Линь Фэй и Цзи Лэю пообедали, и у них был небольшой перерыв после обеда. Они ждали, пока Линь Луоцин и Цзи Юйсяо вернуться домой.
Цзи Лэю сидел на диване, смотрел телевизор и время от времени выглядывал из дома.
Он смотрел и смотрел, но Линь Луоцина и Цзи Юйсяо всё не было и не было.
«Почему они еще не вернулись?» Цзи Лэю повернулся и в замешательстве посмотрел на Линь Фэя.
Линь Фэй покачал головой: «Я не знаю».
«Неужели родительские собрания в начальных школах отнимают так много времени?»
Так долго у него не проводились родительские собрания в детском садике.
Линь Фэй думал об этом, но ничего не мог придумать. В конце концов, Линь Луоцин не ходил на родительское собрание во время его промежуточного экзамена, так что, возможно, родительское собрание в начальной школе было очень кропотливым.
Он взял клубнику, засунул ее в рот Цзи Лэю и продолжил смотреть телевизор.
Подождав некоторое время, у двери послышалось движение, Цзи Лэю вытянул шею, чтобы посмотреть, затем встал и взволнованно подбежал: «Папа, ты вернулся».
Линь Луоцин даже не переобулся, когда услышал его громкий голос, и только подумал, что малыш действительно воодушевлен.
Он переобулся, поймал подбежавшего Цзи Лэю, поднял его и поцеловал в лицо.
«Сяоюй на этот раз великолепен, и он очень хорошо справился с тестом».
«Правда?» Цзи Лэю спросил его с улыбкой.
Его слова были вопросительными предложениями, но особого удивления на его лице не было, как будто он догадывался о своём результате.
Линь Луоцин ткнул его в лицо: «Ты догадывался, что хорошо сдашь экзамен?»
«Я знаю все эти вопросы», — Цзи Лэю мягко обнял его за шею, — «Брат рассказал мне».
«Такой умный», — Линь Луоцин снова поцеловал его в лицо.
Счастливые глаза Цзи Лэю сверкнули.
Цзи Юйсяо посмотрел на него, чувствуя облегчение и восторг.
Хотя он смотрел свысока на оценки Цзи Лэю, он мог понять детей этого возраста. Он был не в том возрасте, в котором ему нравилось учиться, и в будущем не будет слишком поздно начать усердно учиться, когда придёт время.
Но это его собственный ребенок. Теперь, когда он получил хорошие оценки на экзамене, он не расстроен. Он смотрит на Цзи Лэю очень нежными глазами.
Линь Луоцин подошел к дивану с Цзи Лэю на руках. Линь Фэй все еще сидел на диване, что отличалось от энтузиазма и жизнерадостности Цзи Лэю. Он казался всегда спокойным и уравновешенным, как спокойная вода, которая не может позволить себе много ряби.
Поэтому его легко игнорировать.
Но Линь Луоцин никогда не игнорировал его.
Он положил Цзи Лэю на диван, а затем уставился на Линь Фэя.
Линь Фэй был озадачен: «Что случилось?»
«Хочешь угадать, на каком ты месте по итогам теста?» Линь Луоцин притворился загадочным.
Цзи Лэю поднял руку: «Определенно номер один!»
Линь Фэй ничего не выражал: «Да».
Линь Луоцин: ...
«Разве ты не можешь быть немного удивлен?»
Линь Фэй: ? ? ?
«Я должен быть немного удивлен?» - подозрительно спросил он.
Цзи Юйсяо засмеялся: «В этом нет необходимости, ты правда так хорош, первое место — это то, что должно быть твоим, зачем нам какие-то сюрпризы?»
Линь Фэй: Да.
Линь Луоцин был удивлен его выражением «он прав», и с улыбкой ущипнул лицо Линь Фэя: «Ты не только занял первое место в тесте, но и все они получили высокие оценки! Ты единственный! Все остальные дети в классе не сравнимы, нет такого восхитительного, как ты! Ты слишком сильный!»
После того, как он закончил говорить, его руки не могли не потереть нежное личико Линь Фэя.
Линь Фэй долго терся о него, и его лицо покраснело, а маленькое лицо, которое всегда было красивым из-за его высокого и холодного темперамента, стало необъяснимо мягким и милым.
Он издал "о", совершенно не беспокоясь.
Цзи Лэю восхищенно воскликнул: «Брат потрясающий!»
«Учителя хвалили твоего брата, и родители других детей в твоей школе тоже спрашивали твоего отца, как твой брат учится дома. И хотели, чтобы их дети учились вместе с твоим братом, вот видишь, как тебе повезло. В будущем ты продолжишь учиться со своим братом, ты понимаешь?» Цзи Юйсяо обучал Цзи Лэю.
Когда Цзи Лэю услышал, что другие родители все еще хотят, чтобы их дети учились у Линь Фэя, он сразу же расстроился, обнял Линь Фэя и надулся: «Я не хочу этого, я не хочу, чтобы они учились вместе.»
«Хорошо», — Линь Луоцин погладил его по голове, — «Он будет учиться только с тобой, хорошо?»
Цзи Лэю быстро кивнул: «Мммм».
Он счастливо склонил голову на тело Линь Фэя, полный близости и привязанности.
Линь Луоцин и Цзи Юйсяо смотрели и снова смеялись.
Они вдвоем спешили домой, чтобы увидеть двух малышей. Они еще не ели, но миссис Чжан приготовила для них еду, и когда они вернулись, она подала горячую еду на стол.
Линь Луоцин не торопился садиться за стол, он достал тесты и блокнот, которые Учительница Чжан специально вручила Линь Фэю.
«Ну, это тест Фэйфэй, это тест Сяоюй, а это…» Он передал блокнот Линь Фэю, открыл обложку и показал слова на титульном листе: «Г-жа Чжан специально купила блокнот для тебя, чтобы вознаградить тебя, надеясь, что ты сможешь оставить его себе».
Линь Фэй легко сказал: «О».
Цзи Лэю посмотрел на него и с завистью сказал: «А у меня его нет».
«Сяоюй, в следующий раз ты будешь в тройке лучших», — подбодрил его Линь Луоцин, — «Есть призы для тройки лучших».
Цзи Лэю: …
Цзи Лэю чувствует, что у него достаточно вещей, поэтому он не будет спорить с другими за блокнот.
Он мило улыбался, пытаясь обойти эту тему своей улыбкой.
Цзи Юйсяо не знал, смеяться ему или плакать, думая, что он все еще хитрован, такой милый.
Он держал Цзи Лэю на коленях и целовал его, думая, что, если бы его брат был бы здесь, он должен быть очень счастлив видеть его достижения и то, как он счастлив сейчас.
Он поцеловал Цзи Лэю, и с умилённым сердцем, а малыш спросил его: «Папа, мы можем вместе пойти в кино».
«Конечно, можем», — сказал Цзи Юйсяо, — «Но на этот раз именно твой брат занял первое место на экзамене, и мы все чествуем его. Так что давай посмотрим, какой фильм хочет посмотреть твой брат, а затем пойдем вместе.»
Услышав это, Линь Фэй был немного ошеломлен. Он никогда не обращал на это внимания. Он даже не знал, какие фильмы были в последнее время, не говоря уже о фильмах, которые он хотел посмотреть.
Он подсознательно посмотрел на Линь Луоцина, желая посмотреть то, что он хотел посмотреть в последнее время.
Линь Луоцин обнял его и поцеловал в лицо: «Не волнуйся, подумай об этом медленно, ты все равно на каникулах, у тебя есть время».
Линь Фэй кивнул, подумав, что можно посмотреть то, что хочет увидеть Цзи Лэю. Тому всегда нравилось смотреть телевизор, и ему также должно нравиться кино.
Линь Луоцин и Цзи Юйсяо обняли двух детей и некоторое время разговаривали, прежде чем они, наконец, пошли обедать.
Линь Фэй посмотрел на блокнот в книжном переплёте в своей руке и посмотрел на строку: [Присуждается за первое место на выпускном экзамене: Линь Фэй. 】
Это не то, что купил для него Линь Луоцин, и не то, что он купил на деньги Линь Луоцина, а то, что он получил сам, то, что он получил благодаря своим оценкам, и это принадлежит ему одному.
Как и деньги, которые Линь Луоцин заработал своей работой, он заработал их собственными способностями.
Он внимательно посмотрел на обложку блокнота, на голубое звездное небо, на туманные и мечтательные солнце и луну, полные тайны и тоски.
Это красиво.
Тогда Линь Луоцину тоже должно понравиться.
Цзи Лэю украдкой взглянул на Линь Луоцина, который ел с улыбкой на лице. Он все еще говорил Цзи Юйсяо, как завидовали другие родители, когда он вышел на сцену, чтобы помочь Линь Фэю получить приз.
Он выглядел очень счастливым, потому что он был очень счастлив, потому что получил первое место на экзамене, потому что он был очень доволен призом, хотя Линь Фэй не думал, что это должно быть чем-то счастливым или несчастным. Но он был таким счастливым сейчас.
Линь Фэй убрал блокнот и контрольные тесты и пошел посмотреть контрольные работы Цзи Лэю.
Цзи Лэю необъяснимо задрожал, встал и хотел ускользнуть, но Линь Фэй поймал его.
«Садись», — спокойно сказал Линь Фэй.
Цзи Лэю моргнул своими большими янтарными глазами и тихо сказал: «Я получил восьмое место в тесте».
«Восьмой это по-твоему хорошо?»"
Цзи Лэю: …
Да он даже первое место не считает великим, не говоря уже о восьмом.
«Я всего лишь ребенок из детского сада, которого только что перевели», — голос Цзи Лэю стал мягче, жалостливее и невиннее.
Линь Фэй знал, что раньше он притворялся жалким, но каждый раз, когда он знал, что тот притворяется, он все еще думал, что он милый.
«Я посмотрю, какие ошибки ты допустил».
Цзи Лэю вздохнул с облегчением.
Линь Фэй: «Тогда напишешь каждый вопрос десять раз».
Цзи Лэю: …
Цзи Лэю мгновенно упал на диван, подумав, что он, вероятно, дохлая рыба.
Его брат такой жестокий!
Как жестоко ах как!
Когда Линь Луоцин и Цзи Юйсяо закончили есть и собирались вернуться в свою комнату, чтобы ненадолго отдохнуть, Линь Фэй также потащил Цзи Лэю обратно в свою спальню, и со слезами на глазах провел викторину.
Цзи Юйсяо посмотрел на его жалкий вид, но нашел его очень забавным и почти засмеялся.
Так жалко, но так смешно.
Почему он раньше не понимал, что его маленький племянник был таким жалким и забавным раньше, и, конечно же, людям все еще нужен брат! Так сказал старший брат Цзи Юйсяо.
Цзи Юйсяо коснулся его маленькой головки и попросил внимательно выслушать слова Линь Фэя, а затем сдержал смех, и Линь Луоцин толкнул его в спальню.
Цзи Лэю: .......
Линь Луоцин был занят все утро, и к этому моменту он устал и был немного вялым. Поэтому он переоделся в пижаму и лег на кровать с Цзи Юйсяо.
Цзи Юйсяо очень хорошо спал в эти дни, поэтому он не был таким сонным, как Линь Луоцин, он просто обнял его и лег рядом с ним, но медленно заснул лежа.
Когда они проснулись, было уже четыре часа дня.
Цзи Юйсяо умылся, поцеловал Линь Луоцин и пошел в кабинет.
Линь Луоцин все еще был немного сбит с толку и не очень хотел работать, поэтому он лег на кровать и поиграл со своим мобильным телефоном.
Он играл, когда услышал стук в дверь, а когда обернулся, то увидел входящего Линь Фэйя.
Линь Луоцин отложил мобильный и спросил его: «В чем дело?»
Линь Фэй подошел к его кровати, держа руки за спиной, без всякого выражения на лице.
Линь Луоцин не совсем понял, что он пытался сказать ему в это время, поэтому он мог только продолжать смотреть на малыша и ждать, пока он заговорит.
Линь Фэй почувствовал себя немного смущенным, когда тот так пристально посмотрел на него.
Его первоначальная идея была очень простой: ему редко удавалось получить что-то, основанное исключительно на его собственных способностях, поэтому он хотел подарить это Линь Луоцину, потому что он никогда раньше не делал такого подарка Линь Луоцину.
Он чувствовал, что это действительно его собственный дар.
Но в этот момент Линь Луоцин смотрел на него так прямо, и блокнот, который он держал, стал необъяснимо горячим, и он не мог его вынуть.
«Закрой глаза», — мягко сказал Линь Фэй.
Линь Луоцин поднял брови, последний раз, когда он просил его закрыть глаза, чтобы поцеловать его, и в последний раз, когда он просил его закрыть глаза, чтобы сделать ему подарок, так что на этот раз он хотел поцеловать или сделать ему подарок?
Линь Луоцин не знал почему, но он счастливо закрыл глаза и стал ждать его следующего шага.
«Закрыл.»
Он больше не смотрел на него, и Линь Фэй больше не был так смущен.
Он вынул блокнот из-за спины, осторожно положил его на прикроватный столик Линь Луоцина и удовлетворенно сказал: «Я ухожу».
Линь Луоцин: ? ? ? ?
Линь Луоцин был потрясен, почему он не поцеловал его и не подарил ему подарок, что происходит? Детка, почему бы тебе не играть по правилам согласно здравому смыслу?
Он сразу же открыл глаза и увидел, что Линь Фэй повернулся и пошел к двери.
Линь Луоцин: ? ? ? ? ?
Линь Луоцин мгновенно встал с кровати и обнял Линь Фэя сзади.
«Ты сейчас уходишь? Ты пришел ко мне только для того, чтобы заставить меня закрыть глаза и дразнить меня?»
Линь Фэй: ...
Линь Фэй молча посмотрел на его прикроватный столик.
Линь Луоцин подозрительно проследил за его взглядом и увидел блокнот, который Учитель Чжан, только что передала Линь Фэю сегодня днем в качестве его награды.
Что тут непонятного.
«О~~», — намеренно удлинил свой тон Линь Луоцин, — «А я то думал, для чего это я закрыл глаза, вот почему».
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/13347/1187379
