Услышав этот звук, Чу Синлинь подумал, что у Гу Хуаня снова начался бунт ментальной силы, и немедленно спустился со второго этажа.
Он приказал искусственному интеллекту включить свет.
После того, как свет был включен, мужчина увидел, что Гу Хуань спокойно положил голову на холодильник, и почувствовал, что все немного отличается от того, что он себе представлял.
Маленький робот прошел мимо ног Чу Синлиня и быстро убрал валяющиеся на полу осколки. Увидев движение робота и кусочки стекла, которые тот собрал, мужчина сразу понял, что Гу Хуань, скорее всего, случайно выпил его алкоголь.
Дело не в том, что он не знал о слабой переносимости Гу Хуаня к выпивке.
Ему было достаточно одного глотка пива, чтобы опьянеть, не говоря уже о вине с более высоким содержанием алкоголя. Уже было неплохо, что он все еще мог стоять здесь.
Чу Синлинь подошел и похлопал Гу Хуаня, прислонившегося к холодильнику.
— Гу Хуань, очнись.
Как только мужчина похлопал молодого человека по плечу, тот обернулся и обнял его.
Хотя мужчина дважды обнимал Гу Хуаня, он не мог не почувствовать себя немного скованным, увидев такую активность с его стороны.
Обнимая эту твердую и широкую спину, генерал удовлетворенно сделал два глубоких вдоха густого альфа-феромона и тихо пробормотал:
— Наконец-то я нашел тебя, принц.
Чу Синлинь: «…»
Да, он действительно принц.
Но Чу Синлинь чувствовал, что принц, о котором говорил Гу Хуань, не имел ничего общего с его настоящей личностью.
После того, как светловолосый альфа издал легкое «мм», он сказал:
— Ты пьян. Я собираюсь отправить тебя обратно в твою комнату прямо сейчас.
Гу Хуань невнятно отрицал это.
— Я не... не пьян.
Пьяницы любят так говорить. Чу Синлинь наклонил голову и спросил:
— Если ты не пьян, тогда ты помнишь, кто ты такой?
Черноволосый генерал бесстрастно моргнул, словно проверяя, достоин ли человек, произнесший эти слова, его доверия.
Думая, что этот человек — принц, он принял решение. Он встал на цыпочки, прижался влажными губами к уху собеседника и прошептал свой секрет.
— Я... русал.
Чу Синлинь: «...»
Красавчик, ты достаточно привлекателен, но ты не принадлежишь к тому же виду, что и русалки.
Чу Синлинь не хотел расстраивать пьяного человека, поэтому ничего не ответил.
Но Гу Хуань все еще был чувствителен к недоверию собеседника, поэтому схватил его за руку.
— Не веришь? Посмотри на мои туфли...
Генерал потянул Чу Синлиня за собой, и тот посмотрел на его военные ботинки.
— Я вижу.
— Это... Здесь мокро, потому что я только что сошел на берег.
Чу Синлинь многозначительно промолчал в ответ.
Это была вода, которой поливали цветы, и вино, пролитое из только что откупоренной бутылки вина.
Но в глазах пьяного Гу Хуаня это было неопровержимым доказательством того, что он был русалом.
Конечно, Чу Синлинь знал, что он не может быть серьезным с пьяным человеком, поэтому не стал опровергать, просто слушая, как Гу Хуань разговаривает сам с собой заплетающимся языком.
— Я хочу пойти куда-нибудь, где есть вода... Здесь так сухо.
— Но я еще не могу ходить, ты можешь меня понести?
Чу Синлинь проследил за направлением, в котором указывал молодой человек, и снова посмотрел на его ноги.
Думая о том, как когда-то эти ноги в смертельном ударе пинали людей, он почувствовал, что описание «не могу ходить» слишком сильно отличается от его воспоминаний.
Но он не упустил бы возможности, когда Гу Хуань проявил инициативу, чтобы сблизиться с ним.
— Тогда я понесу тебя, — он кивнул, схватил генерала за ноги, просунул руки ему под колени и, поддерживая спину, обнял его.
Держа на руках взрослого человека, Чу Синлинь, который находился в хорошей физической форме, передвигался все еще достаточно быстро.
На одном дыхании Гу Хуаня отнесли в хозяйскую спальню на втором этаже.
Поскольку генерал хотел понежиться в воде, а в главной спальне на втором этаже была самая большая ванная комната, Чу Синлинь принес его именно туда.
Когда Чу Синлинь поднимался наверх, у него не было отдышки, но он глубоко вздохнул, помогая Гу Хуаню переодеться и положив его в воду.
Молодой человек прислонился к ванне, оперевшись на ее край, его лицо раскраснелось от пара, но в голове все еще было сумбурно.
Он посмотрел на занятого принца, который показался ему знакомым, но забыл, где он мог его видеть.
Если бы Гу Хуань все еще был в сознании, то мог вспомнить, что когда у него в прошлый раз была течка, именно Чу Синлинь находился рядом с ним.
Чу Синлинь прислонился к внешней стенке ванны, оказавшись спиной к Гу Хуаню, и не обращал внимания на этикет. Он оперся одной рукой на согнутую ногу, скрывая свою реакцию.
Когда он только что переносил этого человека, то изо всех сил старался быть джентльменом, но все равно не мог не почувствовать некоторого волнения.
Прислушиваясь к звуку плещущейся воды, мужчина даже мог представить, как Гу Хуань лил воду на его «вероятно, неспособные ходить» ноги.
Его горло невольно сжалось, и молодой и энергичный альфа смог унять свой порыв, только прижавшись к холодной стенке ванны.
Черные волосы прилипли к белой спине, и при свете казалось, будто чернильная ручка плавно скользит по листу белой бумаги, выводя двусмысленные линии и очерчивая железы.
После того, как Гу Хуань вдоволь намок, он повернулся и очень активно развел руками.
Чу Синлинь послушно заключил его в объятия.
Халат на Гу Хуане был сшит из нового быстросохнущего материала. Это не позволяло ему промокнуть.
Всю дорогу до кровати его пронесли на руках.
Стоя в изголовье кровати, Чу Синлинь медленно опустил человека.
К счастью... Оглядываясь назад, Гу Хуань не просил поцелуя, иначе Чу Синлинь действительно боялся, что не сможет удержаться и съест его.
Он помог молодому человеку подоткнуть одеяло, пока тот продолжал смотреть на него широко открытыми глазами.
Золотистые глаза казались чистыми и невинными.
Свернув ноги калачиком, как у настоящей рыбы, он развернулся всем телом, и когда Чу Синлинь собрался уходить, он схватил его.
— Я открою тебе... секрет.
Чу Синлинь поддержал игру Гу Хуаня.
— Скажи мне.
— Я могу забеременеть.
Золотистые ресницы дрожали, как будто он нервничал перед тем, как рассказать кому-то свою самую большую тайну.
— ...Никому не рассказывай этот секрет.
Когда Чу Синлинь услышал слова Гу Хуаня о том, что тот может забеременеть, его брови приподнялись. Мужчина посмотрел на человека, который говорил об этом так серьезно, особенно после того, когда перевернулся и приподнял одеяло, прикрывающее его тело. Он взглянул на узкую талию, которая оказалась обнажена.
Беременность?
Может ли такая тонкая талия выдержать ребенка?
Чу Синлинь не мог отделаться от чувства скептицизма, и ему стало немного смешно.
Он понял. Гу Хуань считал себя русалом, которые, по слухам, способны зачинать потомство независимо от пола.
В темно-синих глазах отражались изящные щеки Гу Хуаня, и он успокоился.
— Я никому не скажу.
Брови Гу Хуаня приподнялись, как будто он вздохнул с облегчением.
— Это хорошо.
— Если другие узнают... они могут схватить меня и заставить рожать детей. Тогда я не смогу вернуться к морю...
Чу Синлинь слегка нахмурился.
Это навеяло плохие воспоминания.
«Он запер меня во дворце, и смысл моего существования в том, чтобы родить ему ребенка. Я все еще живу? Я все еще тот самый Гу Нань? Синлинь, я чувствую себя так плохо. Мне очень грустно. Я родил тебя, но все равно не могу уйти отсюда».
После минутного молчания он пообещал.
— Никто тебя не поймает, никто не сможет заставить тебя родить ребенка.
Даже если в будущем мужчина хотел, чтобы Гу Хуань стал его супругом, он никогда не будет таким, как его отец, который запер любимого человека в императорском дворце... Будущее Гу Хуаня лежит в бескрайнем космосе.
Прислушиваясь к утешениям Чу Синлиня, генерал наконец погрузился в глубокий сон.
Глаза мужчины на некоторое время остановились на лице «русала», лежащего на кровати.
— Тебе повезло больше, чем русалке из сказки.
У тебя уже есть любовь принца.
* * *
Когда Гу Хуань проснулся, то обнаружил, что спит в своей спальне.
Сначала ему не пришло в голову, что здесь что-то не так.
Нет ничего странного в том, чтобы спать в своей собственной комнате.
Но он быстро вспомнил, что уже уступил эту спальню его высочеству наследному принцу.
Он же не воспользовался своим пьяным состоянием... чтобы напасть на его высочество прошлой ночью, верно?
Гу Хуань был слишком обеспокоен этим и дотронулся до своей шеи. Он был не очень чувствителен к отметинам, но все еще достаточно восприимчив к тому, укусил ли его кто-нибудь. К счастью, он не чувствовал никакого покалывания.
Это доказывает, что, по крайней мере, он не раскрыл свою личность.
— Сяо Лин, я хочу посмотреть видеозапись из особняка прошлой ночью.
Искусственный интеллект быстро продемонстрировал все изображения на тот момент.
Видя, что он никак не мог отлипнуть от наследного принца, Гу Хуань схватился за лоб обеими руками.
Возможно, феромон его высочества слишком привлекателен для него, и ему нравится прижиматься к нему, когда он пьян.
За исключением ванной комнаты, где нет видеосъемки, то, что происходило в других местах, было показано очень ясно.
Когда он увидел, как говорит, что может быть беременным, он прижал руку ко лбу и скривил рот.
К счастью, Чу Синлинь в это не поверил.
Это слишком опасно. Если он снова не будет помечен альфой, с ним что-нибудь случится.
Гу Хуань раздраженно включил оптическую сеть.
Маленькое объявление о браке следовало за ним как тень.
Перед тем, как сяо Лин собрался закрыть веб-сайт, Гу Хуань, который был побежден своим подсознанием, почувствовал легкую слабость из-за того, что видел свои действия прошлой ночью.
— Сяо Лин.
— Перейди по объявлению.
— Я хочу выйти замуж.
В любом случае, никто не сможет увидеть его регистрационную информацию на такого рода веб-сайтах.
А даже если и увидят, прочитав его описание, они, конечно, сразу же отведут взгляд.
Описание: «Пожилой возраст, вспыльчивый характер. Нет гарантии, что не изобью кого-нибудь в пылу страсти. Нет гарантии, что не забью кого-нибудь до смерти».
http://bllate.org/book/13180/1173629
