Едва он договорил, троица бросилась наутек. Будто увидела нечто, что могло их уничтожить просто фактом своего существования. Дэйн смотрел им вслед, озадаченно хмурясь.
«Работа прошла гладко, но что, черт возьми, с ними такое? Будто от огня сбежали».
Позвонив Джошуа с донесением, он услышал в трубке довольный смешок.
— А, кто эти парни? Моя команда безопасности. Они не в восторге от участия, но… скажем так, наши интересы в этот раз совпали.
Дэйн примерно понял, что это значит, и пока он соображал, Джошуа добавил:
— В любом случае, я буду ждать вас на месте. Спасибо, что взялся за это, — и затем, будто невзначай: — Не верь ни единому слову Грейсона. Он врет так легко, что сам начинает в это верить.
— Знаю, — сказал Дэйн, глядя на бесчувственное тело Грейсона напротив. — Я прекрасно знаю, кто он такой.
Тон Джошуа смягчился:
— Похоже, он и тебя подставил.
Сочувствие в его голосе заставило Дэйна только сильнее сжать челюсть. Будто почувствовав это, Джошуа добавил:
— Не расслабляйся. Ни на секунду. Грейсон Миллер — не тот, кого можно недооценивать.
Дэйн раздраженно фыркнул:
— И все же ты доверил это мне. Немного безрассудно, не находишь?
Джошуа тихо рассмеялся:
— Ты единственный, кто сможет справиться с ним.
Дэйн закончил разговор без лишних слов.
Теперь он летел в этом огромном военном вертолете с человеком, которого похитил, и пилотом, который упорно смотрел только вперед. Их цель? Уединенная хижина в глуши.
Все должно было занять максимум два дня.
Дэйн вспомнил разговор с начальником. Он сохранял хладнокровие, сказал, что штраф серьезно ударил по его бюджету, и попросил неделю отпуска, чтобы прийти в себя. Оставил себе запас на случай осложнений, но если все закончится быстро — просто вернется пораньше к работе. Начальник, все еще злой, но уставший, махнул лишь рукой.
Его кошка, Дарлинг, была пристроена ветеринарной клинике для осмотра. Дэйн оставил ей свою футболку с феромонами, чтобы успокоить ее в свое отсутствие. Если что-то пойдет не так, Ёну позаботится о ней. Тот с радостью согласился. Он даже пошел с ними к ветеринару, возился так, будто это его собственная кошка.
Таким он и был с ним всегда. Все из-за того, что Дэйн когда-то выручил его в трудной ситуации. И с тех пор Ёну считал себя его должником.
Видимо, с тех пор у Ёну было много поводов для угрызений совести.
Лопасти вертолёта ревели над головой, заполняя кабину оглушительным гулом. Дэйн перевел взгляд на Грейсона — тот все еще лежал без сознания.
«В лучшем случае все закончится так...»
И Дэйн представил себе картину: Чейз Миллер наконец высказывает брату все, что накопилось за годы. Каждую обиду, каждую боль. Джошуа стоит рядом, наблюдая. Сам Дэйн, скрестив руки, тоже стоит неподалеку.
А Грейсон Миллер? Извиняется. Признает все свои ошибки. Обещает держаться подальше от семьи Джошуа… и от самого Дэйна.
«Ага, как же».
Дэйн на секунду закрыл глаза, медленно выдыхая. Эти фантазии были такими же вероятными, как прилет инопланетян с выигрышными лотерейными билетами.
«Какого черта мы вообще это все затеяли?»
Но затем он снова подумал о Дарлинг в ветеринарной клинике. Напомнил себе, что не все так бессмысленно. Хоть что-то хорошее из этого да выйдет. Ветеринар сказал, что анализы займут два дня. Если он не вернется вовремя — Ёну все уладит. Это уже решено. Он даже познакомил того с кошкой, чтобы клиника внесла его в карточку как доверенное лицо.
«Да, он справится».
Дэйн сменил позу, пристально глядя на Грейсона.
«Он — последняя незакрытая петля».
Прошло несколько минут в тишине, прежде чем Дэйн нарушил гул винтов окликом:
— Эй.
Никакой реакции.
— Будешь прикидываться до самого конца? Мне скучно. Очнись.
Грейсон не шелохнулся. Дэйн подождал еще мгновение, затем встал, занеся руку для пощечины.
И тут он услышал: тихий, хриплый смешок.
Плечи Грейсона слегка дрогнули, губы растянулись в усмешке, прежде чем он наконец приоткрыл глаза.
— Раскусил меня, да? — его голос был хриплым, но веселым.
— У тебя дерьмовая игра, — ровно сказал Дэйн, снова опускаясь в кресло и закидывая ногу на ногу.
Грейсон потянулся, насколько позволяли наручники, затем медленно ухмыльнулся:
— Так вот для чего ты меня похитил?
Дэйн сжал кулак, лицо оставалось каменным. Немое предупреждение: «Скажешь еще одну глупость — пожалеешь».
— Зачем притворялся? — резко спросил он. — Ты в сознании уже давно. Мог бы сопротивляться или сбежать.
Грейсон пожал плечами:
— Было интересно. Хотел посмотреть, к чему все идет.
Дэйн стиснул челюсть, выплюнув:
— Ты вообще понимаешь, что тебя похитили?
— Ага. Понимаю.
Спокойный, почти развлекающийся тон Грейсона заставил Дэйна недовольно нахмуриться. Эта самодовольная ухмылка начинала его уже бесить.
— Тогда знаешь зачем?
Грейсон склонил голову, будто обсуждал погоду:
— Думаю, узнаю по прибытии.
Такое безразличие — будто все это его не касалось — вызвало у Дэйна еще большую настороженность. Что-то здесь было… не так.
«В чем твой замысел, ублюдок?»
Дэйн уже собирался надавить сильнее, когда заметил. Грейсон все еще ухмыляется, но в этом было что-то неестественное. Натянутое. И все его тело мелко дрожало.
— Какого черта?
Грейсон притворился, что не понимает, о чем это он. Но Дэйн теперь видел ясно: глаза слишком часто моргали, кожа покрылась испариной.
— Что с тобой? — резко спросил он.
Грейсон слабо улыбнулся:
— О… да. Я боюсь высоты.
— Что?
Дэйн невольно повысил голос. Лицо Грейсона посерело, на висках выступил пот, но он улыбался, будто это была какая-то дурацкая шутка. Выглядел он ужасно — бледный, с холодной испариной на лбу, взгляд мутный.
— Давай, снова отключись что ли, — пробормотал Дэйн с сарказмом.
Грейсон глухо рассмеялся:
— Если бы я мог — сделал бы. Так это не работает.
В его голосе появилась неуверенность, как-то поменьше наглости что ли. Это сбило Дэйна с толку: «Он что серьезно?»
Социопаты — прирожденные лжецы. Могут придумать любую историю, чтобы добиться своего. Манипулируют, искажают правду, заставляют поверить. Точно как Грейсон обманул Эзру.
— Кончай пороть чушь, — рявкнул Дэйн. — Думаешь, я поведусь на этот жалкий спектакль?
Грейсон слабо улыбнулся, но губы при этом неконтролируемо дрожали:
— Надеялся, что да.
Теперь он выглядел еще хуже — лицо приобрело сине-серый оттенок, дыхание стало частым и поверхностным. Все его тело тряслось так сильно, будто его било в припадке.
«…Черт. Это все-таки правда?»
Дэйн выругался и встал, приблизившись:
— Эй! Ты в порядке? Держись! — он повернулся к пилоту: — Сколько еще нам лететь?!
Глаза Грейсона метались, зрачки расширены от паники. Его феромоны стали хаотичными, нестабильными, излучая чистый страх. Впервые Дэйн подумал, что тот действительно может впасть в шок.
«Проклятье. Кто вообще сажает страдающего акрофобией в вертолет?»
На мгновение он разозлился на Джошуа, но быстро отбросил эту мысль. Сейчас важнее было справиться с текущей ситуацией.
— Не отключайся, Миллер! Что тебе нужно? Воды?
Дэйн грубо встряхнул его, пытаясь привести в чувство. Грейсон, стуча зубами, выдавил:
— В-воды… п-пожалуйста…
Дэйн резко развернулся, хватая припасенную бутылку. Сорвал крышку и обернулся обратно…
— …Что за…?!
В кабину ворвался резкий порыв ветра, ударив с силой стены. Дэйн замер.
Грейсон стоял у открытой двери вертолета.
http://bllate.org/book/13139/1165688
