Рыночная цена картины Мо Ишэна, учитывая ее размер и цену на тот момент, должна была быть пятизначной, а в самом начале она не превышала и трех чисел. Семьсот тысяч юаней для новичка вроде него казались чем-то заоблачным.
Ведущий промолчал две секунды перед тем, как снова заговорить:
— Видимо, этому джентльмену очень понравилась картина. Семьсот тысяч юаней один раз.
Сначала на выставке было очень тихо, но после этого внимание всех присутствующих было приковано к протекавшим ставкам. Хайань изначально придерживался примерно такой позиции: «Я сразу это пойму, если местные тираны будут снова разбрасываться деньгами». Однако в итоге он лишь заработал себе головную боль.
Несмотря на то что Янь Хайань все еще был не в меру осторожен, он не мог вернуться к прежнему отношению к Сунь Яню. Вероятно, то, что произошло той самой ночью, играло для него большую роль. В присутствии этого человека ему не нужно было больше сдерживать себя. Он просто встал со своего места и сказал:
— Ты закончил? Не боишься, что люди прознают, что ты чертов богач?
Сунь Яню показалось, что с ним было что-то не так. Каждый раз, когда на него смотрел Янь Хайань, он испытывал необъяснимое волнение. Все это ощущалось так, будто он ехал на новом спортивном автомобиле по дороге без ограничений скорости, и сегодня ему было вовсе не до Мо Ишэна.
— И за тысячу слитков золота доброе сердце не купишь. Эта картина очень многое для меня значит.
Иначе говоря, он был богат и своенравен.
Янь Хайань выслушал ведущего с безразличным видом и сказал:
— Семьсот тысяч юаней третий раз. Сделка заключена. Поздравляю этого господина с приобретением картины «Закат». — А затем с ровной интонацией добавил: — Благодарю за ваше покровительство.
— Всегда пожалуйста, — Сунь Янь поднял свой бокал и повернулся, чтобы посмотреть на сцену: — Все довольны? Самая высокая цена сделки сегодня — за картину Ишэна.
Да, ее обязательно должны были упомянуть в СМИ. Людям всегда больше по душе обсуждать только то, что стоит на первом месте.
Настроение у Янь Хайаня было невероятно сложным. Действия Сунь Яня помогали Мо Ишэну. Похоже, что преимущества хороших отношений с Сунь Янем перевешивали недостатки.
Из-за своего привычного для всех непринужденного поведения он выглядел чересчур беззаботно, но кто знает, что этот псих вытворит в следующий раз? Они должны быть предельно осторожны, что он, что Мо Ишэн.
Подумав об этом, Янь Хайань слегка раскрыл рот и сказал:
— Как бы то ни было, спасибо. Это определенно ударило тебе по кошельку.
Мо Ишэн подошел с полной всяких блюд тарелкой и спросил:
— Сунь Янь, ты серьезно только что сделал ставку?
Тот всегда был очень добр к Мо Ишэну, поэтому каждый раз хвалил его работы:
— Эта картина прекрасна, так что неважно, сколько она стоит.
— Более того, господин Сунь уже приходил ей полюбоваться, — Лицо Ли Цин тронула улыбка: — Вы что, собираетесь скупить все картины Ишэна?
Сунь Янь сказал мягким и нежным голосом:
— Если есть такая возможность, почему бы и нет?
«В любом случае, у меня еще есть деньги», — подумал он.
Кроме Мо Ишэна все были в курсе о том, за сколько была продана его же картина, которая, как и остальные, изначально стоила не так уж и много. Ненадолго задумавшись, Янь Хайань понял, что очень давно не видел Сунь Яня, однако помнил, что каждая его машина была чрезвычайно дорогой марки, поэтому Хайаню оставалось лишь посмеяться.
— Сегодня полно народу, — Сунь Янь увидел несколько фигур людей, с которыми он встречался по работе, и спросил у Ли Цин: — Но сколько же художников?
Учитывая то, что обычно Сунь Янь говорит и делает, особенно в последнее время, Ли Цин, очевидно, неправильно его поняла и с энтузиазмом сказала:
— Здесь много талантливых ребят. Хотите, я вас с ними познакомлю?
Янь Хайань и Сунь Янь неловко промолчали, понятия не имея, как им нужно было на это отреагировать.
Он посмотрел на Янь Хайаня, который надеялся, что никто там не умел читать мысли, и, закатив глаза, спросил:
— Я имел в виду, не хотите ли вы представить их Ишэну? Этих людей из индустрии и СМИ?
Ли Цин на мгновение остолбенела. Обдумав это предложение, она кивнула и взяла Мо Ишэна за руку.
— Да, как раз собиралась это сделать.
Янь Хайань только хотел что-то добавить, но сразу же закрыл рот. Мо Ишэн выглядел незаинтересованно, но Ли Цин достаточно хорошо его знала, чтобы все равно сказать:
— Хэ Лин тоже там. Он только что спрашивал о тебе.
Услышав имя своего нового друга, Мо Ишэн нехотя последовал за Ли Цин.
Янь Хайань стоял как вкопанный и просто смотрел, как они идут к толпе.
— Ты прямо как родитель, впервые отпустивший ребенка в детский сад, — Сунь Янь, всматриваясь в уходящих, следил и за тем, как менялся взгляд Янь Хайаня. В какой-то момент он понял, что ему это неинтересно, и перешел к гораздо более занимательной теме для беседы: — Для чего ты все это делаешь? Ты не хочешь, чтобы Ишэн с ними разговаривал? Тогда просто скажи ему об этом.
— Я не могу постоянно так себя вести... — Янь Хайань вздохнул: — Как бы он ни был сосредоточен на живописи, ему все равно приходится общаться с посторонними людьми. Я не могу постоянно присматривать за ним.
Некоторое время они стояли молча, а затем Сунь Янь наклонил голову и подбородком указал на террасу:
— Выйдем покурить?
Янь Хайань был немного раздосадован после того, как ему сказали, что он ведет себя так, будто только что отправил Мо Ишэна в детский сад и немного оттолкнул его от себя, но все равно кивнул, согласившись на это предложение. Сунь Янь забрал его стакан, подозвал официанта и поставил их бокалы на поднос, а потом повел Янь Хайаня за собой на террасу. Тот был заядлым курильщиком, но в присутствии Мо Ишэна никогда не курил. По этой же причине он не взял с собой сигареты. Сунь Янь любезно протянул ему одну, и Янь Хайань устроил ее между своих губ. Только он захотел попросить у мужчины зажигалку, так тот слегка наклонился и, держа ее одной рукой, а другой загораживая ветер, дал Янь Хайаню прикурить. Тот на мгновение остолбенел, осознав, что под этим простым действием крылось немое дружелюбие. Янь Хайань опустил голову и подошел к нему поближе. В темноте террасы мелькнул красный огонек, словно пепел в костре, который все никак не погаснет и который в этом мраке выступал в качестве маленького проводника.
Сунь Янь, ровно как и Янь Хайань, облокотился стеной о террасу и выпустил колечко дыма.
Они оба прекрасно понимали, что их взгляды были устремлены на фигуру Мо Ишэна в толпе.
— Вот не понимаю я таких людей, как ты, — Сунь Янь стряхнул пепел с сигареты. — Сам-то понимаешь, что ты вообще творишь?
— У меня к тебе тот же вопрос, — сказал Янь Хайань, улыбнувшись. Он повернул свою голову к Сунь Яню и поймал на себе его взгляд.
После ночного инцидента между ними что-то изменилось.
Янь Хайаню это показалось слегка забавным. Сунь Янь уже говорил, что бросил попытки добиться Мо Ишэна. После нескольких встреч, несмотря на то что большую часть времени между ними пылал сильный огонь напряжения, Янь Хайань окончательно убедился в том, что Сунь Янь умеет держать свое слово.
Однако он все же специально приехал на выставку. Значит ли это, что Сунь Янь так и не смог отпустить Мо Ишэна? Пока Янь Хайань размышлял об этом, он подумал: «Если ты серьезно относишься к Ишэну...»
Вспомнив о том, что сделал Сунь Янь за время их недолгих отношений, Янь Хайань почувствовал, что Мо Ишэн и Сунь Янь - не такая уж плохая пара. Такой властный человек, как Сунь Янь, идеально подходил Мо Ишэну для того, чтобы не давать ему по случайности сталкиваться с неприятными вещами. Более того, его характер помог бы Мо Ишэну максимально реализовать свои сильные стороны. То, что не мог сделать Янь Хайань, смог бы сделать Сунь Янь. Если Сунь Янь был настроен серьезно, то он смог бы хорошо защитить Мо Ишэна. Янь Хайань не знал, сколько в прошлом было людей, готовых быть с Сунь Янем, когда тот серьезно относился к кому-то. Но насколько вероятно, что у такого человека могли быть серьезные отношения? И нужно ли ему вообще было быть с кем-то серьезным?
http://bllate.org/book/13158/1168631
