— Ты тоже отдохни.
— У меня много дел.
— Кто ж не знает. Я к тому, что нужно и работать, и отдыхать.
— Как можно отдыхать, когда дел много?
— Если я буду тебя постоянно отвлекать разговорами, ты не сможешь сосредоточиться, вот и отдохнёшь.
— В Англии 1850-х годов, когда деревья потемнели от загрязнения, численность берёзовой пяденицы светлой окраски сократилась, а тёмной — возросла.
— …К чему ты это?
— К тому, что у живых существ есть инстинкт приспосабливаться к внешним угрозам.
— А. Значит, я — загрязняющее вещество, а ты — несчастная бабочка? Пытайся изо всех сил менять цвет крыльев. Я буду болеть за тебя.
— Лучше, чем словесная поддержка, мне поможет, если вы закроете рот.
Чу Сану был похож на торговый автомат, который выдаёт только правильные ответы. Чжэён, спасаясь бегством из проигранного словесного поединка, взял телефон. Ответил на несколько сообщений, включил клип любимой группы. Раньше, когда он работал с Юной или Сонджином, всегда играла громкая музыка, но с тех пор как появился Сану, он ни разу её не включал. Юна поначалу тоже пыталась сопротивляться, но раз за разом терпела сокрушительное поражение в словесных баталиях и, когда приходил Сану, лишь со вздохом хваталась за наушники. Сегодня она ушла рано, так что и повода для этого не было.
Мерцающий синтезатор, глухие удары барабанов, насыщенный бас, потрясающая электрогитара и томный вокал. Чжэён закрыл глаза, погружаясь в музыку, но в то же время наполовину ожидая услышать «выключите музыку». Приоткрыв глаза, он увидел, что Сану по-прежнему сидит с идеально прямой спиной и работает.
— Похоже, тебе нравится.
— Нет. Обычная.
— Эта группа называется Психоде…
— Психоделик. Я знаю.
— Песня называется «Магнитное…
— «Магнитное поле», восьмой трек с пятого альбома «Электричество». Я и так знаю, так что помолчите.
Чжэён был настолько ошеломлён, что уронил телефон. Его любимый исполнитель не был широко известен в стране. Даже если Сану знал название песни, то как он мог знать номер альбома и трека? Хотя тот и сказал, что музыка «обычная», тот факт, что он знал все детали, указывал на то, что он был весьма искушённым слушателем. Пока Чжэён пребывал в шоке, плейлист перешёл к следующей песне. На этот раз это была малоизвестная местная инди-группа.
— «Напхальсу», второй альбом «Вздор», трек 12, «Уволю начальника и поглощу компанию».
Чжэён целую минуту тупо смотрел на чёрную бейсболку.
«Неужели у Чу Сану такие же вкусы, как у меня?»
В это было трудно поверить. С трепетом в сердце Чжэён включил следующий трек.
— Группа «Чочхивон», первый альбом «Красное и чёрное», трек 7, «Красный гигант».
— Охренеть… Эй. У нас и вправду очень похожие вкусы. Мурашки по коже.
— Совсем нет, так что даже не говорите такого.
Как бы Сану ни ворчал, Чжэёна не обманешь. Если он знает даже номера треков, значит, слушал их очень часто. Взволнованный, Чжэён переключал трек за треком. Сану знал всё. Зарубежные исполнители, местные, любой жанр — он щёлкал их как орешки. Он был куда точнее любого приложения, которое определяет песню по звуку.
Чжэён лихорадочно переключал треки и случайно ткнул не туда, включив популярный хит, уже десять недель занимавший первое место в чартах. До этого название звучало в течение десяти секунд после начала песни, но на этот раз воцарилась тишина.
— Ты не знаешь эту песню?
— Откуда мне ее знать?
Говорят, если не знаешь эту песню сейчас — значит ты шпион. Странное дело. Чжэён снова почувствовал лёгкую неловкость и смятение.
— Сонбэ, у усиленной гранаты не хватает ободка на кольце. Исправьте и заодно пересмотрите кукурузу. И, кстати, пятнадцать минут уже прошло. Возвращайтесь на место.
«Вот же придирчивый».
Чжэён продержался секунд пять, а затем поднялся. С неохотой усевшись на стул, он увидел, как Сану искоса взглянул на него, а затем снова перевёл взгляд на ноутбук.
«Милый, но совершенно не милый».
Чжэён протянул руку, чтобы ущипнуть его за щёку, но слишком поздно вспомнил о табу. Сану уже хмурился, уставившись на его руку. Чжэён хлопнул в воздухе:
— Ой? Тут комар…
— Какой комар в апреле?
— Вот же был.
— Покажите ладонь, поймали?
— А? Упустил.
С выражением полного неверия Сану снова начал печатать. Уставившись в монитор, плотно забитый незнакомым языком, он выглядел всемогущим. Чжэён, подперев подбородок, тупо смотрел на Сану и какое-то время не мог заставить себя заняться делом.
— А зачем ты вообще делаешь игры?
Внезапно задав этот вопрос, он понял, что слегка опоздал. Этот вопрос должен был возникнуть у него с самого начала.
Почему Чу Сану хочет создавать игры? Парень, у которого нет ни малейшего понимания контента. Он хорошо разбирается в разработке, но, кажется, совершенно не чувствует графику или звук. К тому же, по характеру он не годится для командной работы и вряд ли получает от неё удовольствие, так зачем же ему заниматься именно созданием игр, где так нужны руки дизайнера или сценариста?
— Потому что мне это нравится.
Неожиданный ответ немного шокировал Чжэёна. Поскольку у него сложилось стойкое впечатление, что Сану — редкий чудак, он смутно предполагал, что у того нет ни хобби, ни увлечений.
— Есть игровая компания, в которую я хочу устроиться. В пятнадцать лет я впервые попробовал игру от этой компании, и она была настолько захватывающей, что я впервые не спал всю ночь. С тех пор моя мечта изменилась. Я хочу создать такую игру своими руками, поэтому отдельно изучаю английский и игры.
Сану, взглянув на выражение лица Чжэёна, добавил: «А. Вы же не спрашивали?» — и снова уставился в монитор. Чжэён, усмехнувшись, покачал головой:
— Да нет, всё нормально. Ты только что был чертовски крут. Так что это за игра?
— Starcraft 1.
«Никогда не играть в Starcraft 1 с Чу Сану в компьютерном клубе». Чжэён сделал мысленную пометку.
— Кем ты мечтал стать до того, как переключился на разработчика игр?
— Водителем экскаватора.
«...»
Сегодня он кое-что узнал. Что Чу Сану — не просто зацикленный на задачах человек-машина, а человек, который любит музыку и у которого есть мечта. Впервые он увидел, как в глазах Сану сверкают амбиции.
— Успех «Veggie Venturer» станет трамплином, и во второй половине следующего года я планирую устроиться на работу.
— Так вот зачем ты говорил про моё портфолио и всё такое. Выходит, это было для твоего портфолио?
— Разве это не выгодно нам обоим?
Сану уже считал игру, которую они только начали делать вдвоём в сумасшедшем графике, гарантированным успехом. И почему это выглядело не как безрассудство, а скорее как уверенность? Мечта Чу Сану. Он думал, и небезосновательно, что путь будет нелёгким, но для Сану ничего невозможного нет. А когда испытываешь чувство гордости, появляется желание сделать что-то.
— Эй.
— Да.
— Можно тебя по голове погладить? Через минуту.
— ……
Сану долго не отвечал. Было непривычно, что он не отказывает сразу и наотрез. Чжэён ждал достаточно, но ответа так и не последовало.
— Не хочешь — как хочешь.
http://bllate.org/book/13137/1165384
