Сейчас была зима, и температура на улице, несомненно, была очень низкой для только что вылупившегося детеныша.
Ночью было тихо, другие малыши спали в своих гнездах, а воспитатели вернулись в служебные помещения. Ну, все, кроме одного. В конце концов кто-то должен был присматривать за детенышами ночью.
Поскольку Чжао Чуань был уволен, настала очередь Линь И заботиться о детенышах. Однако он спал и совершенно не подозревал, что неподалеку от него новорожденный малыш только что разбил скорлупу и не только самостоятельно покинул инкубационную комнату, но даже вышел наружу.
Блуждая в темноте, детеныш обнаружил неизвестный предмет с остаточным запахом, а затем вскоре нашел еще один. На улице было холодно, и это заставляло малыша периодически немного опускать голову, когда его обжигал ледяной ветер. Но его светло-голубые глаза были очень живыми и решительными, они сузились до щелочек, когда он смотрел в темноту вокруг себя.
Следуя за запахом, детеныш вошел в здание и через некоторое время оказался у закрытой двери. С его превосходным слухом он мог слышать поверхностное дыхание, исходящее изнутри, что побудило малыша неосознанно зашевелить ушами.
Открыв дверь, он проник в комнату и увидел темноволосого человека, мирно лежащего с закрытыми глазами на матрасе.
Во время сна брови парня расслабились, а выражение его лица было очень мягким и нежным, без агрессии, что заставляло чувствовать себя необычайно умиротворенным.
Чем ближе маленький нокс подходил, тем отчетливее ощущал запах. Казалось, он, наконец, нашел того, кого искал. Детеныш забрался под одеяло, укрывавшее юношу, и лег на его грудь.
Окружающая среда не оказывала влияния на способность ноксов видеть в темноте, детеныш упрямо держал глаза открытыми и смотрел на тихо спящего человека.
Когда Се Луань проснулся на следующий день, то был ошеломлен.
Пробудившись, сонливость не исчезла полностью, и Се Луань не открыл глаза, но почувствовал вес на своей груди. Это его немного смутило, разум был запутан.
Молодой человек, не особо задумываясь, поднял руку, чтобы столкнуть нечто, лежавшее на нем, но когда он прикоснулся… Пушистый, такой мягкий. Подождите, это чувство?..
Внезапно осознав, на что это похоже, Се Луань поспешно открыл глаза и посмотрел вниз, встретившись взглядом с парой голубых глаз.
На самом деле они походили больше на зимнее небо, очень чистое и прозрачное.
Его рука приземлилась на заднюю часть детеныша, и в это время, когда Се Луань находился в шоке, он услышал низкий звук, издаваемый детенышем:
— Ху-у.
Его голос заставил Се Луаня проснуться в одно мгновение. Он сунул руку под детеныша, как только сел.
Малыш не был одним из тех, кого Се Луань видел в ассоциации, но не мог же он появиться из воздуха. Поэтому единственным логичным объяснением было то, что одно из яиц в инкубаторе вылупилось.
Но у него не было времени думать о том, как детенышу удалось добраться из инкубационной комнаты до его комнаты. Он поспешно завернул его в одеяло и осторожно взял на руки, прижав как можно ближе к телу, чтобы согреть.
После завершения этой серии действий на максимальной скорости Се Луань немного расслабился.
— Все еще холодно?
Услышав вопрос, детеныш склонил голову набок и посмотрел на Се Луаня. Зная, что тот не может ответить, молодой человек встретился с ним взглядом, а затем встал вместе с одеялом, которое было обернуто вокруг малыша, поспешно надел ботинки и вышел из комнаты.
Это нельзя было назвать ходьбой, скорее это был бег. И, несмотря на то, что он был немного обеспокоен тем, что слишком сильно трясет детеныша, Се Луань по-прежнему бежал.
Было слишком холодно, что представляло большую опасность для новорожденного, чем укачивание. Единственное, о чем Се Луань мог думать, это вернуть малыша обратно в инкубационную комнату.
Ему было необходимо в ней оставаться. Даже Се Луань, который являлся начинающим воспитателем с отсутствием здравого смысла, все еще знал такую важную вещь.
Всю дорогу от помещения для персонала до дома, где ухаживают за детенышами, Се Луань обращал внимание на дующий на них ветер. Он расслабился, только когда зашел в инкубационную комнату.
Когда Се Луань покинул свою комнату, он был встревожен и хотел быстро вернуть детеныша. Поэтому он даже не надел пальто, оставшись в своей тонкой одежде. В итоге его пальцы замерзли, и он старался не прикасаться к детенышу, пока они не согреются.
Было приятно снова оказаться в тепле, и он даже вспотел из-за внезапного изменения температуры. Но Се Луаня не заботил дискомфорт. Он просто почувствовал облегчение, что малыш вернулся в теплое место.
Он сел и подтянул подушку, затем положил сверху детеныша, завернутого в одеяло.
— Тебе больше не должно быть холодно, правда? — тихо спросил Се Луань. Ему захотелось прикоснуться к спине детеныша, но он остановился на полпути, подумав, что его рука все еще могла быть слишком холодной.
Молодой человек уже собирался убрать свою руку, но внезапно почувствовал небольшое влажное прикосновение к своим пальцам.
Кончики его пальцев чуть побелели, и детеныш-нокс инстинктивно лизнул их и продолжал делать это, пока они немного не согрелись.
Се Луань посмотрел на детеныша, а затем обвел взглядом комнату. В инкубаторе было разбитое яйцо. Увидев разбросанную черную яичную скорлупу, он снова перевел взгляд на круглого пушистого белого детеныша, лежавшего на подушке.
Осознав, что тот облизал его пальцы, чтобы согреть их, Се Луань не мог не смягчить свой взгляд и коснулся спины малыша.
— Добро пожаловать в этот мир, — то, что этот детеныш вылупился, было хорошо. По крайней мере, так считал Се Луань.
То, что сказал молодой человек, не было омерзительным или хоть отчасти причастным к негативным эмоциям. В его глазах искрилась нежность. Глядя в них, в сердце разливалось теплое ощущение, которое для детеныша-нокса, видевшего до этого только злость и ненависть, стало невероятно приятным.
— Ху-у, — он издал звук, когда поднял лапу. Малыш не мог оторвать взгляда от глаз Се Луаня. Он и хотел, и не хотел убежать от незнакомого чувства.
Сидя на синей подушке, маленький нокс выглядел немного круглым в глазах Се Луаня, как маленький пушистый шарик, и это напомнило ему о детеныше-такиле. Однако по сравнению с ним детеныш-нокс больше походил на кошку с маленькими рожками на голове. Его глаза тоже отличались, их светло-голубой цвет был необычайно красивым.
Дыхание Се Луаня все еще было немного сбитым из-за пробежки. Однако он не стал слишком долго сидеть, а вместо этого завернул детеныша в одеяло и вышел из инкубационной комнаты, чтобы приготовить немного молока.
Новорожденному ноксу, вероятно, нужно было поесть, и теплое молоко — идеальный вариант, чтобы его согреть.
Се Луань осторожно закрыл за собой дверь. Он подозревал, что, уходя вчера вечером, был слишком неосторожен, и не закрыл должным образом дверь, что позволило детенышу убежать.
К счастью, ничего не произошло. Но одна лишь мысль о том, что он долгое время оставался на улице и замерз, заставляла Се Луаня чувствовать себя виноватым.
Когда Ся Ци приступила к работе, она услышала шум из инкубационной комнаты и пошла проверить, но сразу же после открытия двери девушка остановилась.
Увидев разбитое черное яйцо в инкубаторе, а также молодого человека, который кормил детеныша из бутылочки, ужас на лице Ся Ци не мог быть скрыт.
Черное яйцо на самом деле вылупилось?!
Настроение Ся Ци в это время, несомненно, было сложно объяснить, потому что она не знала, было ли хорошо, что этот детеныш родился.
Кроме него во всей вселенной не было другого нокса. Если бы она была единственным представителем севильцев, то чувствовала бы одиночество.
Хотя на других планетах были расы, и в большом количестве, чувство одиночества от отсутствия дома не могло быть стерто так легко.
Многие люди будут враждебны, если встретятся с ноксами. Таким образом, Ся Ци ощущала, что для этого малыша, возможно, было не совсем хорошо рождаться в этом мире…
Она посмотрела вверх и увидела, что Се Луань мягко глядел на детеныша-нокса и нежно его касался. Девушка помотала головой, чтобы избавиться от своих предыдущих мыслей.
Она не должна была так думать, сейчас ей нужно сосредоточиться на уходе за этим детенышем.
— Ся Ци, зайди в звездную сеть и размести информацию о найме и список вакансий. Позже он будет распечатан и размещен на улице, — вчера Се Луань много думал о том, что делать, и решил, что сначала должен набрать трех человек.
Один новый воспитатель, чтобы занять место Чжао Чуаня, один человек, который будет управлять финансами их ассоциации вместо Ся Ци, чтобы она не была так напряжена и могла сосредоточиться на детенышах, и еще один, чтобы охранять ворота, отгоняя похитителей и других плохих людей. На самом деле одного охранника было недостаточно, их нужно было два, чтобы они работали посменно. А также им был необходим садовник, который смог бы позаботиться об окружающей среде в их ассоциации. Се Луань решил не торопиться и сначала нанять основных людей. Он рассказал Ся Ци о своих идеях и некоторых требованиях к каждому сотруднику.
— Хорошо, хорошо, — она кивнула, когда начала записывать в черновике.
— Вчера я кое-что обсудил с директором. Думаю, что мы должны исправить фасад и нанять кого-нибудь, чтобы улучшить обстановку в нашей ассоциации, — сказал Се Луань, размышляя.
Проведя в этом мире несколько дней, он знал, что ассоциации по воспитанию детенышей были не только детскими домами, но и своего рода садиками. Однако в их филиале не находилось никаких «одолженных детенышей», что было ожидаемо. Они нуждались в улучшении окружающей среды, чтобы родители были готовы тратить деньги и отправлять к ним своих малышей.
Это была одна из целей Се Луаня.
Конечно, он мог зарабатывать деньги, принося вещи из своего мира в этот. Но это не было стабильным доходом, и если думать на долгосрочную перспективу, то лучше отремонтировать их ассоциацию, а затем сделать ее самодостаточной.
Ржавые железные ворота. Заглянув внутрь, вы увидите заброшенную и заросшую среду со старыми зданиями. С таким фасадом и внешним видом какой родитель хотел бы отправить сюда своих собственных детенышей?
Услышав его слова, Ся Ци немного разволновалась. Она всегда болезненно воспринимала внешний вид их филиала и хотела изменить его, но у них никогда не было ни денег, ни времени.
Но теперь казалось, что их ассоциация скоро получит новый облик!
http://bllate.org/book/13169/1171061
