Глава 82.
На обвинения Фэн Си Фу Цин отреагировала с ледяным спокойствием, её лицо оставалось непроницаемым.
— Нет, не видела, — она покачала головой, но её голос не дрогнул. — Однако «Летний Корпус» примыкает к женскому общежитию. Проникнуть внутрь через окно, минуя посторонние взгляды, не так уж сложно. Раз у вас нет алиби на время до восьми пятидесяти, вы тоже под подозрением. Логично?
Желвак на скуле Фэн Си дернулся; казалось, он вот-вот взорвется от ярости, но учитель с видимым усилием сдержался, процедив сквозь зубы:
— А кто подтвердит, что ты всё это время гуляла? Может, это ты тайком пробралась в «Летний Корпус»? У тебя тоже была возможность!
— У неё не было возможности, — вмешался Шэнь Ши. Он понимал, что этого разговора не избежать, как ни старайся. — До восьми вечера я находился в библиотеке. Ушел после того, как пришли староста и Чжао Линкун. Потом немного побродил по «Осеннему Корпусу», даже поздоровался с Дачжуаном в тренажерном зале. Вышел на улицу в восемь двадцать и как раз встретил Фу Цин в роще. Мы разговаривали минут двадцать. Когда я уходил, в восемь сорок, Фу Цин всё ещё оставалась там.
— Раз ты ушел, откуда тебе знать, что она не отправилась в «Летний Корпус» после восьми сорока?! — Фэн Си немедленно ухватился за эту лазейку, его голос торжествующе прозвенел в напряженной тишине.
Шэнь Ши спокойно встретил его взгляд.
— Потому что в «Летний Корпус» пошел я.
Эти слова повисли в воздухе, который, казалось, стал плотнее и тяжелее. Ли Ишэн изумленно уставилась на него, в глазах Чжао Линкуна мелькнуло подозрение, даже взгляды обычно легковерных Цинь Шуаншуана и Ван Дачжуана изменились, стали настороженными.
Шэнь Ши, словно не замечая произведенного эффекта, невозмутимо продолжал:
— Я впервые в «Между Летом и Осенью», хотел осмотреться. Обошел «Летний Корпус», Фу Цин за мной не пошла. В четверть десятого я поднялся на третий этаж и обнаружил, что решетчатая дверь на лестничной клетке заперта. Поэтому я ушел.
— Заперта? — тупо повторил Ван Дачжуан, не сразу уловив суть.
А вот Цинь Шуаншуан тихо ахнул:
— Но… но сегодня, когда мы ходили в «Летний Корпус», дверь была открыта!
— Я тоже обратил внимание на эту странность, — подтвердил Шэнь Ши и перевел взгляд на учителя. — Учитель Фэн, у кого находятся ключи и запасные ключи от комнат и решеток в «Между Летом и Осенью»?
Фэн Си на мгновение замешкался, но ответил:
— Ключи от комнат общежития висят на дверях. Остальные ключи у меня. Запасные комплекты хранятся в административном кабинете «Летнего Корпуса». — Он помолчал и добавил: — Этот кабинет можно открыть с помощью Погодного гномона.
Погодный гномон — это те самые небольшие солнечные часы с выгравированными символами сезонов, которые Фэн Си использовал для открытия прохода в «Между Летом и Осенью». Этот артефакт служил не только ключом к определенному иному пространству, но и своего рода мастер-ключом для управления им. Такие гномоны не редкость, они имелись и в школе, и в Координационном Бюро, и в других управляющих организациях, однако частным лицам владеть ими запрещалось. Фэн Си, как сопровождающий куратор, получил его по специальному запросу.
Чжао Линкун, известный своей осведомленностью и связями, пояснил этот момент остальным.
— Впрочем, — добавил он со знающим видом, — те, у кого хорошие связи в семье… ну, вроде Линь Гань или Цинь Шуаншуана… вполне могли бы раздобыть такой гномон.
— А? Я? Н-нет… У меня нет! — Цинь Шуаншуан тут же испуганно замахал руками, отрицая.
Ли Ишэн метнула на Чжао Линкуна сердитый взгляд:
— Шуаншуан и так напуган, не стращай его!
— То есть, если убийца подготовился заранее, раздобыл Погодный гномон и получил доступ к запасным ключам, он мог проникнуть в любое помещение, — задумчиво произнес Шэнь Ши, подводя итог.
Ван Дачжуана пробрала дрожь.
— Сяо Шэнь, не пугай ты так! Если убийца настолько всемогущ, может попасть куда угодно… я теперь и спать спокойно не смогу!
Учитель Фэн Си сверлил Шэнь Ши тяжелым, испытывающим взглядом.
— Утверждение, что дверь действительно была заперта, истинно лишь при условии, что Шэнь Ши не лжет, — произнес он медленно, не скрывая своего недоверия. — А что, если дверь вовсе не запирали? Шэнь Ши расстался с Фу Цин в восемь сорок и сразу пошел в «Летний Корпус». Не притворяйтесь! Вы ведь все его подозреваете, не так ли? — Его голос набирал силу, становясь обвинительным. — Из всех нас Шэнь Ши — самый вероятный убийца!
Он прекрасно понимал: если подтвердится, что дверь была заперта, подозрение неминуемо падет на него, ведь у него были ключи. Поэтому Фэн Си решил идти ва-банк, открыто атакуя Шэнь Ши, чтобы переключить внимание остальных на его шаткое алиби.
— Я не думаю, что Шэнь мог убить… — слабо возразила Ли Ишэн.
— Точно! Сяо Шэнь перевелся всего несколько месяцев назад! У него не было никаких причин убивать Линь Гань, ни вражды, ни ссор! — подхватил Ван Дачжуан. Возможно, предыдущее замечание Шэнь Ши действительно расположило его к новичку. — К тому же, если бы Шэнь действительно хотел убить, с его-то способностью, он мог бы выбрать другой момент, разве нет?
— И… и выбирать для убийства время, когда у тебя нет алиби… Мне кажется, Шэнь не настолько глуп… — тихо добавил Цинь Шуаншуан.
Даже Чжао Линкун согласно кивнул. Фэн Си презрительно фыркнул:
— А может, он как раз и рассчитывает на нашу психологическую слепоту? Действует по принципу «что спрятано у всех на виду»?
Шэнь Ши ожидал такой реакции. Рассказав о своем маршруте, он неизбежно подставлялся под удар. Именно это он и имел в виду, говоря, что попал в ловушку. Запертая вчера дверь в «Летнем Корпусе», сегодняшнее обнаружение тела Линь Гань — всё это слишком явно указывало на то, что убийца целенаправленно действовал против него, детектива этой игры.
Если вдуматься, это логично. В каждой игре «Убийца в сценарии» есть детектив. Из всех присутствующих наиболее вероятными кандидатами на эту роль были он, новичок-переводник, и Фэн Си, куратор с широкими полномочиями. Только их статус отличался от остальных. Убийца, вероятно, с самого начала это просчитал и намеренно выбрал для преступления такой временной промежуток, чтобы под подозрением оказались именно они двое, Шэнь Ши и Фэн Си, чьи алиби вызывали больше всего вопросов.
Однако Шэнь Ши не собирался играть по правилам убийцы и вступать в перепалку с Фэн Си.
— Судя по обстоятельствам, я действительно выгляжу подозрительно, и оправдываться особо нечем, — спокойно сказал он. — Мой главный аргумент в мою пользу — я новенький. У меня нет абсолютно никаких причин убивать Линь Гань. — Здесь он бросил быстрый взгляд на Фэн Си, заметив, как насторожились те, кто и раньше сомневался в учителе. — Мое самое тесное общение с Линь Гань — это вчерашний разговор в общей комнате. Не убивать же её за пару вопросов, верно?
Остальные молча кивали. Все видели, как Шэнь Ши и Линь Гань вели себя обычно — ничто не указывало на какие-либо тайные отношения. Будь они, Линь Гань не стала бы при всех задавать ему те вопросы в общей комнате. Так что, по крайней мере, явного мотива для убийства у Шэнь Ши не было. В этом отношении он был чище любого из присутствующих.
Но Фэн Си не собирался отступать. Вероятно, он и сам осознавал шаткость своего алиби и пытался отвести подозрения, атакуя того, кто казался еще более подозрительным.
— Кто сказал, что у тебя нет мотива? А если ты — агент «Гремучей Змеи»? Вот тебе и мотив!
В фазе обвинений игры «Убийца в сценарии» самое опасное — позволить себя постоянно атаковать. Это неизбежно оставляет у других игроков впечатление: «он точно что-то скрывает».
Шэнь Ши немедленно парировал:
— У вас есть доказательства, учитель Фэн? Нельзя же просто так, на основании догадок, обвинять меня в принадлежности к «Гремучей Змее». С таким же успехом я могу безосновательно заявить, что у вас с Линь Гань были тайные отношения. Возможно, вы были любовниками, и у вас появился мотив для убийства.
При этих словах лицо Фэн Си заметно изменилось, по нему пробежала тень.
Шэнь Ши развел руками.
— Раз уж мы не доверяем друг другу, давайте поступим просто. Раз мы двое — главные подозреваемые, пусть остальные обыщут наши комнаты. — Он сделал паузу и добавил с обезоруживающей прямотой: — Мне нечего скрывать. Я не имею никакого отношения к «Гремучей Змее» и не боюсь обыска.
И это была чистая правда. Шэнь Ши понятия не имел ни о какой «Гремучей Змее» до вчерашнего дня, когда узнал, что именно эта организация похитила его и ставила эксперименты. Так что его слова не были ложью.
Такая открытая готовность к обыску моментально снизила подозрения в его адрес больше чем наполовину. Все взгляды обратились к Фэн Си.
А вот учитель, услышав предложение об обыске, отреагировал резко и необдуманно:
— Нет! — вырвалось у него прежде, чем он успел взять себя в руки. Он уставился на Шэнь Ши широко раскрытыми глазами. — С какой стати обыскивать мою комнату?! Я не подозреваемый!
Фу Цин снова медленно, растягивая слова, нарушила молчание:
— Тогда, учитель Фэн, может быть, вы объясните, что вы делали вчера вечером в женском крыле общежития?
Помимо не поддающегося проверке рассказа Шэнь Ши о его визите в «Летний Корпус», именно этот вопрос — визит Фэн Си в женское общежитие — вызывал у всех наибольшее любопытство и подозрения.
Чжао Линкун высказался прямолинейно:
— Учитель, если вы не ходили тайком в «Летний Корпус», значит, примерно с восьми до половины девятого вы находились в женском крыле, верно?
Ли Ишэн почему-то помрачнела. Нахмурившись, она пристально посмотрела на Фэн Си.
— Учитель Фэн, вы были близки с Линь Гань? У вас были… отношения?
Реакция Фэн Си на смерть Линь Гань сегодня действительно казалась странной, не такой, какой следовало ожидать от простого куратора. Студенты этого возраста чрезвычайно чувствительны к любым намекам на романтические тайны, и они легко уловили фальшь в поведении учителя.
Даже Ван Дачжуан не удержался:
— Да ладно, учитель, даже если у вас был роман, что такого? Если вы были парнем Линь Гань, так и скажите. Чего скрывать? Это только мешает нам искать настоящего убийцу.
Грязь, которую Фэн Си только что пытался вылить на Шэнь Ши, вернулась бумерангом. Совместными усилиями Шэнь Ши и Фу Цин снова перевели всё внимание на него.
Фэн Си мысленно проклял себя за то, что поддался эмоциям и атаковал Шэнь Ши. Теперь он с горечью осознавал: игроки, которым достается роль детектива, никогда не бывают простаками!
Предположение Шэнь Ши оказалось верным. Фэн Си, который с самого начала, еще в автобусе, оживленно болтал с водителем, действительно был игроком. Он решил использовать свой статус куратора, чтобы получить преимущество, и поэтому притворялся обычным НИП.
В кругу общения Фэн Си единственным человеком, с кем он поддерживал хоть какой-то прямой контакт, была Линь Гань – замкнутая девушка, страдающая социофобией. По его расчетам, вероятность того, что кто-то захочет убить именно её, нелюдимую и никому не мешающую, была ничтожно мала. Он и представить себе не мог, что Линь Гань станет первой жертвой, а он сам окажется главным подозреваемым.
Потеряв самообладание, Фэн Си совершил тактическую ошибку: слишком агрессивно атаковал Шэнь Ши, наиболее вероятного кандидата на роль детектива, и добился лишь обратного эффекта. Куда разумнее было бы последовать примеру Шэнь Ши – лишь слегка намекнуть на подозрения, предоставив остальным додумывать и развивать мысль, а не бросаться в лобовую атаку.
«Спокойно, — мысленно одернул себя Фэн Си. — У Шэнь Ши вообще нет алиби, он куда подозрительнее меня! Мое положение не так уж безнадежно! Должен же быть способ снять с себя подозрения в наличии мотива!»
Будучи опытным игроком, Фэн Си быстро осознал свою ошибку и скорректировал тактику. Он тяжело вздохнул, на его лице появилось выражение искренней скорби.
— Да, — начал он глухим, надтреснутым голосом, — мы с Линь Гань были близки. Можно сказать… я долгое время ухаживал за ней. Лишь полгода назад мы стали парой. Вчера вечером я действительно ходил к ней в комнату. Постучал — никто не ответил. Позвонил — трубку не взяли. Подождал немного и ушел.
Фэн Си, на первый взгляд, производил впечатление типичного университетского куратора – мягкого, вежливого, скромного. Но за этой маской скрывался амбициозный человек, жаждущий власти и влияния. Выходец из простой семьи, обладатель ничем не примечательной сверхспособности, он не имел особых преимуществ в жестоком мире одаренных, где правит сила, кроме разве что приятной внешности. Однако Фэн Си умел добиваться своего. Ему удалось получить должность куратора в «Эдеме», что давало уникальную возможность наладить контакты с будущими влиятельными фигурами еще на студенческой скамье, создавая собственную сеть связей. Несмотря на то, что многие студентки открыто добивались его внимания, у самого Фэн Си были вполне конкретные цели.
Ли Ишэн без обиняков высказала то, о чем подумали многие:
— Значит, учитель Фэн, вы использовали свою внешность, чтобы добиться расположения Линь Гань, а на самом деле преследовали лишь одну цель — приблизиться к влиянию и власти её семьи?
Фэн Си обезоруживающе развел руками, на его лице появилась циничная усмешка.
— Я бы с радостью солгал, чтобы правда выглядела не так уродливо, — признался он с обескураживающей откровенностью. — Но, учитывая внешность и характер Линь Гань… если бы я сказал, что всё это было ради великой любви, вы бы мне всё равно не поверили, верно?
http://bllate.org/book/13486/1198093
