Но когда рассказчиком становился бесстрастный и медлительный Кан Джинму, все превращалось в невыносимую скуку. А в момент кульминации он так напрягался, что хотелось плакать от жалости, а не смеяться. Когда я смотрел на него с презрением, он смущенно оправдывался: «Но когда я слышал, это было правда смешно».
Однако он не сдавался. Каждый раз приносил новые истории, пытаясь хоть раз меня рассмешить. Судя по тому, как они становились все детальнее, он, наверное, даже записывал и заучивал их. Мне стало его жалко, и однажды я фальшиво рассмеялся. Весь вечер он ходил с глупой улыбкой, не зная, куда себя деть от счастья.
Жалкий дурачок. Надо будет смеяться раз в несколько дней. Если делать это каждый день, он, возможно, так распушит хвост, что будет болтать без остановки.
Кан Джинму сам шел мыться и переодевался в пижаму, даже если я не говорил ему этого. На выходные у него уже были свои вещи. Хотя я покупал их не для этого. Сначала раздражала его же собственная услужливость, но со временем эти вещи стали для него предлогом оставаться у меня.
Чем естественнее он расширял свои границы, тем сильнее чесался затылок от мысли, что что-то идет не так. Но когда я выходил из душа в идеально убранную квартиру, пил воду, которую он подавал в нужный момент, и засыпал, когда он накрывал меня одеялом, я быстро забывал об этом.
Если я ворочался без сна, он начинал похлопывать меня, якобы «убаюкивая». Это так бесило, что я заставлял себя засыпать, и в итоге невольно привык.
Кан Джинму занял не только физическое пространство. Он проникал даже в мои случайные мысли. Например, когда я ел дунпожоу* в китайском ресторане у работы, вдруг ловил себя на мысли: «А ведь Кан Джинму любит это».
П.п.: Дунпожоу (также известна как свинина Дунпо) — китайское блюдо из тушеной свинины.
Мимоходом мелькало и тут же забывалось. Но сегодня, когда он подвозил меня, я увидел вывеску и импульсивно выпалил:
— Заходи в обед. Угощу.
Вместо ответа Кан Джинму уставился на меня.
— Не хочешь — не надо.
Зря я заговорил. Мы как раз подъехали к офису, и я уже хотел быстро выйти, но он задержал меня.
— Приду.
Кан Джинму радостно прищурился. Рад, а делает вид, будто в раздумьях. Мне стало неловко, поэтому я захлопнул дверь, не глядя на него.
Популярный китайский ресторан у офиса было трудно забронировать, но это для остальных. Когда мы с Кан Джинму вошли, дунпожоу, заказанное заранее, уже подавали.
— Вкусно?
— Угу. Мне нравится.
Поэтому мы здесь. Кажется, он даже в страшном сне не догадывался, что я выбирал еду под его вкус. В общем, туповат. Кто бы еще с ним связался? Я покачал головой, на что он спросил:
— Что такое?
— Ничего. Сегодня опять переработка?
— Возможно. Еще корпоратив.
— Тогда не напрягайся. Опять заболеешь.
Кан Джинму молча улыбнулся. Его покорное выражение лица почему-то вызвало раздражение. Я машинально взъерошил волосы, и он потянулся ко мне. Я покорно наклонил голову, давая пригладить пряди.
На выходе мы столкнулись с коллегами. Я вежливо улыбнулся и поздоровался. Кан Джинму наблюдал за этим в одном шаге от меня. Когда мы вышли, он почему-то улыбался сам себе.
— Что?
— Ты красивый.
— Только сейчас заметил?
— М-м. Редко вижу у тебя такое лицо, — он улыбался слишком тепло для сарказма. — Если бы встретил тебя на работе, наверное, подумал бы, что ты приятный человек.
Определенно, еда ударила в голову. Я пристально посмотрел на него, но он только поднял брови, не понимая намека.
— Что хочешь на ужин?
— Сам думай.
Кан Джинму снова замер, глядя на меня.
— Что опять?
— Просто понял, что ты делаешь такое лицо только со мной.
— Ты меня бесишь.
— Хорошо. Значит, только я это вижу.
Он потянулся потрогать мое лицо, но, вспомнив, что мы у офиса, быстро убрал руку.
— Хисо, ты…
— Что?
— Ничего.
Он улыбнулся чему-то своему и ушел.
В офисе я уставился в зеркало. Переключаясь между «рабочим» и «канджинмушным» выражением лица, я заметил разницу. Но сейчас улыбаться ему так же спокойно было смешно. Он заставляет меня думать о ерунде. Надоедливый тип.
Кажется, сегодня Кан Джинму сказал, что не придет из-за корпоратива. Но он снова звонил в дверь, держа в руках упакованные сашими и соджу. Щеки были красными.
— Ушел с корпоратива пораньше.
— Зачем? Мог остаться.
Он, игнорируя мое ворчание, радостно накрыл на стол. Бесполезно было его останавливать — только испорчу себе настроение.
Сашими было вкусным. Видя, как я ем, Кан Джинму улыбался и пододвигал еду ко мне. Немного захмелев, он просто смотрел на меня, потягивая соджу.
— Ты чего не ешь?
— Я насыщаюсь, просто глядя на тебя.
Я скривился, а он вдруг рассмеялся.
— Что?
— Вспомнил, как ты улыбался в обед.
— И?
— Ты выглядел очень добрым.
— Я и есть добрый.
Кан Джинму расхохотался, будто это была шутка.
— Ссориться пришел?
— Прости. Ты так серьезно это сказал.
Он закусил губу, пытаясь сдержать смех. Я давно заметил: когда он пьян, его истинные мысли легко вырываются наружу.
— Наверное, мало кто знает о твоей другой стороне.
— Конечно. Потому что никто не бесит меня так, как ты.
Не важно, язвил я или нет, Кан Джинму нежно улыбнулся и поцеловал меня в лоб. Потом его губы мягко захватили мои, проникая языком внутрь. Облизывая уголки рта, как конфету, он слегка пососал мой язык и сел на место.
— И такое лицо тоже.
Я осознал, что рот у меня приоткрыт, поэтому быстро закрыл его. Кан Джинму смотрел на меня слаще обычного. Где бы его взгляд ни останавливался, казалось, на том месте оставался мед, липкий и густой. Странный тип.
— Почему я тебе так нравлюсь? — импульсивно спросил я.
— Не знаю.
Он нахмурился, словно и сам не понимал. Хотелось дать ему подзатыльник.
— У тебя скверный характер, ты меня ненавидишь, и даже если симпатизируешь, страдаю только я.
Хоть и косноязычно, но правдиво. Видно, что он не дурак. Но почему тогда ведет себя как тряпка? Странный.
— Но ты мне нравишься. С первой встречи ничего не могу поделать с собой.
С первой встречи? Не с той ночи? Может, спутал из-за алкоголя? Не успел я спросить, как он медленно моргнул, положил голову на мою руку и уснул.
***
После того первого обеда Кан Джинму стал часто приходить ко мне на работу в обеденный перерыв.
— Ты же занят, зачем специально приходить? — ворчал я.
— На свидание, — он нагло ухмылялся.
Обеденные места вокруг офиса обычно были переполнены, поэтому мы чаще покупали что-то простое вроде сэндвичей и ели в парке. Двое взрослых мужчин в костюмах, сидящие плечом к плечу под раскидистыми деревьями — должно было выглядеть нелепо, но из-за серьезного выражения лица Кан Джинму атмосфера получалась не такой уж плохой.
Поскольку он часто оставался у меня ночевать, я купил кровать в гостевую комнату. Но Кан Джинму упрямо настаивал на том, чтобы спать в моей. Пытаясь скрыть свою эрекцию, он лишь слегка отстранял бедра, плотно прижимаясь ко мне верхней частью тела. Его крепкие руки были жесткими в качестве подушки, но со временем я привык.
http://bllate.org/book/13142/1166345
