Ло Линьюань взглянул на полностью красное лицо Юй Ханя и подумал, что парень выглядит разгоряченным. Он пару раз нажал на кнопку пульта от кондиционера, заставив его выпустить несколько резких холодных струй воздуха. Затем Ло Линьюань подбежал к двери и шумно открыл ее, попросив дядю У принести колы и охлажденного сока.
Ло Линьюань не находил себе места. Он почувствовал слишком резкий прилив сил, как школьник, впервые пригласивший к себе в гости лучшего друга. Он вел себя совершенно необычно и сидел как на иголках, постоянно вертясь и ерзая на стуле, избавляя Юй Ханя от смущения.
Юй Хань поднял руку и положил ее на плечо возбужденному «школьнику»:
— Сядь нормально. Покажи мне свои результаты за тест, который вы писали недавно, я посмотрю, где ты ошибся.
Ло Линьюань с невинным видом ответил:
— Ах, но я не забирал эти результаты.
— Тогда с какими предметами у тебя больше всего проблем? — не имея иного выбора, поинтересовался Юй Хань.
Ло Линьюань молча показал пальцем на учебник математики. Юй Хань взял его и попросил Ло Линьюаня перечислить темы, которые он не понимал, чтобы они могли начать их разбирать.
Ло Линьюань взял учебник и с головой погрузился в чтение. Юй Хань планировал в это время заняться своей домашней работой. Время от времени он поглядывал на прогресс Ло Линьюаня. И необъяснимым образом его взгляд раз за разом перемещался с чужих рук на чужое лицо.
Юй Хань заметил, что, будучи серьезным, парень неосознанно слегка выпячивал нижнюю, чуть более пухлую, чем верхнюю, губу. С точки зрения Юй Ханя у Ло Линьюаня, кроме того, были достаточно пухлые щеки. Думая над сложным заданием, Ло Линьюань постоянно тыкал ручкой себе в щеку, настолько часто тыкал, что вскоре там образовалось розовое пятнышко.
«Как много телодвижений. Ну точно как ребенок», — подумал Юй Хань.
Спустя столько времени, проведенного с Ло Линьюанем, Юй Хань смог в полной мере ощутить его ребячество. Должно быть, именно из-за состоятельных родителей и того, что его вечно баловали, Ло Линьюань просто-напросто не смог повзрослеть и даже в свои восемнадцать лет остался дитем.
Но его ребяческое поведение не раздражало, а многим его знакомым, наоборот, казалось милым. Первое впечатление было совсем другим. Сначала черты лица Ло Линьюаня и его характер были ровными и правильными, но с проявлением детской натуры не оставалось и следа былой надменности. Наоборот, все ощущалось именно таким, каким должно быть.
Ло Линьюань почти закончил отмечать многочисленные непонятные ему темы. Ему было слегка неловко. Хоть у него и были такие себе оценки, похоже, это было еще мягко сказано.
Ло Линьюань повернулся в сторону Юй Ханя. Сначала он хотел объявить, что все выделил, но его взгляд внезапно столкнулся с чужим, и он почувствовал, что тонет в бездне чужих глаз. У Ло Линьюаня были светлые глаза, благодаря чему его зрачки были хорошо видны.
А у Юй Ханя все было иначе: радужки его глаз были настолько темными, что практически сливались со зрачками. Ло Линьюань уставился на него, задумавшись, и оба парня застыли, не отводя взглядов.
Говорят, когда человек смотрит на приятные ему вещи, его зрачки расширяются, полностью раскрывая потаенные чувства. По сердцебиению, запаху, словам, выражению лица и зрачкам можно легко выдать свою тайну, если не уметь хорошо маскироваться.
Ло Линьюань не знал этого, но Юй Хань отчетливо увидел, как зрачки Ло Линьюаня сначала сузились, словно от страха, после чего медленно расширились. Эти изменения были словно наивная жизнерадостная рыбка, что виляет хвостом и своим видом привлекает все чужие взгляды.
На самом деле Ло Линьюань просто признал, что Юй Хань и правда очень красив. Не изысканно, как скульптура, нет. Если бы его попросили описать этого парня, он бы высказал то, что почувствовал при первой встрече с ним. Юй Хань был сильным и необузданным, но при этом спокойным. И именно эта противоречивость придавала ему особый шарм.
Ло Линьюаня внимательно осматривали, как пушистого кролика, схваченного за шею и не смеющего пошевелиться.
От глаз до носа, от носа до губ. В прошлый раз, в отеле, Ло Линьюань осматривал Юй Ханя точно так же. Юй Хань тогда понял, что он хотел сделать. Хотя даже сам Ло Линьюань тогда не осознавал, чего ему хотелось, он лишь почувствовал порыв своего сердце и сделал это, не подумав.
Сейчас его вновь настиг тот же импульс. Ло Линьюань с ускорившимся сердцебиением почувствовал, что воздух вокруг него какой-то слишком сухой, а внутри него все сжалось. Несмотря на холод от кондиционера, температура тела Ло Линьюаня и не думала понижаться.
Когда дядя У пришел с колой и апельсиновым соком, постучав в дверь, Ло Линьюань словно пробудился от какого-то розового сна.
Он мгновенно отпрянул и приземлился обратно на стул. Только он так резко это сделал, что стул не удержался на месте и полетел на пол.
Юй Хань мгновенно подхватил парня под руки, позволив стулу с грохотом приземлиться на жесткую поверхность. Услышав это, дядя У тут же ворвался в комнату. Его глазам предстала следующая картина: молодой господин его поместья, сидя на коленях у своего репетитора, испуганно хватался за его шею.
Дядя У поколебался, не способный что-либо промолвить. Стараясь сохранять спокойствие, он осведомился:
— Молодой господин, все нормально?
Он отставил напитки на полку пониже и подошел ближе, чтобы поднять стул. Спустя не менее десяти секунд Ло Линьюань таки вспомнил, что сидит на коленях другого человека, и подскочил так резво, словно обжегся. Ему почему-то невольно захотелось объясниться, только вот подходящих слов не находилось.
Юй Хань, как самый спокойный человек в комнате, быстро оценил ситуацию. Из-за того, что Ло Линьюань слишком резко покачнулся на стуле и чуть не упал, Юй Хань неосознанно притянул его к себе, поставив в подобное неловкое положение.
Юй Хань перевел взгляд на Ло Линьюаня:
— Мы оба парни, ничего такого.
Услышав его слова, Ло Линьюань тоже успокоился, осознал свою мимолетную панику и счел это подозрительным. В конце концов, ничего такого не произошло, это же не какая-то супружеская измена, чтобы объясняться.
После этих слов дядя У выдохнул:
— Я принесу молодому господину стул получше, а то этот что-то шатается.
Ло Линьюань уселся на свое место, попросил дядю У подать колу и убедил того, что в новом стуле нет нужды, ему и так удобно.
А потом Ло Линьюань вручил своему гостю уже забытый список непонятных ему тем по математике:
— В целом, я не знаю всего этого.
Юй Хань быстро взглянул на список, сверив со своими представлениями об уровне образованности Ло Линьюаня, и принялся объяснять ему все, начиная с основ.
Дядя У, увидев, что двое студентов полностью погрузились в работу, решил не задерживаться здесь. Он тихо поставил поднос с закусками. Когда парни полностью устроились, он подобрал с пола одежду Ло Линьюаня и незаметно покинул комнату.
В коридоре дядя У в смешанных чувствах остановился, все еще держа в руках вещи молодого господина.
На самом деле в произошедшем не было ничего странного. Просто его молодой господин обычно из-за своей чистоплотности не хотел касаться других людей.
«Ах, наверное, у него отличные отношения с одноклассником Юем, раз он даже смог посидеть у него на коленях», — дядя У покачал головой, отгоняя мысль, чувствуя, как с каждой секундой она становится все более странной.
А за закрытой дверью Юй Хань и Ло Линьюань серьезно занимались, хотя в душе оба не могли отойти от случившегося несколько минут назад.
Ло Линьюань сверлил взглядом формулы, но ни одной не мог запомнить. Его мысли были полны… такими сильными бедрами Юй Ханя… такими мощными…
А Юй Хань… Он ни о чем не думал и не позволял себе думать.
http://bllate.org/book/13151/1167432
