Ли Дун также наклонил голову, чтобы прочитать содержание записей. Он смотрел на них некоторое время, а затем сказал:
— Это все крупные демоны в преклонном возрасте, их способности не низкие, но и сильными их не назовешь... Убивать их особо смысла нет, если их съесть… это не принесет особой пользы, вкус у них все равно рыбный, и их невозможно переварить.
Он пробормотал несколько слов, затем зашипел и сказал в некотором замешательстве:
— Я обнаружил, что это, похоже, духи демонов Ян. Может быть, кто-то занимается особенной практикой*?
П. п.: 采补 — набираться сил от чужого тела.
После того как Инь Ушу закончил читать, он вернул записи Се Баю и сказал:
— Это не практика, это жертвенная формация.
— Что? — Ли Дун был ошеломлен, — как создать формацию крови в воде?
— Как я уже сказал, существует много типов жертвенных структур, и формация крови — лишь одна из них.
Инь Ушу поднял палец и указал на холодное озеро:
— Есть еще формация погребения в воде. Это делается для того, чтобы заманить в ловушку живые существа, принадлежащие Ян, под воду, и живые монстры в воде будут кусать и поедать их. После того как они съедят последний кусочек кожи и плоти, формирование будет завершено. Такая жертвенная формация — это тоже обмен жизни на жизнь, только в жертву приносится не собственная, а чужая жизнь.
— Само собой разумеется, что здесь тоже жертвенная формация, как и на горе. Не то чтобы в последнее время жертвоприношения стали популярными. Одному человеку посвящают жертвы все остальные, верно? Должно быть, это тот же самый, и он никуда не исчез.
Ли Дун выглядел озадаченным:
— Но кто настолько дерзок, что все спешат для него совершить жертвоприношение?
Больше всего Се Бай был озадачен именно этим вопросом: что за человек мог заставить столько демонических духов сделать это ради него?
Однако сейчас не самое подходящее время, чтобы стоять и размышлять над проблемой, самое срочное дело — полностью уничтожить формацию, обезопасить. Вспомнив о необъяснимых ранах, появившихся на теле Инь Ушу после разрушения формации, Се Бай нахмурился. Он уже собирался открыть рот, чтобы спросить Инь Ушу о методе разрушения такого рода жертвенной формации, а затем уже сломать ее, но Инь Ушу уже поднял руку и вытянул длинный черный клинок.
Не говоря ни слова, он поднял руку и нанес удар.
Длинный нож вырос на десятки футов в тот момент, когда он отделился, и с холодным светом врезался в воду. Когда он ударился о поверхность воды, он создал сильный шум и разбил две большие волны.
Длинный нож разрезал всю холодную поверхность омута на две половины, а затем с непреодолимой силой вонзился прямо в его дно.
Когда длинный нож вошел глубоко, он, очевидно, задел жертвенную формацию на дне озера. Золотые искры выплеснулись прямо со дна. Вода в омуте бешено закрутилась, образовав два водоворота, которые метались из стороны в сторону, препятствуя атаке длинными «кнутами».
Как раз в тот момент, когда Инь Ушу вытащил длинный нож и снова взмахнул им, дюжина черных теней внезапно выскочила из глубин омута, где волны катились, как кипящая вода.
Каждая из теней была проворна, как леопард, и когда они бросились из воды к трем людям на берегу, их тонкие тела вытянулись в длинные луки, полные силы.
В свете огня Се Бай увидел зверей, которые бросились на них. У них были морды, как у рыб-драконов, с длинными веерообразными плавниками под мордами, круглые глаза, острые, как пилы, зубы, свирепое выражение и длинный острый рог на макушке.
Се Бай стряхнул рукой черный туман, который внезапно вытянулся в длинный черный кнут. С холодным выражением лица он поднял руку. Длинное и мощное тело кнута гибко изогнулось в воздухе, как извивающаяся черная змея, и ударило по свирепым зверям.
Как только раздался резкий щелчок, тело зверя внезапно разорвалось на части, и до кости была видна глубокая рана.
Се Бай хлестнул зверя перед собой прямо в горящий костер на берегу, а других, кто набросился на Инь Ушу и Ли Дуна, хлыстом отправил обратно в воду, затем поднял рукоять кнута, его глаза слегка сузились и уставились на вновь затихшую поверхность холодного омута.
У Инь Ушу не хватило терпения, он прямо бросил длинный нож в озеро, а затем поднял рукоять в воздух, маневрируя огромным клинком, вращающимся в холодном омуте по часовой стрелке, сила была несравнимо большой, вращая весь холодный омут, словно небо перевернулось вверх дном и не могло успокоиться.
Гигантский нож двигался все быстрее и быстрее, вращаясь все безумнее и безумнее, прямо всасывая воду в холодном омуте на клинок, закручивая ее вокруг клинка в вертикально взлетающего вверх водяного дракона.
Когда Инь Ушу увидел это, он вытащил нож, и вся холодная вода исчезла, обнажив дно.
Ли Дун просто вынул восьмиугольный колокольчик и яростно потряс им, произнося заклинание, от которого быстро исходила волна леденящего холода, окутывающего клинок с водяным драконом.
Холодный ветер с инеем и снегом трижды облетел вокруг клинка, и водяной дракон вмерз в лед, не в силах растаять еще какое-то время.
В тот момент, когда весь холодный омут был осушен, Се Бай увидел возможность и поднял руку, чтобы сильно ударить кнутом.
В тот момент, когда кнут закрутился в воздухе и должен был вот-вот упасть, в небе внезапно раздались десятки криков, похожих на плач младенцев. Они бесконечным эхом разносились по долине, окруженной горами, вызывая у людей жуткое ощущение. Сразу после этого Се Бай почувствовал, как другой конец кнута яростно схватили и с огромной силой потащили в противоположном направлении.
Се Бай нахмурился, поднял голову и увидел группу огромных черных птиц, пикирующих вниз, каждое из крыльев которой было больше человеческого, с орлиной головой и острым клювом, а на голове был такой же острый рог, как у этих зверей. Сила этих птиц была настолько велика, что одного только ветра от их крыльев было достаточно, чтобы повалить на землю обычного взрослого человека.
Три из них вцепились в кнут Се Бая своими острыми когтями, пытаясь вырвать его.
Но этот кнут в руке Се Бая не был обычным, поэтому разорвать его было невозможно, и, хотя Се Бай был худым, когда он действительно использовал свою мощь, усилия трех черных птиц превратились в ничто.
Холодно усмехнувшись, он поднял руку, с огромной силой схватил трех огромных черных птиц и кнутом швырнул их на дно озера.
Птицы вскрикнули, проделали очень глубокую яму в мягкой грязи на дне и отцепились от кнута.
Се Бай поднял руку и сделал еще один взмах кнутом, после чего вырвавшегося зверя и борющихся из последних сил черных птиц притянуло обратно на дно озера, их тела развалились на части.
Более дюжины злобных тварей было убито, а нож Инь Ушу непрерывно гудел и стряхнул ледяного дракона, обвившего его.
Бесчисленные куски твердого льда раскололись на острые осколки ледяных конусов, которые полетели прямо в скопление черных птиц.
Были слышны бесчисленные звуки, десять или около того черных птиц, пронзенные льдом, с резким криком теряли равновесие и тяжело падали с высоты.
Се Бай огляделся вокруг, убедившись, что выживших больше нет, поднял руку, превратил кнут обратно в черный туман и убрал его.
В тот момент, когда черный туман исчез, Инь Ушу бесстрастно полоснул ножом по сухому дну пруда, расколов обнажившуюся жертвенную формацию пополам.
Свет огня, вырывавшийся из кончика ножа, отражался от света пламени вокруг холодного озера и еще в его спокойных глазах, вызывая необъяснимое чувство одиночества.
Се Бай на мгновение был ошеломлен, нахмурился и собирался что-то сказать, когда Ли Дун сбоку произнес:
— Эй, здесь пещера, на ней высечено название: Чанши*.
П. п.: полевой шпат.
Пещера Чанши? Когда Се Бай услышал это, он внезапно вспомнил незаконченный сон, который ему приснился в старом храме. В книге, которую он прочитал перед пробуждением, место, где стоял человек в черном, было входом в пещеру Чанши.
http://bllate.org/book/13127/1163547
