— Ты… — Линь Цяо подавился, от ярости его шея снова покраснела.
— Раз сам вызвался подыгрывать, не придирайся тут по мелочам. Если хочешь быть актёром, что для тебя эти пустяковые трудности? — Ван Чжан, очевидно, не придал значения такой ерунде.
В актёрской игре главное — достоверность. На съёмках актёры нередко получают травмы куда серьёзнее — и никто из-за этого не жалуется.
Сун Лань украдкой бросила Линь Цяо предупреждающий взгляд, вслух сказав: — Если плохо себя чувствуешь, позже сходи в медпункт обработать.
Ван Чжан был известным режиссёром, Сун Лань — арт-директором, оба явно и неявно отвергли жалобы Линь Цяо, явно не собираясь винить «вошедшего в роль» Цзи Ли.
Линь Цяо, видя это, от досады чуть не разгрыз зубы.
Он хотел проучить Цзи Ли, как же вышло, что сам оказался в дураках?
— Смог достичь такого уровня за короткое время, хорошо справился. — Ван Чжан подошёл ближе с похвалой, прежнее накопленное раздражение полностью исчезло.
Он с улыбкой окинул Цзи Ли взглядом: — Когда-нибудь найдётся подходящая для тебя роль, я обязательно велю связаться с вашей компанией.
— Спасибо, режиссёр. — Цзи Ли с сомкнутыми губами улыбнулся, демонстрируя должную скромность «новичка».
В этот момент Чжао Цзиньфэн сидел на месте ошеломлённый, в душе тая тревогу.
Он думал, что по актёрским способностям Цзи Ли снова устроит фарс, но не ожидал, что тот, вопреки всему, превосходно справился с исполнением.
Цзи Ли всё время краем глаза следил за выражением лица Чжао Цзиньфэна и вдруг сменил тему: — Если вдуматься, надо благодарить учителя Чжао за эту особую возможность.
Слово «особую» было произнесено с особым ударением.
Чжао Цзиньфэн, видя, что взгляды всех собрались на нём, поспешно встал, вежливо говоря: — Что вы! Как ваш учитель актёрского мастерства, я могу лишь предоставить теоретическую помощь, возможность ты ухватил сам.
Произнося это, он невольно бросил взгляд на Линь Цяо. Тот был подавлен и избегал его взгляда.
Ван Чжан, столько лет будучи режиссёром, натренировал зоркий глаз и, естественно, разглядел «угрызения совести» Чжао Цзиньфэна.
Что это за персонаж?
Сам не может сыграть свою «роль», и ещё смеет быть учителем других?
Он посмотрел на Сун Лань и с улыбкой сказал: — Передайте вашему господину Мэну, что уровень подбора наставников для стажёров очень низкий. Вашей компании стоит внимательнее выбирать наставников. Не ровен час — хорошие ростки испортят.
При этих словах у Чжао Цзиньфэна внутри всё оборвалось.
Он когда-то окончил киноакадемию, но внешность была посредственная, да и путь актёра-профессионала не сложился. Все эти годы он играл лишь второстепенные роли, гонорары были невысокие, жизнь нестабильная.
В начале года, услышав, что «Dream Media» набирает наставников для стажёров, он с надеждой на удачу попробовал и, к своему удивлению, был выбран.
За эти полгода бесчисленные стажёры почтительно называли его «учитель Чжао», со временем он немного возгордился.
Сейчас, когда Ван Чжан при всех сказал такие слова, Чжао Цзиньфэн почувствовал, как у него горит лицо от стыда.
Сун Лань кивнула, в глазах читалось понимание.
— Время уже позднее, я пойду. — Ван Чжан помахал рукой, окидывая взглядом всю толпу в тренировочном зале. — Не провожайте, передайте господину Мэну мои прощальные слова.
— Хорошо, режиссёр, безопасного пути.
Когда тот удалился, Сун Лань наконец заговорила: — Все, кроме учителя Чжао и Линь Цяо, могут идти отдыхать, ждите дальнейших уведомлений от компании.
Сун Лань, способная занять такую позицию, несомненно, знала меру. Оставив этих двоих наедине, она собиралась разобраться с их «грязными делишками».
Цзи Ли понимал это и, не проронив ни слова, вышел последним в толпе.
Вскоре в зале остались лишь трое.
— Учитель Чжао, я от имени отдела кадров официально уведомляю вас: вы уволены. Как раз этот поток тренировок завершён, можете сразу уходить.
Эти слова Сун Лань окончательно ошарашили Чжао Цзиньфэна. — …Госпожа Сун! Что вы имеете в виду? Какое вы имеете право представлять отдел кадров?
Если его уволят, куда он пойдёт? Где найдёт такую же хорошую работу?
— Смысл моих слов вам должен быть яснее всего. — Сун Лань, не ходя вокруг да около, вскрыла факты: — Разве сегодняшний экзаменационный отрывок — не ваших рук дело? Цзи Ли — стажёр нашей компании, а вы, будучи учителем актёрского мастерства, пренебрегли обязанностями!
За эти полгода сколько взяток вы взяли со стажёров, используя служебное положение? Компания лишь увольняет вас, а не передаёт в полицию, это уже огромная милость с её стороны.
Чжао Цзиньфэн, видя, что его тайны вскрыты, тут же окаменел, в душе нарастало беспокойство.
Сун Лань сделала паузу, её острый взгляд впился в Линь Цяо по соседству: — И ещё ты…
— Сестра Сун Лань, я тут ни при чём! — Линь Цяо, видя, что ситуация повернулась против него, тут же стал перекладывать ответственность. — Я действительно давал учителю Чжао деньги, но лишь надеялся, что он на экзамене откроет для меня заднюю дверь, чтобы я успешно выпустился.
Что касается того, что он тайно подменил экзаменационный вопрос, чтобы подставить Цзи Ли, я вообще не в курсе.
Чжао Цзиньфэн с недоверием уставился на него, явно не ожидая, что тот так легко открестится от всего!
Его лицо побагровело от ярости, он ткнул пальцем в Линь Цяо и, теряя последнее, выпалил: — Это именно ты давал деньги и подстрекал меня устроить Цзи Ли трудности на экзамене, чтобы он провалил все три попытки и компания отказалась от него и выгнала!
— Врёшь! Я всё-таки молодой господин из «Линь Фармасьютик», у меня есть всё, что пожелаю, с чего бы мне идти против Цзи Ли? — Линь Цяо шагнул вперёд, нарочито выставляя напоказ свой статус.
Сун Лань холодно наблюдала за их игрой в «перекладывание вины», внутренне прикидывая…
Линь Цяо попал сюда за большие деньги, по словам господина Мэна, как бы ни был плох, его надо «обеспечить» дебютом. Что касается успехов после дебюта, всё зависит от его собственных усилий.
Чжао Цзиньфэна действительно стоит уволить. Судьбу же Линь Цяо решать придётся на уровне руководства.
— Чжао Цзиньфэн, немедленно собирайте вещи и уходите. — Сун Лань подавила отвращение в душе и предупредила Линь Цяо: — Запрещаю таскать в компанию свои группировочные порядки! Ещё один раз — и ты тоже можешь сразу убираться!
Линь Цяо фыркнул, совершенно не приняв предостережение Сун Лань близко к сердцу. Он вызывающе скосил глаза на Чжао Цзиньфэна и, развалясь, вышел из тренировочного зала.
Чжао Цзиньфэн, видя, как «зачинщик» уходит, тут же пожалел о содеянном до зелёных жил…
Не стоило ему тогда верить болтовне этого типа, и уж тем более не стоило ослеплять себя жадностью и идти против Цзи Ли.
Вот как теперь? Никакой выгоды не получил, зато влетел по уши и ещё и работу свою угробил!
…
Едва Линь Цяо вышел из тренировочной комнаты, как ему позвонила мать.
— Мама, разве может кто-то превзойти твоего сына? С моим статусом никто не посмеет идти против меня, даже арт-директор их компании должен уступать мне. — Линь Цяо расхаживал по коридору, его самодовольное выражение лица готово было взлететь до небес.
— Ш-ш-шёрх.
Внезапно из-за поворота в коридоре выплеснулось большое количество грязной воды. Застигнутый врасплох Линь Цяо оказался полностью мокрым с головы до ног.
Цзи Ли, скрывавшийся в тени за поворотом, обошел сзади и с силой накрыл ведром для уборки голову Линь Цяо, а затем поднял ногу и пнул.
— Ай! Линь Цяо с грохотом упал на землю, голова всё ещё была накрыта ведром, он был ошеломлен и долго не мог подняться. — Кто! Кто... это сделал?
Цзи Ли наблюдал со стороны его жалкий вид, и лишь тогда уголки его губ слегка приподнялись.
Он заранее предполагал, что с статусом молодого господина Линь Цяо, Сун Лань не сможет сразу с ним разобраться, максимум уволит сообщника Чжао Цзиньфэна.
Но стоило ему вспомнить унижения, которые ранее пережил первоначальный владелец тела, как Цзи Ли не мог смириться. Поэтому он дождался в этом слепом пятне камер и, улучив момент, напал.
По крайней мере, нужно было заставить Линь Цяо испытать всё тоже.
Пока он предавался воспоминаниям, послышались ещё одни шаги.
Услышав шум, Цзи Ли быстро спрятался в лестничном пролёте.
Чжао Цзиньфэн с мрачным видом подошёл и, заметив происходящее на полу, явно замедлил шаг.
Как назло, первым, кого Линь Цяо увидел, сняв ведро, оказался он.
Накопившийся в груди гнев вырвался наружу, Линь Цяо, не раздумывая, решил, что это он и устроил всю эту западню. — Чёрт! Чжао, ты смеешь играть со мной в подлые игры?
Он поднялся и изо всех сил бросился на Чжао Цзиньфэна с кулаками.
Чжао Цзиньфэн, и без того сейчас с полным животом злости из-за того, что тот свалил на него вину и он потерял работу, теперь ещё и ни с того ни с сего получил побои, и ему это тоже не понравилось.
Чжао Цзиньфэн развернулся и вступил в схватку с Линь Цяо. Глухие удары кулаков и ругань переплелись в коридоре, достигая крайней степени ожесточения.
Цзи Ли через щель в двери наблюдал, как они избивали друг друга до синяков и ссадин, и слегка приподнял бровь.
Как гласит пословица, на всякого злодея найдется свой злодей. (п/п: Собака кусает собаку)
Однако Цзи Ли не был заинтересован в этом зрелище «собачьей свары». Он взглянул на небо за окном, развернулся и спустился по лестнице.
Сумерки постепенно окутали весь Хэнчэн.
В роскошно отделанном доме на колёсах из душевой вышел мужчина. Халат скрывал его фигуру полностью, но даже так можно было разглядеть проблеск зрелого, волнующего превосходства.
Лежащая на ковре овчарка тут же завиляла хвостом, смотря на мужчину умоляющими глазами.
Мужчина подошёл и сел на диван, попутно погладив её по голове.
Послышался лёгкий электронный звук, и овчарка стремительно рванула прочь от дивана, настороженно присев у двери.
Ци Ань, ступавший в машину, замер, наклонился, похлопал «охранника» по голове и усмехнулся: — Майор, подожди снаружи, чуть позже я выведу тебя на прогулку.
— Ау-у, — навострив уши, Майор, похоже, понял его слова и выпрыгнул из машины.
— Цинь Юэ, — окликнул Ци Ань, быстрыми шагами подходя к другу. — Ты только что закончил съёмки?
— Угу, днём всё прошло гладко, поэтому я попросил режиссёра Чжэна перенести на позже сцены в той же локации. — Цинь Юэ потер переносицу, и в его голосе сквозила неуловимая усталость.
Ци Ань, видя его таким, не мог не вздохнуть: — Зачем так себя изматывать?
Тот дебютировал в двадцать два года, и за десять лет он собрал полную коллекцию из четырёх наград за лучшую мужскую роль и одной награды за лучшую роль в телесериале. Если окинуть взглядом весь развлекательный мир Китая, Цинь Юэ можно назвать легендарной личностью номер один.
Ци Ань был его однокурсником и агентом, они шли рука об руку до сих пор и вместе основали кинокомпанию, став в глазах людей индустрии золотой командой.
В глазах Ци Аня не было момента, когда бы тот не выкладывался.
— Всё равно когда-нибудь придётся их снимать. — Цинь Юэ улыбнулся и спросил: — Время для съёмок для международного журнала назначили?
— На послезавтра, Лао Чжэн одобрил отпуск без проблем. — Ци Ань кивнул.
Цинь Юэ всегда был предан своему делу во время съёмок и редко брал отпуск для внешних мероприятий. На этот раз он неожиданно «взял отгул», режиссёр, видя, что съёмки идут по плану, не раздумывая согласился.
Ци Ань отпил виски со стола и вдруг вспомнил: — Кстати, пока есть время, посмотри видео, которое Ван Чжан мне прислал.
— Трейлер его нового фильма?
— Нет. — Ци Ань протянул планшет. — Это видео с пробы новичка.
Цинь Юэ слегка нахмурился, совершенно не понимая, что они задумали.
Ци Ань, откинувшись на диван, пояснил: — Его пригласили наставником, говорит, среди толпы стажёров нашёл перспективный росток, играл твою прежнюю роль.
Цинь Юэ без особого интереса включил видео.
Ци Ань был занят днём и сам его не смотрел.
— Не знаю, что Ван Чжан себе возомнил. Разве может какой-то новичок переплюнуть тебя в актёрской подаче? А он упёрся, говорит, обязательно покажи Юэ, мол…
— Помолчи-ка пока…. — Цинь Юэ неожиданно бросил эти слова.
Ци Ань опешил, затем посмотрел на друга: тот сосредоточенно смотрел на видео, брови сведены, в глазах постепенно сгущалась глубокая, непостижимая для него эмоция.
Отрывок с пробы длиной менее двух минут быстро закончился.
Цинь Юэ ненадолго застыл, уставившись на экран с появившейся кнопкой повтора, и с запозданием опустил планшет.
Ци Ань, заметив у друга редкую лёгкую растерянность, удивился: — Не может быть? Даже тебя ошарашило? Этот новичок и вправду перспективный? Хочешь, я разузнаю о нём подробнее и подпишем его в нашу компанию?
— Я устал. — Цинь Юэ бросил на него взгляд и сменил тему. — Иди погуляй с Майором, не заставляй его долго ждать снаружи.
Ци Ань, видя это, цыкнул: — Ладно.
После того как тот ушёл, Цинь Юэ перевёл взгляд обратно на планшет.
«Пробудившийся» был его первой киноработой. Многие говорили, что игра Цинь Юэ в этом эпизоде достигла пика. Но только он сам знал, что его исполнение в этом месте было несовершенным.
На самом деле, в то время этот эпизод снимали в двух совершенно разных версиях: одна — экспрессивная, напряжённая, другая — сдержанная, скрытая в глубине сердца.
Режиссёр и продюсеры после долгих раздумий, учитывая аудиторию и кассовые сборы, выбрали первую.
Эмоциональный выплеск главного героя Чжэн И был очевиден, с каждым ударом кулака добавлялся новый слой чувств, наслаиваясь до тех пор, пока зритель не ощущал полное удовлетворение.
Но это было лишь требованием зрителей к этой сцене.
Зрители смотрят на действие, актёр же играет человека.
Для актёра, создающего роль, истинные эмоции часто исходят изнутри.
В пробном видео не было декораций, не было смены планов, но этот новичок использовал максимально сдержанную манеру игры, лишь с помощью нескольких фраз и неэкспрессивных движений тела и взгляда передал суть роли.
И она почти не отличалась от той версии исполнения, которую изначально хотел Цинь Юэ.
Перспективный росток?
Цинь Юэ вспомнил оценку, которую Ван Чжан дал этому новичку, в его глазах мелькнуло некоторое одобрение, и он невольно снова нажал кнопку повтора.
※※※※※※※※※※※※※※※※※※※※
#В ту ночь Цинь Юэ нажимал кнопку повтора до изнеможения.
Отредактировано Neils октябрь 2025 года
http://bllate.org/book/13344/1186821
