Байцзэ отнес Ли Цзина, который снова уменьшился в размерах, во дворец Юйцин, а Фули отвел на Дальний восток. Он должен был пойти посмотреть, а потом забрать Владыку Востока, который, видимо, тоже уменьшился.
Как только Байцзэ и Фули ушли, дети во дворце Юйцин начали бушевать.
Ли Цзин, все еще пьяный, взял в руки бамбуковый шест и начал безумно гоняться за Лаоцзюнем по всему двору.
— Ли Цзин, если тебе есть что сказать, давай поговорим! — Лаоцзюнь бежал, подняв подол своей одежды. Теперь, когда его ци уменьшилась, он не мог победить Ли Цзина только физической силой!
— У-у-у... нельзя драться... — королева-мать была напугана этой сценой и хотела попытаться убедить их не драться, но Ли Цзин толкнул ее, и она начала громко плакать, широко открыв рот.
Юэ Лао стоял в стороне, а когда к нему подбежал Ли Цзин, он вдруг вытянул ногу, поставил ему подножку и бросил кусок красной веревки:
— Быстро свяжем его.
Услышав это, Лаоцзюнь тут же схватил красную веревку с одного конца, и вместе с Юэ Лао они крепко связали Ли Цзина. Вскоре после этого маленький Ли Цзин, который был пьян и безумен, был связан словно большой красный рисовый пельмень и брошен в угол.
— Хр-хр... — связанный и не в силах пошевелиться, Ли Цзин вскоре так и уснул.
Юэ Лао и Лаоцзюнь посмотрели друг на друга и облегченно вздохнули.
— У-у-у, я не хочу быть здесь, я иду во дворец Линьсяо! — однако королева-мать не переставала плакать, и без Байцзэ, который ее успокаивал, она начала выходить из себя.
— Не плачь, Нефритовый император скоро придет за тобой, — начал слабо успокаивать Юэ Лао. Он не хотел больше уговаривать королеву-мать, поэтому, больше ничего не сказав, пошел играть сам.
— Хи-хи, ты так уродливо выглядишь, когда плачешь, неудивительно, что Нефритовый император хочет не тебя, а эту лисицу, — злорадствовал Лаоцзюнь.
— У-у-у, — еще сильнее зарыдала королева-мать.
***
Держа Фули на руках, Байцзэ летел на Дальний восток. Они не последовали за отрядом Нэчжа, ведь небесные солдаты и генералы отправились убивать демонов, а они просто должны были забрать ученика для своего детского сада.
— Я давно не был на горе Куньюй, и не знаю, созрел ли плод Древа жизни? — сидя на облаке, Байцзэ думал о вкусе плодов Древа жизни.
Плоды Древа жизни росли на горе Куньюй. Древо было сокровищем Владыки Востока и священным деревом, на котором в древние времена отдыхало солнце. Плоды Древа жизни — самое драгоценное сокровище неба и земли. Смертные едят его, чтобы жить вечно, демоны — чтобы очиститься, а бессмертные... чтобы почувствовать прекрасный вкус. Во время фестиваля персиков Владыка Востока обычно предлагал корзину в качестве угощения, а боги, у которых были хорошие отношения с ним, иногда выпрашивали корзинку другую.
Байцзэ один из тех, кто часто ходит туда полакомиться. Он жил у Восточного моря, недалеко от горы Куньюй.
Вообще-то говорили, что это земля Дальнего востока, а не конец неба, это просто самый дальний остров бессмертных в Восточно-Китайском море. Идя дальше на восток, вы достигали неспокойной границы между бессмертными и демонами и места, где восходит солнце.
— Смотри, это гора Цанцзэ, — Байцзэ увидел вершину горы, где он жил, и сразу же указал на нее Фули.
Лежа на облаке, Фули некоторое время внимательно всматривался, прежде чем, наконец, увидел выступающий в бескрайнем океане камень. Это гора?
Столкнувшись с подозрительным взглядом Юаньши Тяньцзуня, Байцзэ очень огорчился:
— Море изменилось, и моя гора была затоплена.
Так вот оно как... Фули протянул свою маленькую руку и похлопал Байцзэ по плечу:
— Все в порядке, я помогу тебе перенести гору Цанцзэ, когда восстановлю свою ци.
— Хорошо! — Байцзэ внезапно обрадовался.
Перемещение гор и морей было всего лишь легендой. Большинство богов не могли этого делать. Они могли только произносить некоторые заклинания, менять облик, сражаться и уничтожать демонов. Но Юаньши Тяньцзунь действительно мог двигать горы.
Легенда гласила, что во время битвы между бессмертными и демонами Фули одной рукой сдвинул всю гору Тайхан, чтобы подавить древних зверей.
— Это все выдумки Нефритового императора, — Фули сухо кашлянул, услышав, что он сдвинул всю гору Тайхан. Такое могли сделать только Фуси и Нюйва. А он просто срезал опасную вершину.
— А? — Байцзэ моргнул. Он был ранен в битве между бессмертными и демонами, поэтому многое не мог вспомнить отчетливо. Позже, после завершения войны, Нефритовый император наградил Фули за его заслуги. Когда он рассказывал об этом, то хвастался, что Фули был наравне с древними богами. Те, кто не знал правды, действительно верили в это. В результате он всегда боялся Юаньши Тяньцзуня, думая, что если тот однажды станет несчастным и разрушит небесные столпы, то Небеса действительно погибнут.
Услышав слова Байцзэ, Фули надолго потерял дар речи. Какого этот Нефритовый император хвастался такой чушью?
— Кстати, во время битвы между бессмертными и демонами, не знаешь, кто был возле горы Бучжоу? — спросил Байцзэ, вдруг кое-что вспомнив.
— Почему ты об этом спрашиваешь? — Фули сделал небольшую паузу, а затем посмотрел вдаль.
В прошлый раз, когда он отправился в Южно-Китайское море на поиски камня, разбивающего судьбы, Фули использовал этот трюк с восьмипалой огненной шиншиллой, что заставило Байцзэ вспомнить некоторые фрагменты его собственных воспоминаний. Спасший его человек был кем-то очень прекрасным, в синем одеянии бессмертного, но трудно было определить, мужчина это или женщина.
— В мире бессмертных есть много тех, кто любит носить синий цвет: бессмертная Бицюн, Тяньшу синцзюнь, король Драконов Восточно-Китайского моря, пятая принцесса... — посчитал на пальцах Байцзэ. Кроме пятой принцессы, остальные бессмертные были там во время битвы между бессмертными и демонами, поэтому было трудно угадать, кто из них это был.
— Если ты найдешь этого человека, что ты хочешь сделать? — Фули взглянул на него.
— Я должен отплатить за то, что он спас мне жизнь, — серьезно признал Байцзэ.
— Если он смог спасти тебя, то его ци, должно быть, выше твоей. Чем ты можешь отплатить ему? — опустив голову, Фули погладил синий шелковый пояс на талии.
Байцзэ моргнул, вспомнив поговорку, бытовавшую в мире смертных:
— Если нечем отплатить, то я должен пообещать свое тело, хе-хе...
Фули незаметно для себя слегка напрягся.
Автору есть что сказать:
Малый театр:
Фули: Хорошо, я запомнил.
Байцзэ: Что?
Фули: Ты сказал, что отдашь свое тело своему спасителю.
Байцзэ: И что? Что ты делаешь, раздеваясь?
Фули: Пришло время получить плату за услугу.
Байцзэ: А???
http://bllate.org/book/13122/1162637
