Когда Тан Саньюань спустился вниз, Янь Цинье сидел на диване и пил чай, беседуя с Тан Ботэ. Его поза при наливании чая была благовоспитанной. Но при всей выверенности каждого движения весь его облик источал холодность и отстраненность. Однако при этом его отношение к Тан Ботэ было очень уважительным.
Последние несколько лет Янь Цинье и Тан Сиюань связывали отношения воспитанника и воспитателя, опекаемого и опекуна. Но это не мешало Янь Цинье часто наведываться в семью Тан. И хотя он казался неприступным, у него были прекрасные отношения со всей семьей Тан.
Когда Тан Ботэ узнал, что Тан Сиюань в старших классах собирается финансово помогать Янь Цинье, взяв на себя по сути роль его опекуна, то он так разозлился, что чуть не побил своего ребенка впервые в жизни.
В то время в доме Тан бушевала настоящая буря. И только когда Янь Цинье вместе с Тан Сиюанем предстал перед разъяренным Тан Ботэ, и тот узнал его получше, генерал успокоился. Даже сейчас Тан Ботэ часто отчитывал Тан Сиюаня из-за Янь Цинье, но уже за то, что тот был с ним слишком строг.
Каждый раз, когда генерал видел перед собой Янь Цинье, он чувствовал себя виноватым за черствость своего сына, мечтая относиться к Янь Цинье как к собственному ребенку.
Тан Сиюань никогда не воспринимал слова Тан Ботэ всерьез. Слова отца всегда входили в левое ухо Тан Сиюаня, а выходили из правого. Он упорно придерживался своего метода воспитания и поддержки с Янь Цинье, держа того в строгости.
Когда Тан Саньюань спустился вниз, он коротко поприветствовал Янь Цинье, а затем сел рядом, перекинувшись с ним парой слов.
Янь Цинье часто приходил сюда в гости. Никто в семье Тан давно не относился к нему как к чужаку. Все вели себя с ним очень непринужденно. Часто даже создавалась иллюзия, что он уже на самом деле является полноправным членом семьи Тан.
Жаль только, что Тан Сиюань постоянно повторял, продолжая упорствовать, что у них только отношения чисто воспитательного характера, и просил всех не думать об этом слишком много.
Янь Цинье бросил на Тан Саньюаня взгляд, после чего решился задать вопрос:
— Я недавно смотрел новости о шоу-бизнесе. Там показывали одну звезду по имени Цай КэКэ, которая постоянно использует твоя имя, чтобы быть в огне. Хочешь, я направлю ему письмо от адвоката, чтобы припугнуть его?
Тан Саньюань отмахнулся, расслабленно ответив:
— Не нужно, я уже придумал одно решение.
Янь Цинье обычно занимается крупными делами. Так что как он может беспокоить его по такому незначительному поводу?
Янь Цинье сделал глоток чая и предупредил:
— Если тебе все-таки понадобится помощь адвоката, ты можешь смело обращаться ко мне.
Тан Саньюань поспешно кивнул, заверив того:
— Хорошо.
А про себя не мог не задуматься: «Интересно, если бы не Тан Сиюань со своим воспитанием-опекунством, был бы Янь Цинье по-прежнему добр к семье Тан?» Он тихонько вздохнул, встал и вышел, чтобы найти Тан Сиюаня.
Тан Сиюань поливал цветы в саду, неторопливо напевая, и, казалось, не замечал ничего необычного в присутствии Янь Цинье в семье Тан. Словно это было обычным делом.
Тан Саньюань подошел к саду, полному красивых цветов, которые его семья лично посадила здесь. В нем росли всевозможные цветы, которые цвели практически круглогодично, сменяя друг друга. Семья Тан придавала этому саду большое значение. И по возвращении домой, когда у кого-то из членов семьи находилось свободное время, они лично ухаживали за цветником.
Тан Саньюань подошел к брату, взял лейку и вместе с Тан Сиюанем принялся поливать цветы, выбирая при этом те, которым это требовалось срочно. Так, поливая цветы, он небрежно спросил брата:
— Почему бы тебе не пойти и не составить компанию Янь Цинье?
Тан Сиюань недовольно поджал губы и ответил:
— Они с большим папой разговаривают о политике или о каком-то другом скучном деле. А я не только не могу вмешаться и остановить их беседу, так еще буду вынужден выслушивать от большого папы нравоучения. Потому что он не упустит случая отчитать меня за мою черствость с Янь Цинье. Поэтому я туда не пойду.
Тан Ботэ всегда ругал Тан Сиюань за его обращение с Янь Цинье, при каждом удобном случае.
Тан Саньюань слегка нахмурился и не удержался, чтобы не задать еще один вопрос:
— Учитывая то, какого положения достиг на сегодня Янь Цинье, он все еще хочет, чтобы ты его поддерживал?
— А почему бы и нет? — спросил удивленный Тан Сиюань, он не сомневался в том, что так оно и есть, не видя в этом никакой проблемы.
Тан Саньюань ненадолго замолчал, а затем все же спросил то, о чем больше всего хотел:
— Но в чем разница между вашими отношениями и отношениями законных супругов?
Тан Сиюань надолго задумался над словами третьего брата, опустив голову вниз. А затем выпрямился и беззаботно произнес:
— Разница в том, что я не собираюсь рожать ему детей.
Тан Саньюань на мгновение потерял дар речи, не в силах понять отношения между этими двумя людьми. Он взял лейку и отвернулся, чтобы полить клумбу позади себя, но когда обернулся, то увидел, что Янь Цинь, стоящего неподалеку от них. Вид у него был недовольный. Очевидно, он прекрасно расслышал то, о чем беседовали братья.
Тан Саньюань открыл было рот, собираясь предупредить Тан Сиюаня о присутствии его воспитанника, когда увидел, как Янь Цинье уже резко развернулся и ушел, не сказав ни слова. Аура, источаемая сейчас им, казалось, стала на несколько градусов холоднее, чем обычно.
Тан Саньюань не мог сдержать невольную дрожь. Он повернул голову и задумчиво посмотрел на Тан Сиюаня, который все еще был в неведении обо всем этом, мысленно пожелав ему удачи. В данном случае спасение утопающего было в руках самого утопающего.
***
В мгновение ока наступил день, когда нужно было идти в дом Гу. Тан Саньюань чувствовал, что не может пойти туда с пустыми руками. В конце концов, это была первая его встреча со старейшиной семьи Гу. Поэтому он должен был уделить ей особое внимание. Он долго ломал голову, но так и не придумал, что будет лучше преподнести в качестве хорошего подарка дедушке Гу Аня. Поэтому ему пришлось бежать за советом к Юань Цю.
В это время Юань Цю и Тан Ботэ как раз размышляли над тем, куда бы им отправиться в путешествие. Один из них читал журнал о путешествиях, время от времени делясь своими мыслями с другим.
Тан Саньюань подошел к ним и тихо присел рядом с Юань Цю, спросив:
— Папа, как ты думаешь, какой подарок можно сделать старейшинам, если идешь с ними знакомиться?
Юань Цю отложил журнал о путешествиях в сторону, хорошенько подумал и предложил:
— Преподнести в качестве подарка хороший чай. Так получилось, что твой большой папа недавно получил новую партию хорошего чая, ты можешь подарить немного из нее.
Глаза Тан Саньюаня ярко заблестели. Тан Ботэ был большим любителем чая. Его бывшие подчиненные, работающие сейчас по всему миру, знали о его любви к чаю и всегда старались прислать ему хорошие чайные листья в подарок. Чай из коллекции генерала Тан Ботэ был явно лучше того, который можно было купить где-то на стороне.
Тан Саньюань вопросительно посмотрел на Тан Ботэ, робко спросив:
— Большой папа, можно? Если я возьму чай для подарка старейшине, тебе хватит того, что останется, чтобы насладиться его вкусом?
Когда его собственный сын нуждается в чае, Тан Ботэ, естественно, будет готов дать ему этот чай. Он тут же с готовностью махнул рукой, сказав:
— Бери, у меня еще много чайных листьев. Мне одно это все не выпить.
Тан Саньюань радостно улыбнулся и поблагодарил его сладким голосом:
— Спасибо, папочка и большой папочка.
http://bllate.org/book/13164/1170049
