Готовый перевод When Two Alphas Meet, One’s an Omega / История альфы: как я стал омегой [❤️] [Завершено✅]: Глава 3.2 Не нюхай чужую железу без спросу

За обедом он напомнил деду Бай, какие продукты вредны при гипертонии, а после еды проследил, чтобы тот принял лекарства.

Всё это делало Бай Хуая, законного наследника семьи Бай, похожим на постороннего.

Но родной внук есть родной внук.

Держа руку Цзянь Сунъи, дед Бай заговорил о Бай Хуае:

— Сяо И, ты же хорошо учишься. Теперь Бай Хуай перевёлся в твой класс. Если будет время, помоги ему, а то боюсь, он не успеет подготовиться.

Цзянь Сунъи скользнул взглядом по Бай Хуаю, сидевшему на диване напротив, и решил вернуть утраченное сегодня преимущество в вопросе роста.

Уголки его губ приподнялись:

— Конечно, дедушка. Я беру это на себя. Но ты же знаешь, у меня нет терпения. Вдруг я буду объяснять, а он не поймёт? Начну горячиться, поссорюсь с Бай Хуаем — только не ругай меня потом.

Закончив, он бросил быстрый взгляд на Бай Хуая, блеснув глазами.

У него были глаза с приподнятыми внешними уголками, и этот взгляд умел провоцировать людей в полной мере.

Он и не собирался помогать Бай Хуаю с учёбой. Да и с его павлиньим характером — разве тот позволил бы?

Конечно нет.

Он просто хотел поставить его в неловкое положение.

Но Бай Хуай лишь поднял глаза и равнодушно посмотрел на него:

— У тебя или у меня?

Цзянь Сунъи: «?»

С чего вдруг «у тебя или у меня»?

* * *

Когда Цзянь Сунъи сидел за письменным столом в спальне Бай Хуая, на расстоянии одной книги от его локтя, он поднял глаза и уставился на горшок с сосной за окном своей спальни в доме напротив. Некоторое время он молчал.

Кто из них двоих ненормальный — он или Бай Хуай?

Как они вообще дошли до занятий?

Разве их отношения были настолько дружескими и гармоничными?

Цзянь Сунъи ошеломлённо молчал.

Внезапно перед ним появилась рука.

Длинная, пропорциональная, с чёткими суставами. На фоне бледной кожи просвечивали голубоватые вены.

Пальцы постучали по столу, а голос раздался у самого уха:

— Очнись.

Когда он постучал, Цзянь Сунъи уловил какой-то запах и нахмурился:

— Бай Хуай, ну надо же так пафосно — ещё и духи на запястье прыснул?

Бай Хуай покосился на него:

— Какой ноздрёй ты это унюхал?

Цзянь Сунъи серьёзно ответил:

— Откуда мне знать, какой? Они расположены так близко и мне не докладывают.

Бай Хуай: «...»

Бай Хуай взглянул на него как на идиота.

Его глаза были узкими, а радужка — светлой. Без очков его взгляд казался рассеянным, но при этом неосознанно излучал холодное презрение. Он даже провокационно поднял запястье:

— Может, ещё понюхаешь?

— Давай.

Бай Хуай: «...»

Цзянь Сунъи действительно схватил его запястье, наклонился и втянул воздух носом. Потом удивлённо приподнял бровь:

— Странно, запах пропал.

Его дыхание, горячее и влажное, коснулось прохладной кожи запястья, вызывая лёгкое жжение и покалывание.

Бай Хуай невозмутимо отдёрнул руку:

— Потому что я ничего и не наносил.

— Нет, я правда что-то уловил, — молодой аристократ Цзянь почувствовал себя крайне несправедливо обвинённым. — У меня нос как у ищейки. Каждый раз, когда твой дед тайком перекусывает ночью, я вычисляю это прямо из дома. Я не мог ошибиться. Давай я ещё раз понюхаю.

С этими словами он положил левую руку на спинку стула Бай Хуая, наклонился и потянулся к его шее.

Его логика была проста: если духи нанесены на запястье, то и на шею — тоже, это уж точно.

Но едва его чёлка коснулась шеи Бай Хуая, стул резко дёрнулся назад.

Бай Хуай стремительно вскочил, отстранился и холодно посмотрел сверху вниз. В его голосе мелькнула едва уловимая раздражительность:

— Цзянь Сунъи, у тебя вообще есть хоть капля здравого смысла?

Цзянь Сунъи замер, осознав, что ему только что нахамили.

Его аристократическая натура тут же взбунтовалась:

— Я просто понюхал, есть ли на тебе духи! Где тут отсутствие здравого смысла? Мы же мужики, неужели ты, блять, стесняешься?

Бай Хуай проигнорировал его слова. С громким шлепком он закрыл сборник задач и спокойно произнёс:

— Последнюю задачу я тоже решил. Можешь идти.

Да как он смеет его выгонять!

Цзянь Сунъи фыркнул от ярости и резко вскочил. От его порывистого движения стул отъехал далеко назад, скрипнув по деревянному полу.

— Думаешь, мне правда интересно?

С этими словами он, громко топая, зашагал вниз по лестнице и с силой хлопнул дверью.

Хотя Цзянь Сунъи был вспыльчив, он обычно следил за поведением при старших. Такая реакция означала, что его действительно вывели из себя.

Бай Хуай посмотрел на загоревшийся в противоположном окне жёлтый свет, отложил сборник задач, потёр переносицу и взял телефон. Он открыл чат с самым верхним контактом.

Если бы Цзянь Сунъи жил в древности, он был бы молодым аристократом из богатой семьи. Тогда Бай Хуая можно было бы сравнить с наследником рода первых министров — его характер был ещё хуже, чем у Цзянь Сунъи.

Но главное достоинство Цзянь Сунъи заключалось в том, что он не боялся сильных мира сего. Он считал, что Бай Хуай просто любит понтоваться, но ничего страшного в нём нет, и потому упрямо продолжал гнуть свою линию.

С самого детства Бай Хуай — то ли из-за нежелания спорить, то ли по другим причинам — постоянно потакал ему. Так и сформировался его характер, не терпящий ни малейших унижений.

Впрочем, Цзянь Сунъи быстро остывал. Выйдя из душа, он уже ни о чём не переживал.

Одной рукой он вытирал волосы полотенцем, другой взял телефон, чтобы извиниться перед дедушкой Баем.

Уйти, не пожелав старику спокойной ночи, было крайне невежливо.

Открыв WeChat, он увидел знакомый аватар с красной точкой уведомления.

На аватаре была лишь белая пустота, а в нике — одна буква B.

Последнее сообщение в чате было новогодним поздравлением, которое Цзянь Сунъи отправил под давлением матери.

Новое сообщение гласило: [Впредь не нюхай чужие железы без спросу]

Капля воды с мокрых волос упала на экран с тихим «плюх».

Цзянь Сунъи усмехнулся.

Вот оно что! Выходит, Бай Хуай и правда стеснялся.

Ладно, он сам виноват: прогуливал уроки биологии, да и не дифференцировался ещё, поэтому не сразу сообразил и перешёл границы.

Нельзя винить Бай Хуая за его гнев.

Раз это его ошибка, нужно загладить вину.

Он быстро напечатал ответ: [Запах приятный. Не комплексуй.]

Хотя Бай Хуай отрицал, что пользовался духами, Цзянь Сунъи был уверен: он что-то почувствовал.

Это был холодный свежий аромат, напоминающий сосновый лес в снегу.

Действительно приятный.

Более того, в тот момент он испытал необъяснимое чувство комфорта. Он не мог ошибиться.

Этот пижон определённо воспользовался духами.

Получив это сообщение, Бай Хуай поднял глаза и прищурился, глядя на колеблющуюся тень за шторами окна напротив.

Некоторых людей просто необходимо проучить.

Но раз он уже начал чувствовать запах феромонов, значит, скоро наступит период дифференциации.

http://bllate.org/book/13134/1164765