Инь Ушу, наверное, никогда не думал, что Се Бай задаст такой прямой вопрос, его пальцы, помешивая уху, замерли, а фарфоровая ложка слегка коснулась миски, издав хрустящий звук.
Он убрал ложку обратно в миску, свободно переплел свои тонкие и изящные пальцы и положил руки на стол. Он посмотрел на Се Бая и сказал с улыбкой в уголках глаз:
— Почему ты спрашиваешь?
Се Бай был слишком хорошо знаком с ним, и когда у него было такое выражение лица, это по сути было молчаливым согласием. Он спокойно сказал:
— Если судить по Ли Дуну, то кажется, что он видел этого кота раньше.
Инь Ушу цокнул и сказал с отвращением:
— Обычно он так много драматизирует, что глупеет, когда приходит время устраивать сцену.
— Ты еще не ответил мне, какое отношение к тебе имеет этот кот?
Се Бай добавил:
— Когда я впервые увидел его, я почти подумал, что это ты превратился в демона.
Инь Ушу сказал:
— О, — и поднял брови, — Поэтому ты взял его и принес домой, это из-за ста лет выращивания и воспитания?
Правда на самом деле была похоже на то, что сказал Инь Ушу, но Се Бай не хотел этого признавать, поэтому ответил, даже не поднимая век:
— Поэтому я игнорировал его более половины месяца.
Он смешно постучал костяшками пальцев по столу и произнес чепуху:
— Тогда тебя молодой человек настила бы кара небесная.
Се Бай сделал глоток супа и безжалостно ответил:
— Выбросить его после того, как вырастил, вот тогда настигнет кара небесная.
Как только эти слова прозвучали, Инь Ушу потерял дар речи.
На самом деле, в этот момент Се Бай надеялся, что он сможет продолжить объяснение, даже если это было просто бессмысленное оправдание, но пусть будет названа причина.
Более ста лет спустя Се Бай обнаружил, что на самом деле он так долго размышлял и так долго был обижен, но это не было на самом деле непростительным или необратимым. Если Инь Ушу даст ему причину, даже если она неубедительна, он сможет ее принять…
Но Инь Ушу был непривычно молчалив, ничего не объясняя.
Се Бай бесстрастно проглотил уху и хотел сказать: «Не нужно здесь тратить свое время, всем неловко, надо возвращаться».
Когда он поднял глаза, то увидел, что у Инь Ушу мелькнуло особенное выражение на лице. Он легко спрятал глаза за клубящимся белым туманом, уставившись в пустое место на столе, слегка рассеянный, с выражением, которое необъяснимо заставляло людей чувствовать себя очень грустными.
Се Бай чувствовал, что по его сердцу ползет небольшой столбик муравьев с тяжелыми конечностями. Каждый раз это причиняло небольшую боль, но очень легкую, как онемение в сердце. Некоторое время он молчал с открытым ртом, прежде чем напряжение спало.
Эти слова, полные шипов, внезапно стали невыразимыми.
Он нахмурился, снова опустил взгляд, поднял руку, чтобы бесцельно помешивать оставшуюся в тарелке уху, и сказал:
— Он преследовал меня около полумесяца, поэтому я его подобрал.
Инь Ушу, вероятно, не ожидал, что Се Бай снова заговорит. Когда он открыл рот, он не стал продолжать пытаться уколоть его, а сменил тему на более мягкую. Инь Ушу был слегка ошеломлен.
Он глубоко вдохнул белый пар, затем поднял руку, чтобы накрыть миску Се Бая, снова нагрел слегка остывшую уху до обжигающе горячей и сказал:
— Выпей еще несколько глотков.
Увидев, что Се Бай сделал еще один глоток ухи и не встал, чтобы уйти, выражение лица Инь Ушу вернулось в норму. Он поднял руку и погладил по спине маленького черного кота, лежавшего на столе, и сказал:
— Этот кот действительно мой, и Ли Дун видел, когда я только взял его. Но он недолго оставался в моих руках. Он еще не успел открыть глаза и даже не начал знакомиться с людьми, поэтому я отпустил его к тебе, и он признал тебя своим хозяином.
Когда он сказал это, его глаза все еще были прикованы к маленькому черному коту, он не отводил взгляда и не смотрел на Се Бая. Он сделал паузу на некоторое время, а затем сказал глубоким голосом:
— Характер у него немного похож на тот, что был у тебя в детстве. Я, наверное, только узнаю тебя в этом мире, и я больше не буду смотреть на другого человека.
Он еще дважды погладил маленького черного кота и доказал это Се Баю:
— Смотри, даже меня не узнал.
Только когда он закончил говорить это, он поднял глаза и сказал Се Баю с улыбкой:
— Так что не волнуйся, не будет никакого обмана, и он будет следовать за тобой до самой смерти. Он подходит на роль части твоей семьи... Он гораздо надежнее, чем человек вроде меня, у которого нет сердца и легких*.
П. п.: образно о глубине души, душевной искренности.
На самом деле, когда Се Бай был обижен, он бесчисленное количество раз говорил себе, что у Инь Ушу нет сердца и нет чувств, но когда такое описание вышло из уст Инь Ушу, Се Бай почувствовал себя немного неуютно в своем сердце.
Он помолчал с минуту, ничего не ответил и допил последние остатки ухи, не сказав ни слова. Поскольку Инь Ушу согрел суп для него, а он совсем не остыл, то прокатился по всему горлу, причиняя легкую боль.
— Почему пьешь и не дуешь? Так можно ошпариться, — Инь Ушу нахмурился.
Се Бай отложил ложку, сел прямо и посмотрел на него:
— Как ты сделал его таким упрямцем? Ты можешь это исправить? У него не самый лучший характер.
Инь Ушу погладил маленького черного кот по голове и ответил небрежно:
— Я не могу решить эту проблему. Теперь, когда он принял тебя, а ты забрал, ты его и растишь, просто береги.
Се Бай смотрел на маленького черного кота, не отвечая, не кивая и не качая головой.
Видя, что он не выразил свою позицию, Инь Ушу продолжил:
— Если ты взял его, а затем выбросишь, то тебя настигнет божья кара. Ты сразу забыл об этом, как только про это было сказано? Не стоит наследовать это от меня.
С того момента, как он произнес эти слова, Инь Ушу уже разбил сосуд, словно он уже треснул* и теперь ему не было стыдно. Он взял маленького черного кота за шкирку и без каких-либо объяснений сунул его в руки Се Бая. Затем он сказал ему:
— У меня еще осталась половина тарелки ухи. Пожалуйста, посиди со мной немного, уйдешь, как я закончу.
П. п.: образно из-за неудачи пустить все на самотек; перестать исправлять ошибки; признать себя безнадежным.
Се Бай держал маленького черного кота на руках в полном безмолвии: «Можешь ли ты быть более бесстыдным?». Некоторое время он смотрел на Инь Ушу в ступоре, затем повернулся, чтобы взглянуть на прилавки напротив и на пешеходов на дороге. Спустя долгое время он наконец хмыкнул носом.
Инь Ушу странно посмотрел на него, подогрел полтарелки ухи и выпил ее ложка за ложкой, так же медленно, как всегда. Похоже, то необычное состояние, которое недавно заставляло Се Бая чувствовать себя немного странно, было всего лишь его иллюзией…
Поев ухи, они не планировали продолжать ходить по магазинам и пошли обратно. В конце концов, они посещали эти старые магазины на длинной улице бесчисленное количество раз сто лет назад, а новые магазины были почти такими же.
Это было долгое путешествие, но, казалось, оно завершилось в одночасье.
По Рынку Яо сейчас бродило не так уж много людей, и многие уже вернулись в свои гостиницы, чтобы отдохнуть.
http://bllate.org/book/13127/1163555
