— О чем вы спорите среди ночи?
Тонкий и сердитый женский голос внезапно донесся сверху.
Не Цзя поднял голову и его глаза расширились от удивления. На втором этаже рядом с лестницей стояла благородная, но полная гнева женщина, мать Янь Су. Не Цзе был удивлен внешностью Ань Ны, так как она была копией его матери, которая умерла, когда он был еще маленьким.
Мэн Цянь поправил свою позицию, скрывая прежнюю агрессию, и встал рядом с Цзян Яном как послушный перепел на берегу реки.
— Тетя Ань На, я только спросил Янь Су о состоянии моего дедушки.
— Спросил о чем? Ситуация с твоим дедушкой такова, что ни одна больница в Китае не была готова лечить его. Кроме того, врачу не разрешено делать операцию пациенту, к которому он может испытывать личную неприязнь. Это ты просил Цзян Яна, чтобы Сусу сделал операцию. Период восстановления еще даже не прошел, о чем тут спрашивать!
Она вздохнула:
— Цзян Ян, Мэн Цянь не может этого понять. Я могу понять, почему Мэн Цянь ведет себя так, но ты — наследник семьи Цзян, имей немного такта! Собираешься ли ты пересечь реку и снести мост, чтобы публично выставить семью Цзян на посмешище?
Ань На, подняв бровь, посмотрела на пасынка.
Мэн Цянь молча стиснул зубы. Как он мог игнорировать вопиющее пренебрежение к нему в голосе Ань Ны?
— Тетя Ань, пожалуйста, не сердитесь. Мы с Мэн Цянем всего лишь беспокоились о состоянии дедушки.
Цзян Ян все еще уважает мачеху Ань Ну. Пока она не выходила за пределы Цзян Яна, он все еще уважал ее как старшую.
— Если вы беспокоитесь о состоянии дедушки, почему вы не пошли в больницу и не проверили его сами? Вам не нужно было искать Сусу.
Ань На предупреждающе просмотрела на Мэн Цяня и отвернулась:
— Сусу, иди за мной в кабинет.
В прошлом Ань На мало общалась со своим пасынком. Ведь когда она вошла в семью Цзян, Цзян Яну было уже шесть лет. Кроме того, он был старшем сыном семьи. Ань На была только мачехой, так какое у нее было право воспитывать наследника семьи Цзян? Их отношения были вежливыми, но не совсем близкими. Пока они не наступали друг другу на пятки, все было в порядке. Однако сегодня Ань На нагло проявила свой гнев.
Цзян Ян понимал, что это была просто мать, защищавшая своего сына, в конце концов, отношения между ним и Мэн Цянем были довольно плохими, и ему было действительно все равно.
Не Цзя чувствовал себя немного странно. Его пальцы напряглись, когда он сузил глаза. Ань На была копией его матери. Он передал свой багаж дворецкому, направился в кабинет и постучал в дверь.
— Заходи и обязательно закрой дверь, — прозвучал дрожащий голос.
Не Цзя вошел и увидел, как Ань На стояла у окна, сложив руки, молча и сердито смотря на ночь за окном.
— Мама? — хрипло произнес он, его сердце сжалось, когда он посмотрел на спину Ань Ны. Как будто его мать действительно вернулась к жизни.
Ань На обернулась, все ее тело слегка дрожало. Ее глаза напряглись, когда она мрачно сказала:
— Сусу, твой отчим… он…
Изначально сердце Ань Ны было разбито из-за отца Янь Су, Янь Юя. После замужества на Цзян Чжаолине она решила, что наконец-то нашла хороший дом. Однако спустя более двадцати лет ее снова предали.
Не Цзя уже знал об этом и подошел, чтобы помочь ей сесть.
— Да, он обманул тебя. Ты знаешь только о том, что он изменяет? Незаконнорожденный ребенок Цзян Чжаолиня уже учится в старших классах.
— Что?!
Ее глаза тут же округлились. Она даже не сомневалась в словах своего сына, и вскоре все ее тело начало дрожать от гнева.
— Он уже учится в старшей школе… Как мог Цзян Чжаолинь так поступить? Цзян Чжаолинь, ты действительно достоин меня!
— Его незаконнорожденный ребенок — это то, о чем даже Цзян Ян не знает. Поэтому ты можешь быть уверена, что Цзян Чжаолинь не сможет привести женщину и незаконнорожденного ребенка в этот домой и признать их, тебе не о чем беспокоиться.
Тщательно ухоженные ногти Анны впились в ладони:
— Мне все равно, если он приведет их в дом, чтобы повлиять на мои интересы. Я злюсь, Сусу, ты знаешь, как сильно болит мое сердце сейчас?! Этот ублюдок может сегодня стоять на ногах только благодаря мне. А он еще осмелился изменять и содержать другую семью!
— Мама, как только ты разведешься, как насчет того, чтобы мы отправились в кругосветное путешествие?
Не Цзя мягко коснулся спины своей матери, уговаривая ее выпустить пар:
— Или с ним слишком трудно расстаться?
— С кем мне трудно расстаться?! Я просто раздражена!
Ань На потянула сына за руку и снова начала расслабляться:
— Когда ты был маленьким, Цзян Чжаолинь исчерпал почти все ресурсы своей семьи, они были на грани банкротства! Если бы не мое приданое, об этой семье даже никто бы и не говорил.
Она сжала костяшки пальцев.
— И все же этот старый ублюдок! Он не только не выразил никакой благодарности, но и осмелился изменять и завести другую семью. Расторжение брака? Ха! Еще чего! Я не оставлю его с луком и стрелами, нет! Я лучше умру от злости, чем и дальше буду так жить!
Не Цзя поднял брови и осознал, что Ань На была скорее злой, чем грустной. Фактически, все ее горе исчезло, как только она немного поговорила с ним. Остался только гнев от предательства.
— Мама не сердись так, это только навредит твоему здоровью. Твой сын поможет тебе. Подумай, прямо сейчас ты владеешь тремя процентами акций семьи Цзян? Продай их, а именно инженерные акции Pacific Cable, они очень ценны. Если ты хочешь уехать, я могу организовать для тебя кругосветное путешествие. Но если ты хочешь увидеть шоу и выдержишь свое проживание здесь, я могу поклясться, что Цзян Чжаолинь скоро будет просить у тебя прощения. — Не Цзя улыбнулся.
Ань На посмотрела на сына и засмеялась. Она почувствовала себя более комфортно, на сердце стало намного легче. Хотя муж ее предал, у нее все еще был сын. Ань На с беспокойством сказала:
— Если тебе нужны деньги, у меня их достаточно, тебе не нужно продавать акции семьи Цзян. Не будь импульсивным, делая что-то возмутительное. Дедушка Мэн Цяня до сих пор еще не проснулся, поэтому он с Цзян Яном одинаково с подозрением относятся к тебе.
Не Цзя успокоил ее и сказал:
— У меня достаточно денег. Я только прошу тебя побыстрее их продать, прежде чем они потеряют свою ценность.
Ань На взглянула на него, слегка нахмурив брови. Янь Су был отправлен за границу, когда ему было шестнадцать, и прошло всего два года с тех пор, как он вернулся. Она всегда чувствовала себя виноватой за то, что пропустила этот критический период жизни своего сына: от подростка до юноши. И сегодня это чувство усилилось из-за предательства Цзян Чжаолиня. Поэтому она больше не заботилась о каких-либо акциях. Она подумала, что лучше вообще не иметь никаких отношений с семьей Цзян.
— Пока ты не делаешь ничего противозаконного, мама всегда поддержит тебя.
Улыбка ее сына постепенно успокоила раздутый гнев Анны.
— Ты можешь быть уверенна. — Не Цзя снова улыбнулся ей.
http://bllate.org/book/13191/1175909
