится, можешь обратиться ко мне. И не переживай, у меня нет никаких других намерений. Вообще-то девушки мне не нравятся, сегодня всё это было просто за компанию.
— ……
Тан Сысы замерла. Пэй Юй тоже посмотрел в его сторону.
Это уже было почти прямым намёком. Но для мира любовных интриг и развлечений* подобный уровень откровенности со стороны Сюй Цзюаня всё ещё был недостаточно явным, чтобы интеллигент, привыкший жить в башне из слоновой кости и редко сталкивавшийся с подобными вещами, сразу уловил его смысл.
*Мир любовных интриг и развлечений (风月场 / fēngyuè chǎng / фэнъюэ чан) буквально «место ветра и луны» — традиционно окрашенное выражение, обозначающее среду любовных похождений, увеселительных заведений, флирта и эротических отношений.
Не то чтобы Пэй Юй вообще не мог понять намёк. Просто у людей его склада не хватило бы самоуверенности, чтобы, едва смутно догадавшись о чужом намерении, тут же уверенно решить: «Так вот оно что. Этот богатенький наследник положил глаз вовсе не на мою студентку, а на меня». Подобная мысль слишком уж походила бы на самонадеянную уверенность в собственной неотразимости.
Поэтому Пэй Юй лишь едва заметно, с каким-то странным выражением посмотрел на Сюй Цзюаня.
Сюй Цзюань был в костюме, несколько верхних пуговиц рубашки оставались расстёгнутыми, отчего весь его облик казался слегка небрежным и вызывающим. Но стоило ему напустить на себя благопристойный вид, как привлекательная внешность становилась весьма обманчивой: с первого взгляда он выглядел вполне приличным человеком* и легко располагал к себе.
*Выглядеть вполне приличным человеком (人模狗样 / rén mú gǒu yàng / жэнь му гоу ян) буквально «человеческий облик, собачьи манера» — насмешливое выражение о человеке, который внешне выглядит достойно, солидно и благопристойно, хотя его истинный характер этому образу не соответствует.
Пэй Юй отвёл взгляд.
Сюй Цзюань слегка приподнял бровь, протянул телефон уже к нему и спросил:
— Пэй лаоши, может, и вы меня добавите?
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/13490/2215320
