Чи Цин накинул куртку и перед выходом тщательно выбрал пару чёрных перчаток из ряда, висевшего в прихожей. Затем он помог Цзе Линю дойти от лифта до ворот жилого комплекса.
Пока они ждали машину, Чи Цин почувствовал, что они стоят слишком близко — тепло от тела Цзе Линя, казалось, проникало сквозь ткань. Он отвернулся и, стараясь отодвинуться, сказал:
— Отойди подальше.
— Без опоры я могу упасть, — ответил Цзе Линь. — Твоё требование сложно выполнить.
Улица была заполнена потоком машин, солнце стояло в зените и немилосердно припекало.
Цзе Линь взглянул на Чи Цина — тот напоминал вампира, вынужденного выйти на солнечный свет. Его кожа под яркими утренними лучами казалась неестественно белой, а губы — алыми.
Цзе Линь вспомнил, как после ужина у Жэнь Цинь он необъяснимо тронул губы Чи Цина и спросил, не накрашены ли они.
Ощущение от прикосновения до сих пор было отчётливым… очень мягкие.
Однако слова, слетавшие с этих губ, всегда противоречили ощущениям. Чи Цин, следя за прохожими, чтобы никто не столкнулся с ними, наконец не выдержал:
— Купи себе инвалидную коляску.
— Что?
— Коляску, — повторил Чи Цин. — Если захочешь в следующий раз прогуляться, сможешь сам доехать отсюда до соседнего квартала.
Цзе Линь: «…»
В этот момент к обочине подъехала заказанная машина.
— Номер телефона заканчивается на 6xx9, едем в полицию? — спросил водитель, глядя в заказ.
— Извините, шеф, поменяйте адрес, — сказал Цзе Линь, забираясь в машину. — Сначала в другое место.
***
— Инь Ваньжу? — через час в комнате допросов У Чжибинь сидел наискосок от женщины и с вежливым вниманием смотрел на неё. — Вчера целый день не могли с вами связаться. Заняты работой?
Даже в тесном помещении женщина не снимала большие солнцезащитные очки. Как знаменитость, она строго следила за своей внешностью: в лютый холод под норковой шубой на ней красовалось только бордовое платье-бюстье*, волосы были уложены крупными волнами — словно она позировала для обложки журнала. Её стройные ноги были скрещены, словно специально делая акцент на дорогих туфлях с серебристыми блёстками.
П.п.: *Платье-бюстье (抹胸裙) — облегающее платье без бретелек, держащееся на бюстгальтере или корсетной основе.
— Конечно занята, — она подняла руку с красным лаком на ногтях и сняла очки, открыв красивое лицо. — Съёмки в горах, связи нет, звонки не проходят.
Её объяснение было безупречным.
Инь Ваньжу, давно вращавшаяся в шоу-бизнесе, была умна. Она заметила два пустых места рядом с У Чжибинем, одно из которых было главным, и поняла, что допрашивать её будет не только он.
Едва она взглянула на пустые стулья, как дверь распахнулась, и раздался ленивый голос, прозвучавший с лёгкой насмешкой:
— Съёмки в горах — это тяжело. Вы, наверное, только с самолета?
Затем перед ней появилось лицо, которое не потерялось бы даже среди знаменитостей.
Мужчина с выразительными чертами, в рубашке с расстёгнутым воротом, сквозь который виднелся красный след, явно не походил на полицейских, встреченных ею ранее. Разве что опирался на костыль — видимо, был ранен.
Цзе Линь выглядел так, будто оказался здесь случайно.
— Я приехала сюда сразу, как получила сообщение, — отвела взгляд Инь Ваньжу.
— Сегодня утром из Южно-Китайского города было три рейса. Из них два пролетали над горами. Но в горах Даминшань из-за оползней запрещены любые съёмки, значит, вы могли вернуться только с гор Циньшань, — улыбнулся Цзе Линь. — В Циньшане есть одна особенность — там мало воды. Госпожа Инь, после съёмок в горах вы выглядите слишком свежо.
Инь Ваньжу застыла.
Быть пойманной на лжи было неловко, но она, прошедшая огонь и воду, не растерялась.
Она положила руку на колено и тоже улыбнулась:
— Верно. Мой агент привёз много бутилированной воды. Условия тяжелые, но в любой обстановке я стараюсь выглядеть хорошо.
Её позиция была ясна: говори что угодно, но воды у меня хватало.
Она заметила, что рядом с Цзе Линем был ещё один человек без полицейской формы.
Второй мужчина тоже походил на человека из шоу-бизнеса, хотя она не припоминала его.
Первое слово, которое пришло ей в голову при взгляде на него, было «красивый». Но эта красота была мрачной, словно окутанной чёрным туманом. Его взгляд заставлял содрогаться.
— Кстати, вы в некотором роде коллеги, — сказал Цзе Линь, указывая на Инь Ваньжу. — Виделись раньше?
— Не знаю её, — ответил Чи Цин.
Из-за болтовни Цзе Линя Чи Цин почти не разговаривал с ним по дороге.
В комнате допросов Цзе Линь, прежде чем убрать костыль, наконец получил возможность:
— Мне неудобно садиться, помоги.
Чи Цин: «…»
Не прошло и двух секунд, как Цзе Линь продолжил:
— Эта нога пострадала из-за кое-кого…
Чи Цин отодвинул стул и, не желая позориться на публике, без эмоций усадил его.
Но даже здесь Цзе Линь не унимался.
— Подай мне бумагу и ручку, — сказал он, усевшись.
— У тебя ранена нога, а не руки, — напомнил Чи Цин.
Цзе Линь поднял запястье и тихо сказал:
— Сначала была только нога, но вчера в ванной один бессердечный тип оставил меня… Я потянул руку, когда вставал. Тебе придётся расширить зону ответственности.
— По-моему, у тебя и с головой не всё в порядке, — так же тихо ответил Чи Цин.
У Чжибинь, слыша, как разговор заходит не туда, громко кашлянул.
Только тогда эти двое угомонились.
— Мы вызвали вас, чтобы вы помогли в расследовании. Раз вы заняты, не будем тратить время, — У Чжибинь положил на стол фотографию. — Что вы делали в больнице в два часа ночи на прошлой неделе?
Инь Ваньжу мельком взглянула на фото и равнодушно сказала:
— Дайте вспомнить… График плотный, такие мелочи не запоминаются.
Через мгновение она хлопнула себя по лбу:
— Точно! У моего агента был приступ аппендицита, я навещала его.
Они заранее проверили — в этой частной клинике не было записей о посещении Инь Ваньжу.
Как она и сказала, её агент действительно был госпитализирован той ночью с острым аппендицитом.
Но Чжан Фэн вряд ли стал бы рисковать жизнью ради такого пустяка.
Причина визита Инь Ваньжу в больницу явно была не такой невинной.
— У вас настолько близкие отношения с агентом, что вы навещали его ночью, да ещё и переодевшись?
http://bllate.org/book/13133/1164608
