Глава 136. № 043, умственная отсталость
Похоже, на этот раз инстансом должна быть некая психиатрическая больница.
Вырваться изнутри смирительной рубашки было невозможно, и Вэнь Цзяньянь быстро отказался от бессмысленных попыток.
Он повернул голову и посмотрел за железные решётки.
В пределах его поля зрения была кромешная тьма, автобус, наполненный неприятными запахами и бессмысленным шумом, трясся и двигался вперёд в ночи по совершенно неразличимой дороге.
Вэнь Цзяньянь отвёл взгляд от окна и оглядел автобус.
Поскольку его тело и шея были надёжно закреплены, поле его зрения было очень узким. Он не мог видеть автобус в целом и не мог определить, кто из них был его товарищами по команде.
Он думал, что Хуан Мао будет легче всего распознать, но…
Вэнь Цзяньянь оглядел разноцветные головы вдалеке и не смог удержаться от вздоха.
Неожиданно оказалось, что людей с волосами чёрного цвета в этом салоне меньше всего.
Прошло время, вибрации двигателя утихли, автобус медленно остановился и двери открылись.
Смех, бормотание, ругательства и крики наполняли воздух, когда пациентов, одетых в смирительные рубашки, одного за другим поднимали с их мест и изгоняли из автобуса, словно домашний скот.
Вэнь Цзяньянь шёл вместе с потоком людей по направлению к задней части автобуса.
В густой чернильной темноте перед его взором предстало ветхое серовато-белое здание. Это было остроконечное готическое сооружение с огромным крестом на вершине. Оно выглядело довольно старым, а его площадь казалось большой. Облупившиеся стены были покрыты зарослями плюща. Каждое окно выглядело необычайно узким и было загорожено обшарпанными железными решётками.
Вскоре в здание загнали всех душевнобольных.
Вэнь Цзяньяня толкали и пихали вперёд, а он на ходу быстро анализировал сложившуюся ситуацию.
Этот инстанс сильно отличался от предыдущих.
Во-первых, поскольку они были психически больными, их диапазон движений и контакт с предметами был сильно ограничен, что делало практически невозможным пользование телефоном, как в предыдущих случаях.
Другими словами, будь то обмен очков или форма инстанса, могут произойти некоторые существенные изменения.
При взгляде через вход вестибюль больницы казался просторным и жутковатым, в воздухе витал неприятный запах дезинфицирующего средства.
Недалеко виднелся длинный тёмный коридор, а в его конце находилась комната для занятий.
Из-за железных решёток доносилась оживлённая и лёгкая музыка, а сквозь узкие щели можно было увидеть множество фигур в бело-голубых больничных халатах.
Некоторые люди стояли вплотную к железным решёткам, черты их лиц были глубоко искажены, а безумные глаза устремились к медленно продвигающейся очереди. Эти больные издавали жутковатый и игривый смех.
— Бля, это слишком пугает, — заговорил с затянувшимся страхом ведущий, идущий рядом с Вэнь Цзяньянем, отведя взгляд.
Вэнь Цзяньянь взглянул на него, не меняя выражения лица.
Судя по тому, что он сейчас наблюдал, в этом инстансе было довольно много ведущих. Среди психически больных, которых на этот раз вытащили из автобуса, почти половину составляли ведущие. В противном случае процессия не прошла бы так гладко.
Вышла женщина, похожая на старшую медсестру. Лицо её было плоским и безжизненным, а глаза лишены всякого выражения. Она быстро осмотрела новых пациентов, поступающих в учреждение, и сказала:
— Сначала отведите их на чистку, а потом, как закончите, зарегистрируйте.
— Чистка? Они планируют заставить нас принять душ? — пробормотал один из ведущих.
— Кажется так.
Вэнь Цзяньянь: «……»
У него было зловещее предчувствие.
Пациентов в смирительных рубашках раздели догола и насильно затолкали в душевую.
В ванной комнате на стенах осыпалась плитка, а по полу текла вода с нечистотами. Удобства внутри были убогими: отсеки оказались настолько узкими, что развернуться было практически невозможно. Из душевых леек под высоким давления подавалась ледяная вода, и санитары грубо и жестоко обмывали ею тела пациентов.
Вэнь Цзяньянь стиснул зубы и слегка наклонил голову, чтобы выдержать болезненное ощущение от мощного потока воды, хлещущего по коже.
Интенсивные струи воды оставили мучительные красные следы на его светлой коже, а с мокрых чёрных волос капала вода, придавая ему особенно жалкий вид.
В комнате прямой трансляции «Честность превыше всего»:
[!!!]
[О боже мой, этот инстанс… действительно играет по-крупному!!]
[Бля, каждый раз, когда это происходит, я начинаю ненавидеть «систему гармонии» Кошмара!]
[Почему камера не может опуститься ниже, почему?!]
После грубой «чистки» всем выдали одежду пациентов психиатрической больницы в сине-белую полоску. Вэнь Цзяньянь быстро надел её и умело засунул небольшой осколок зеркала в шов халата. Хотя снаружи на нём была смирительная рубашка, одежда под ней была той же, что они носили, когда вошли в инстанс.
Когда с него сняли смирительную рубашку, Вэнь Цзяньянь быстро достал из кармана осколок зеркала и незаметно спрятал его в ладони.
Ведь этот предмет нельзя было хранить в системном рюкзаке, и если бы он потерялся, то восстановить его было бы невозможно.
Мокрые пациенты выстраивались в ряд и дрожали, выходя из душевой под присмотром санитаров с электрическими дубинками.
Вэнь Цзяньянь воспользовался возможностью оглядеться вокруг.
Вскоре в поле его зрения появились две знакомые фигуры.
Ближе всего к нему был Хуан Мао, чьи яркие светлые волосы после намокания стали коричневыми и прилипли к лицу. Он выглядел как жалкая промокшая собака.
У Хуан Мао было лучшее зрение, и было очевидно, что он заметил Вэнь Цзяньяня раньше. Когда он увидел, что Вэнь Цзяньянь смотрит в его сторону, его глаза загорелись. Если бы рядом с ним не стоял здоровенный санитар, Вэнь Цзяньянь не сомневался, что этот парень подпрыгнул бы и помахал ему рукой.
И метрах в семи-восьми позади Хуан Мао…
Шёл Су Чэн.
Он держал голову опущенной, медленно двигаясь в очереди, мокрые волосы закрывали бледное лицо, из-за чего было трудно различить его выражение.
Вэнь Цзяньянь слегка нахмурился.
В этот момент перед всеми вновь появилась старшая медсестра с папкой.
Пока она шла, женщина записывала информацию из своей папки и строгим тоном называла номер каждого человека. Санитары позади неё раздали каждому пациенту браслеты с присвоенными номерами.
— …Номер 039, параноидальная шизофрения.
— …Номер 040, гендерная дисфория.
— …Номер 041, биполярное расстройство.
— …Номер 043…
Медсестра остановилась перед Вэнь Цзяньянем. Её холодный и бесстрастный взгляд на мгновение задержался на нём, и она сказала:
— Умственная отсталость.
Вэнь Цзяньянь: «……»
В комнате прямой трансляции «Честность превыше всего»:
[Ха-ха-ха!]
[Это весело! Его заклеймили как умственно отсталого!]
[Ха-ха-ха, я сильно подозреваю, что инстанс сводит с ним счёты!]
[Я сейчас сдохну от смеха, ха-ха-ха-ха!]
Санитар подошёл и надел на запястье Вэнь Цзяньяня бумажный браслет, на котором были указаны его номер и психическое заболевание.
В тот момент, когда браслет был надет, в ушах Вэнь Цзяньяня раздался знакомый системный звук:
[Добро пожаловать, в инстанс A-уровня «Психиатрическая лечебница Пинъань». Этот инстанс подпадает под тип накопления очков и не ограничен по времени!]
Тип накопления очков?
Вэнь Цзяньянь на мгновение был ошеломлён, пытаясь найти в своих воспоминаниях соответствующую информацию.
Хотя он раньше не сталкивался с инстансом такого типа, благодаря своим недавним исследованиям у него было общее представление о его механизме работы.
В этом инстансе случайные задачи распределялись без различия между основными и дополнительными, но вознаграждение в виде очков варьировалось. После выполнения задач очки накапливались, и при достижении определённого их количества прохождение автоматически засчитывалось.
Выбор более простых задач означал более медленную скорость прохождения инстанса, тогда как выбор более сложных приводил к быстрому прогрессу.
[Когда накопленные очки достигнут 10 000, инстанс будет автоматически завершён.]
Бумажный браслет мигнул, на нём появилось несколько строк плотно набитого мелкого текста:
[Удостоверение личности]
Имя: Вэнь Цзяньянь
Возраст: 24
Профессия: Ведущий прямого эфира «Кошмар»
Соответствующий сюжет: Помещён в психиатрическую лечебницу Пинъань для стационарного лечения в связи с умственной отсталостью.
[Распределение времени выживания завершено.]
Кроваво-красный обратный отсчёт начался: [5:00:00]
В следующую секунду Вэнь Цзяньянь увидел на краю поля зрения небольшую панель задач.
[Основное задание: Пройти в назначенную вам палату.]
Будучи умственно отсталым пациентом не представлявшим никакой угрозы, Вэнь Цзяньянь не был снова закован в смирительную рубашку. Он спокойно проследовал за очередью и добрался до одноместной палаты на третьем этаже.
Скрип…
Ржавая железная дверь закрылась за Вэнь Цзяньянем с громким лязгом.
В тот момент, когда он переступил порог палаты, он услышал знакомый звук системного уведомления:
[Динь! Поздравляем ведущего с завершением миссии: пройти в назначенную вам палату.
Награда: 200 очков]
Вэнь Цзяньянь опустил глаза, глубоко задумавшись. Основная миссия была выполнена быстро, но неизвестно сколько времени потребуется при такой скорости, чтобы накопить десять тысяч очков.
После выполнения первого задания панель задач снова обновилась:
[Основное задание: Провести ночь в комнате.]
[Выпущено промежуточное задание: Провести ночь в изоляторе.]
В этот момент Вэнь Цзяньянь услышал шум, доносившийся снаружи через узкое окно в двери. Казалось, какой-то психически больной впал в ярость и попытался отобрать электрическую дубинку у одного из санитаров, вызвав хаос в коридоре.
Крики, смех, шаги и вопли смешивались вместе, разносясь в узком полутёмном коридоре.
З-з-з-з-з-з-з…
Раздался звук ударов электрическим током.
Тело доставляющего неприятности психически больного обмякло и рухнуло на пол. Как только он увидел лицо этого человека, сердце Вэнь Цзяньяня сжалось.
Сумасшедший, пытавшийся отобрать дубинку…
Это был Су Чэн!
Глаза Су Чэна закатились, рот перекосился, и ему сделали укол успокоительного в шею, в результате чего он отключился.
— Отправьте его в изолятор, — холодно приказала старшая медсестра, поправляя растрёпанную одежду.
Вэнь Цзяньянь стиснул зубы. На этот раз он был абсолютно уверен, что это дело рук гильдии Оракул: она отправляла ведущих в инстансы, а затем заставляла их действовать там безрассудно. Чтобы убить кого-то, не было более простого и быстрого способа.
— Эй, эй!
Вэнь Цзяньянь с силой ударил ладонью по железной двери, пытаясь привлечь внимание сотрудников.
Он пнул дверь ногой, демонстрируя безумную агрессивность, надеясь, что и его тоже запрут:
— Я не сумасшедший! Если посмеете, заберите и меня!
Бах!
Санитар ударил по двери концом электрической дубинки:
— Тихо.
Они продолжали уносить потерявшего сознание Су Чэна.
Вэнь Цзяньянь уставился на удаляющиеся фигуры и сердито стиснул зубы.
Твою мать, так больше не может продолжаться. Учитывая нынешнее состояние Су Чэна, если его поместят в изолятор, он почти наверняка умрёт.
В этот момент в его голове пронёсся образ, который он видел ранее…
Крест, висевший в центре вестибюля.
Христианское украшение на шее санитара.
«Номер 040, гендерная дисфория».
Когда медсестра произнесла эти слова, на её каменном лице промелькнул явный намёк на отвращение.
Вэнь Цзяньянь прищурился.
Он знал, что в прошлом столетии гомосексуальность какое-то время называли «гендерной дисфорией» и классифицировали как психическое заболевание.
После недолгого молчания он снова повысил голос:
— Эй, красавчик с чёрными волосами спереди, твоя задница действительно заманчиво оттопыривается. Могу поспорить, что там ты тоже очень большой, да?
Шаги санитаров замедлились, и они повернулись, чтобы посмотреть в его сторону, их лица исказились от отвращения.
Шанс есть.
На губах Вэнь Цзяньяня заиграла озорная ухмылка.
— Разве ты не знаешь? Мне нравятся мужчины.
Вэнь Цзяньянь прислонился всем телом к железной двери, прижавшись щекой к холодным металлическим решёткам. Уголки его глаз были подняты, и янтарные глаза мерцали демоническим светом между светом и тенью:
— Хочешь зайти и развлечься?
Хлоп.
Обмякшего Су Чэна грубо швырнули на пол, а к нему с суровыми лицами подошли двое санитаров. Они подняли электрические дубинки и пропихнули их через решётку.
— Заткнись, если не хочешь ощутить боль… — предупредил один из них.
— Разве ты не понимаешь, о чём я говорю? — молодой человек засмеялся.
Он поднял глаза, соединил кончики указательного и большого пальцев и многозначительно поводил по электрической дубинке вверх и вниз.
— Тогда я объясню понятнее.
Вэнь Цзяньянь наклонился, его глаза горели страстным огнём, что было одновременно и искушением, и провокацией.
Его голос был нежным, а слова ясными, но грубыми до вульгарности:
— Мне нравятся мужские члены и задницы.
_____________________
Автору есть что сказать:
«Я умею провоцировать людей».
http://bllate.org/book/13303/1183386
