После того как Линь Цзябао поправился, он обнаружил важную проблему… Он и Сюаньюань Ханьчэн были без гроша в кармане, ведь все их деньги, сумки и другие принадлежности смыло рекой. Пришлось оплачивать лекарства с помощью семьи дяди Вана. Лекарь сказал, что состояние Сюаньюань Ханьчэна улучшилось и что он очнется менее чем через два дня. Линь Цзябао хотел также купить несколько цыплят, чтобы сварить суп для своего мужа, чтобы поправить его здоровье. Но он и так теперь был должен семье дяди Вана деньги, которая и сама была небогата.
Как только Линь Цзябао почувствовал себя лучше, он сразу же стал искать работу в деревне. Как раз в это время в деревне проводили пиршество, и он пошел помогать на кухне. Позже, благодаря рекомендации тети Ван, он начал готовить сладости и закуски для местной богатой семьи, в которой праздновали день рождения, и Линь Цзябао предложил приготовить персики долголетия. Когда члены этой богатой семьи увидели изысканные закуски, приготовленные Линь Цзябао, то пришли в восторг. Они заплатили Линь Цзябао, чтобы он приготовил сотню персиков долголетия и другие разнообразные сладости. Линь Цзябао усердно работал два дня и, наконец, заработал несколько лянов серебра.
Линь Цзябао узнал, что деревня, в которой они остановились, находится на востоке Цзянчжоу, около полудня пути на повозке. Ему и Сюаньюань Ханьчэну нужно было возвращаться в Цзянчжоу, поэтому сначала нужно было заработать достаточно денег на дорогу.
Когда Линь Цзябао вернулся после долгого утомительного дня, он услышал от тетушки Ван:
— Линь Юань-эр, твой муж очнулся!
Линь Цзябао сразу же побежал внутрь и увидел, как Сюаньюань Ханьчэн сидит в постели.
— Муж, ты проснулся. Тебе лучше?
— Мне гораздо лучше, мое сокровище. Но ты столько всего перенес за эти два дня, — произнес Сюаньюань Ханьчэн с болью в сердце.
— Мне не было трудно. За эти два дня я заработал деньги на дорогу. Как только тебе станет лучше, мы наймем повозку и вернемся в Цзянчжоу, — Линь Цзябао уже все спланировал.
Сюаньюань Ханьчэн с болью в сердце смотрел на своего возлюбленного, который за одну ночь словно повзрослел, стал сильным. Он мог представить, насколько его мальчик был напуган, растерян и встревожен, пока сам он был без сознания.
Линь Цзябао вдруг похлопал себя по голове:
— Верно, я же приготовил для тебя куриный суп. Сейчас принесу...
Он осторожно принес большую миску куриного супа и стал кормить им Сюаньюань Ханьчэна.
— Муж, выпей еще немного, поправляйся скорее.
Сюаньюань Ханьчэн выпил половину супа и протянул его Цзябао.
— Ты тоже выпей. Ты много работал эти два дня.
— Я уже выпил, ты пей, мой дорогой муж…
В итоге Линь Цзябао и Сюаньюань Ханьчэн выпили по глотку и доели большую миску куриного супа.
— Кстати, только что тетушка Ван назвала тебя Линь Юань-эр? — неожиданно спросил Сюаньюань Ханьчэн.
— Да. Я подумал, что лучше использовать другое имя, поэтому назвался этим именем, — с гордостью сказал Линь Цзябао.
— Глупыш. Значит, я стал бессердечным человеком, да? — Сюаньюань Ханьчэн ущипнул сяо Бао за маленький носик.
— Нет, не стал! — рассмеялся Линь Цзябао.
Следующие два дня Линь Цзябао продолжал готовить закуски и сладости для богатых семей деревни и, наконец, собрал достаточно денег за проезд на повозке. Рана на плече Сюаньюань Ханьчэна почти затянулась, поэтому Линь Цзябао договорился с деревенским возницей, чтобы завтра тот отвез их в Цзянчжоу.
На следующее утро Линь Цзябао и Сюаньюань Ханьчэн поблагодарили супругов Ван и отправились в путь, взяв с собой приготовленный тетушкой Ван перекус.
Линь Цзябао оглянулся на маленькую горную деревушку, где они прожили несколько дней, и вдруг почувствовал легкую грусть, ведь тут он мог спокойно звать Сюаньюань Ханьчэна мужем. Заметив, что его малыш расстроен, Сюаньюань Ханьчэн обнял его здоровой рукой и прошептал ему на ухо:
— Сокровище мое, не грусти. Когда мы вернемся, я отправлю сюда людей, чтобы должным образом отблагодарить их.
— О, вы двое так привязаны друг к другу. Вы ведь только что поженились, верно? — спросил мужчина средних лет, который вел повозку. — Когда-то и мы с моей женой были такими, каждый день были неразлучны. Ах, молодость — это прекрасно.
Возница был очень разговорчив.
— Слышал, вы дальние родственники семьи Ван и едете в Цзянчжоу навестить родных?
— Да, — ответил Линь Цзябао.
Мужчина посмотрел на Сюаньюань Ханьчэна и спросил:
— Я вижу, что у тебя достойная внешность, молодой человек. Чем ты зарабатываешь на жизнь? Какую работу выполняешь?
Сюаньюань Ханьчэн не ответил, и тогда Линь Цзябао, немного подумав, сказал:
— Мой супруг ничем не занимается... Э-эм, не работает.
Услышав это, возница снова завел разговор. Он наставительно сказал Сюаньюань Ханьчэну:
— Молодой человек, хоть ты и женился на таком искусном парне, не стоит пренебрегать им. Я слышал, что твой муж очень умелый, но тебе, как мужчине, не следует бездельничать и полагаться на него. Ты не можешь позволить себе *есть мягкий рис...
Лицо Сюаньюань Ханьчэна потемнело от услышанного. Линь Цзябао, не понявший намека, с недоумением сказал:
— Мой супруг еще полностью не восстановился, ему нельзя есть твердую пищу, это плохо для пищеварения.
П.п.: 吃软饭 chī ruǎnfàn — букв. есть мягкую пищу; обр. сидеть на шее у жены; жить на содержании у женщины/партнера.
Сюаньюань Ханьчэн не знал, смеяться ему или плакать.
Возница продолжал всю дорогу рассказывать Сюаньюань Ханьчэну о том, что неправильно сидеть на шее своей второй половинки, пока они, наконец, не прибыли в Цзянчжоу.
Навстречу шел небольшой отряд солдат, и, увидев человека во главе, Сюаньюань Ханьчэн сразу громко крикнул:
— Цао Янь!
Во главе отряда действительно был генерал Цао Янь. Последние несколько дней прошли для него в напряжении. Весть о пропаже его высочества принца и Линь цэцзюня на реке в Цзянчжоу привела их и чиновников Цзянчжоу в сильное беспокойство. Если бы с его высочеством что-то случилось, их жизнь оказалась бы под угрозой…
Цао Янь получил известие о том, что Юань Фу и его люди вернулись с докладом, и немедленно отправил людей на поиски вдоль всех притоков реки в Цзянчжоу. Однако за последние несколько дней поиски не дали результатов. Цао Янь задумался. Он уже отправил письмо с просьбой о прощении. И уже мог представить себе гнев императора. Гнев Сына Небес может привести к смерти миллионов...
Услышав крик наследного принца, Цао Янь тут же обернулся. Увидев его высочество наследного принца, он взволнованно воскликнул:
— Ваше высочество наследный принц! Я так рад видеть, что с вами все в порядке, — Цао Янь тут же слез с лошади и опустился на колени перед наследным принцем и Линь цэцзюнем.
Когда Цао Янь опустился на колени, солдаты за его спиной последовали его примеру.
— Приветствую, ваше высочество наследный принц! Приветствую, Линь цэцзюнь!
В этот момент окружающие тоже пришли в себя и опустились на колени.
Возница остолбенел, его тело задрожало, когда он вместе со всеми опустился на колени. В его голове билась мысль: «О, Боже, я всю дорогу говорил о том, что сидеть на шее другого человека нехорошо, а этот человек оказался его высочеством принцем!»
Маленький театр автора:
Его высочество наследный принц: Назвать меня тем, кто живет за чужой счет... Какое неуважение!
Мяу-мяу: Мне так страшно = ^_^=
Его высочество наследный принц: Устрой сцену с прогулкой на лодке между мной и моим мальчиком прямо сейчас, тогда наследный принц простит тебя.
Мяу-мяу: Сцена на лодке уже была!
Его высочество принц холодно шипит: Не притворяйся глупым!
Мяу-мяу: Сцена на кровати или на лодке? Ваше высочество, вы не можете произнести это правильно ~(≧▽≦)/~
Его высочество принц прожигает убийственным взглядом.
Мяу-мяу: Ладно-ладно, будут сцены и на кровати, и на лодке =^_^=
http://bllate.org/book/13150/1167349
