В конференц-зале царила торжественная тишина. Прошло немало времени, прежде чем кто-то наконец заговорил:
— Несколько дней назад в городе произошло убийство…
По делам Ян Чжэньчжэнь и Сюэ Мэй — этим двум связанным случаям незаконного проникновения — пока не было другой информации, доступной для публикации. После описания, которое Цзе Линь дал в прошлый раз (о профессиональной деятельности преступника), команда всё ещё проверяла круг подозреваемых, уделяя особое внимание тем, кто живёт в жилых комплексах «Янъюань» и «Тяньжуй» и работала достаточно активно.
Помимо дел о взломах, Главное управление занималось бесчисленным количеством других преступлений, поэтому консультантам приходилось участвовать не в одном расследовании.
Консультанты — как кирпичи: куда нужно, туда и кладут.
Обстоятельства нового убийства не были сложными: мужчина ранил ножом своего начальника поздней ночью. Однако странным было то, что после ареста подозреваемого полиция так и не нашла орудие преступления.
Поскольку нож не был обнаружен, подозреваемый также упорно отрицал свою вину.
— Сейчас его допрашивают в соседней комнате… Ни в чём не признаётся.
Чи Цину не нужно было листать раздаваемые материалы — он легко улавливал ход мыслей окружающих. Уже через несколько минут он в мельчайших подробностях услышал детали задержания подозреваемого.
Но делать вид, что он старательно вникает в материалы, всё равно приходилось.
Новичок из Главного управления, раздававший папки, украдкой взглянул на него.
Затем он увидел, как пальцы, скрытые чёрной тканью, небрежно перелистнули первую страницу. Взгляд скользнул по тексту с видом полного безразличия, и через несколько секунд материалы были «прочитаны».
«…Он действительно читал?»
— Способ убийства был заранее обдуман, между ними были финансовые разногласия, орудие преступления не найдено, — как только новичок подумал об этом, мужчина приоткрыл свои алые губы и холодным тоном выделил ключевые моменты дела. — Я прочитал.
Произнося эти слова, Чи Цин посмотрел на него глазами, скрытыми под чёрными прядями. Взгляд был лишён тепла, но от него у новичка возникло ощущение, будто его видят насквозь.
В тот момент он почувствовал, что не может скрыться, и в голове промелькнуло: «Я всего лишь взглянул на него… Как он узнал, о чём я думаю?»
Чи Цин отвёл взгляд и не стал ничего отвечать, лишь сказал:
— Спасибо.
Эти слова относились к помощи с передачей материалов.
Цзе Линь тоже прочитал быстро, пробежав глазами написанное за пару секунд.
— Подозреваемый всё ещё на допросе?
— В соседней комнате, — ответили ему.
Цзе Линь закрыл материалы и, слегка наклонив голову, сказал Чи Цину:
— Пойдём посмотрим?
Чи Цин не возражал. Когда они встали, кто-то хотел проводить их. Этот человек заранее встал у двери, жестом приглашая пройти. Дверь была открыта лишь наполовину, и он перекрыл часть прохода. Оставшегося пространства вполне хватило бы обычному человеку, но Чи Цин всегда определял комфортную дистанцию иначе.
Чи Цин уже собирался сказать «посторонитесь», но Цзе Линь опередил его:
— Не стоит так беспокоиться. Я сам провожу своего помощника, — затем он добавил: — Забыл упомянуть: мой помощник не любит, когда к нему приближаются. В следующий раз будьте внимательнее и не касайтесь его.
Все: «?..»
Откуда взялся этот странный тип?
Человек у двери отступил в сторону, подождал, но Чи Цин так и не двинулся с места. Тогда он искренне поинтересовался:
— …А можно узнать, какое расстояние считается «слишком близким»?.. Ну, то есть… сколько именно?
Чи Цин поднял два пальца, и чёрная перчатка мелькнула перед глазами собеседника.
— Двадцать сантиметров?
— Два метра, — ответил Чи Цин.
* * *
В соседней комнате сидел небритый мужчина в наручниках. Он молчал, несмотря на все вопросы полицейских.
— Почему ты его убил?
— Только из-за того, что он уволил тебя из компании, ты взял нож и ударил его. Не думаешь, что это было слишком импульсивно?
— Это ты совершил убийство. Где орудие преступления? Куда ты его выбросил? Можешь не отвечать, но я советую тебе сознаться. Если мы найдём нож сами, приговор будет совсем другим.
Мужчине было около тридцати с небольшим. Он носил очки. Несколько дней он не брился и не принимал душ, что делало его вид неряшливым, но всё же можно было разглядеть, что обычно он выглядел вполне интеллигентно.
Он продолжал молчать.
Следователь, ведущий допрос, уже несколько дней бился над этим делом, и молчание подозреваемого начало его раздражать:
— Ты…
Он слегка повысил голос, но тут кто-то сзади положил руку ему на плечо.
Допрос прервался на несколько секунд, но затем возобновился. Тот же вопрос начался с того же «ты», но голос и тон говорящего были совершенно иными:
— Ты знаешь, твоя мать приходила сегодня.
Мужчина поднял глаза.
Только сейчас он заметил, что за последние несколько секунд напротив него сменились два человека. Обоих он видел впервые, и ни на одном не было полицейской формы.
Цзе Линь продолжил:
— Она сказала, что верит: ты не мог такого сделать.
Снова наступило долгое молчание, но на этот раз в нём чувствовалось что-то невысказанное.
«…Я подвёл её».
«Но ради Цзюаньцзюань я ничего не могу сказать».
Чи Цин, сидевший рядом, по материалам дела знал, что Цзюаньцзюань — это жена покойного, Лю Мэйцзюань.
И тогда мужчина вдруг услышал, как тот незнакомец, который до этого молчал, неожиданно спросил:
— Ты был близок с Лю Мэйцзюань?
Обвиняемый: «!..»
Любой бы вздрогнул, услышав имя человека, о котором только что подумал.
До того, как Чи Цин неожиданно упомянул «Лю Мэйцзюань», полиция не обращала на неё особого внимания — она казалась никак не связанной с делом. Следователь, вышедший в комнату для наблюдений, сказал:
— У него была реакция. Внимательно следите. И немедленно проверьте, какие отношения между ним и Лю Мэйцзюань.
Но мужчина лишь на секунду выдал себя, после чего взял себя в руки и вернул прежнее выражение лица:
— Мы с ней… не особо близки.
Чи Цин ровным тоном продолжил:
— На все предыдущие вопросы ты не отвечал, но стоило упомянуть её, как ты заговорил.
Обвиняемый: «…»
http://bllate.org/book/13133/1164559
