— Кх… кх… — лицо Цино было красным и горячим, а теперь он начал кашлять. Его кашель не был громким, только немного высоким. Он звучал так, словно где-то от голода мяукал котёнок.
Такой маленький и хрупкий ребёнок, будь он в обычной семье, наверняка смог бы получить надлежащий уход. К сожалению, малыш находился под опекой Си Вэя, нищего, который не мог гарантировать даже свою безопасность. Казалось, судьба обрекла его на злополучный конец.
Си Вэй не паниковал, когда его выбросили на улицу после смерти родителей. Си Вэй не паниковал, когда столкнулся с мучительной болью принятия кольца ранее. Даже столкнувшись с эльфийской королевой, которая отличалась от обычных людей, он не поддался панике. Однако, когда он услышал, как тоненький кашель эхом отдаётся в его ушах, Си Вэй запаниковал.
Страх пронзил его грудь: казалось, что его завалило снегом, а тело внезапно стало ледяным и болезненным.
Си Вэй крепко стиснул зубы и заставил себя успокоиться.
Цино уже много лет не болел ни простудой, ни лихорадкой. Его тело всегда было крепким. Он вёл здоровый образ жизни, а болезни и несчастья, казалось, просто обходили его стороной. Он совсем не привык к такому сильному кашлю и лихорадке.
Как правило, у него не бывало серьёзной температуры. Ему достаточно было лекарств и, при необходимости, внутривенной капельницы, чтобы справиться с недомоганием.
Однако как мог голодный одиннадцатилетний нищий найти врача в эту снежную ночь, чтобы обратиться за медицинской помощью и лекарствами?
Может быть, это просто возможность бросить этого маленького ребёнка, который будет тащить его вниз?
Согласно сюжету «Проклятия», они жили на континенте Хун Юэ*. В этом мире большое значение придавалось силе магии и боевым искусствам. Статус обычного человека был очень низким, и ему было трудно получить медицинскую помощь, если он заболевал.
П.п.: Континент Хун Юэ — континент Красной луны.
Те, кто мог использовать элементы света или воды, могли лечить болезни, но их услуги были недоступны для обычных людей. А Си Вэй даже не знал об их существовании. Некоторые лекарства могли лечить больных и раненых, но стоимость лечения и медикаментов была непомерно высокой. Си Вэй не мог бы себе этого позволить.
Ситуация была очень скверная.
Хотя Си Вэй был развит не по годам, он не был богом и не мог спасти Цино.
Мальчик понимал, насколько опасной может быть высокая температура. У него был младший брат, который родился вскоре после смерти отца. Он заболел менее чем через два месяца после рождения, тоже простудившись в разгар зимы. Мать Си Вэя прибегла к своей старой профессии, чтобы заработать на лекарства, но, прежде чем она смогла собрать достаточно денег, ребёнок скончался от болезни. А потом Си Вэй остался один.
Воспоминания о тех далёких событиях исказили горечью лицо Си Вэя.
Он склонил голову и посмотрел на Цино. Дыхание ребёнка было быстрым и неглубоким, а маленькие розовые губки пересохли и потрескались. Ребёнок всё ещё так мал, но даже не познав красоты и несчастья этого мира, он, кажется, вскоре отправится навстречу своей злополучной матери.
Сам не зная почему, Си Вэй не хотел, чтобы этот малыш умер у него на руках. Он напрягся, не в силах вынести даже мысли об этом. Это чувство было таким странным и сильным.
Си Вэй стиснул зубы; его лицо было таким бледным, что на лбу проступили голубые вены. Собрав остатки сил, он вынес Цино из каюты. Непрерывно падающий снег заносило ветром под мостик, на непрочное разбитое судёнышко.
Держа в руках Цино, Си Вэй присел на корточки, медленно опуская ребёнка вниз.
Под Цино протекала река. Она была не особенно глубокая, но её более чем достаточно, чтобы утопить ребёнка.
Маленький ребёнок ничего не знал о своей предстоящей судьбе. Его сознание затуманилось, и ему стало так неудобно, что он снова сумел высвободить руку из пелёнок. Он несколько раз хватался за грязную манжету рубашки Си Вэя, прежде чем смог её удержать.
Маленькая рука настолько слаба, что достаточно лишь слегка потянуть её, чтобы освободить рукав. Но Си Вэй не мог этого сделать.
Здравый смысл подсказывал ему, что он не ошибался: вместо того, чтобы позволить ребёнку страдать от лихорадки перед смертью, лучше убить его быстро и безболезненно. Однако его руки были крепко сжаты, и он не мог их ослабить.
Он придвинулся чуть ближе к реке. Неизбежные страдания Цино заставляли страдать и Си Вэя.
«Пожалуйста, сохрани ему жизнь», — перед его мысленным взором возникло лицо молодой матери. Слёзы текли по её умоляющему лицу.
Крики ребёнка, когда кольцо поглощало кровь Си Вэя, и крошечное заплаканное лицо также всплыли в памяти.
Место на его щеке, к которому прикоснулась эта маленькая рука после встречи со странным «монстром», словно горело.
Си Вэй смотрел на маленькую жизнь в своих руках. Кончик пелёнок уже был в воде, скоро и Цино погрузится полностью. С этого момента он останется один. Ему не придётся заботиться о ребёнке, и ему не придётся снова делиться с таким трудом добытой драгоценной едой.
В этот момент между жизнью и смертью Цино открыл глаза и рассеянно посмотрел на Си Вэя инстинктивно доверчивым взглядом, чистым и невинным. И снова вдруг закашлял, как котёнок.
Этот лёгкий кашель словно током прошиб Си Вэя. Крепко держа Цино, он поднял его и забрался обратно в каюту. Его тело дрожало от страха, который потоком лился из его сердца.
Позволить ему жить — такое тяжёлое бремя. Слишком тяжёлое для одиннадцатилетнего ребёнка.
Си Вэй прижал голову Цино к груди, не обращая внимания на мокрые пелёнки. Он склонил голову и решительно посмотрел в один из углов палубы корабля. Во взгляде мальчика читалось незнакомое чувство.
Внезапно раздался нежный голос:
— Что с тобой случилось, большой злодей?
Си Вэй обернулся и, конечно же, увидел, как Хуа Ли влетела в дыру в лодке, куда вылетела ранее. Она всё ещё светилась мягким зелёным светом, который освещал её сердитое лицо. Опыт с Си Вэем и его ножом ещё не выветрился из её памяти.
Однако тепло и свет, которые она несла, создавали почти приятную атмосферу в этой захудалой каюте.
Интуиция подсказывала ему, что у этого странного существа может быть способ спасти маленького ребёнка в его руках. Но он не мог решиться довериться ей.
Хуа Ли не умела читать мысли, а также не могла разглядеть путаницу мыслей и эмоций под внешне спокойным видом Си Вэя, но она очень беспокоилась о Цино и, оглядевшись, быстро сосредоточилась на нём.
На этот раз эльфийская королева была осторожна: оставаясь лицом к Си Вэю, она защищала своими маленькими ручками крылья, чтобы их снова не схватили.
Но в этот раз Си Вэй не помешал ей приблизиться. Семя надежды, что ребёнка можно спасти, пустило корни в его сердце.
Хуа Ли свела свои тонкие изящные брови, когда увидела, в каком состоянии находится Цино. Она любила милых детей, и Цино не являлся исключением. Глядя в его глазки, в которых виднелась столь близкая смерть, она расстроилась.
— Большой злодей, что ты наделал? Ты что, издевался над ним? — спросила эльфийская королева, разум которой был как у пятилетнего ребёнка.
Си Вэй мог только молчать: он действительно думал о том, чтобы утопить Цино.
— Большой злодей, начинай уже говорить! Ты хочешь, чтобы он вот так сгорел?
С выражением безразличия на лице Си Вэй ответил одним словом:
— Лечение.
Хуа Ли покружила в воздухе и, немного подумав, ответила мягким голосом:
— Ну, похоже, ему нужен сюэ ну*.
П.п.: Сюэ ну — буквально, снежная женщина, снегурочка.
Хотя королева и потеряла память, её знания никуда не делись. Поразмыслив несколько мгновений, она смогла извлечь нужную информацию. Сюэ ну — это основное лекарство от лихорадки обычных людей на континенте Хун Юэ. Этот ледяной кристалл назвали так из-за его формы, напоминающей силуэт женщины.
Си Вэй запомнил это название, затем взял ткань плаща, которую он разрезал, и укутал ей Цино. Сил у него было мало, поэтому, чтобы сэкономить их, он привязал маленького ребёнка к груди с помощью полоски из ткани.
Проделав всё это, он направился к выходу.
Хуа Ли, с любопытством наблюдавшая за ним, в тот момент, когда он собрался уйти, больше не в силах сдерживаться, крикнула:
— Большой злодей, ты собираешься найти сюэ ну?
Тёмные глаза Си Вэя посмотрели на маленькую королеву, и Хуа Ли, снова съёжившись под его ледяным взглядом, спросила:
— Можешь вернуть мне мои вещи?
Си Вэй больше не хотел с ней разговаривать. Он думал либо украсть лекарство прямо из аптеки, либо украсть деньги у других людей. Он быстро взвесил плюсы и минусы этих вариантов, а также скорость их исполнения.
Состояние Цино не терпит отлагательств.
Пользуясь возможностью получить то, что она хотела, Хуа Ли вспорхнула перед Си Вэем:
— Большой злодей, я вижу, насколько ты беден. Ты не можешь позволить себе сюэ ну. Как насчёт такого... Ты отдаёшь мне мои вещи, а я гарантирую, что этот малыш будет в безопасности в течение трёх дней, так что у тебя будет больше времени, чтобы купить лекарство.
Глаза Хуа Ли сверкали, она ожидала, что Си Вэй согласится.
Однако Си Вэй только склонил голову и ответил:
— У меня… нет твоих… вещей.
Хуа Ли поджала губы.
— Мои вещи бесполезны для тебя, и если ты не вернёшь их мне, я не смогу покинуть тебя, — обиженно прошептала Хуа Ли и снова заплакала.
Если бы Цино не спал, он бы понял, чего она хочет.
То, чего не хватало Хуа Ли, осталось в кольце: её воспоминания и большая часть её магии. По этой причине она не могла отойти слишком далеко от кольца. Умом пятилетнего ребёнка она и сама не могла точно понять, чего хочет и зачем, а Си Вэй даже не знал, что там что-то хранится.
Просто инстинктивно Хуа Ли чувствовала, что у Си Вэя есть что-то важное для неё, и она должна получить это обратно, хоть и не знала истинной природы необходимых ей вещей.
Пока Хуа Ли печально плакала, Си Вэй не оставался без дела. Он воспользовался её замешательством и проделал тот же трюк, что и раньше. Схватив её за крылья и приставив нож к шее, он бесстрастно пригрозил:
— Он не может… умереть… или… убью тебя.
В попытке заключить сделку, используя свои способности, жалкая Хуа Ли непреднамеренно раскрыла свою ценность для Си Вэя. Она не имела никакого представления о том, как живёт Си Вэй, и не задумывалась о том, что эта информация может быть использована против неё.
Когда Цино, наконец, проснулся, он ощутил, что совсем не хочет двигаться и испытывает сильную слабость. Через некоторое время он раскрыл глаза, и зрелище, представшее перед ним, повергло его в шок. Он был привязан к груди главного героя, а королева эльфов сидела у него на плече с таким несчастным видом, будто только что пострадала от огромной несправедливости.
Хуа Ли непрерывным потоком передавала нежную тёплую энергию в виски Цино, что облегчало его головную боль, вызванную сильным жаром, а также смягчало кашель.
Цино пристально следил за тем, как это происходит. Разумеется, к возможностям главной героини нельзя относиться легкомысленно.
http://bllate.org/book/13130/1164334
