Плотник Чжао не знал, где живёт Вэй Чэн и пришлось у людей спрашивать дорогу.
Когда плотник Чжао привез мебель прямо к дому, Вэй Чэн был очень удивлён.
— Чэн-цзы, вчера мы работали без перерыва и закончили твой заказ. Сегодня я ждал тебя в лавке до полудня, но ты не пришёл. Наверное, ты занят подготовкой к свадьбе и нет времени. Вот я, дядя Чжао, и решил привезти всё сам, чтобы ты лишний раз не бегал.
На лице плотника Чжао сияла радость, и он был полон энтузиазма, что Вэй Чэн слегка приподнял брови — у него уже сложилось представление в чем дело.
Видимо, плотник Чжао не только получил заказ от семьи Цзинь, но и результат переговоров превзошёл его ожидания.
— Дядя Чжао, как неудобно, что вы сами потрудились привезти, — Вэй Чэн как раз планировал закончить с домашними делами и забрать мебель; постель и одежду из комнаты он уже перенёс в пустующее помещение.
— Чэн-цзы, не стесняйся. Раз зовёшь меня дядей Чжао, мне, как дяде, самому привезти тебе мебель самое дело. — Плотник Чжао сменил тему. — — К тому же, чертежи, которые ты нарисовал, очень помогли дяде, я ещё должен тебя как следует поблагодарить.
— Дядя Чжао, судя по вашему радостному лицу, заказ от семьи Цзинь состоялся? — спросил Вэй Чэн.
— Мало того, что состоялся! Я сделал по твоим чертежам цветной каталог и отнёс в семью Цзинь. Старейшина Цзинь не только выбрал все предложенные тобой модели, но и заказал у меня всю мебель для приданого своей дочери! Даже вешалок он заказал больше тысячи! Старейшина Цзинь хочет тонкую резьбу, я назначил цену 40 монет за вешалку.
На изготовление вешалок можно было использовать обрезки, экономя на материале, нужны были только затраты на труд, остальное — прибыль.
А на мебель для семьи Цзинь выбрали высококачественную древесину. Этот большой заказ принесёт доход, сравнимый с прибылью лавки за полгода! Как же плотнику Чжао не радоваться!
Услышав, что вешалки продали семье Цзинь по 40 монет за штуку, Вэй Чэн понял, что ещё не до конца разобрался в ценах в древности и не учёл, что сейчас не технологическая эра, всё в основном делается вручную.
— Поздравляю дядю Чжао с получением заказа от семьи Цзинь.
— Что ты! Всё это твоя заслуга, Чэн-цзы. — Плотник Чжао указал на нескольких рабочих. — Чэн-цзы, скажи им, куда ставить мебель, они всё расставят как надо.
В комнате Вэй Чэна старая дощатая кровать и старый стол ещё не были вынесены.
— Дядя Чжао, присаживайтесь пока, старую мебель из комнаты ещё не убрали, я найду людей, чтобы вынесли.
— Не стоит так суетиться! Скажи рабочим — и всё!
Вэй Чэн не стал отказываться, сказал, чтобы рабочие перенесли старую мебель в угол двора — её можно было порубить на дрова. Затем он объяснил, как расставить новую мебель, и поручил рабочим и вынос старой, и установку новой.
Вэй Чэн сел напротив плотника Чжао, и у того наконец появилась возможность заговорить о покупке чертежей.
— Чэн-цзы, по какой цене ты смог бы продать чертежи дяде? Назови цену?
Вэй Чэн, не церемонясь, прямо сказал:
— Дядя Чжао, я не разбираюсь в плотницком деле. Цена чертежей, как и в прошлый раз, — назовите подходящую цену, я вам доверяю.
Плотник Чжао рассмеялся:
— Чэн-цзы, молодец, решительный парень!
Он взял чертежи домой, чтобы обсудить с двумя сыновьями их покупку. С чертежами мебели сыновья согласились — новые модели наверняка привлекут много клиентов. А вот вешалки, по их мнению, были не нужны — слишком простые, разве что в качестве подарка. Плотник Чжао ругал сыновей за недальновидность: вешалки приносили прибыль, но и риск был велик, да и цену трудно было определить.
Он все же решил купить чертежи вешалок, потому что они были сделаны Вэй Чэном — если бы он попросил отдать их бесплатно, это показало бы его неискренность. Он колебался. Позже, получив большой заказ от семьи Цзинь, он увидел прибыльность рынка вешалок и утвердился в своём решении.
Плотник Чжао хотел купить чертежи, но боялся, что Вэй Чэн запросит слишком высокую цену. Тот, доверяя ему чертежи, наверняка понимал себестоимость и прибыль мебели и вешалок. Слова — не разбираюсь были лишь проявлением скромности.
Пока он мучился с ценой, Вэй Чэн легко и непринуждённо предоставил ему право назначить цену — такая уверенность действительно вызывала уважение к молодому поколению!
Материалом для мебели Вэй Чэна была обычная практичная древесина, резьба простая, три предмета мебели стоили 10 лянов серебра. Плотник Чжао предложил 30 лянов за все чертежи, включая предыдущие идеи Вэй Чэна.
Обе стороны остались довольны ценой!
Проводив плотника Чжао, домашние сбережения увеличились ещё на двадцать лянов. За вычетом недавних расходов, у Вэй Чэна на руках было более двадцать лянов.
Для деревни это считалось небольшим состоянием.
От бедняка до зажиточного — теперь он мог обеспечить Чжоу Юань хорошую жизнь.
Интересно, какое удивлённое выражение будет на лице его Юань Юаня, когда он передаст ему эти деньги.
Вэй Чэн с нетерпением ждал этого.
До свадьбы оставалось два дня, нужно было купить Юань Юань несколько комплектов одежды, а также брачное красное одеяло с утками-мандаринками.
А также полный комплект постельных принадлежностей.
***
В день свадьбы.
Вэй Чэн встал затемно, чтобы успеть приготовить многослойный торт с финиками. Ингредиенты были подготовлены накануне, нужно было только сварить финики, смешать их с крахмалом из водяных орехов и готовить слой за слоем на пару.
Процесс занимал некоторое время, но менее чем за два часа всё было готово.
Вэй Чэн заранее попросил Вэй Юаня и тётю Лу прийти пораньше. Ему нужно было приготовить завтрак на несколько человек. Рисовая каша томилась на плите, уже загустела и распространяла аппетитный аромат. Затем он замесил тесто для плоских лепёшек (п\п: жареное тесто во фритюре, похоже на хрустящие пончики), дал ему подойти и стал жарить на горячем масле.
На завтрак была рисовая каша, десять лепешек, маринованная редька, приготовленные за ночь маринованные огурцы и тарелка обжаренной зелени — завтрак был готов.
Ещё не наступил час Чэнь (п\п: 7–9 утра), как тётя Лу, Вэй Юань и Вэй Лэй уже пришли.
— Тётя Лу, Юань-цзы, Лэй-цзы, вы пришли! Ещё не завтракали? Я как раз приготовил.
Во дворе стояли стол и стулья для еды, Вэй Чэн пригласил их сесть.
Вэй Чэн обычно ел во дворе — в доме было темно, а он предпочитал есть при свете.
— Не беспокойся о нас, тётя уже позавтракала перед выходом. Тётя Лу отказалась — она пришла помогать, разве можно есть чужой завтрак?
Вэй Юань был близок с Вэй Чэном и хотел было не церемониться, но его мать уже отказалась, и он мог лишь ворчать про себя: он и правда позавтракал — по дороге съел пол жёсткой лепёшки, но дойдя до окраины города, уже всё переварил.
Он не смел перечить матери, иначе получил бы по голове.
Вэй Лэй был молчалив, он пришёл с Вэй Юанем и ждал, когда скажут, что нужно сделать. Завтрака он не ел — с утра дома не прекращались ругань и крики, завтрак ещё не был готов, и он пришёл с пустым желудком, сейчас определённо был голоден.
— Тётя Лу, я приготовил завтрак на всех, вы обязательно должны поесть. Сказав это, Вэй Чэн позвал Вэй Юаня и Вэй Лэя помочь принести завтрак и, не дав тёте Лу отказаться, зашёл на кухню, чтобы вынести еду.
Вэй Чэн уже был на кухне, и Вэй Юань, не дожидаясь разрешения матери, вместе с Вэй Лэем последовал за ним помочь принести завтрак.
При виде такого обильного стола у Вэй Юаня потекли слюнки.
На обычно невозмутимом лице Вэй Лэя тоже появились эмоции — он проголодался ещё сильнее!
Тётя Лу, глядя на весь этот завтрак, воскликнула:
— Чэн-цзы, ты же встал рано утром, чтобы всё это приготовить! Сегодня ты жених, как же тебе можно было делать эту работу? Скажи, что сейчас нужно делать, тётя сделает. Всё выглядело очень аппетитно.
Тётя Лу закатала рукава и собралась приниматься за работу, но Вэй Чэн остановил её:
— Тётя, не спешите, давайте все сначала позавтракаем.
Тёта Лу хотела отказаться — на самом деле, она впервые видела такой богатый завтрак, и он ей тоже очень нравился, но она получила плату за помощь. Она отказывалась брать деньги, но Вэй Чэн сказал, что иначе наймёт другого, и в итоге ей пришлось взять. Раз взяла деньги, как же можно съесть еще и завтрак?
Вэй Чэн видел, что тётя Лу хочет отказаться. Если она не станет есть, Вэй Юань тоже не станет, а Вэй Лэй последует их примеру. Неужели ему одному придётся съесть все, что наготовил?
— Тётя Лу, если вы не будете есть, я один не справлюсь, а если не съем, придётся отдать прохожим.
— Эй, это...
— Тётя Лу, садитесь есть, а то мне будет неловко есть одному.
Тётя Лу не смогла больше отказываться и села есть вместе со всеми. Вэй Юань и Вэй Лэй сели и сразу начали есть, нахваливая лепешки и мягкую рисовую кашу.
Когда Чэн-цзы так научился готовить?
Вчетвером они доели весь завтрак, чувствуя полное удовлетворение.
Лепешки были ароматными и упругими, рисовая каша — густой и насыщенной, а в сочетании с маринованной редькой, солёными огурцами и зеленью — это было просто объеденье!
Вэй Юань съел больше всех, его живот надулся, он полулежал и не удержался от восклицания:
— Чэн-цзы, ты мастерски готовишь, это так вкусно!
Даже Вэй Лэй, не предъявлявший особых требований к еде — лишь бы наесться — впервые подумал, что еда может быть настолько вкусной.
Тётя Лу ела меньше всех, но этот завтрак был для неё самым изысканным, не хуже, чем в ресторне.
После завтрака тётя Лу сказала, что пора приниматься за работу.
Вэй Чэн отвёл её на кухню и поручил заняться многослойным тортом: нарезать и разложить его по тарелкам, как он нарезал ранее, расставить на полках и присматривать за ним.
Позже должна была прийти мать Вэй, и он не сомневался, что его старшая невестка обязательно зайдёт на кухню и всё осмотрит. Ранее он специально сделал кухонный шкаф, который можно было запирать, как раз чтобы не дать ей рыться на кухне.
В кухонном шкафу хранились рис, мука, мясо и овощи.
Сегодня ему предстояло заниматься свадебными хлопотами, и уследить за кухней он точно не смог бы, поэтому полностью доверил её тёте Лу.
Тётя Лу впервые видела такой прозрачный многослойный десерт и не могла сдержать восхищённого возгласа. Она обещала выполнить всё, что поручил Вэй Чэн.
Другой работы почти не было, разве что по ситуации — тётя Лу не знала, плакать или смеяться: это была самая лёгкая работа в её жизни.
Вскоре партиями доставили продукты для банкета, пришли помощники для приготовления угощений — все из одной деревни с Вэй Чэном. Независимо от того, были ли они знакомы, Вэй Чэн со всеми поздоровался.
Также прибыли мать Вэй и его старшая невестка.
Дальше Вэй Чэну не нужно было ничего делать.
Его старшая невестка, как он и предполагал, зашла на кухню и начала всё осматривать. Увидев, что шкаф заперт, она недовольно заворчала и вышла. В спальню она тоже хотела заглянуть, но это была комната Вэй Чэна, и входить туда было неудобно.
В гостиной стояли конфеты, арахис и семечки. Его племянник, как обычно, увидев их, даже не поздоровался, а просто набил карманы конфетами, арахисом и семечками.
Вэй Чэн сделал вид, что не заметил. В спальне всё было иначе: там лежали арахис, красные финики, пирожные. Он также поручил тёте Лу присматривать за спальней и никого туда не пускать. Перед тем как ехать за фуланом, он отдал ей ключ, а когда вернётся, она должна была заранее открыть дверь.
Приближалось время забрать фулана.
Вэй Чэн был в красном свадебном наряде, статный и полный энергии.
За фуланом ехали на бычьей повозке, покрытой красной тканью и обложенной мягкими подушками. Вэй Чэн правил упряжкой, за ним следовали другие участники церемонии, и все вместе отправилась в деревню Цинхэ.
***
Дом Чжоу.
— Первый взмах гребня — до конца.
— Второй взмах гребня — седина вместе с бровями.
— Третий взмах гребня — полон дом детей и внуков.
(п\п: часть традиционного свадебного ритуала расчёсывания волос (梳頭禮, shūtóu lǐ), который проводится накануне или утром в день свадьбы. Обычно это делает «счастливая женщина» (喜娘) — замужняя дама с благополучной судьбой. При каждом проведении гребня по волосам произносятся добрые поделания. Тут: первое — пожелание долгой жизни и счастливого брака «до самой старости», второе — символ того, что супруги состарятся вместе, до глубокой старости третье — пожелание многочисленного потомства и продолжения рода).
...
Причёску и макияж для гэра в день свадьбы делала опытная деревенская тётя, так называемая «сваха-причёсывальщица».
Чжоу Юань был в ярко-красном свадебном наряде, волосы были наполовину убраны в пучок, украшенный нефритовой заколкой. На лицо нанесли тонкий слой пудры, и когда тетя собралась наложить густой румянец, Чжоу Юань поднял руку, останавливая её.
— Тётя, не нужно румян, и так достаточно!
Чжоу Юань не любил косметику, на свадьбе он мог вытерпеть лишь тонкий слой, но, если бы ему пришлось наносить густые красные румяна на щёки, он бы лучше отказался.
—Чжоу-гэр, так не пойдет. Сегодня твоя свадьба, твой большой день, обязательно нужно немного румян, чтобы выглядеть по-свадебному, ещё красивее.
Чжоу Юань встал, устремив взгляд, и с улыбкой сказал:
— Не нужно, я считаю, что и так хорошо. Спасибо, тётя!
— Это не по правилам... — Без румян лицо будет недостаточно красным.
Она хотела продолжать уговаривать, но вошла мать Чжоу:
— Тётя Хуань, Юань Юань говорит, что достаточно, значит, не нужно.
Раз мать Чжоу сама сказала, тётя Хуань не стала настаивать, произнесла несколько добрых пожеланий и вышла.
Чжоу Цю и Чжоу Муцзы всё это время были в комнате, составляя компанию Чжоу Юаню. Они тихо сидели и наблюдали, как он прихорашивается. Они долго молчали, и теперь, когда макияж был закончен, наконец могли поговорить.
Чжоу Цю, улыбаясь, сказала:
— Юань Юань, ты сегодня просто потрясающий! Мы с Муцзы в полном восторге. В этом красном свадебном наряде и с макияжем ты ничуть не уступаешь лучшей деревенской красавице!
Чжоу Муцзы с завистью сказал:
— Юань Юань, ты так прекрасен! Не знаю, буду ли я в день своей свадьбы таким же красивым, как ты сейчас.
Чжоу Юань в облегающем красном свадебном наряде, с лёгким макияжем, естественным румянцем на щеках, с выразительными глазами, выглядел изящным, стройным, элегантным и великолепным.
Чжоу Юань мягко улыбнулся:
— Муцзы, ты обязательно будешь очень красивым!
Мать Чжоу тоже с улыбкой смотрела на своего сына. Юань Юань выходит замуж! У неё навернулись слезы, на душе было безумно тяжело!
— Мой Юань Юань такой красавец... выходит замуж... мне так не хочется отпускать тебя...
— Мама...
Чжоу Юаню тоже было грустно, его глаза слегка покраснели.
Мать Чжоу наставляла:
— Юань Юань, после замужества в новой семье всё будет иначе, чем дома. Впредь будь прилежным, слушайся своего мужа.
— Да, мама.
— Юань Юань, приехал твой второй дядя, он сейчас снаружи. Хочешь его увидеть?
Семья матери Чжоу заранее передала, что в день свадьбы кто-нибудь приедет. Из всей родни приехал только второй дядя Чжоу Юаня. Раньше, на свадьбы его старших братьев, тоже приезжал один из трёх дядей, но тогда они брали с собой и тётушек.
— Мама, второй дядя приехал! — Дяди хорошо относились к нему и его братьям. Они редко навещали их, и Чжоу Юань очень обрадовался. Как младший родственник, он обязательно должен был его встретить.
Мать Чжоу пошла позвать его в дом.
Поскольку пришёл дядя Чжоу Юаня, Чжоу Цю и Чжоу Муцзы вышли, чтобы подождать жениха во дворе.
Второй дядя Чжоу Юаня был одет в длинную хлопковую рубаху, выглядел на сорок с лишним лет, высокий, черты лица были похожи на госпожу Чжоу.
— Здравствуйте, второй дядя.
— Не виделись целый год, Юань-гэр уже вырос и выходит замуж! Дядя привёз тебе кое-что добавить в приданое. Это подарок от трёх твоих дядей, а это — от бабушки с дедушкой. Желаем тебе в будущем жизни в мире и благополучии! — Второй дядя Чжоу Юаня достал две деревянные подарочные коробки.
Чжоу Юань не знал, брать ли ему, но мать Чжоу с улыбкой приняла их за него:
— Быстрее благодари второго дядю!
— Спасибо дядям, спасибо дедушке и бабушке!
Госпожа Чжоу редко виделась с роднёй и хотела побольше пообщаться со вторым братом, расспросить о делах, о здоровье матери и отца.
— Второй брат, может, останешься на ночь и уедешь завтра утром?
Второй дядя Чжоу Юаня подумал и согласился задержаться:
— Хорошо, сестра. Я сначала выйду, а вы с Юань-гэром спокойно поговорите.
Второй дядя оставил подарки и вышел.
Мать Чжоу поправила одежду на сыне, открыла коробки с приданым от второго дяди: в каждой лежало по золотому браслету с простым узором, шириной около полсантиметра. Два браслета вместе были примерно такого же размера, как тот, что купил Вэй Чэн.
Увидев, что на тонких запястьях сына ничего нет, мать Чжоу спросила:
— Юань Юань, а золотой браслет, который тебе купил Вэй Чэн, почему не надел?
— Мама, не будет ли слишком... вызывающе его надеть? — Коробка с браслетом лежала на столе. Чжоу Юань не хотел его надевать, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Мать Чжоу рассмеялась:
— Глупый мальчик, сегодня твой свадебный день, всё должно быть пышно, чего тут скромничать? Надень браслет, и тот, что от дяди, тоже.
С этими словами она помогла сыну надеть все браслеты: один на левую руку, два на правую.
Чжоу Юань позволил матери надеть их.
Госпожа Чжоу окинула его взглядом и наконец осталась довольна!
Снаружи шум стал ещё громче!
В комнату донёсся радостный голос свахи Чжан:
— Жених приехал за невестой!
http://bllate.org/book/13343/1186734
