— Ты убьешь этого ребенка?
— А кого еще?
— Это обычный человек. Обычный ребенок, который ничего не понимает!
— Хен никогда не обнимал меня так нежно, а теперь ты обнимаешься с незнакомцем без единого писка. Я ревную.
Хису отвернулся, будто бы обиженно дуясь.
— А что, если ребенок — пробужденный? Разве хен тогда не разорвал контракт? Провести поддержку другому пробудившемуся. Разве этого недостаточно, чтобы его убить?
Почему ты так завелся от ребенка, который тебе дай бог достанет до талии? Он выглядел как человек и говорил на человеческом, понятном ему языке, но для Югына он казался кем угодно, но не человеком.
— Я не могу его убить?
— Сумасшедший ты ублюдок. Что за дерьмо!
— Тогда я просто поразвлекаюсь с его головой. Может, он и станет овощем, зато перестанет быть угрозой.
— Так тоже нельзя.
Хису вздохнул, слегка наклонив голову и выпятив нижнюю губу. Он почесал затылок привычным жестом.
— Хен.
Югын: «...»
— Почему ты продолжаешь говорить нет? Это, в самом деле... так бесит...
По спине побежали мурашки. Югын крепко обнял мальчика обеими руками и злобно уставился на Хису. Противостояние продолжалось какое-то время, пока Хису вдруг не поменялся в лице и улыбнулся, будто ничего и не было.
— Я слышал, что из центра отправили целый взвод пирокинетиков. Эти ребята работают в поте лица, планируют сжечь весь район. Заодно уничтожат и яйца с личинками.
Югын: «...»
— Тебе стоит поторопиться и вынести все вещи из своего дома. Ты разве не за этим пришел? Вещи по типу драгоценных безделушек, хранящих воспоминания о семье. Я видел такое по телевизору. У всех есть хотя бы одна, я знаю. У тебя разве нет?
Югын все еще был настороже. Хису цокнул языком и покачал головой.
— А, ладно, ладно. Я не убью его. Ты не убьешь его. Просто оставь его там, где нашел, и иди со мной. Я помогу тебе собрать вещи.
Дом, в котором он жил с Хисоном, был очень унылым из-за своей простоты. Большинством предметов их хозяйства были вещи, необходимые для выживания. Однако среди них была одна вещь, которую можно было бы назвать ценным воспоминанием. Семейная фотография в кошельке Хисона, с того дня, как их вытащили с моста Хванган. Цвета поблекли, но она служила единственным доказательством, что когда-то Югын жил обычной жизнью, в обычной семье. Первым, что пришло в голову, когда он услышал про инцидент от Синджэ, была эта фотография. Не одежда или продукты, которые он смог бы забрать.
— Выбирай. Будешь его спасать или в последний раз попадешь в свой дом?
И правда, среди плотно наставленных домов в стороне дома Югына начал возвышаться черный дым. Он кинул взгляд в сторону дома, а затем опустил глаза на мальчика в своих руках. Тот слабо трясся, вжав лицо в его руки, будто чувствуя напряженную атмосферу.
— Ничего не случится, если оставить его здесь. А даже если случится, то не по вине хена. Но если дом сгорит, ты будешь жалеть об этом до конца своих дней. Что ты хочешь?
— Я...
Югын не смог закончить и опустил глаза. Не поднимая головы, мальчик вытянул маленькую руку и отчаянно вцепился в воротник его рубашки. Решение было принято быстро. Он медленно закрыл глаза и снова открыл. Тонкая нить, соединявшая прошлое и настоящее, порвалась.
— Я не пойду.
— Что?
— Я не пойду. Сгорит ли дом или нет, пусть делают, что хотят. Оттуда нечего забирать.
Хису с пустым лицом закрыл рот. Он выглядел немного раздраженным. После нескольких секунд тишины он вдруг рассмеялся.
— На самом деле я ожидал, что ты так скажешь. Ладно, так даже веселее.
Хису пожал плечами и будничным тоном продолжил:
— На главной улице стоит скорая. Принеси ребенка туда. Пошли, времени нет.
Югын не сдвинулся с места. Вместо того чтобы пойти за Хису, он поудобнее взял ребенка одной рукой, а в другую схватил пистолет и поднял в воздух. Прицелившись прямо в Хису.
Бам! В тихой аллее раздался звук выстрела. Пуля пролетела прямо возле его лица. Хису обернулся, никак не поменявшись в лице. На земле валялось насекомое размером с орех, жалко трепыхая крыльями.
По стандартам пробудившегося это не было чем-то впечатляющим. Мутант был самого низкого ранга, так что даже F-классовый охотник смог бы его убить. Однако беря в учет то, что стрелял проводник, причем в другой руке у него находился ребенок, ситуация кардинально менялась.
— Вау, — тихо с восхищением протянул Хису. — Хен, ты правда мне нравишься. Теперь даже больше. Заставляет задуматься о том, как лидер вообще про тебя узнал. Узнай бы я раньше, принес бы тебя первым.
Он лениво пошел в сторону выхода из аллеи, проходя мимо Югына. Он вдруг тихо прошептал ему на ухо, искренне, как ребенок, загадывающий желание при виде падающей звезды.
— Позже, хен... Я хочу, чтобы ты убил себя на моих глазах.
Югын вздрогнул, но на этом слова Хису и его умиротворенный тон закончились. Он потащился в сторону главной улицы. Где-то вдалеке оглушающе ревели сирены.
http://bllate.org/book/13166/1170565
