* * *
Когда они вернулись, дом был ярко освещен. Дворецкий и повар разговаривали, стоя у двери. Рядом с ними стоял еще один человек, которого Гу Цзиньмянь не знал.
Глядя на эту сцену, можно было предположить, что прибыл еще один родственник.
Тот, кто вернулся домой в это время, скорее всего, был его старшим братом.
— Второй молодой господин, молодой господин, старший молодой господин вернулся.
Действительно, как он и предполагал.
В первый день переселения Гу Цзиньмяня этот старший брат возвращался очень поздно ночью, а уходил рано утром, поэтому он никогда его не видел.
Согласно оригинальной книге, этот старший брат был единственным человеком, которого Гу Цзиньмянь немного побаивался.
На первый взгляд он действительно выглядел грозным и влиятельным человеком.
Гу Цзиньмянь расслабил лицо, демонстрируя парализованный вид, и последовал за вторым братом внутрь.
Вилла в семейном центре Гу была простой и элегантной, оформленной в китайском стиле. Мужчина сидел на стуле из грушевого дерева в центре гостиной и слушал доклад.
На нем был строгий костюм, с застегнутой доверху рубашкой, а также очки в золотой оправе на переносице. Его лицо сохраняло безмятежное выражение, а на вид ему было около 36-37 лет.
— Старший брат, ты вернулся, — сказал Гу Лифань.
Гу Цзиньмянь также обратился к нему:
— Старший брат.
Не было необходимости намеренно притворяться нервным, потому, увидев этого человека, Гу Цзиньмянь действительно немного заволновался.
Услышав голос, Гу Сицзюнь поднял голову. Его взгляд упал на Гу Цзиньмяня.
Молодой человек носил голубые свободные джинсы, свитер цвета слоновой кости, а также бежевую кепку на растрепанных волосах. Миндалевидные глаза послушно смотрели на него. Он выглядел неуправляемым, но при этом молодым и энергичным.
— Старший брат?
Поняв, что он смотрел слишком долго, Гу Сицзюнь отвел взгляд.
— Кепка надета криво.
Гу Цзиньмянь немедленно положил руки на голову, аккуратно развернув и поправив кепку.
— Теперь все в порядке?
Гу Сицзюнь выдержал паузу, затем помахал людям вокруг него, чтобы они вышли, и сказал братьям:
— Садитесь, давайте поговорим.
Гу Цзиньмянь и Гу Лифань сразу же сели напротив него.
— Ты скоро заканчиваешь учебу, чем планируешь заниматься после окончания университета? — спросил Гу Сицзюнь, словно родитель.
На самом деле он действительно мог бы считаться родителем Гу Цзиньмяня.
Он не знал почему, хотя их мать несколько раз появлялась в книге, их отца никогда не упоминали. Более того, Гу Сицзюнь был на пятнадцать лет старше его, а также являлся самым влиятельным человеком в семье.
Гу Цзиньмянь ответил:
— Стану пилотом.
— Ты изучаешь философию! — напомнил Гу Лифань.
Гу Цзиньмянь: «...»
— К счастью, я уже закончил дипломную работу.
Гу Цзиньмянь проникся к себе некоторым уважением:
— Чтобы я мог управлять самолетом и исследовать тайны Вселенной.
Гу Лифань: «...»
Гу Сицзюнь сказал:
— Имея степень бакалавра философии, действительно нелегко найти соответствующую работу.
Гу Лифань кивнул в ответ на его слова.
— Старший брат прав. Мяньмянь еще так молод. Я думаю, мы можем позволить ему сначала попрактиковаться в знакомой области.
— Есть какие-то мысли? — спросил Гу Сицзюнь.
Гу Лифань произнес:
— Мяньмянь в последнее время заинтересовался фильмами и телевизионными дорамами и вложил деньги в два фильма.
— Тогда открой для него компанию в развлекательной индустрии, — предложил Гу Сицзюнь.
— Хорошая идея, старший брат, — поддержал его Гу Лифань.
Гу Сицзюнь продолжил развивать мысль:
— Поскольку это ради опыта, пусть он возьмет на себя ответственность после успешного открытия компании. Не давай ему других ресурсов и не давай ему слишком много денег. Просто выдели ему сто миллионов. Если он обанкротится, то пусть голодает целый год.
— Если старший брат так думает, значит, все решено.
Гу Цзиньмянь: «???»
«Эй!»
«Я все еще здесь! Вы собираетесь продолжать все время игнорировать меня и принимать решения самостоятельно?»
«Вы действительно феодальные родители!»
Когда Гу Цзиньмянь собирался заговорить, Гу Сицзюнь встал, снял очки и посмотрел на него. Его спокойные глаза были подобны глубокому морю с тихими волнами, которые, однако, могли сокрушить любого.
— Наша семья уже слишком к тебе привыкла.
Слова Гу Цзиньмяня застряли у него в горле. Он мог только смотреть, как тот поднимается наверх.
Когда он снова захотел говорить, его потянул Гу Лифань.
— Ты еще помнишь, как третий брат восстал против старшего брата и был отправлен им в Африку?
Гу Цзиньмянь: «...»
— Второй брат, правда ли то, что сказал старший брат? Он серьезно?
— Старший брат никогда не шутит. кроме того, это так важно, насколько серьезным он должен быть?
Гу Цзиньмянь: «...»
— Не волнуйся. У тебя есть второй брат. Если ты чего-то не будешь понимать, я тайно тебя научу. — Гу Лифань потянул его сесть. — Идем, идем, идем. Второй брат сейчас тебе все расскажет.
— Этих ста миллионов, без учета аренды и зарплаты, будет недостаточно, чтобы заполучить большую звезду.
Гу Цзиньмянь: «...»
— Тебе придется создать полноценный механизм для развития собственных артистов, но это нереально за короткий период времени, поэтому лучше всего подписать контракт с кем-то, кто еще не популярен, но имеет большой потенциал.
«Это имеет смысл, но у меня такое чувство, что здесь что-то не так».
Прежде чем зайти слишком далеко, Гу Лифань остановился, просто похлопал его по плечу и сказал:
— Хорошенько подумай об этом.
Гу Цзиньмянь с растерянным лицом пошел в свою комнату и задумался.
Честно говоря, основать развлекательную компанию было вполне возможно. Изначально он хотел помочь вложить средства в своего ребенка, и открытие развлекательной компании могло бы ему помочь. Более того, это не должно было быть слишком сложно. В конце концов у него был сюжет оригинальной книги и семья Гу, на которую можно было положиться.
Что касалось финансов, действительно ли у него будет только сто миллионов? До этого его второй брат давал ему деньги, чтобы он вложил их в два фильма, сулившие принести большую прибыль.
Гу Цзиньмянь обдумал все за одну ночь и с радостью принял эти условия.
* * *
Его второй брат, который был исключительно энергичным в своих делах, на следующее утро послал секретаря Гу ждать у его двери.
Как только Гу Цзиньмянь открыл дверь и увидел мужчину, он вспомнил сцену их вчерашней встречи у лифта здания Гу.
Гу Цзиньмянь: «...»
— Молодой господин.
Прогуливаясь с ним, Гу Цзиньмянь пробормотал:
— Я не знаю, о чем думают мои братья, но они внезапно захотели, чтобы я открыл компанию в индустрии развлечений.
Стоявший рядом с ним секретарь Гу поправил очки и промолчал.
Секретарю было велено помочь открыть компанию, но во время основного процесса Гу Цзиньмянь все равно должен был присутствовать на месте. Секретарь Гу делал подобные вещи много раз. Он умело готовил для него материалы и связывался с нужными людьми. Ему потребовалось всего три дня, чтобы помочь организовать компанию и снять офис по минимальной цене.
Первоначально он также хотел набрать людей, но Гу Цзиньмянь отказался.
Пока что он не хотел этого делать.
У него было всего сто миллионов, поэтому он должен тщательно проверять свои расходы со всех сторон.
Он сам составил список артистов, глубоко обдумал его, вычеркнул лишнее, а затем внес правки.
Когда он уже почти закончил со всем этим, Инь Мошу почти пришло время присоединиться к съемочной группе. Ему тоже следовало пойти и посмотреть.
Первая съемочная площадка фильма режиссера Линя находилась в месте с красивыми пейзажами, которое еще не было чрезмерно коммерциализировано. Отсутствие коммерциализации косвенно указывало на проблему: неудобную транспортировку.
К счастью, поблизости находился небольшой аэропорт, поэтому для Гу Цзиньмяня это не стало большой проблемой.
Он и дворецкий пришли на съемочную площадку, ведя себя довольно сдержанно, как вдруг неожиданно увидели Бай Синьюя и Ду Байаня, сидевших на корточках рядом с небольшим деревянным домом.
«А? Почему они здесь?»
Гу Цзиньмянь попросил дворецкого подождать его и тихо подошел к ним.
Два парня прислонились к стене с правой стороны хижины. Бай Синьюй прикрывал голову, в то время как у Ду Байаня было неописуемое выражение лица.
Гу Цзиньмянь услышал, как Бай Синьюй сказал:
— Он слишком ужасен.
«Ах! Он настолько силен, что может заставить главного героя испугаться».
— Мое сильное шестое чувство девственника подсказывает мне, что это, скорее всего, сделал Гу Цзиньмянь. — Бай Синьюй сильно сжал запястье Ду Байаня. — Видишь, он действительно будто мачеха, присматривающая за ребенком.
Гу Цзиньмянь: «???»
Ду Байань мог только неловко рассмеяться, так как он уже заметил Гу Цзиньмяня.
Стоя спиной к нему, Бай Синьюй медленно повернул голову и увидел парализованное лицо.
— Привет. Какое совпадение, молодой господин Гу тоже здесь.
— О.
Бай Синьюй еще сильнее сжал руку Ду Байаня.
«Посмотрите, какое равнодушие!»
Гу Цзиньмянь спросил с парализованным лицом:
— Ты девственник?
— Я мачеха?
Бай Синьюй моргнул и торжественно произнес:
— Правильно. Я плохо знаю английский с детства и не могу вспомнить, как произносить английские слова, поэтому отмечаю произношение китайским и тонами рядом со словом, например, дом обозначается «Хо»(—) «Ма»(\)*, настолько нестандартно произношение. Вы снова помогаете нам и даете нам киноресурсы. Для нашей группы X-S Boy вы считаетесь вторым домом.
П.п.: Английское слово «home» созвучно с «хоума» (后妈, hòumā), что в переводе с китайского означает «мачеха».
Удивительно, но парализованное лицо Гу Цзиньмяня действительно смогло выразить озадаченный вид.
http://bllate.org/book/13178/1173199
