— Отец, я знаю, о чем вы думаете, я уже подумал об ответных мерах, — Сюаньюань Ханьчэн решительно сказал: — Ваш сын просит отпустить его в военный поход для борьбы с северными варварами.
— Что? Военный поход для борьбы с варварами? — с удивлением спросил император. Они ведь только два года назад подписали соглашение, с чего вдруг он хочет начать войну?
— Глупости! Твое тело уже в таком состоянии, почему ты все еще хочешь идти на поле боя? — сказала императрица с выражением неодобрения.
— Хотя имперский двор подписал соглашение с варварами, варвары никогда не заслуживали доверия. После двухлетнего перерыва рано или поздно они вернутся. Ваш сын уверенно заявляет, что после сбора осеннего урожая в этом году, весьма вероятно, они воспользуются этим шансом, чтобы вернуться на юг. Мы не можем игнорировать это! — Сюаньюань Ханьчэн продолжил: — Я предлагаю немедленно усилить обучение элитных солдат. Если варвары вдруг совершат набег, то мы можем сразу отправить войска на усиление приграничных городов и уничтожить варваров одним ходом. Я прошу разрешения на исполнение! Этот способ также может помочь тебе разрешить внешне-политические волнения, отец. Более того, так как я буду в отъезде как минимум полтора года, я позволю врачу Цяню сопровождать армию, чтобы помочь мне привести свое здоровье в порядок, чтобы мы могли убить двух зайцев одним выстрелом.
— Это, конечно, выход, но уверен ли ты, что варвары обязательно спланируют внезапную атаку? — колебался император.
— Я не могу этого гарантировать, но я считаю, что это произойдет с вероятностью 90%, поскольку варвары никогда не держат своего слова.
Император кивнул. Его сын все более и более проявлял выдающиеся способности, он всегда продумывал все на шаг вперед. А он не из тех императоров, которые боятся своего талантливого сына, наоборот, чем более выдающимся был его сын, тем больше он гордился. Все это время Сюаньюань Ханьчэн никогда не разочаровывал его, поэтому он предпочел поверить своему сыну и поддержать его.
— Хорошо, тогда с завтрашнего дня ты отправишься в северный лагерь.
— Спасибо, отец-император. Я обязательно выполню эту миссию, — несмотря ни на что, его отец продолжал доверять ему, как и прежде. Сюаньюань Ханьчэн был очень тронут.
Выйдя из дворца Юншоу, Сюаньюань Ханьчэн сказал Юань Фу, который ждал его:
— Давай вернемся во дворец.
Глядя на звездное небо, Сюаньюань Ханьчэн вздохнул с облегчением: после того как он убедил отца и мать, все начало меняться в соответствии с его планом.
Для многих сегодняшняя ночь суждена быть бессонной. Сюй Сюэин чуть не потеряла сознание, услышав новость о том, что ее главную дворцовую служанку выпороли до смерти, а ее саму наказали.
Она не понимала, где промахнулась. Его высочество всегда благосклонно относился к ней, когда дело доходило до поиска милости. Она также часто угощала наследного принца супом. Наследный принц всегда говорил, что она была разумной и внимательной женой, и большую часть времени он приходил к ней после того, как выпьет суп.
Нынешнее заключение было для нее неожиданностью, такого никогда не было раньше. Жаль, что ей не удалось выяснить хоть что-нибудь, она действительно до смерти тревожилась.
— Сяо Ли-цзы, пойди и еще раз расспроси обо мне, — обратилась Сюй Сюэин к евнуху, стоявшему рядом с ней. Она немного волновалась, не зная, действительно ли они обнаружили, что она сделала с наложницей Юй.
Подумав об этом еще раз, она успокоила себя. Это невозможно, она уже заставила своих слуг аккуратно с этим разобраться, не оставив никаких улик. Более того, если бы его высочество действительно узнал, что она причинила вред королевскому наследнику, ее наказание не должно было бы ограничиться простым заключением под стражу.
Во дворце наследной принцессы Сюэ Цайюй также тревожно спрашивала свою приближенную слугу, кормилицу Ван:
— Би Чжу там ничего же не…
— Не сделает, госпожа. Мы уже выяснили, что, когда Би Чжу добивалась благосклонности для наложницы Сюй, она случайно столкнулась с наследным принцем, поэтому наследный принц наказал ее.
— Что ж, тогда нужно разобраться с членами семьи Би Чжу, — сказала наследная императрица.
— Да. Госпожа, пожалуйста, не сомневайтесь, с этим, безусловно, разберутся надлежащим образом, — кормилица Ван ответила, похлопав себя по груди.
Чего они не знали — что весь дворец наследной принцессы уже взяли под стражу. За каждым их движением следил тайный страж, и никакая информация уже не могла быть передана наружу.
Сюаньюань Ханьчэн, начиная со следующего дня, помимо посещения императорского двора по утрам и помощи отцу в решении некоторых государственных дел, часто бывал в северном лагере, большую часть времени проводил вместе с генералами, вникал в изучение военной стратегии и тактики и усилению подготовки солдат. Хотя прошедшие дни сильно утомили его, но его сердце обогатилось.
Всякий раз, когда Сюаньюань Ханьчэн вспоминал, что его сокровище войдет во дворец менее чем через месяц, он не мог подавить волнение. Он должен правильно спланировать свою жизнь так, чтобы его драгоценный малыш снова смог появиться рядом с ним.
Пока Сюаньюань Ханьчэн считал дни в ожидании, до деревни Линьцзя дошла важная новость о том, что во дворец набирают слуг. Тогда Линь Цзябао еще не знал, что эта новость изменит его судьбу.
Деревня Линьцзя.
Как раз накануне вечером участковый деревни Линьцзя сообщил важные новости: императорский дворец нанимает слуг, и деревне Линьцзя дали квоту на десять человек.
Жители деревни были потрясены этой новостью, и в деревне началось бурное обсуждение.
— Тихо! Тихо! Все слушайте меня! Эта новость — абсолютная правда. Сегодня я ездил в уездный город, и об этом лично сказал уездный судья. На этот раз у нас есть квота на десять человек из деревни Линьцзя. Требуются девочки или гермафродиты в возрасте от одиннадцати до тринадцати лет. Понимаю, что вы не хотите отправлять своих детей во дворец, но такой приказ направили в наш уезд. Если его не исполнить, то пострадает вся деревня, — участковый продолжил: — На самом деле, попасть во дворец не так страшно, как вы думаете, во дворце каждый месяц выплачивают пособие. Тех, кто будет работать добросовестно, освободят из дворца, когда им исполнится двадцать пять лет, и получат кучу серебра. Если вы привлечете внимание какой-нибудь гуйжэнь, вас ждет безграничное будущее, и это пойдет на пользу вашей семье…
Участковый замолк, так как на лицах некоторых семей, жадных до денег, уже засияла жажда наживы.
Участковый удовлетворенно посмотрел на них: похоже, заполнить квоту в десять человек не составит труда. Затем он решил подлить масла в огонь:
— Согласно правилам, семьям, которые не хотят отдавать своих детей, придется заплатить 5 лянов* за каждого подходящего условиям члена семьи. Эти деньги позже будут разделены поровну между семьями тех десяти человек, которые войдут во дворец, в качестве небольшой компенсации. Ну что ж, подумайте и примите решение, а позже приходите ко мне, чтобы зарегистрироваться как можно скорее, потому что мне нужно будет отправить список имен через десять дней. Через полмесяца мы отправим людей в уездный город для сбора.
П.п.: Лян (в европейской традиции — таэль) — денежная единица, содержащая 10 цянь (кандаринов), около 37,3 гр. чистого серебра.
После того, как участковый окончил речь, все постепенно разошлись.
http://bllate.org/book/13150/1167257
