Генерал Чжао пронёсся верхом через убогую деревню, и с каждым ударом копыт его коня в воздух взметались брызги грязи и нечистот.
Он был главой гарнизона — на него и сыпались ненавидящие взгляды жителей. Из темноты покосившихся хижин доносились шёпот и проклятия, но Чжао лишь холодно усмехался, не снижая хода. Его лицо, словно высеченное из камня, не выдавало ни тени сомнения. Вид у него был поистине грозным: волосы, стянутые в высокий хвост, украшала единственная золотая шпилька, знак его ранга. Доспехи, чёрные, с серебряными прожилками, будто поглощали свет, окутывая генерала зловещим сиянием, а алый плащ, ниспадающий с мощных плеч, колыхался, как языки пламени. Казалось, этот плащ был окрашен кровью.
«Мой сын… Моему сыну всего пятнадцать, вы мерзавцы! Он же ребёнок!»
«Мой муж работает в поле, у него больная нога!»
«Пожалуйста, не забирайте отца!»
Дети, девушки, женщины, старухи — все они рыдали, толпясь перед гарнизоном. Матери оплакивали сыновей, жёны — мужей, а дети — отцов.
Но другого выбора не было. Чтобы защитить страну, генерал забирал всех, кто мог хоть как-то держать оружие, будь то даже дети или калеки.
С безразличным лицом он покинул деревню, забрав с собой около пятидесяти человек. Стенания женщин преследовали ушедших до самых лесистых холмов.
Генерал натянул поводья и посмотрел вдаль. Впереди было ещё много деревушек, посёлков и весей. Его сердце должно было оставаться холодным и твёрдым — чтобы защитить других и не потерять себя.
http://bllate.org/book/13311/1183846
