Душ, учеба, ужин. На протяжении всего вечера Ло Линьюань сходил с ума и не мог ни на чем сконцентрироваться.
Учителю Юю это не очень понравилось. Он хмурился во время ужина и много молчал, но все же доел.
Юй Ханю не нравилось болтать за едой. Он не хотел портить аппетит, ни свой, ни Ло Линьюаня.
Но у Ло Линьюаня и так не было аппетита. Он только что узнал, что ему нравится другой парень, кроме того, натурал, который сам никогда в мужчину не влюбится. У Ло Линьюаня от горечи болел живот, и есть ему не хотелось от слова «совсем».
Он с грустным задумчивым лицом подцепил палочками рис.
Юй Хань недоумевал: все ведь было так хорошо по пути домой, что уже успело приключиться? Он тщательно обдумал все произошедшее за день и, кажется, нашел подсказку. Может, Ло Линьюань был так задумчив из-за того, что встретил сегодня в десятом классе свою бывшую?
Но парень тут же отмел эту мысль. У Ло Линьюаня ведь до сих пор есть девушка.
После еды дядя У принес им десерт — две миски кокосового супа. Мякоть кокоса была нежной и буквально таяла во рту. Ло Линьюань бесцеремонно разломал ее на куски железной ложкой и принялся медленно жевать.
Украдкой взглянув на Юй Ханя, Ло Линьюань заметил удовлетворенное выражение на чужом лице и не смог не спросить:
— Тебе нравится? Я могу попросить повара приготовить тебе еще миску.
Юй Хань покачал головой. Он был гостем и не осмелился бы причинить столько неудобств.
Ло Линьюань не стал настаивать, но все же сделал мысленную пометку. Он будто бы открыл маленький блокнотик в своем сердце и вдруг осознал, что, оказывается, вот каково это — любить человека, каково хотеть узнать о нем все в мельчайших подробностях.
Что ему нравится, что он ненавидит, как он выглядит, когда смеется или плачет.
Ло Линьюань встречался с Ся Фу и думал, что она знает о любви все, но, похоже, любовь далеко не так проста.
Внезапно заволновавшись, что ему уже не вырасти, Ло Линьюань перевел взгляд обратно на Юй Ханя. Тот был практически на полголовы выше него.
— Какого ты роста? — все же поинтересовался Ло Линьюань.
Вопрос был немного спонтанным, но Юй Хань спокойно опустил ложку, скрестил руки, подождал, пока Ло Линьюань прожует, и ответил:
— Когда я в прошлый раз измерял, было около ста восьмидесяти пяти сантиметров.
— А когда был прошлый раз?.. — нервно усмехнулся Ло Линьюань.
— В прошлом году на физкультуре.
— А сейчас?
— Не знаю, должно быть, вырос еще немного.
Ло Линьюань со своими гордыми ста семьюдесятью пятью сантиметрами был уязвлен:
— Ты слишком быстро растешь!
— Как-то так вышло, что я с самого детства был выше всех своих ровесников, — Юй Хань так просто это сказал, что Ло Линьюань чудом не заскрипел зубами.
Он завистливо воскликнул:
— Это чем таким надо было питаться, чтобы так вырасти!
— Огурцами, луком и морковкой, — рассмеялся Юй Хань.
Он специально сделал акцент на всем том, что маленькая принцесса Ло отказывался есть в силу своей чрезмерной избирательности. Ло Линьюань фыркнул:
— Неправда, я могу и без них вырасти!
Наконец Ло Линьюань доел кокосовый суп и Юй Хань перешел к более важным вещам:
— Как ты себя чувствуешь после этих двух дней занятий?
— Отлично, прекрасно, да, очень эффективно, — Ло Линьюань моргнул.
Но парень возразил:
— Как по мне, все это бесполезно, я не гожусь тебе в учителя.
— Как это — не годишься? — не понял Ло Линьюань. — Прошло всего два дня, как вообще за такой срок можно что-то понять?
— Может, это потому, что мы на одном уровне. Я думаю… — Юй Хань слегка смутился.
— Ты не хочешь меня учить?
— Нет.
— Тебе тяжело со мной справляться?
Юй Хань замолчал, и Ло Линьюань осознал, в чем проблема. Он сегодня слишком много отвлекался. Видимо, такое неподобающее поведение Юй Ханя не обрадовало, но Ло Линьюань делал это неосознанно.
Парень был натуралом целых восемнадцать лет и, осознав, что ошибался, не смог так просто угомониться и просидеть трехчасовой урок в спокойствии, тем более рядом с объектом своего вожделения.
Вдобавок по ходу урока Ло Линьюань несколько раз непроизвольно на него заглядывался, заслушивался его голосом и тратил немало сил, чтобы подавить свою «юношескую энергию» и даже занимался дома кое-чем унизительным.
Ло Линьюань серьезно заявил:
— Учитель Юй, я больше так не буду.
Юй Хань, услышав, как его назвали, не сдержался:
— Почему ты меня так называешь? Это уже слишком.
Ло Линьюань же оставаться крайним не хотел:
— Мне отец так сказал, по его мнению, я должен уважать учителя.
В конце концов учитель Юй не смог продолжать этот диалог. Ему оставалось только выдвигать одни и те же аргументы снова и снова. Ему не хватало опыта. Они были одногодками, и ему не хватало авторитета требовать от Ло Линьюаня большей серьезности во время занятия.
Ло Линьюань же опроверг все чужие аргументы, но признал свою ошибку и сказал, что впредь на уроках он будет более сконцентрированным.
Было уже поздно, так что Ло Линьюань решил проводить Юй Ханя. Они шли рука об руку, чувствуя, что надвигается холод и ночь стала намного темнее, чем летом. Когда парни вышли к воротам, над ними зажегся свет, замерцали дружной чередой фонарики, а вдалеке, на серо-голубом горизонте, даже блеснула одинокая звездочка, создавая романтическую атмосферу.
Ло Линьюань постепенно замедлился, оставшись на шаг позади спутника, и его взгляд упал на руку Юй Ханя. Во время занятия он обратил внимание на то, какими аккуратными и чистыми были его ногти и какими сильными были его руки.
Ло Линьюань думал о том, каково это — держать Юй Ханя за руку. Он редко контактировал с людьми, но очень много касался Юй Ханя.
Настолько много, что он мгновенно мог вспомнить, как и когда его хватали за руку.
У Юй Ханя были слегка грубоватые, но очень сухие и теплые ладони. Ло Линьюань словно хотел решить очень сложную задачку и проходился по условию. И то, о чем раньше он не осмеливался думать, тут же всплывало в его памяти.
Почему Ло Линьюань о нем так заботится? Он же очевидно помешан на чистоте, но с Юй Ханем раз за разом поступается своими принципами.
Ло Линьюань не любил целоваться — ему это казалось слишком негигиеничным.
Но он думал о Юй Хане, о его губах, захваченных губами Жэнь Юя, выглядевшего невинным, но встречавшимся с каким-то парнем на два года старше него, и понимал, что тоже хочет это почувствовать.
Все могут попросить, так почему у него не получается?
Юй Хань вгляделся в лицо Ло Линьюаня, не понимая, почему тот снова о чем-то задумался и не отрываясь смотрит на его губы, будто у него отобрали любимую сладость.
Ло Линьюаня пришлось несколько раз позвать, прежде чем он пришел в чувство. И, вынырнув из своих мыслей, парень тут же лицом к лицу встретился с тем, о ком и думал. Он почувствовал, как по щекам разливается тепло.
Ло Линьюань поспешно отвернулся:
— Эй, поторопись и иди домой, ты же не хочешь опоздать? Все, пока-пока.
После этих слов он вернулся в дом, прижимая ладони к горящему лицу.
На следующий день Ло Линьюань очень рано проснулся, сходил с душ и, наконец, притянул стул к кровати, разглядывая свою постель.
Он так сильно впился пальцами в щеки, что даже почувствовал легкую боль. Ло Линьюань пялился на недвусмысленное пятно на простыне. Вот оно — доказательство того, что он стал грязным. Что он окончательно вступил в мир мерзких взрослых.
http://bllate.org/book/13151/1167437
