И вот, только переступив порог и увидев еду в доме Ли, а также то, как Ли Шао любит Чжао Е, она окончательно убедилась, что пришла не зря.
Тут же она расплакалась и начала причитать:
— Е-гэр, ты не представляешь, какая стерва твоя невестка! Она хочет управлять всей нашей семьёй Чжао! Подстрекает твоего брата разделить семью! Для чего мы её только взяли, эту смутьянку, а-а-а...
Внезапные рыдания матери Чжао застали Чжао Е врасплох. Хотя невестка и была вспыльчивой, острой на язык, любила сплетничать и тащила в свою комнату всё, что плохо лежало, но почему она вдруг затеяла раздел семьи?
— Мама, что случилось? Почему невестка хочет разделить семью? Что сказал старший брат?
— Твой старший брат слушает эту стерву! Женился и забыл о родителях! Е-гэр, ты так не поступай! Твой отец её усмирил, мы ещё живы! Если она посмеет ещё устраивать сцены, велю старшему выгнать её и взять новую жену, более покладистую!
— Мама, что за разговоры о разводе? Невестка замужем за старшим братом столько лет, двоих детей родила, не говори так. Кстати, ты так и не сказала, почему невестка хочет разделить семью?
Услышав это, мать Чжао прекратила ругаться и сказала:
— Е-гэр, твой третий брат вернулся, ты знаешь?
— Знаю. Разве он не сдал?
Мать Чжао не любила такие слова.
— Что за слова, Е-гэр! Твой третий брат в этот раз не сдал, но только потому, что не хватило денег на связи! Ты не понимаешь всех этих хитросплетений!
— Когда твой третий брат сдаст, наша семья разбогатеет! Получит повышение! Вся семья будет жить в роскоши, не работать, а слуги будут нас обслуживать! А эта стерва Сунь Цзяо видит только сиюминутные выгоды! Не хочет, чтобы твой третий брат учился в городском училище! Говорит, мол, не смей трогать их деньги! Пфу! Её деньги? Какие её? Все деньги — семьи Чжао...
Видя, что она снова начала ругать невестку Сунь Цзяо, Чжао Е по отрывкам фраз понял, в чём дело. Все эти годы семья затягивала пояса, и все деньги уходили на учёбу Чжао Сювэня в городе. Хотя на самом деле, разве нужно столько денег?
Многие из бедных семей и учились, и работали в поле, и всё равно сдавали на сюцая. А их обычная крестьянская семья растила Чжао Сювэня, словно городского господина. На этот раз он не сдал, и, видимо, старшие брат и невестка наконец не выдержали и взбунтовались.
Наругавшись всласть, мать Чжао вспомнила о своей цели. Она взяла Чжао Е за руку и сказала:
— Е-гэр, твой отец теперь говорит, что не даст денег Сювэню. Но мать не может позволить ему свернуть с пути! Я подумала, раз у зятя есть деньги, вашей семье эти небольшие средства погоду не сделают. Дай мне десять лянов! Когда твой третий брат сдаст, он станет твоей опорой!
— Десять лянов? Мама, у меня нет десяти лянов!
Хотя в семье и были деньги, но сейчас строился дом из синего кирпича, всё остальное тоже было лучшего качества, плюс ежедневные расходы на рабочих. Предварительные подсчёты после завершения строительства и закупки всего необходимого составляли двести-триста лянов.
Сейчас в семье не было постоянного дохода, только траты. А насчёт вина, которое он варил, ещё неизвестно, получится ли оно.
К тому же, все деньги принадлежали брату Ли. Ранее на его свадьбу потратили пятнадцать лянов, а он не принёс ни гроша приданого. Как он теперь посмеет просить у него денег? Мама даже не думала о том, как неловко ему будет перед братом Ли, если он попросит эти деньги.
Услышав отказ Чжао Е, мать Чжао разозлилась:
— И осла купили, и дом строите, а денег нет? Украшения на тебе, хорошая одежда — одна эта одежда стоит больше десяти лянов! Похоже, ты, выйдя замуж за хорошую семью, смелости набрался и уже не слушаешь мать!
— Мама, ты жалеешь третьего брата, но я тоже твой ребёнок! Он с детства учится, сколько денег семьи за эти годы потратил? Все мои свадебные деньги забрал, а я не принёс ни копейки приданого! В любой другой деревенской семье девушке или гэру было бы стыдно поднять голову! Но мой муж не таков, он любит и лелеет меня! Я не могу брать его деньги, чтобы бросать их в бездонную бочку!
Мать Чжао, видя, что обычно робкий Чжао Е сегодня осмелился спорить с ней, в ярости застучала по столу:
— Хорошо, хорошо, хорошо! Ты и вправду стал смелее! Спрашиваю в последний раз: дашь деньги или нет? Если нет, значит, у меня нет такого сына! И никогда больше не возвращайся в семью Чжао!
— Когда твой третий брат сдаст, разве он не станет твоей опорой? У этого Ли Шао столько денег, а ты не красавец, в будущем он обязательно женится снова! Родная семья — вот твоя опора!
В этот момент Ли Шао, который не мог больше слушать, распахнул дверь и вошёл. Он притянул Чжао Е к себе и, глядя сверху вниз на мать Чжао, сказал:
— Тёща, если ты пришла в мой дом посидеть, поговорить с Е-гэром по душам — я рад. Но если ты будешь его обижать...
— Кроме того, в моём сердце Е-гэр — мой единственный супруг. Никаких других девушек или гэров мне не нужно. Прекрати в будущем сеять раздор в наших отношениях, иначе я с тобой не буду больше церемониться.
Глядя на смуглое напряжённое лицо Ли Шао и его серьезный взгляд, мать Чжао даже побоялась закатить сцену и слабо протестовала, обращаясь к Чжао Е:
— Е-гэр, и ты смотришь, как твой муж разговаривает с твоей матерью!
Чжао Е поднял голову из объятий Ли Шао, успокаивающе погладил его по руке, давая понять, что с ним всё в порядке, и сказал матери Чжао:
— Мама, у меня правда нет денег. Если ты не хочешь, чтобы я возвращался домой, значит, я не вернусь.
Сказав это, он снова уткнулся в грудь Ли Шао.
Ли Шао низким голосом произнёс:
— Тёща, ты слышала слова Е-гэра. Прошу, уходи. Ты нежеланный гость в моём доме. И чтобы я больше никогда не слышал, как ты ругаешь Е-гэра, иначе не знаю, что я сделаю.
Взглянув в его глаза, мать Чжао на мгновение почувствовала, что Ли Шао не блефует — он убьёт её. В испуге она бросилась прочь, приговаривая:
— Ладно, ладно, ладно! С этого дня у меня нет такого сына! Посмотрим, как хорошо ты заживёшь! Только не приползи ко мне когда-нибудь умоляя о помощи!
Когда мать Чжао ушла, Ли Шао подхватил Чжао Е на руки, усадил на кровать и тихо сказал:
— Е-гэр, не расстраивайся. В будущем муж будет любить и лелеять тебя вдвойне. Тебе не нужна чужая любовь, а мне тебя достаточно. — Хотя ему и было больно от ран, нанесённых матерью Чжао Е-гэру, но при мысли о том, что тот теперь сможет полагаться только на него, Ли Шао невольно стало хорошо на душе.
Чжао Е кивнул:
— Хотя я с детства знал, что отец с матерью больше всего любят третьего брата, а меньше всего — меня, но всё равно мне больно. Раньше ради третьего брата они хотели продать меня старику в наложники, а теперь... Муж, ты ведь не бросишь меня в будущем?
Ли Шао поднял руку и легонько стукнул Чжао Е по голове:
— Опять говоришь глупости! Как я могу тебя бросить? Даже если однажды ты сам не захочешь меня, я всё равно не оставлю тебя. Я свяжу тебя и буду держать рядом с собой. Даже в день смерти мы ляжем вместе, и будем навсегда неразлучные.
Эти страстные слова заставили сердце Чжао Е трепетать. Он обвил шею Ли Шао руками и принялся целовать его губы, словно клюющий зёрнышки цыплёнок:
— Муж, я так тебя люблю, так люблю!
— Это ты сам напросился, на этот раз не умоляй о пощаде... — Раз уж его гэр так его дразнит, если он сейчас не проявит себя, то не мужчина будет! Он повалил Е-гэра на кровать.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/13322/1185207
