Чжао Жань вошёл в квартиру, придерживая безвольное тело на плече, и запер дверь. Тепло окутало их, а кодовый замок отрезал от солнечного света.
Они застыли лицом к лицу, всё ещё спрятанные под одеждой.
Кончики их носов почти соприкасались. Дыхание Чжао Жаня отдавало слабым древесным ароматом — словно засушенный кленовый лист, годами хранившийся между страниц старой книги, или необработанная деревянная скульптура. Его волосы и ресницы выцвели до белизны, а глаза утратили свой бледно-сливовый оттенок, превратившись в полупрозрачные туманные омуты.
— Ты... ты выцвел, — запинаясь, выдавил Юй Ань. — Будто выгорел на солнце.
— Да, выгорел, — Чжао Жань стянул куртку с головы и с усмешкой повторил, наблюдая за потрясённым выражением лица собеседника. — Обычно я отдыхаю днём, а работаю по ночам. Вышел на свет только потому, что ты упрямо ждал во дворе.
— Просто потерял цвет? Давай попробую исправить. — Юй Ань медленно прижал ладони к шее Чжао Жаня и принялся энергично растирать, словно пытался добыть огонь трением.
Нежная кожа не выдержала такого обращения — краснота проступила изнутри, расцветая двумя яркими пятнами там, где тёрли руки Юй Аня.
— Ничего страшного, ещё можно спасти. Правда, неравномерно получилось, — он похлопал по нетронутым участкам. — Вот, теперь растеклось.
Чжао Жань хотел сбросить его, но почему-то медлил.
— Хватит, хватит. От небольшого солнечного света ничего не будет. Прекрати дурачиться. — Он всё же отцепил от себя Юй Аня, опёрся о тумбу для обуви, переобуваясь в домашние тапочки, и скинул испачканный кровью плащ в корзину для грязного белья. — Сложи сюда грязную одежду, её постирают и погладят.
Юй Ань проводил взглядом обнажённый торс экзаменатора — гладкие треугольные мышцы спины напоминали пластину белой слюды.
— Точно всё в порядке? — он украдкой выглянул из-за угла прихожей. Экзаменатор, уже переодевшийся в домашнюю одежду, настраивал температуру на регуляторе.
Гостиная поражала минимализмом — преобладали белый и серый цвета, мебель расставлена с изысканным вкусом. Ни пылинки, ни капли воды на полированном полу. Подушки на диване выстроились вдоль спинки на одинаковом расстоянии друг от друга.
"Он перфекционист", — подумал Юй Ань.
Впрочем, логично. При такой белизне любое пятнышко сразу бросится в глаза.
Юй Ань опустил взгляд — и обомлел. Его ботинки оставили на полу прихожей грязные следы, а чёрный костюм покрывали пятна крови и масла. В безупречном доме экзаменатора он смотрелся как муха на белоснежном креме торта.
Не раздумывая, он сбросил всю одежду у корзины для белья и босиком промчался через гостиную.
Чжао Жань прибавил температуру и обернулся на торопливый топот — Юй Ань, в одной чёрной майке и шортах, пронёсся через холл и спрятался за стеной, высунув голову:
— Экзаменатор, можно воспользоваться вашей ванной?
— Кхм, справа по коридору, — Чжао Жань отхлебнул воды из стакана, пытаясь унять внезапную сухость во рту.
Корзина с бельём вдруг приподнялась над полом — словно из ниоткуда появилась рука, поддерживающая дно тремя пальцами, пока два других ползли по полу. Тяжёлая корзина исчезла в прачечной, откуда донеслись звуки стирки.
Из прачечной выползли ещё две руки с ведром и тряпкой, тщательно оттирая следы грязи у обувной тумбы.
В это же время зажёгся свет на кухне. Одна рука мыла свежие креветки, другая помогала очищать от панциря и жилок, после чего мясо аккуратно укладывалось обратно в скорлупу.
Ещё одна рука профессионально зажгла плиту, разогрела масло, добавила лук, имбирь и специи, выдавила томатный соус, затем опустила подготовленные креветки. Она даже умела подбрасывать сковороду.
Рука включила для Чжао Жаня телевизор и подала пульт, а другая принесла вымытый виноград, старательно очистила от кожицы и косточек, поднесла прозрачную мякоть к его губам.
— Не хочу. Очисти целую тарелку и отнеси ему, — Чжао Жань откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Похмелье терзало голову — вечерний хмель ещё не выветрился, когда пришлось спешить в косметический салон "Тонкая ива".
Он помассировал переносицу и вздохнул:
— Принесите ему пижаму.
Рука метнулась к шкафу и вернулась с комплектом шорт и футболки.
— Слишком тонкая. Он мёрзнет постоянно, хочешь его заморозить?
Рука поспешила обменять на более тёплый вариант.
— Теперь слишком толстая. В комнате двадцать шесть градусов, жарко же.
Запыхавшаяся рука притащила третий комплект.
— Не давай то, что он носил раньше. Такая детская, ещё и с Ло Сяохэем. Разве похоже на одежду, которую я держал бы дома? Всё раскроется. Спрячь.
Измученная рука уползла и наконец вернулась с белой футболкой Чжао Жаня.
Он отпил воды, подумал:
— А, неплохо. Оставь здесь.
Рука: "..." (бросила одежду и ушла)
— Эй, что за отношение? Будешь так себя вести — не буду обедать, умрёте с голоду, — Чжао Жань раскинулся на диване, расслабляясь.
Через пятнадцать минут он взглянул на часы, поднялся и постучал в дверь ванной.
Тишина.
— Не раскисай там совсем...
Чжао Жань нажал на ручку и вошёл. Юй Ань дремал, свесившись над бортиком ванны. Скрещенные руки на мозаичном краю поддерживали подбородок, пар клубился в воздухе, капли конденсата собирались на выступающих лопатках и стекали в воду.
Он спал с закрытыми глазами, правые ресницы опущены, тёплый свет падал сверху, тени мокрых прядей липли к щекам. Левый глаз зиял чёрной бездонной дырой.
Эдгар Аллан По написал рассказ "Чёрный кот" — о безумном жестоком муже, который выколол глаз любимому коту жены, а потом жестоко повесил его. Но вскоре кот вернулся — также без глаза, только теперь с отметиной на шее, похожей на виселицу. Словно неотступный призрак.
Чжао Жань сел на край ванны, костяшками пальцев осторожно коснулся глазницы, стирая засохшую кровь, очищая лицо от грязи.
"Всё-таки поторопился. Надо было подождать, посмотреть, как далеко зайдёт его потенциал в смертельной ситуации.
Или это задание уже было слишком опасным, даже форсированным?
Поспешил. Впредь буду учить медленнее".
Юй Ань проснулся от прикосновения грубой перчатки, приоткрыл глаз и замер, увидев рядом экзаменатора.
Чжао Жань сидел на низком табурете у ванны, закатав рукава домашней одежды. Покрасневшие локти, расстёгнутый воротник, румянец на ключицах. Выцветшие волосы вернули естественный цвет, даже с намёком на персиковый оттенок. Сливовые глаза внимательно изучали его лицо.
— Как ты восстановился? — удивлённо вскинул голову Юй Ань.
— В тени со временем всё само возвращается, — Чжао Жань положил приготовленную пижаму на полотенцедержатель и оперся локтями о колени. — Я действительно не могу долго находиться на солнце. С рождения жил в доме без света, в полной темноте. Со временем перестал переносить дневной свет. Если захочешь убить меня — лучший шанс поймать на солнце.
...?
Юй Ань почесал щёку. Экзаменатор вот так просто раскрыл свою слабость? А если продать эту информацию? Допустим, есть конкурирующие компании... тысяч десять, двадцать, пятьдесят... нет, такие сведения стоят минимум сто тысяч. Одно слепое ядро — три тысячи, можно купить тридцать три штуки. Судя по уровню Высокомерной биты, фиолетовый ранг первого уровня... Шанс выпадения красного ранга и выше невелик, но хоть один должен попасться. Кстати, есть ли гарантированный выигрыш? Например, красный ранг после десяти попыток, золотой — после сотни... Точно, ещё премия сто тысяч за стажировку в салоне красоты, когда выплатят?
— Ты отвлёкся? — Чжао Жань и не подозревал, что его уже мысленно обменяли на слепые ядра.
Юй Ань помотал головой:
— Многие хотят тебя убить?
— Очень многие... Но пока никому не удалось, — Чжао Жань изобразил одинокое лицо непобедимого воина.
— Ты забрал ядра врачей-аберрантов? Полиция не конфисковала? — Юй Ань наконец вспомнил о главном.
— Нет, все три у меня.
— Три?
— Да, я положил их в твой анализатор запасённых ядер, сам посмотришь.
— Врачи были такими сильными, а ты победил обоих? — не удержался Юй Ань. — Экзаменатор, ты тоже носитель?
Чжао Жань задумался, кивнул и показал левую руку:
— Слот для ядра здесь, поэтому осязание очень чувствительное.
— А... — любопытство Юй Аня сразу угасло. Вот и весь секрет? Такая банальность? И ради этого столько таинственности, заставил переживать несколько дней.
Перед выходом Юй Ань проверил лицензию "Метро" и просмотрел их сайт. На главной странице в слайдере объявлений мелькало фото Чжао Жаня — похоже, настоящая опора компании.
Беглый просмотр дал общее представление. "Метро" — негосударственная организация с официальным признанием, сотрудничает с Бюро Подглядывающего Ястреба, оставаясь независимой.
Жители добровольно платят страховой взнос — при угрозе от аберрантов можно обратиться в "Метро". Сотрудники ежедневно патрулируют город, реагируют быстрее полиции и обычно успешно разрешают инциденты.
Впрочем, Юй Аня больше интересовал запрос "Чжао Жань".
Он перерыл всю информацию о "Метро" и нашёл в анонимной теме отзывы, похожие на внутренние:
"Новичкам категорически нельзя злить главу группы Чжао. Не действуйте самовольно, игнорируя его приказы, не хитрите при нём и ни в коем случае не прикасайтесь к его рукам".
На второй день работы Юй Ань нарушил все три правила.
И вроде ничего страшного не случилось.
После мытья Юй Ань рухнул на кровать в футболке Чжао Жаня. Усталость пересилила голод — после ночных гонок ноги дрожали, а горячая вода окончательно вымыла все силы.
Кровать экзаменатора оказалась невероятно мягкой, шёлковые простыни ласкали кожу. Юй Ань даже не добрался до подушки — одна нога свисала с края, цепляясь за тапок, когда он провалился в сон лицом вниз, в огромной белой футболке, раскинув длинные стройные ноги.
Чжао Жань вошёл с подносом сладостей, увидел эту картину и со вздохом отставил фарфоровое блюдо. Снял тапок с повисших пальцев, подвинул тело глубже на кровать.
"И это практикант группы экстренного порядка? С такой бдительностью спит в чужом доме — не съедят ли тебя так, что костей не останется?"
Под белой футболкой проступали изящные позвонки Юй Аня. Чжао Жань сел рядом, любуясь красивыми лопатками и ямочками на пояснице, свойственными юношескому телу.
После долгих колебаний он всё же опустил руку на талию Юй Аня.
Всего лишь прикосновение через перчатку — но чуткие пальцы улавливали каждый удар сердца, каждый вдох, жар молодого тела.
Под ладонью на спине Юй Аня проступил скрытый узор из тонких линий. Переплетаясь, они складывались в абстрактное солнце, лучи которого превращались в борющиеся руки с переплетёнными пальцами — жутковатое зрелище.
Бледные глаза Чжао Жаня налились алым, он склонился и поцеловал собственную метку. Странное удовлетворение изогнуло его губы, обнажая жуткие острые клыки.
— У меня слишком мало слабостей... Остальное придётся найти самому, ещё раз.
http://bllate.org/book/13396/1192272
Готово:
