Ду Юйшэна не всегда звали Ду Юйшэном. (杜宇生)
Изначально его звали Ду Юйшэн. (杜宇声)
Хотя старый мастер Ду был бизнесменом, он обладал особым культурным багажом, характерным для той эпохи. Имя было выбрано с поэтическим подтекстом: «Как невыносимо наблюдать за тем, как солнце садится за Красным домом, особенно под печальный крик кукушки». Однако позже госпожа Ду решила, что это имя неблагоприятное и звучит слишком печально, поэтому она изменила последний иероглиф.
От звука к жизни.
Смысл стал таким: обрести жизнь на грани смерти.
Как гласит старая пословица, человек живёт так, как его называют. Ду Юйшэн оказался прекрасным примером этого. Нельзя сказать, что он цеплялся за жизнь, но он определённо был полон жизни и энергии. Пользуясь влиянием своей семьи, он часто действовал безрассудно и нарушал правила. Так руководство бюро описывало Ду Юйшэна.
К счастью, самого Ду Юйшэна такие вещи не особо беспокоили. Он по-прежнему чувствовал себя вполне комфортно в бюро и процветал там.
Когда Цинь Янь из криминалистической группы вошёл в кабинет, Ду Юйшэн был полностью поглощён экраном своего компьютера.
Цинь Янь несколько раз кашлянул, и Ду Юйшэн, очнувшись, взглянул в его сторону.
«Что-то случилось?»
Он сидел, опустив голову и едва приоткрыв глаза. От его поведения Цинь Яню захотелось его ударить.
На столе стояли три чашки, в каждой из которых была своя жидкость: чай, обычная вода и чёрное вещество неизвестного происхождения. Цинь Янь предположил, что это кофе. Большая часть содержимого высохла, как будто чашки стояли здесь довольно долго.
Цинь Янь нахмурился, закатал рукава и взял в руки один из кубков.
«Не мог бы ты поступить по-человечески и постирать это?»
Ду Юйшэн почесал нос и зевнул.
«Всё в порядке, спешить некуда, в шкафу есть три запасных».
Увидев, что Ду Юйшэн и бровью не повёл, Цинь Янь фыркнул, смирившись со своей участью. Он закатал рукава до локтей, бросил все три чашки в раковину рядом с собой и начал их мыть.
Ду Юйшэн ухмыльнулся, глядя в спину Цинь Яня, пока тот работал. Он открыл ящик и достал коробку с маоцзянем премиум-класса. Старый мастер Ду получил её в прошлом месяце от своих друзей-покерфистов; судя по всему, с сотен акров земли было собрано всего несколько горстей. Ду Юйшэн не умел ценить хороший чай. Открыв коробку, он забыл её закрыть, и дорогой маоцзянь подвергся воздействию влаги. Но он всё равно не мог отличить одно от другого и с удовольствием выпил всё до дна.
«Как раз вовремя, сделай нам чаю».
Цинь Янь поставил чистый стакан на стол и оглядел комнату.
«Где горячая вода?»
Ду Юйшэн виновато улыбнулся и посмотрел на чайник, стоявший неподалёку. "... Можешь заодно и его помыть."
Цинь Янь закатил глаза.
«Однажды я подожгу тебя».
Ду Юйшэн причмокнул губами. «Надо было в прошлый раз купить два чайника...»
Воде ещё нужно было немного времени, чтобы закипеть. Цинь Янь достал из ящика бумажное полотенце и вытер капли с рук. Пока он занимался этим, он взглянул на экран компьютера. Он стоял достаточно близко, чтобы слышать дыхание Ду Юйшэна. Несмотря на свою небрежность, Ду Юйшэн обычно одевался прилично и выглядел довольно презентабельно, почти респектабельно.
Одно шоу и ничего по существу. Именно таким он и был.
«... Что это такое?»
Ду Юйшэн почесал кончик носа. «Анонимное электронное письмо».
На экране компьютера появилась пожелтевшая старая фотография. Снимок был чёрно-белым и явно относился к ушедшей эпохе. На фотографии были изображены двое детей, похожих на близнецов. Они были одеты в одинаковые клетчатые комбинезоны, держались за руки и сияли от радости, стоя на площади.
«За эти годы ты получил немало анонимных писем, не так ли?» — усмехнулся Цинь Янь. «Жестокие, непристойные — каких только не было!»
Ду Юйшэн кивнул, встал со своего рабочего кресла и лениво потянулся.
«Их было немало, но ни одно из них не было посвящено мне».
Цинь Янь перестал улыбаться. Он повернулся, чтобы ещё раз взглянуть на фотографию на экране.
Маленькие дети часто выглядят одинаково, и иногда бывает трудно определить, мальчик это или девочка. Но Цинь Янь изучал медицину и мог подметить некоторые детали. Он изучил старую фотографию, а затем посмотрел на лицо Ду Юйшэна. У Ду Юйшэна было очень привлекательное лицо. Ни одна из его черт не выделялась сама по себе, но все они были аккуратно расположены и пропорциональны. Вместе они образовывали лицо, которое не вызывало никаких нареканий. Хотя дети на фотографии были маленькими, их ещё не до конца сформировавшиеся черты лица всё же позволяли уловить отдалённое сходство.
«Ты его близнец?»
Ду Юйшэн фыркнул.
«Как думаешь?» На столе стояла тарелка с вишнями, оставленными кем-то бог знает когда. Никто не мог сказать, мыты ли они. Ду Юйшэн взял одну вишню и отправил в рот. «Я уже много лет наслаждаюсь тем, что я единственный ребёнок в семье».
Цинь Янь покачал головой.
Увидев серьёзное выражение лица Цинь Яня, Ду Юйшэн не смог сдержать смешок. Он выбросил косточку от вишни в мусорное ведро, подошёл к нему и похлопал по плечу.
«Это просто спам. Ты правда относишься к этому как к серьёзному делу? Перестань слишком много думать об этом».
Цинь Янь по-прежнему сомневался. «Тебе не кажется это странным?»
Ду Юйшэн театрально кивнул. «Даже если и так, я ничего не могу с этим поделать. Это анонимное письмо, что оно может доказать?»
Чайник закипел. Ду Юйшэн взял чашку, в которой уже было немного заварки, и налил в неё полчашки горячей воды. Затем, обнаружив, что вода слишком горячая, он подошёл к диспенсеру и долил в чашку холодной воды, чтобы она стала чуть тёплой. Цинь Янь стоял рядом и наблюдал, но ничего не говорил. Чай нужно пить не так. Он подумал про себя, что Ду Юйшэн окончательно испортил драгоценный маоцзянь своего отца.
Похоже, Ду Юйшэн заметил презрительный взгляд Цинь Яня. Он причмокнул губами: «Я просто хочу почувствовать вкус».
Цинь Янь покачал головой и отвернулся.
«Ах да, с местного участка перевели двух офицеров, один из них назначен к вам. Я приведу его через минутку, чтобы вы могли с ним познакомиться».
Ду Юйшэн охотно кивнул. В его кабинете действительно не помешал бы кто-то, кто следил бы за чистотой.
Его кабинет был небольшим, и всю мебель можно было пересчитать по пальцам: один письменный стол, два кресла для руководителей, большая книжная полка, заставленная папками с документами, каждая из которых была аккуратно подписана мелким чёрным шрифтом. Подписи были подробными, но сами папки были пустыми — всё это было нужно Ду Юйшэну для проверок. Под окном стоял небольшой шкаф, в котором Ду Юйшэн хранил свои личные вещи. Всего в комнате было меньше пяти предметов мебели, но Ду Юйшэн каким-то образом умудрился превратить её в бардак, достойный пятидесяти человек, которые там работали. Шкаф был ненастоящим, а все документы, которыми он пользовался, были разбросаны по всем видимым поверхностям, куда он их только не клал. Издалека комната напоминала заброшенную бумажную фабрику.
В данный момент у криминалистов не было особых дел, поэтому Цинь Янь привела к Ду Юйшэну нового сотрудника, Му Бая.
У Му Бая было молодое лицо, которое не соответствовало его возрасту, и он был очень высоким. Он выглядел как порядочный, честный человек.
Ду Юйшэн как раз готовил кофе. Увидев вошедшего, он залпом выпил целую чашку, а затем небрежно поставил её на подоконник. Цинь Янь помрачнел. Отлично, я только что помыл их, а теперь ещё и это.
«Привет, я Му Бай, все зовут меня Сяо Бай».
Имя Му Бая ему подходило: он был светлокожим и чисто выбритым.
Ду Юйшэн посмотрел на бледную руку и изящные пальцы, протянутые к нему. Он крепко сжал их, и его губы изогнулись в улыбке. Казалось, он был вполне доволен этим незнакомцем.
«Это Сяо Бай?»
Ду Юйшэн кивнул, выдвинул ящик и надел синие часы.
«Хорошо, сначала сходи отпишись, а потом приберись в этой комнате».
Взгляд Сяо Бая на мгновение задержался на часах Ду Юйшэна, а затем он кивнул с немного смущённым видом.
Цинь Янь вывел Сяо Бая из кабинета Ду Юйшэна. Сяо Бай выглядел не слишком довольным. Хотя Ду Юйшэн был дерзким и легкомысленным, для тех, кто его не знал, он казался немного отстранённым, почти холодным.
«Не принимай это близко к сердцу, он такой и есть, он притворяется перед незнакомцами».
Сяо Бай покачал головой. «Дело не в этом, брат Цинь. Я уже видел его часы, они стоят несколько сотен тысяч...»
Цинь Янь моргнул, а затем расхохотался. Точно, вот к чему клонил Сяо Бай. Он, наверное, подозревает, что Ду Юйшэн берёт взятки.
«Несколько сотен тысяч? Не говоря уже о часах за такую сумму». Цинь Янь подвёл Сяо Бая к окну в коридоре и указал на недавно построенный элитный жилой комплекс неподалёку. «Деньги в семье Ду Юйшэна исчисляются зданиями. Раньше в центре города нельзя было пройти и нескольких шагов, чтобы не наткнуться на собственность его семьи».
Много лет назад, когда рынок недвижимости только начинал бурно развиваться, старый мастер Ду включился в игру и сколотил состояние. Он был одним из самых богатых бизнесменов на острове. Позже, когда рынок недвижимости пришёл в упадок, старик вовремя вышел из игры, почти не понеся убытков, и основал небольшую компанию, вложив немного денег в её повседневную деятельность. Несмотря на то, что семья Ду уже много лет не занималась бизнесом, она по-прежнему входила в тройку самых известных семей в регионе, и именно благодаря этому семья сохраняла своё влияние на острове.
«А?» — Сяо Бай в замешательстве широко раскрыл глаза. «Если брат Юй такой богатый, то почему он работает в полиции и рискует жизнью?»
Цинь Янь усмехнулся. «Он идиот».
Он задал Ду Юйшэну этот вопрос после того, как они познакомились, и Ду Юйшэн ответил одной фразой.
«Как может воробей понять стремления лебедя?»
Выражение лица Сяо Бая застыло, а затем он расхохотался, проглотив слова «Он что, сумасшедший?» прежде, чем они успели сорваться с его губ.
«Но не стоит думать, что он смог подняться по карьерной лестнице благодаря своему происхождению, — объяснил Цинь Янь. — У него свои грязные делишки».
Сяо Бай поправил очки на переносице.
«В прошлом году наркоман, которого мы загнали в угол, впал в отчаяние и взял в заложники члена семьи полицейского на крыше. У наркомана был пистолет, он был психически неуравновешен и не хотел его отдавать. Снайпер не осмелился выстрелить, а переговорщики часами безуспешно пытались с ним договориться». Цинь Янь фыркнула. «Этот член семьи был в команде Ду Юйшэна». Его довели до крайности, поэтому он пошёл в казино, схватил одного из родственников наркомана, привёл его на место преступления и прямо у него на глазах выстрелил родственнику в ногу. Наркоман запаниковал, направил пистолет на Ду Юйшэна, и в этот момент снайпер выстрелил и убил его.
Сяо Бай с трудом сглотнул. Теперь он понял, почему Цинь Янь назвал его кривым.
Но Цинь Янь не рассказал Сяо Баю остального. Впоследствии Ду Юйшэн подвергся публичной критике со стороны всего бюро, был вынужден написать заявление с извинениями и зачитывать его в течение трёх дней подряд, был отстранён от работы на несколько месяцев, чтобы «поразмыслить» дома, и едва не лишился своего значка. Именно из-за этого инцидента он до сих пор занимал лишь должность заместителя капитана.
Однако в их команде было что-то странное. Хотя Ду Юйшэн формально был вице-капитаном, капитана никто никогда не видел.
Цинь Янь однажды спросил его об этом. Ду Юйшэн ответил: «Он хороший человек», — подразумевая, что никто, кроме самого Ду Юйшэна, никогда не встречал этого так называемого капитана.
Вернувшись в офис, Ду Юйшэн дважды чихнул, а затем поднял глаза и увидел, что Цинь Янь и Сяо Бай возвращаются.
Цинь Янь указал на дверь.
«Поехали, Айленд Вилла, жертва мужского пола».
Ду Юйшэн поджал губы и пробормотал проклятие.
«Кто?»
Сяо Бай вмешался в разговор: «Тот крупный магнат в сфере недвижимости, Ло Дахэн. Он был в эфире несколько дней назад».
Ду Юйшэн как раз надевал пальто, но, услышав это, остановился, посмотрел на Цинь Яня, а затем на Сяо Бая.
«Какое совпадение, — сказал Ду Юйшэн. — Этот человек был заклятым врагом моего старика».
http://bllate.org/book/13485/1198011
